IPB

Здравствуйте, Гость ( Авторизация | Регистрация )

ОтветитьСоздать новую темуСоздать новое голосование

Схематически · [ Стандартно ] · Линейно

> Одоакр, после империи

Alaricus
post Sep 13 2018, 12:12
Создана #1276


Северный варвар
*************

Группа: Администратор
Сообщений: 30078
Зарегистрирован: 19-September 05
Из: Москва&Область
Пользователь №: 308



QUOTE(aeg @ Aug 26 2018, 15:24)
Вот что нашёл в том же журнале.

Ralf Scharf "Verwandte des theodosianischen Kaiserhauses: ein Nachtrag zur PLRE" ("Родственники императорского дома Феодосия: добавление к PLRE")
Historia: Zeitschrift für Alte Geschichte, Bd. 47, H. 4 (4th Qtr., 1998), pp. 495-499

*


Русский перевод: http://ancientrome.ru/publik/article.htm?a=1536085711


--------------------
История лишена целесообразности, историческое развитие не стремится к чему-то, а отталкивается от чего-то.
Крис Уикхэм
Пользователь offlineПрофайлОтправить личное сообщение
Вернуться к началу страницы
+Цитировать сообщение
Alaricus
post Jun 5 2019, 23:27
Создана #1277


Северный варвар
*************

Группа: Администратор
Сообщений: 30078
Зарегистрирован: 19-September 05
Из: Москва&Область
Пользователь №: 308



К убийству Одоакра: об источнике фрагмента 214a Иоанна Антиохийского

I.

Дошедшие до нас источники, позволяющие восстановить последовательность событий, связанных с убийством Одоакра Теодерихом, различаются как характером повествования – от сжатых строчек равеннских хроник до замысловатой риторики панегириста Эннодия, так и полнотой приводимых ими подробностей. В целом относящиеся к данному событию сообщения источников не настолько пространны, чтобы это могло воспрепятствовать изложению здесь их содержания:

– Старшие Венские фасты:
Albino v.c. conss. . . . Hoc cons. facta est pax inter dm Theodericum regem et Odoacrem III kl. Martias. Et ingressus est dnus Theodoricus in Classem . . . Mar. Hoc cons. ingressus est Ravenam rex Theodoricus III non. Mar. Et occisus est Odoacar rex a rege Theodorico in palatio cum commilitibus suis[1].

Консульство светлейшего мужа Альбина. . . . При этом консуле был заключён мир между господином королём Теодерихом и Одоакром в 3 день до мартовских календ [27 февраля]. И вступил наш владыка Теодерих в Классис ... февраля/марта (?). При этом консуле король Теодерих вступил в Равенну в 3 день до мартовских нон [5 марта]. И король Одоакр был убит королём Теодерихом во дворце вместе со своими соратниками.

– Первая редакция Копенгагенского продолжения хроники Проспера Аквитанского:
Albino v.c. consule. . . . Odoachar pacem ab Theudorico postulans accepit, qua non diu potitus est, deditque obsidem filium suum. Theudoricus cum pacem cum Odoachar fecisset, ingressus est Classem IIII k. Mar. Ac deinde ingressus est Ravennam. Pacis specie Odoachrem interfecit cum collegas omnes, qui regni praesidium amministrabant[2].

Консульство светлейшего мужа Альбина. . . . Одоакр получил испрошенный у Теудориха мир, которым недолго пользовался, и отдал своего сына в заложники. Теудорих, заключив с Одоакром мир, вступил в Классис в 4 день до мартовских календ [26 февраля], а затем вступил в Равенну. Под личиной мира он убил Одоакра со всеми его товарищами, которые ведали защитой королевства.

– Аноним Валезия:
Igitur coactus Odoacar dedit filium suum Thelanem obsidem Theoderico, accepta fide securum se esse de sanguine. Sic ingressus est Theodericus; et post aliquot dies, dum ei Odoacer insidiaretur, detectus ante ab eo praeventus in palatio, manu sua Theodericus eum in Lauretum pervenientem gladio interemit. Cuius exercitus in eadem die iussu Theoderici omnes interfecti sunt, quivis ubi potuit reperiri, cum omni stirpe sua[3].

И тогда вынужден был Одоакр отдать своего сына Телу заложником Теодериху, приняв заверения, что его жизнь будет в безопасности. Так вступил Теодерих [в Равенну]; и через несколько дней, пока Одоакр злоумышлял против него, раньше его разоблачив и опередив, во дворце Теодерих собственноручно его, пришедшего в Лавровую рощу, убил мечом. В тот же день по приказу Теодериха все из его [Одоакра] войска были убиты, кто где мог быть застигнут, вместе со всей его семьёй.


– Агнелл Равеннский:
Et dedit Odovacer Theodorico filium obsidem V. Kal., et post IIII. mensium est civitate Clase ingressus. Post hec autem vir beatisimus Iohannes archiepiscopus aperuit portas civitatis quas Odovacer clauserat, et exiit foras cum crucibus et turibulis et sanctis euangeliis, pacem petens cum sacerdotibus et clericis psalendo, terram prostratus, obtinuit que petebat. Invitat novum regem de oriente venientem, et pax illa ab eo cuncessa est, non solum Ravenenses cives, sed eciam omnibus Romanis, quibus beatus postulavit Iohannes. Et subiit Ravenam III. Nonas marcias. Post paucos dies occidit Odoacar rex in palatio in Lauto cum comitibus suis. Postquam iubente Teodorico interfectus est Odoacer, solus et securus regnavit Romanorum more[4].

И Одоакр отдал Теодериху сына в заложники в пятый день до календ [25 февраля], и после четвёртого дня до мартовских календ [26 февраля] [Теодерих] вступил в город через Классис. После же этого блаженнейший муж архиепископ Иоанн открыл ворота города, запертые Одоакром, и вышел наружу с крестами, и кадилами, и святыми евангелиями, взыскуя мира и со священниками и клириками распевая псалмы; распростёршись на земле, он получил то, что искал. Он пригласил нового царя, идущего с востока, и этот мир был им предоставлен не только гражданам Равенны, но также всем римлянам, за которых просил блаженный Иоанн. И [Теодерих] вошёл в Равенну в третий день до мартовских нон [5 марта]. Через несколько дней он убил короля Одоакра во дворце в Лавровой роще вместе с его соратниками. После того, как Одоакр был убит по приказу Теодериха, тот один безопасно правил по римским обычаям.

– Кассиодор Сенатор:
Albinus v.c. cons. Hoc cons. dn. rex Theodericus Ravennam ingressus Odovacrem molientem sibi insidias interemit[5].

Консульство светлейшего мужа Альбина. При этом консуле господин наш король Теодерих, вступив в Равенну, убил строившего против него козни Одоакра.


– Эннодий Павийский:
Servavit te, regum praecipue, quod abiecisti sacramenti confidentia cautionem. Pependimus anxii, ne mererentur quos de hostibus tuis receperas non perire. Gratias tibi, mundi arbiter deus, qui conscientias veterno errore possessas ad ultores gladios inpulisti. Puderet me recensere levitatem originariam, nisi eam viderem tuis laudibus obsequentem.
Quid dissimulo gesta persequi? Libuit eos rursus tendenti inermem dexteram Odovacri regna polliceri. Innotuit ilico rebus in luce deprehensis hostilium error animorum. Advocasti providentiam actuum tuorum comitem, et ne inpunita esset libido discurrentium, ultionis vexilla concutiens fecisti consiliorum participem in secretis populum iam probatum. Neminem adversarium agnovisse contigit, quod tecum pars mundi potior disponebat. Mandata est per regiones disunctissimas nex votiva.
Quis haec praeter supernam voluntatem praestitit, ut unius ictu temporis effunderetur Romani nominis clades longa temporum inprobitate collecta? Hic quo me vertam nescio. Grates referam, qui suscepi officium laudatoris, an arreptum praeconiorum tuorum iter ingrediar? Consumpta res est prospero fatalique bello: succisa est Odovacris praesumptio, postquam eum contigit de fallacia non iuvari[6].

Спасло тебя, первейший из королей, то, что ты из-за доверия к клятве отбросил предосторожность. Мы пребывали в тревоге, что те из твоих врагов, кого ты захватил, не удостоятся смерти. Благодарю тебя, Боже, Судия мира, толкнувший на мстящие мечи охваченную прежним заблуждением совесть. Мне было бы стыдно упоминать о первоначальном легкомыслии, если бы я не увидел, что оно служит твоему восхвалению.
Что же уклоняюсь я от продолжения рассказа? Захотелось им вновь посулить королевскую власть протянувшему безоружную десницу Одоакру. Как только это открылось, сразу стал ясен обман во вражеских мыслях. Ты призвал предусмотрительность, спутника своих действий, и, чтобы не осталось безнаказанным стремление разбегающихся, ты, поднимая знамёна возмездия, сделал уже испытанный народ соучастником тайных замыслов. Случилось так, что никто из противников не узнал, что задумала вместе с тобой лучшая часть мира. По отдалённейшим областям было направлено поручение о долгожданном убийстве.
Кем же, если не высшей волей было сделано так, чтобы одновременным ударом было низвергнуто бедствие римского имени, долгое время укреплявшееся своей дерзостью? Не знаю, куда мне теперь обратиться. Вознести ли мне, взявшему на себя обязанность панегириста, благодарность, или продолжить начатый путь твоего прославления? Дело закончилось удачной и предрешённой войной: была сокрушена надежда Одоакра после того, как происки не помогли ему добиться своего.

– Иордан:
… Cuncta Italia dominum iam dicebat Theodoricum et illius ad nutum res illa publica obsecundabat. Tantum ille solus cum paucis satellitibus et Romanos, qui aderant, et fame et bello cotidie intra Ravennam laborabat. Quod dum nihil proficeret, missa legatione veniam supplicat. Cui et primum concedens Theodoricus postmodum ab hac luce privavit[7].

… Вся Италия уже называла Теодориха своим повелителем и его мановению повиновалось всё то государство. И только один Одоакр с немногими приверженцами и бывшими здесь римлянами, сидя внутри Равенны, ежедневно претерпевал и голод, и войну. И когда это не привело ни к чему, он выслал посольство и попросил милости. Сначала Теодорих снизошёл к нему, но в дальнейшем лишил его жизни
(пер. с лат. Е.Ч. Скржинской).

Obansque rex gentium et consul Romanus Theodoricus Italiam petiit magnisque proeliis fatigatum Odoacrum Ravenna in deditione suscepit. Deinde vero ac si suspectum Ravenna in palatio iugulans regnum gentis sui et Romani populi principatum prudenter et pacifice per triginta annos continuit[8].

И торжествующий король племён и римский консул Теодерих направился в Италию и, измотав в великих сражениях Одоакра, принял в Равенне его капитуляцию. Позже, однако, как если бы тот внушал подозрение, зарезал его во дворце в Равенне и в течение тридцати лет мудро и мирно сохранял королевскую власть над своим племенем и принципат над римским народом.


– Павел Диакон:
Victus ad extremum fortissime Gothis resistentibus in urbem confugit nec multo post a Theodorico in fidem susceptus, ab eo truculente peremptus est[9].

Наконец, побеждённый отважно выдержавшими его натиск готами, [Одоакр] бежал в город и вскоре, принятый Теодорихом под покровительство, был им жестоко убит.


– Марцеллин Комит:
Theodoricus rex Gothorum optatam occupauit Italiam. Odoacer itidem rex Gothorum metu Theodorici perterritus Ravennam est clausus. Porro ab eodem Theodorico periuriis inlectus interfectusque est[10].

Король готов Теодорих захватил желанную Италию. Одоакр, равным образом король готов, охваченный страхом перед Теодорихом, заперся в Равенне; впоследствии он, обманутый ложными клятвами, был убит тем же Теодорихом.


– Прокопий Кесарийский:
Ἐπεὶ δὲ τρίτον ἔτος Γότθοις τε καὶ Θευδερίχῳ Ῥάβενναν πολιορκοῦσιν ἐτέτριπτο ἤδη, οἵ τε Γότθοι ἀχθόμενοι τῇ προσεδρείᾳ καὶ οἱ ἀμφὶ Ὀδόακρον πιεζόμενοι τῶν ἀναγκαίων τῇ ἀπορίᾳ, ὑπὸ διαλλακτῇ τῷ Ῥαβέννης ἱερεῖ ἐς λόγους ἀλλήλοις ξυνίασιν, ἐφ̓ ᾧ Θευδέριχός τε καὶ Ὀδόακρος ἐν Ῥαβέννῃ ἐπὶ τῇ ἴσῃ καὶ ὁμοίᾳ δίαιταν ἕξουσι. καὶ χρόνον μέν τινα διεσώσαντο τὰ ξυγκείμενα, μετὰ δὲ Θευδέριχος Ὀδόακρον λαβών, ὥς φασιν, ἐπιβουλῇ ἐς αὐτὸν χρώμενον, νῷ τε δολερῷ καλέσας ἐπὶ θοίνην, ἔκτεινε, καὶ ἀπ̓ αὐτοῦ βαρβάρων τῶν πολεμίων προσποιησάμενος ὅσους περιεῖναι ξυνέπεσεν αὐτὸς ἔσχε τὸ Γότθων τε καὶ Ἰταλιωτῶν κράτος[11].

Когда уже пошел третий год, как готы с Теодорихом стали осаждать Равенну, и готы уже утомились от этого бесплодного сидения, а бывшие с Одоакром страдали от недостатка необходимого продовольствия, они при посредничестве равеннского епископа заключили между собой договор, в силу которого Теодорих и Одоакр должны будут жить в Равенне, пользуясь совершенно одинаковыми правами. И некоторое время они соблюдали эти условия, но потом Теодорих, как говорят, открыв, что Одоакр строит против него козни, коварно пригласив его на пир, убил его, а тех из варваров, которые раньше были его врагами и теперь еще уцелели, он привлек на свою сторону и таким образом получил единоличную власть над готами и италийцами
(пер. с греч. С.П. Кондратьева).

– Иоанн Антиохийский:
Ὅτι Θεοδώριχος καὶ Ὁδόακρος συνθήκας καὶ ξυμβάσεις ἐποιήσαντο πρὸς ἀλλήλους ἄμφω ἡγεῖσθαι τῆς Ῥωμαίων ἀρχῆς, καὶ λοιπὸν ἦσαν αὐτοῖς ἐντεύξεις παρ’ ἀλλήλους φοιτῶσι συχναί. Οὔπω δὲ ἠνύετο ἡμέρα δεκάτη, καί, τοῦ Ὁδοάκρου γενομένου παρὰ τὸν Θεοδώριχον, προσελθόντες τῶν αὐτοῦ ἄνδρες δύω τὰς τοῦ Ὁδοάκρου ἅτε ἱκέται γενόμενοι κατέχουσι χεῖρας, μεθ’ ὃ τῶν προλοχισθέντων ἐν τοῖς παρ’ ἑκάτερα οἰκίσκοις ἐπελθόντων ἅμα τοῖς ξίφεσιν, ἐκ δὲ τῆς θέας καταπλαγέντων καὶ οὐκ ἐπιτιθεμένων τῷ Ὁδοάκρῳ, Θεοδώριχος προσδραμὼν παίει τῷ ξίφει αὐτὸν κατὰ τὴν κλεῖδα, εἰπόντα δέ· ποῦ ὁ θεός; ἀμείβεται· τοῦτό ἐστιν ὃ καὶ σὺ τοὺς ἐμοὺς ἔδρασας. Τῆς δὲ πληγῆς καιρίας καὶ μέχρι τῆς ὀσφύος διελθούσης τὸ Ὁδοάκρου σῶμα, εἰπεῖν φασιν Θεοδώριχον ὡς· τάχα οὐδὲ ὀστοῦν ἦν τῷ κακῷ τούτῳ. Καὶ τὸν μὲν πέμψας ἔξω θάπτει εἰς τὰς συνόδους τῶν Ἑβραίων ἐν λιθίνῃ λάρνακι ἔτη βεβιωκότα ξʹ, ἄρξαντα δὲ ιδʹ, τὸν δὲ ἀδελφὸν τούτου ἐν τῷ τεμένει φυγόντα κατετόξευσε. Συνέχων δὲ καὶ τὴν Ὁδοάκρου γαμετὴν Σουνιγίλδαν καὶ Ὀκλὰν τὸν παῖδα, ὃν Ὁδόακρος Καίσαρα ἀπέδειξεν, τοῦτον μὲν ἐκπέμπει εἰς Γαλλίαν, ἐκεῖθεν δὲ ἀποδράντα κατὰ τὴν Ἰταλίαν διαφθείρει, τὴν δὲ ὑπὸ λιμοῦ φρουρουμένην ἐξήγαγε τοῦ βίου[12].

Так как Теодорих и Одоакр заключили между собой договор и соглашение вдвоём править империей римлян, то впоследствии часто ходили встречаться друг с другом. Ещё не завершился десятый день, и вот, когда Одоакр пришёл к Теодориху, двое его людей под видом просителей приблизились к Одоакру и схватили его за руки, после чего сидевшие в засаде по комнаткам с обеих сторон разом кинулись на него с мечами, однако, испугавшись его вида, не решились напасть на Одоакра; тогда подбежавший Теодорих ударил его сверху мечом по ключице, и в то время как тот сказал: «Где же Бог?», ответил: «Вот так ты поступил с моими». Удар был смертелен, так как пронзил тело Одоакра до поясницы, и говорят, что Теодорих воскликнул: «Похоже, у этого негодяя даже не было костей». И, отнеся его наружу, хоронит возле еврейской синагоги в каменном гробу, прожившего 60, правившего же 14 лет; его же брата, бежавшего в священное место, он убил стрелами. Он также захватил жену Одоакра Сунигильду и сына Оклу, которого Одоакр провозгласил Цезарем; его он высылает в Галлию, тайно же бежавшего оттуда в Италию убивает, её же, заключённую, голодом лишил жизни.


Несколько других источников[13] также упоминают об убийстве Одоакра Теодерихом, не приводя, однако, никаких подробностей.
Несложно заметить тяготение приведённых выше сообщений к двум различным версиям объяснения причин убийства Одоакра Теодерихом. Одна, условно называемая готской, благоприятная для Теодериха, утверждает, что Одоакр первым начал замышлять козни против своего соправителя и его убийство представлено как своего рода превентивная мера, если не самооборона; другая версия, которую по излагающим её авторам можно назвать византийской, напротив, обвиняет Теодериха в обмане Одоакра и в вероломном его убийстве[14].
Резюмируя вышесказанное, вкратце ход событий может быть изложен следующим образом:
Консульство Альбина = 493 год.
25 или 27 февраля при посредничестве равеннского архиепископа Иоанна между Одоакром и Теодерихом заключён мир.
Готская версия: Одоакр обратился к Теодериху с просьбой о мире (Копенгагенское продолжение Проспера, Эннодий, Иордан), был принят под его покровительство (Павел Диакон), выдал ему в заложники сына (Аноним Валезия, Копенгагенское продолжение Проспера, Агнелл), Теодерих принял капитуляцию Одоакра (Иордан) и дал ему гарантии безопасности (Аноним Валезия).
Византийская версия: Теодерих и Одоакр будут жить в Равенне, пользуясь совершенно одинаковыми правами (Прокопий) и вдвоём правя империей римлян (Иоанн Антиохийский).
26 февраля Теодерих вступает в Классис.
5 марта Теодерих входит в Равенну.
14 марта Теодерих во дворце в Лавровой роще убивает пришедшего туда Одоакра, а затем его семью и соратников.
Готская версия: Теодерих узнал, что Одоакр злоумышляет против него (Аноним Валезия), строит козни (Кассиодор), как если бы тот внушал подозрение (Иордан), стал ясен обман во вражеских мыслях, происки не помогли ему добиться своего (Эннодий).
Византийская версия: Одоакр убит, обманутый ложными клятвами Теодериха (Марцеллин Комит), Теодерих, как говорят, открыв, что Одоакр строит против него козни, коварно пригласил его на пир и убил (Прокопий).

Источники, придерживающиеся готской версии, относятся к западной традиции и тем или иным образом восходят к официальной версии событий, исходящей от остроготского двора[15]. Таковы Аноним Валезия, по крайней мере, для некоторых своих сообщений черпавший информацию в кругах, близких к германским[16]; Кассиодор Сенатор, составивший свою хронику для Евтариха, зятя Теодериха, по случаю назначения его консулом на 519 год; панегирист Теодериха Эннодий; не скрывающий своих готских симпатий Иордан. Хроники называют Теодериха DN – dominus noster, «наш владыка». Очевидно, что авторы этой традиции не лишены повода для пристрастности.
Авторы же византийской традиции, обвиняющей Теодериха в предательстве, не имели повода ни для особого расположения к Одоакру, ни для особой немилости к Теодериху, и их сообщения имеют право на достоверность, в отличие от сообщений готской традиции, в которых «фактически убийца пишет историю убитого»[17].
Таковы версии субъективной стороны данного деяния.

При сопоставлении вышеприведённых сообщений источников обращает на себя внимание тот факт, что все они, за единственным исключением, не описывают непосредственно самого убийства и приводят лишь те элементы объективной стороны, которые были общеизвестны (Теодерих убил Одоакра) и доступны внешнему наблюдателю (убийство произошло во дворце в Лавровой роще, куда Одоакр явился на пир). Исключением же является сообщение Иоанна Антиохийского, явно описывающее произошедшие события словами очевидца: лишение Одоакра свободы действий схватившими его за руки мнимыми просителями; выскочившие из комнаток с обеих сторон таившиеся в засаде убийцы с обнажёнными мечами; их замешательство; личное вмешательство Теодериха; точное описание нанесённого им удара; реплики действующих лиц, до того непохожие на влагаемые в уста своих персонажей античными писателями якобы соответствующие моменту назидательные речи, что производят неизбывное впечатление подлинности. Столь же уникальны сведения Иоанна о событиях, последовавших за убийством Одоакра: странное место его захоронения; его возраст; место и способ убийства его брата (лишь Исидор Севильский упоминает о его судьбе после гибели Одоакра, правда, он сообщает, что «его побеждённый брат Оноульф бежал через дунайскую границу»[18]); имена жены и сына Одоакра (кроме Иоанна имя жены Одоакра – Сунильда – упоминает лишь Синаксарь Константинопольской церкви в баснословном житии безымянной римской мученицы[19]; названное же Иоанном имя сына Одоакра – Окла, по-видимому, представляет собой искажение имени Тела, приведённого Анонимом Валезия[20]), обстоятельства их гибели, а также тот любопытный факт, что Одоакр провозгласил своего сына цезарем. Ни единый другой источник не приводит таких подробностей относительно убийства Одоакра и непосредственно последовавших за ним событий; следует, впрочем, отметить подтвержающее сообщение Иоанна указание Анонима Валезия на то, что Теодерих убил Одоакра «собственноручно мечом».
Кем же мог быть тот свидетель убийства Одоакра, чьи показания дошли до нас во фрагменте Иоанна Антиохийского? Вряд ли свидетелем, давшим такие показания, мог быть кто-то из людей Теодериха. Хотя Иоанн Антиохийский, в отличие от Марцеллина и Прокопия, не даёт поступку Теодериха явно выраженной оценки, его отношение к этому деянию не оставляет повода для сомнений: Иоанн не приписывает Теодериху коварства в помыслах, он описывает его коварство в действиях[21]. В этой связи представляется невероятным, чтобы столь нелестное описание действий Теодериха и его готских сподвижников могло исходить от кого-то из последних. С другой стороны, вполне допустимо предположить, что Одоакр явился к Теодериху не в одиночку, но, как и подобает королю, в сопровождении некоторого числа своих сторонников. Италийские источники единодушны в том, что вслед за убийством Одоакра были истреблены и его соратники, но следует заметить – именно соратники, имеющие отношение к военному ремеслу: cum commilitibus suis (Fasti Vind. prior.); cum collegas omnes, qui regni praesidium amministrabant (Auct. Haun.); cuius exercitus … omnes interfecti sunt (Anon. Val.); cum comitibus suis (Agnel.). Но если предположить, что Одоакра сопровождали и гражданские лица, которыми при существующем порядке распределения обязанностей могли быть только римляне[22] и которые были пощажены готами?


--------------------
История лишена целесообразности, историческое развитие не стремится к чему-то, а отталкивается от чего-то.
Крис Уикхэм
Пользователь offlineПрофайлОтправить личное сообщение
Вернуться к началу страницы
+Цитировать сообщение
Alaricus
post Jun 5 2019, 23:27
Создана #1278


Северный варвар
*************

Группа: Администратор
Сообщений: 30078
Зарегистрирован: 19-September 05
Из: Москва&Область
Пользователь №: 308



II.

В адресованном римскому сенату послании от имени Теодериха, посвящённом назначению на должность comes domesticorum vacans Венанция, следующим образом описаны заслуги его отца Петра Марцеллина Феликса Либерия:

Patricium Liberium et in adversitate nostra fuisse laudabilem, qui sic Odovacris integerrimis parebat obsequiis, ut nostra post fuerit dilectione dignissimus, contra quos multa fecisse videbatur inimicus. non enim ad nos vilissima transfugae condicione migravit nec proprii domini finxit odium, ut alterius sibi procuraret affectum: expectavit integer divina iudicia nec passus est sibi regem quaerere, nisi rectorem primitus perdidisset.
Unde sic factum est, ut ei libenter daremus praemium, quia nostrum fideliter iuvit inimicum. qui casu patrocinante contrario tantum nobis reddebatur acceptus, quantum tunc cognosci poterat indevotus. flexo iam paene domino nullis est terroribus inclinatus: sustinuit immobilis ruinam principis sui: nec novitas illum turbare potuit, quam etiam ferocitas gentilis expavit. prudenter secutus est communes casus, ut, cum divina iudicia fixe sustinet, humanam gratiam commendatior inveniret.
Probavimus hominis fidem: tristis ad nostra iura transivit, qui superatus animum convertit, non autem, ut vinceretur, effecit[23].

Патриций Либерий, даже являясь нашим противником, был достоин похвалы, будучи столь непоколебимо преданным Одоакру, что стал впоследствии в высшей степени достойным нашего расположения, хотя, когда считался врагом, многое совершил против нас. Ведь он не перешёл к нам как презреннейший перебежчик, и не изображал ненависть к своему господину, чтобы обеспечить себе расположение другого; он честно ждал Божьего суда и не позволил себе искать короля, не потеряв прежде своего правителя.
Поэтому свершилось так, что мы охотно предложили ему награду, поскольку он верно поддерживал нашего врага. После падения покровительствующего ему противника он оказался нам настолько приятным, насколько тогда мог признаваться непочтительным. Когда почти уже согнут был его господин, он не был склонён никаким страхом; непоколебимо перенёс он гибель своего государя; и не смогло его обеспокоить новое положение вещей, испугавшее даже варварскую неустрашимость. Благоразумно повиновался он общим превратностям, так что, хотя стойко переносил божественные решения, нашёл более приятной человеческую благосклонность.
Мы испытали верность (этого) человека; печальным перешёл под нашу власть тот, кто, оставшись в живых, переменил отношение (к нам), сделав это, однако, не потому, что был побеждён.


Составивший это послание Кассиодор хотя бы в силу своего возраста[24] не мог, конечно, присутствовать при гибели Одоакра, но, надо полагать, имел полную возможность почерпнуть необходимые сведения непосредственно у самого Теодериха, титульного автора данного документа, буквальное прочтение которого не только не оставляет сомнений в том, что Либерий оставался преданным сторонником Одоакра до самого конца последнего, но и создаёт впечатление его непосредственного присутствия при гибели своего государя – такой, как она описана у Иоанна Антиохийского: «когда почти уже согнут был его господин, он не был склонён никаким страхом» – тут интересно отметить, что, по предположению Моммзена, Одоакр получил смертельный удар сверху вниз, находясь в коленопреклонённом положении[25], видимо, будучи склонён к нему схватившими его за руки мнимыми просителями; «непоколебимо перенёс он гибель своего государя и не смогло его обеспокоить новое положение вещей, испугавшее даже варварскую неустрашимость» – не усматривается ли здесь корреляции со словами Иоанна «сидевшие в засаде … разом кинулись на него с мечами, однако, испугавшись его вида, не решились напасть на Одоакра»?

Вернёмся теперь к условиям заключённого между Одоакром и Теодерихом соглашения. Согласно готской версии, Одоакр сдался на милость Теодериха, в соответствии же с византийской – соглашение было заключено на равных, оба короля должны были пользоваться одинаковыми правами (вероятно, каждый сохранял свою власть над верными ему германцами: Одоакр – над ругами и скирами, Теодерих – над готами[26]) и вместе править римлянами[27]. Обратим, однако, внимание на то, как это описывается во фрагменте Иоанна Антиохийского: «так как Теодорих и Одоакр заключили между собой договор и соглашение вдвоём править империей римлян, то впоследствии часто ходили встречаться друг с другом». Исходя из буквального толкования этого отрывка можно предположить, что заключённое до вступления Теодериха в Равенну соглашение не было окончательным, полностью урегулировавшим все вопросы, и впоследствии стороны были вынуждены неоднократно встречаться для обсуждения деталей и условий реализации ранее достигнутых договорённостей – о том, как именно «вдвоём править империей римлян». Что же именно могло быть предметом этих обсуждений?
Ответ, как ни странно, подсказывает отечественная история: как известно, взяв власть, большевики первым делом издали декреты «О мире» и «О земле». Вопрос о мире Теодерих с Одоакром решили, оставалось решить вопрос о земле.
Очевидно, что решение земельного вопроса представляло определённые трудности. Теодерих вместе со своим народом и примкнувшими к нему по пути группами варваров отправился в Италию не просто повоевать, но с целью добыть земли для расселения[28].
Подобную же проблему ранее решал и Одоакр, и именно обещание её решения своим сторонникам привело его к власти – и придало сил для устранения предшественника[29]. Как сообщает Прокопий:

…καὶ τελευτῶντες ξύμπαντας πρὸς αὐτοὺς νείμασθαι τοὺς ἐπὶ τῆς Ἰταλίας ἀγροὺς ἠξίουν. ὧν δὴ τὸ τριτημόριον σφίσι διδόναι τὸν Ὀρέστην ἐκέλευον, ταῦτά τε ποιήσειν αὐτὸν ὡς ἥκιστα ὁμολογοῦντα εὐθὺς ἔκτειναν. ἦν δέ τις ἐν αὐτοῖς Ὀδόακρος ὄνομα, ἐς τοὺς βασιλέως δορυφόρους τελῶν: ὃς αὐτοῖς τότε ποιήσειν τὰ ἐπαγγελλόμενα ὡμολόγησεν, ἤνπερ αὐτὸν ἐπὶ τῆς ἀρχῆς καταστήσωνται. οὕτω τε τὴν τυραννίδα παραλαβὼν ἄλλο μὲν οὐδὲν τὸν βασιλέα κακὸν ἔδρασεν, ἐν ἰδιώτου δὲ λόγῳ βιοτεύειν τὸ λοιπὸν εἴασε. καὶ τοῖς βαρβάροις τὸ τριτημόριον τῶν ἀγρῶν παρασχόμενος τούτῳ τε τῷ τρόπῳ αὐτοὺς βεβαιότατα ἑταιρισάμενος τὴν τυραννίδα ἐς ἔτη ἐκρατύνετο δέκα[30].

Они [варвары] в конце концов пожелали, чтобы римляне поделили с ними все земли в Италии. Они потребовали от Ореста, чтобы из этих земель он дал им третью часть, и, видя, что он не проявляет ни малейшей склонности уступить им в этом, они тотчас убили его. В их среде был некий Одоакр, один из императорских телохранителей; он согласился выполнить для них то, на что они заявили претензию, если они поставят его во главе правления. Захватив таким образом реальную власть (тираннию), он не причинил никакого зла императору, но позволил ему в дальнейшем жить на положении частного человека. Передав варварам третью часть земель, он тем самым крепко привязал их к себе и укрепил захваченную власть на десять лет
(пер. с греч. С.П. Кондратьева).

Представляется, что закрепление трети италийских земель за приверженцами Одоакра создавало для Теодериха и его остроготов проблему, неразрешимую мирным путём. Хотя Одоакр и был уже несколько лет заперт в Равенне и фактически контроль над Италией перешёл к Теодериху, всё же довести дело до реального наделения своих сподвижников и их семей земельными наделами для Теодериха – покуда земли были заняты людьми Одоакра – представлялось затруднительным[31]. Очевидно, что основная часть остроготского войска была задействована в осаде Равенны, остальные отряды, с наибольшей степенью вероятности, контролировали другие крупные города и стратегически важные пункты Италии; сельские же угодья, надо полагать, продолжали оставаться за прежними владельцами.
Не исключено, что прелиминарная договорённость, достигнутая между Одоакром и Теодерихом при посредничестве равеннского архиепископа, не предусматривала решения земельного вопроса – не зря же об этом умалчивают источники, – но подразумевала его разрешение в дальнейшем. Именно для его разрешения неоднократно встречались в последующем Теодерих и Одоакр, именно поэтому последнего на этих переговорах могли сопровождать римские специалисты по землеустройству, а именно – Либерий, который, не исключено, ранее мог принимать участие в расселении в Италии эвакуированных Одоакром римлян Норика и имел опыт проведения подобных мероприятий[32]. Очевидно, переговоры не дали положительного результата, что неудивительно, поскольку именно наделение землёй своих сторонников обеспечивало их поддержку каждому из правителей. Радикальным выходом из тупика и стало внезапное убийство Теодерихом Одоакра и его сподвижников, где бы они ни были застигнуты (Аноним Валезия), причём приказ об этом был разослан заблаговременно (Эннодий)[33]. Тем самым Теодерих и разрешил земельный вопрос в свою пользу – именно в этом заключается истинный мотив убийства им Одоакра. Как сообщает тот же Прокопий:

καὶ ἀδίκημα σχεδόν τι οὐδὲν οὔτε αὐτὸς ἐς τοὺς ἀρχομένους εἰργάζετο οὔτε τῳ ἄλλῳ τὰ τοιαῦτα ἐγκεχειρηκότι ἐπέτρεπε, πλήν γε δὴ ὅτι τῶν χωρίων τὴν μοῖραν ἐν σφίσιν αὐτοῖς Γότθοι ἐνείμαντο ἥνπερ Ὀδόακρος τοῖς στασιώταις τοῖς αὑτοῦ ἔδωκεν[34].

Сам лично он [Теодорих] не притеснял и не обижал своих подданных, а если кто либо другой пытался это делать, то он не дозволял этого, исключая того, что ту часть земли, которую Одоакр дал своим сторонникам, Теодорих тоже распределил между своими готами
(пер. с греч. С.П. Кондратьева).

Именно для организации землеустроительного процесса по наделению землёй людей Теодериха был оставлен в живых сопровождавший Одоакра Либерий – уже известный Теодериху как специалист по данному вопросу; более того, несмотря на молодость и незнатность – назначен на высшую должность в гражданской администрации Италии[35]: как сообщает Аноним Валезия, в 500 году Теодерих, во время торжественного вступления в Рим по случаю тридцатилетия своей власти, Liberium praefectum praetorii, quem fecerat in initio regni sui, fecit patricium et dedit ei successorem[36].
Либерия, которого в начале своего правления он назначил префектом претория, сделал патрицием и предоставил ему преемника.


В уже цитированном выше послании к сенату по случаю назначения Венанция Кассиодор от имени Теодериха сообщает:

Iuvat nos referre quemadmodum in tertiarum deputatione Gothorum Romanorumque et possessiones iunxit et animos. nam cum se homines soleant de vicinitate collidere, istis praediorum communio causam videtur praestitisse concordiae: sic enim contigit, ut utraque natio, dum communiter vivit, ad unum velle convenerit. en factum novum et omnino laudabile: gratia dominorum de cespitis divisione coniuncta est; amicitiae populis per damna creverunt et parte agri defensor adquisitus est, ut substantiae securitas integra servaretur. una lex illos et aequabilis disciplina complectitur. necesse est enim, ut inter eos suavis crescat affectus, qui servant iugiter terminos constitutos. debet ergo Romana res publica et memorato Liberio tranquillitatem suam, qui nationibus tam praeclaris tradidit studia caritatis[37].

Мы с удовольствием вспоминаем, как при распределении третей он [Либерий] соединил и владения, и души готов и римлян. Ведь, хотя люди имеют обыкновение ссориться из-за соседства, общность землевладений предоставила им причину для согласия: ведь случилось так, что оба народа, проживая сообща, пришли к единой воле. Вот дело небывалое и весьма похвальное: разделением земли была установлена взаимная благосклонность хозяев; из-за убытков возросла дружба народов и за счёт части поля был приобретён защитник, чтобы безопасность достояния сохранялась нерушимой. Их объединяют единый закон и одинаковые правила поведения. Ведь необходимо, чтобы возрастала нежная привязанность между теми, кто неизменно соблюдает установленные границы. Итак, римское государство обязано собственным спокойствием также вышеупомянутому Либерию, который передал столь славным народам стремление к привязанности.

О том же пишет и Эннодий в письме к самому Либерию:

Quid quod illas innumeras Gothorum catervas vix scientibus Romanis larga praediorum conlatione ditasti? nihil enim amplius victores cupiunt et nulla senserunt damna superati[38].

Как обогатил ты несметные полчища готов щедрой раздачей земель, что римляне едва ли это почувствовали? Ведь ничего больше не желают победители и никакого ущерба не ощутили побеждённые.


Итак, назначенный вскоре после устранения Одоакра и его сподвижников префектом претория Италии Либерий успешно провёл земельную реформу, наделив готов землёй за счёт бывших соратников Одоакра и с минимальным ущемлением интересов римских собственников[39]. В 500 году, по выходе в отставку, Либерий получает титул патриция, в 507 году его сын Венанций становится консулом, примерно в 510 году он назначен префектом претория Галлии, а после смерти Теодериха, в правление Аталариха при регентстве Амаласунты – презентальным патрицием, став редчайшим исключением – римлянином, под началом которого находились военные отряды готов, дислоцированные в Галлии[40]. Таким образом, Либерий, которому абсолютно доверял Теодерих, не утратил монаршего доверия и при Амаласунте.
После смерти в 534 году Аталариха Амаласунта была вынуждена взять в соправители своего двоюродного брата Теодахада, при этом, как сообщает Прокопий, «…самыми страшными клятвами он должен обязаться, что к нему, Теодату, переходит только титул короля, а что сама Амалазунта, как и прежде, будет обладать всё той же фактической властью. Когда Теодат это услыхал, он поклялся во всём, что было угодно Амалазунте, но согласился он на это со злым умыслом (ἐπὶ λόγῳ τῷ πονηρῷ), помня, что раньше она сделала против него. Таким образом, Амалазунта, обманутая и собственными намерениями, и клятвенными обещаниями Теодата, провозгласила его королём. И отправив в Византию послов из числа важных готов, она сообщила об этом Юстиниану.
Теодат, получив главную власть, стал действовать совершенно обратно тому, на что надеялась Амалазунта и что он сам обещал. Он приблизил к себе тех родственников из готов, которые были ею убиты, а их среди готов было много, и они пользовались большим почётом; из числа же приближённых к Амалазунте он внезапно некоторых убил, а её саму заключил под стражу ещё прежде, чем послы успели прийти в Византию. В Этрурии (Тоскане) есть озеро, под названием Вульсина, в середине которого находится остров, сам по себе очень маленький, но имеющий сильное укрепление. Заключив здесь Амалазунту, Теодат стерёг её. Боясь, как бы за такой поступок император не рассердился на него (как это и было на самом деле), он отправил из римских сенаторов Либерия и Опилиона с некоторыми другими с поручением всеми силами умилостивить гнев императора, утверждая, что с его стороны ничего не сделано неприятного для Амалазунты, хотя она прежде совершала против него ужасные и нетерпимые поступки. Это он и сам написал императору и заставил написать, хоть и против воли, также и Амалазунту»[41]
(пер. с греч. С.П. Кондратьева).

Итак, Либерий отправлен Теодахадом, вероломно свергнувшим и заточившим Амаласунту, послом к Юстиниану, имея поручение сообщить, что ничего неприятного с Амаласунтой не случилось. В то же самое время Юстиниан, ещё не знавший о смерти Аталариха и возведении на королевский трон Теодахада, направил в Италию собственного посла Петра[42]. На полпути послы встретились: «находясь в городе Авлоне[43], лежащем у Ионического залива, он [Пётр] встретился с посольством Либерия и Опилиона и узнал от них обо всём случившемся. Послав обо всём этом доклад императору, он остался ожидать приказаний в этом городе.
Когда император Юстиниан услыхал обо всём этом, он, имея в виду привести в смущение готов и Теодата, отправил письмо Амалазунте, заявляя, что он сильнейшим образом озабочен тем, чтобы оказать ей покровительство, и поручил Петру этого отнюдь не скрывать, но совершенно открыто поставить это на вид самому Теодату и всем готам. Когда послы из Италии прибыли в Византию, то все остальные рассказали императору, всё как было, и больше всего Либерий. Это был человек исключительных нравственных достоинств, умевший говорить только правду. Один только Опилион неизменно утверждал, что со стороны Теодата по отношению к Амалазунте не было совершено никакого насилия. Когда Пётр прибыл в Италию, то Амалазунты уже не было в живых»[44]
(пер. с греч. С.П. Кондратьева).

Интересно отметить, что, по сообщению того же Прокопия в «Тайной истории», «когда Амалазунта, желая избавиться от общения с готами, решила переменить свой образ жизни и задумывала переехать в Византию, о чем я рассказывал в предшествующих книгах, то Феодору взяло раздумье: Амалазунта была женщиной знатного рода и царственного происхождения, по внешности исключительно красива и умела очень решительно проводить свои планы; ее величественный вид и исключительно мужественный склад ума делали ее подозрительной в глазах Феодоры, которая боялась легкомыслия своего мужа. Свою ревность Феодора проявила не в каких-нибудь мелких поступках, но стала строить козни против Амалазунты вплоть до её убийства. Тотчас она убедила своего мужа, чтобы он в качестве посла отправил в Италию одного Петра. При отправлении император дал ему же поручения, которые я привёл в соответственных местах своего рассказа, но где сообщить всю истину, как это произошло, мне не представлялось возможным из-за страха перед императрицей. Сама же Феодора дала Петру только одно приказание: возможно скорее убрать Амалазунту из числа живых людей, поставив ему на вид надежду, что если он выполнит её приказание, он будет осыпан великими милостями. И вот, когда он прибыл в Италию (ясно, что природное чувство этого человека ничуть не возмущалось и не мучилось, готовя преступное убийство, в надежде на обещанные ему или высокую должность или большие богатства), не знаю, чем склонив Теодата, он убедил его убить Амалазунту. За это Пётр получил звание магистра и величайшую власть, но заслужил от всех и величайшую ненависть. Таков был печальный конец Амалазунты»[45](пер. с греч. С.П. Кондратьева).

Относительно истинности сообщения «Тайной истории» об убийстве Амаласунты по инициативе Феодоры при посредничестве Петра высказаны различные, в том числе диаметрально противоположные оценки[46], но к теме нашего исследования оно прямого касательства не имеет, по каковой причине от его более подробного рассмотрения мы и воздержимся. Следует лишь добавить, что Пётр использовал факт убийства Амаласунты при исполнении своей дипломатической миссии, угрожая Теодахаду тем, что за столь ужасное преступление Юстиниан будет вести против него беспощадную войну, что вскоре и произошло[47]. Устрашённый первыми успехами византийского оружия, Теодахад под давлением Петра в конце концов согласился уступить Италию Юстиниану, с чем Пётр и отбыл в Константинополь[48]. Вскоре он вновь вместе с другим послом, Афанасием, был отправлен Юстинианом к Теодахаду с поручением заключить письменный договор и обеспечить сдачу Теодахадом Италии византийскому полководцу Велизарию. Однако Теодахад, воодушевлённый некоторыми военными успехами готов в Далмации, отказался от прежних обещаний и заключил Петра и Афанасия под стражу[49]. Лишь через три года Пётр и Афанасий были освобождены новым готским королём Витигесом в обмен на готских послов, отправленных к персидскому царю и задержанных византийцами. По прибытии в Константинополь Пётр был удостоен звания магистра[50], а также получил титул патриция[51]. Под именем Петра Магистра или Петра Патриция (Патрикия) он и вошёл в историографию[52]. Впоследствии он неоднократно выполнял дипломатические поручения, ведя переговоры с персами, а также с папой Вигилием в Халкидоне.

Лексикон Суды под словом Πέτρος сообщает, что Πέτρος ὁ ῥήτωρ, ὁ καὶ Μάγιστρος καὶ ἱστορικός, πρεσβευτὴς ὡς Χοσρόην σταλεὶς, μάλα ἐμβριθής τε ἦν καὶ ἀνάλωτος ἐν τῷ ῥητορεύειν, τῷ καταμαλάξαι φρονήματα βαρβαρικὰ σκληρά τε καὶ ὀγκώδη. ἔγραψεν ἱστορίας, καὶ περὶ πολιτικῆς καταστάσεως[53].

Пётр ритор, а также магистр и историк, отправленный послом к Хосрою, был убедителен и неопровержим благодаря своей способности смягчать непреклонные и надменные умы варваров. Он написал «Историю» и книгу «О политическом устройстве».


Очевидно, именно из написанной Петром Патрицием «Истории» происходят отрывки, сохранённые в составленных по распоряжению императора Константина Багрянородного Excerpta De legationibus gentium ad Romanos и De legationibus Romanorum ad gentes; хронологически последний из этих отрывков относится ко временам правления Юлиана[54].
Менандр Протектор, отрывки которого также сохранились в Лексиконе Суды, сборниках Константина Багрянородного Excerpta De legationibus gentium ad Romanos, De legationibus Romanorum ad gentes и De sententiis, повествует о переговорах Петра с персидским царём Хосроем и замечает: «Если же кто хочет знать в точности происходившие между Петром и царём персидским переговоры, пусть тот читает самое сочинение Петра. Он записал подробно всё, что было сказано и отвечено Хозроем, персидскими и римскими послами, подлинные их слова, с лестью ли они были сказаны обеими сторонами или с надменностью, с притворством или с насмешкой, для уничтожения других. Одним словом, в сочинении его можно прочесть всё то, что поверенные двух государств говорили и как говорили о столь важном деле. Большая книга наполнена этими, как я думаю, заподлинно сказанными словами; разве иное Петром прибавлено для собственной славы, для того, чтобы потомству показаться человеком глубокомысленным и в красноречии неодолимым, когда бывает нужно смягчать грубые и высокомерные помыслы варваров. Всё это читатель найдет в его книге. … Если бы мне пришлось выписывать всё, что содержится в книге Петра, то буквальная передача переговоров повела бы меня к большому сочинению. Я почерпнул из его книги всё, что было нужно, и изложил коротко»[55] (пер. с греч. С.Ю. Дестуниса).

После встречи с Петром в Авлоне, по прибытии в Константинополь Либерий был принят при дворе в соответствии с протоколом, положенным префекту претория, о чём сохранилось упоминание в сборнике «О церемониях византийского двора» Константина Багрянородного (l. I, c. 87): χρὴ δὲ εἰδέναι, ὅτι καὶ Λίβερ, ὁ πατρίκιος καὶ ἔπαρχος Γαλλιῶν, ἐπέμφθη ἐνταῦθα παρὰ Θευδᾶ τοῦ ῥηγὸς Γότθων καὶ τῆς συγκλήτου Ῥωμαίων, καὶ δεξάμενος αὐτὸν ὁ εὐσεβὴς βασιλεὺς ἡμῶν Ἰουστινιανὸς, ἐκέλευσεν αὐτὸν ὡς ἔπαρχον πραιτωρίων καὶ προϊέναι καὶ ἀναχωρεῖν, καὶ πάντα οὕτως ἐπὶ αὐτοῦ ἐπράττετο, ὡς ἐπὶ τῶν ἐπάρχων ἀνατολῆς[56].

Надлежит же знать, что и Либер(ий), патриций и префект Галлий, посылался сюда Теудой [т.е. Теодахадом], королём готов, и римским сенатом; и принявший его благочестивый император Юстиниан приказал, чтобы как при прибытии, так и при убытии он занимал положение префекта претория, и вообще при любых обстоятельствах следует обращаться и принимать его точно таким же образом, каким обычно принимают префекта Востока.

По мнению С.Ю. Дестуниса, данное сообщение восходит к сочинению того же Петра: «Без сомнения, всё, что Константином Порфирородным внесено в книгу «О церемониях двора» из сочинений Петра Магистра, суть части этой книги, не только 84 и 85 главы первой книги, на которых прямо означено имя Петра, но и десять последующих, до 95, должно отнести к нему. В них часто, как, например, в главах 86, 87, 95, упоминается о Юстиниане как о государе, ещё царствующем в то время, когда это писано. Что всё это заимствовано из книги о должностях магистра, явствует из того, что сочинитель с особенной заботой указывает на участие магистра в тех делах, о которых толкует»[57]. Аналогичное мнение высказано Дж. Б. Бьюри: «Историки не заметили, что имеется интересное известие о приёме Либерия императором у Константина Багрянородного, De cerim. I.87 (взятое, несомненно, из работы того же Петра)»[58], а также Б. Болдуином[59] и А.Х.М. Джоунзом[60].

Таким образом, дошедшие до нас источники свидетельствуют о том, что из-под пера Петра Патриция вышли сочинения, в которых он подробно описывает своё участие в восточных посольствах, и представляется вполне допустимым предположение, что равным образом им могли быть описаны совершённые с его участием посольства на Запад. Прямые свидетельства составления им сочинений о западных посольствах отсутствуют, однако имеется, по крайней мере, краткое упоминание о приёме при константинопольском дворе западного посла Либерия. Представляется, что посольства, совершённые Петром в Италию, должны были занимать важнейшее место в его жизни и карьере, настолько резкими были связанные с ними взлёты и падения: почти уже свершившаяся благодаря усилиям Петра сдача Италии Юстиниану обернулась трёхлетним заключением под стражу, за которым последовало присвоение высоких званий магистра и патриция. Кажется вполне вероятным, что и западные посольства Петра получили от него свои описания, до нас, к сожалению, не дошедшие.
В этой связи исключительно важным для обозначенной темы является упоминание Прокопием факта встречи Либерия с Петром в Авлоне и его рассказа последнему о событиях в Италии. Если Пётр действительно оставил описание своих западных посольств, своё место в них должно было занять и повествование о встрече с Либерием и о том, что посланник готского короля поведал послу константинопольского императора.
Необходимо добавить, что, прибыв в Константинополь и правдиво рассказав о происходивших при готском дворе событиях, Либерий не вернулся в Италию, но остался на службе у императора Юстиниана[61]. Поэтому более чем вероятно, что по возвращении из Италии уже после смерти Амаласунты Пётр, готовясь к новому посольству, вновь контактировал с Либерием, бывшим высшим сановником готского правительства.
Представляется вполне правдоподобным проведение Либерием аналогии между событиями, имевшими место на заре его служебной карьеры, и событиями, разворачивающимися ныне. Действительно, как в 493 году Теодерих, заключивший с Одоакром договор о совместном правлении в Италии, злоупотребив доверием своего соправителя, коварно лишил его жизни, так и теперь Теодахад, принятый в соправители Амаласунтой, нарушил данные ей клятвы и лишил её сначала власти и свободы, а затем и жизни. Очевидно, что Либерий, некогда служивший Одоакру, ставший свидетелем его падения и вынужденный перейти на службу к его убийце, теперь, служа Амаласунте, став свидетелем её отстранения от власти и заточения на острове, будучи послан Теодахадом с поручением оправдать его действия перед Юстинианом, не пожелал служить её притеснителю (и покровителю её будущих убийц), изложил в Константинополе истинную картину событий и перешёл на службу к византийскому императору. Представляется вполне естественным, что во время своих бесед с Петром в Авлоне либо позже в Константинополе Либерий и поведал последнему подробности убийства Теодерихом Одоакра, усматривая в них явную аналогию современным событиям. Возможно, если такая аналогия была озвучена уже в Авлоне, когда Амаласунта была ещё жива, Либерий, будучи под впечатлением истории Одоакра, мог высказать опасения за её жизнь, и в таком случае последующие события в полной мере такие опасения подтвердили, что могло стать действенным поводом к повторному обсуждению этой темы при новых встречах Либерия с Петром в Константинополе.
Сам Либерий не оставил литературных трудов[62], однако его рассказ об обстоятельствах убийства Одоакра мог найти отражение в записках Петра о его западных дипломатических миссиях и впоследствии быть заимствованным из них Иоанном Антиохийским.


--------------------
История лишена целесообразности, историческое развитие не стремится к чему-то, а отталкивается от чего-то.
Крис Уикхэм
Пользователь offlineПрофайлОтправить личное сообщение
Вернуться к началу страницы
+Цитировать сообщение
Alaricus
post Jun 5 2019, 23:28
Создана #1279


Северный варвар
*************

Группа: Администратор
Сообщений: 30078
Зарегистрирован: 19-September 05
Из: Москва&Область
Пользователь №: 308



III.

Сочинение Иоанна Антиохийского Ἱστορία χρονική представляло собой всеобщую христианскую историю, простиравшуюся от Адама до восхождения на трон императора Ираклия 5 октября 610 года н.э.[63] За исключением одной короткой части в обнаруженном в Иверском монастыре на горе Афон манускрипте Iviron 812, оригинальный текст этого сочинения утрачен, однако его содержание частично дошло до нас в виде различных извлечений или фрагментов[64]. Интересующий нас фрагмент, получивший в издании Карла Мюллера в V томе Fragmenta historicorum Graecorum обозначение 214a[65], сохранился в составе Excerpta Constantiniana de insidiis, составленных в период между 945 и 959 гг. в Константинополе по инициативе и под руководством императора Константина VII Багрянородного[66].
Рассматриваемый отрывок дошёл до нас в единственном[67] манускрипте Codex Scorialensis Ω I 11 (прежнее обозначение I Z 2/I K 3), датируемом серединой XVI века, выполненном на бумаге и содержащем 362 листа. Фрагмент, повествующий об убийстве Одоакра Теодерихом, находится на листе 149r размером 354 × 235 мм (площадь письма 240 × 140 мм), вмещающем 31 строку текста. Помимо извлечений из Иоанна Антиохийского (ff. 107r – 154v), озаглавленных περὶ ἐπιβουλῶν κατὰ βασιλέων γεγονυιῶν и имеющих маргинальное примечание ἐκ τῆς Ἱστορίας Ἰωάννου Ἀντιοχέως, кодекс содержит: Varia Historia Элиана; извлечения Гераклида Лемба из «Политики» Аристотеля; Excerpta Constantiniana de insidiis, включающие, кроме Иоанна Антиохийского, извлечения из Николая Дамасского, Иоанна Малалы, Георгия Монаха, Диодора Сицилийского, Дионисия Галикарнасского и Полибия; «Стратегику» Полиэна; Constitutio militaris XIX de navali proelio императора Льва VI; Geographica Informatio Агатемера; Anonymi ratio geographiae in sphaera intelligendae; Anonymi Geographia Compendiaria; S. Justini Philosophi confutatio quorundam Aristotelis dogmatum. Рукопись представляет собой копию, изготовленную в 1543 году в Венеции по заказу испанского посла, поэта и гуманиста Диего Уртадо де Мендоса (Diego Hurtado de Mendoza, 1503–1575) для его библиотеки, посмертно подаренной Королевской библиотеке Эскуриала. Распознаны, по меньшей мере, пять копиистов, составлявших этот кодекс; листы 107r – 196v (включая, таким образом, интересующий нас отрывок) выполнены почерком Иоанна Мавромата (Johannes Mauromates) из Корфу, находившегося в Венеции на службе у Уртадо де Мендоса с 26 января 1542 до конца 1543 гг.[68]

Сергей Мариев в своём издании фрагментов Иоанна Антиохийского в примечании к интересующему нас отрывку указывает: fontem non inveni («источника я не обнаружил»)[69], оговаривая, впрочем, что такое примечание «не следует понимать как подразумевающее, что исторические данные во фрагменте иным образом неизвестны; скорее это означает, что я не смог определить прямой источник с достаточной степенью определённости»[70]. Однако в данном случае, действительно, как уже отмечалось выше, ни один иной источник не упоминает тех подробностей, которые описывает обсуждаемый нами фрагмент.
В то же время ряд исследователей относит к числу источников, использованных Иоанном Антиохийским при составлении своего труда, сочинения Петра Патриция. Так, Карл Крумбахер полагал, что для истории римских императоров Иоанн Антиохийский заимствовал материал, в частности, у Петра Патриция[71]. К числу источников Иоанна Антиохийского для истории Римской империи относит Петра Патриция З.В. Удальцова[72]. Умберто Роберто отмечает соответствие между источником Иоанна Антиохийского и фрагментами περὶ πολιτικῆς καταστάσεως Петра Патриция, в частности, начальная часть fr. 308 (Roberto = fr. 214b Müller = fr. 239 Mariev) Иоанна соотносится с отрывком о коронации Анастасия из Петра Патриция, сохранённым благодаря Константину Багрянородному в De caerimoniis, I, 92[73]. Действительно, в указанной главе De caerimoniis содержится фраза: Παρὰ πάντων ἐβοήθη· “ἄξιε τῆς βασιλείας, ἄξιε τῆς τριάδος, ἄξιε τῆς πόλεως. τοὺς δηλάτορας ἔξω βάλε” καὶ ἄλλα τοιαῦτα[74].
Все кричали: «Достойный царства, достойный Троицы, достойный Города! Изгони доносчиков!» и другое подобное.

В то же время фрагмент 214b начинается следующим образом: Ὅτι Ἀναστάσιος ὁ βασιλεὺς λύει (τὸν) τῶν δημεύσεων φόβον τοῖς ὑπηκόοις, ἀπαγορεύει δὲ τοῖς συκοφάνταις τὴν ἄδειαν καὶ τὸ τῆς καλουμένης δηλατορίας πάθος τιμωρεῖται καὶ τοὺς ἐκ τῶν εἰσφορῶν ὀφειλέτας ἐλευθεροῖ τῶν ἔμπροσθεν χρόνων[75].
Император Анастасий освободил подданных от страха конфискаций, отменил неприкосновенность доносчиков и наказывал случаи так называемой «делатории» (доносительства), и освободил задолжавших налоги за прежние времена.

Как видно, оба текста говорят об упраздении доносительства императором Анастасием, но если в первом речь идёт лишь о пожелании подданных, то во втором – об уже принятом решении. Кроме того, обоими текстами – и только ими – упоминается префект города Константинополя Юлиан[76].
Данные обстоятельства подтверждают предположение о том, что в основу части фрагмента 214b Иоанна Антиохийского положены сведения, почерпнутые из того же источника, к которому восходит глава 92 первой книги De caerimoniis, то есть, как отмечалось выше, сочинения Петра Патриция.
Начало фрагмента 214b Иоанна Антиохийского в единственном сохранившем его манускрипте – том же Codex Scorialensis Ω I 11 – следует непосредственно за интересующим нас фрагментом 214a и находится на том же листе 149r. Таким образом, представляется правомерным допустить, что среди сведений, заимствованных Иоанном Антиохийским из сочинений Петра Патриция, могли быть и те, что дошли до нас во фрагменте 214a.

Признавая гипотетичность изложенных выше посылок, постараемся всё же сформулировать проистекающий из них вывод: содержащиеся во фрагменте 214a сведения о заключении мира между Одоакром и Теодерихом и об убийстве Теодерихом Одоакра и его близких были заимствованы Иоанном Антиохийским из сочинений Петра Патриция, получившего эти сведения от патриция Либерия, бывшего непосредственным очевидцем упомянутых событий.


--------------------
История лишена целесообразности, историческое развитие не стремится к чему-то, а отталкивается от чего-то.
Крис Уикхэм
Пользователь offlineПрофайлОтправить личное сообщение
Вернуться к началу страницы
+Цитировать сообщение
Alaricus
post Jun 5 2019, 23:28
Создана #1280


Северный варвар
*************

Группа: Администратор
Сообщений: 30078
Зарегистрирован: 19-September 05
Из: Москва&Область
Пользователь №: 308



ПРИМЕЧАНИЯ

[1] Fasti Vindobonenses priores, 646–649 // Chronica minora, vol. I, ed. Th. Mommsen // Monumenta Germaniae Historica, Auctores Antiquissimi (далее – MGH AA), t. IX. Berolini 1892, p. 320.
[2] Continuatio Hauniensis Prosperi, ordo prior, s.a. 493, 3–6 // Chronica minora, vol. I, ed. Th. Mommsen // MGH AA, t. IX, p. 321.
[3] Anonimi Valesiani pars posterior: Chronica Theodericiana, 55–56 // Excerpta Valesiana, recensuit J. Moreau, edictionem correctiorem curavit V. Velkov. Lipsiae 1963 (Bibliotheca scriptorum Graecorum et Romanorum Teubneriana), p. 54.
[4] Agnelli Liber Pontificalis Ecclesiae Ravennatis, 39 // Codex Pontificalis Ecclesiae Ravennatis, vol. I. Agnelli Liber Pontificalis, a cura di A. Testi Rasponi. Bologna 1924 // Rerum Italicarum Scriptores, N. S., t. II, pars III, p. 109–110.
[5] Cassiodori Chronica, 1330–1331 // Chronica minora, vol. II, ed. Th. Mommsen // MGH AA, T. XI. Berolini 1894, p. 159.
[6] Magni Felicis Ennodii Panegyricus regi Theoderico, 50–52 // MGH AA, t. VII, rec. F. Vogel. Berolini 1885, p. 209.
[7] Iordanis Getica, 294–295 // MGH AA, t. V pars I, rec. Th. Mommsen. Berolini 1882, p. 134.
[8] Iordanis Romana, 349 // Ibid., p. 45.
[9] Pauli Diaconi Historia Romana, XV, 17 // Pauli Diaconi Historia Romana, a cura di A. Crivellucci // Fonti per la storia d’Italia, vol. 51. Roma 1914, p. 222.
[10] Marcellini comitis Chronicon, s.a. 489 // Chronica minora, vol. II, ed. Th. Mommsen // MGH AA, t. XI. Berolini 1894, p. 93.
[11] Procopii Caesariensis De bello Gothico, I (V), 1, 24–25 // Corpus Scriptorum Historiae Byzantinae, t. 44, vol. 2, ed. W. Dindorf. Bonnae 1833, pp. 9–10.
[12] Mommsen Th. Bruchstücke des Johannes von Antiochia und des Johannes Malalas // Hermes, Bd. 6, 1872, S. 332 = Gesammelte Schriften, Bd. 7, 1909, S. 719; Fragmenta Historicorum Graecorum (далее – FHG), ed. C. Müller. Vol. V. Parisiis 1873, p. 29, fr. 214a; Excerpta de indsidiis, 99 // Excerpta Historica iussu Imp. Constantini Porphyrogeniti confecta, edd. U. Ph. Boissevain, C. de Boor, Th. Büttner-Wobst. Vol. III. Excerpta de insidiis. Berolini 1905, p. 140; Ioannis Antiocheni Fragmenta ex Historia chronica, ed. U. Roberto. Berlin–New York 2005, pp. 526, 528, fr. 307; Ioannis Antiocheni Fragmenta quae supersunt omnia, rec. S. Mariev // Corpus fontium historiae Byzantinae, vol. XLVII. Berolini et Novi Eboraci 2008, p. 444, fr. 238.
[13] Agathiae Scholastici Mirinaei Historiae I, 5, 7; Caesaraugustanorum chronicorum reliquiae s.a. 492; Gallica Chronica a. DXI, 670; Ioannis Malalae Chronographia XV, 9; Isidori Hispalensis Historia Gothorum Wandalorum Sueborum, 39.
[14] Mommsen. Op. cit., S. 333-336; Cipolla C. Considerazioni sul concetto di Stato nella monarchia di Odoacre // Rendiconti della Reale Accademia dei Lincei. Classe di scienze morali, storiche e filolofiche. Serie Quinta, vol. XX. Roma 1911, pp. 447–455; Caliri E. Praecellentissimus rex. Odoacre tra storia e storiografia. Messina 2017, p. 156.
[15] Pallmann R. Die Geschichte der Völkerwanderung nach den Quellen dargestellt. Theil II. Weimar 1864, S. 473; Cipolla. Op. cit., p. 449.
[16] Calderone S. Alle origini della ‘fine’ dell’Impero romano d’Occidente // La fine dell’Impero romano d’Occidente. Istituto di Studi Romani. Roma 1978, p. 42.
[17] Mommsen. Op. cit., S. 336.
[18] Isidori Hispalensis Historia Gothorum Wandalorum Suevorum, 39 // Chronica minora, vol. II, ed. Th. Mommsen // MGH AA, t. XI. Berolini 1894, p. 283.
[19] Synaxarium Ecclesiae Constantinopolitanae, Dec. 8, 2 // Synaxarium Ecclesiae Constantinopolitanae e codice Sirmondiano nunc Berolinensi adiectis Synaxariis selectis, opera et studio H. Delehaye. Bruxellis 1902, p. 289, ll. 18-36.
[20] ΘΗΛΑ → ΟΚΛΑ. Ср.: Mommsen. Op. cit., S. 337, Anm. 2; Müller, t. V, p. 29 n.
[21] Pfeilschifter G. Theoderich der Grosse. Die Germanen im Römischen Reich. Mainz 1910, S. 35; Wolfram H. Die Goten: von den Anfängen bis zur Mitte des sechsten Jahrhunderts. Entwurf einer historischen Ethnographie. München 1990, S. 283–284.
[22] Hartmann L.M. Geschichte italiens im Mittelalter. Bd. I. Gotha 1897, S. 56; Jones A. H. M. The Constitutional Position of Odoacer and Theoderic // The Journal of Roman Studies, vol. 52, parts 1 and 2, 1962, p. 129.
[23] Cassiodori Variae, II, 16, 2–4 // MGH AA, t. XII, rec. Th. Mommsen. Berolini 1894, p. 55.
[24] Он родился примерно в 485–490 гг. См.: PLRE, vol. II, pp. 265–269, Cassiodorus 4.
[25] Mommsen. Op. cit., S. 336, Anm. 1.
[26] Ibidem, S. 335.
[27] Caliri. Op. cit., p. 155.
[28] Ibidem, p. 152.
[29] Cipolla. Op. cit., p. 363; Bury J.B. History of the Later Roman Empire from the Death of Theodosius I to the Death of Justinian, vol. I. New York 1923. pp. 406–407; Caliri. Op. cit., pp. 85–86.
[30] Proc. BG, I. 1. 4-8, pp. 6–7.
[31] Picotti G. B. Sulle relazioni fra re Odoacre e il Senato e la Chiesa di Roma // Rivista Storica Italiana, serie V, 1939 – vol. IV; fascicolo III, pp. 380–381.
[32] Caliri. Op. cit., pp. 112–113.
[33] Jones A. H. M. The Later Roman Empire, 284–602: A Social, Economic and Administrative Survey, vol. I. Oxford 1964, p. 247.
[34] Proc. BG, I. 1. 28, p. 10.
[35] O’Donnell J. J. Liberius the Patrician // Traditio, vol. 37, 1981, p. 36.
[36] Anon. Val., 68, p. 20.
[37] Cass. Var. II. 16. 5, pp. 55–56.
[38] Ennodii ep. 9.23.5, p. 307.
[39] Cipolla. Op. cit., p. 397; O’Donnell. Op. cit., pp. 38–39; Caliri. Op. cit., pp. 87–88.
[40] Cipolla. Op. cit., p. 398; Sundwall J. Abhandlungen zur Geschichte des ausgehenden Römertums. Helsingfors 1919, S. 133–136; Nagl M.A. Liberius 2 // RE. Bd. XIII.1, 1926, Sp. 94–98; PLRE, vol. II, pp. 677–681, Liberius 3; O’Donnell. Op. cit., pp. 41–46, 60–61.
[41] Proc. BG, I, 4, 8–16, pp. 22–24.
[42] O’Donnell. Op. cit., pp. 62–63.
[43] Совр. Влёра в Албании на берегу Адриатического моря.
[44] Proc. BG, I, 4, 21–26, pp. 24–25.
[45] Procopii Caesariensis Historia Arcana, XVI, 1-6 // Corpus Scriptorum Historiae Byzantinae, t. 45, vol. 3, ed. W. Dindorf. Bonnae 1838, pp. 96–97.
[46] Bury. Op. cit., vol. II, pp. 165–167; Rubin B. Das Zeitalter Justinians, vol. 2, ed. C. Capizzi. Berlin – New York 1995. P. 83–85; Frankforter A.D. Amalasuntha, Procopius and a Wonem’s Place // Journal of Women’s History, vol. 8, № 2, 1996, p. 49; Garland L. Byzantine Empresses: Woman and Power in Byzantium AD 527–1204. London – New York 1999, p. 36; Vitiello M. Theodahad: A Platonic King at the Collapse of Ostrogothic Italy. Toronto 2014, pp. 102–103; Id. Amalasuintha: The Transformation of Queenship in the Post-Roman World. Philadelphia 2017, pp. 163–166.
[47] Proc. BG, I, 4, 30; 5, 1.
[48] Proc. BG, I, 6, 1–14.
[49] Proc. BG, I, 7, 11–25.
[50] Proc. BG, II, 22, 22–24.
[51] Iust. Nov. 117.
[52] PLRE, vol. III, pp. 994–998, Petrus 6.
[53] Suidae Lexicon Graece et Latine, ad fidem optimorum librorum exactum post Th. Gaisfordum recensuit, et annotatione critica instruxit G. Bernhardy, t. II. Halis et Brunsvigae 1853, coll. 247–248.
[54] FHG IV, pp. 184–191.
[55] FHG IV, pp. 217–218, fr. 12.
[56] Constantini Porphyrogeniti imperatoris De cerimoniis aulae Byzantinae libri duo, vol. I // Corpus Scriptorum Historiae Byzantinae, t. XVI. Bonnae 1829. p. 396.
[57] Византiйскiе историки, пер. С. Дестуниса. СПб 1860, c. 288.
[58] Bury. Op. cit., vol. II, p. 164 n. 1.
[59] The Oxford Dictionary of Byzantium, ed. A. Kazhdan. New York – Oxford 1991, vol. III, p. 1641.
[60] Jones. The Constitutional Position, cit., p. 127.
[61] O’Donnell. Op. cit., p. 63.
[62] O’Donnell. Op. cit., pp. 32, 35.
[63] Krumbacher K. Geschichte der byzantinischen Litteratur von Justinian bis zum Ende des oströmischen Reiches (527–1453). München 1897, S. 334; Roberto U. Introduzione ad Ioannis Antiocheni Fragmenta ex Historia chronica, cit., p. XI.
[64] Mariev S. Prolegomena ad Ioannis Antiocheni Fragmenta quae supersunt omnia, cit., p. 3*.
[65] Fragmenta historicorum Graecorum, ed. C. Müller, vol. V. Parisiis 1873, p. 29, fr. 214a.
[66] Roberto. Op. cit., pp. XXXI, XXXVII.
[67] В литературе об Иоанне Антиохийском иногда также упоминается Codex Berolinensis gr. 382, содержащий копию ff. 148r–168v из Codex Scorialensis Ω I 11, изготовленную в 1872 году Иммануилом Геппертом (Immanuel Geppert) по заказу Теодора Моммзена для подготовки его вышеупомятутой статьи статьи: Mommsen Th. Bruchstücke des Johannes von Antiochia und des Johannes Malalas // Hermes, Bd. 6, 1872. Эта рукопись исчезла из Берлина во время Второй мировой войны и её нынешнее местонахождение неизвестно, хотя сохраняется небольшая вероятность, что она до сих пор хранится в университетской библиотеке Кракова. См. Sotiroudis P. Untersuchungen zum Geschichtswerk des Johannes von Antiocheia. Thessaloniki 1989, p. 173, n. 34.
[68] Catálogo de los Códices Griegos de la Real Biblioteca de El Escorial por Gregorio de Andrés. T. III. Códices 421–649. Madrid 1967, pp. 131–133; Müller C. FHG, t. V, p. XIV; Sotiriadis G. Zur Kritik des Johannes von Antiochia // Jahrbücher für classische Philologie Suppl. XVI. Leipzig 1888, S. 53–55; Roberto. Op. cit., pp. XXXIII–XXXIV; Mariev. Op. cit., pp. 17*–18*.
[69] Mariev. Op. cit., p. 444.
[70] Ibidem, p. 33*.
[71] Krumbacher. Op. cit., S. 334–335.
[72] Удальцова З.В. Развитие исторической мысли // Культура Византии: IV – первая половина VII вв. М. 1984, c. 259.
[73] Roberto. Op. cit., p. CL.
[74] Constantini Porphyrogeniti De cerimoniis aulae Byzantinae, cit., p. 424.
[75] Mommsen Th. Bruchstücke des Johannes von Antiochia und des Johannes Malalas // Hermes, Bd. 6, 1872, S. 338 = Gesammelte Schriften, Bd. 7, 1909, S. 724; Fragmenta historicorum Graecorum, ed. C. Müller, vol. V. Parisiis 1873, p. 29, fr. 214b; Excerpta de indsidiis, 100 // Excerpta Historica iussu Imp. Constantini Porphyrogeniti confecta, edd. U. Ph. Boissevain, C. de Boor, Th. Büttner-Wobst. Vol. III. Excerpta de insidiis. Berolini 1905, pp. 140–141; Ioannis Antiocheni Fragmenta ex Historia chronica, ed. U. Roberto. Berlin–New York 2005, p. 530, fr. 308; Ioannis Antiocheni Fragmenta quae supersunt omnia, rec. S. Mariev // Corpus fontium historiae Byzantinae, vol. XLVII. Berolini et Novi Eboraci 2008, p. 446, fr. 239.
[76] PLRE, vol. II, p. 639, Iulianus 14.


--------------------
История лишена целесообразности, историческое развитие не стремится к чему-то, а отталкивается от чего-то.
Крис Уикхэм
Пользователь offlineПрофайлОтправить личное сообщение
Вернуться к началу страницы
+Цитировать сообщение
Alaricus
post Jun 7 2019, 00:34
Создана #1281


Северный варвар
*************

Группа: Администратор
Сообщений: 30078
Зарегистрирован: 19-September 05
Из: Москва&Область
Пользователь №: 308



"А вот теперь - слайды!" (с).

Поединок Одоакра с Теодерихом.

Bibliotheca Apostolica Vaticana, Codex Pal. Lat. 927, XII sec., f. 122r между извлечениями из Cassiodori Historia tripartita и Isidori Historia Gothorum:

(IMG:https://c.radikal.ru/c40/1906/20/9a8352bdde83.jpg)


Барельеф базилики Сан-Дзено Маджоре в Вероне, мастер Гульельмо, XII в.:

(IMG:https://c.radikal.ru/c04/1906/db/bf4efd7e32ca.jpg)


--------------------
История лишена целесообразности, историческое развитие не стремится к чему-то, а отталкивается от чего-то.
Крис Уикхэм
Пользователь offlineПрофайлОтправить личное сообщение
Вернуться к началу страницы
+Цитировать сообщение
Alaricus
post Jun 14 2019, 14:14
Создана #1282


Северный варвар
*************

Группа: Администратор
Сообщений: 30078
Зарегистрирован: 19-September 05
Из: Москва&Область
Пользователь №: 308



Интересно отметить, что оба антагониста -- Одоакр и Теодерих -- удостоились памятных досок в Зале германской славы "Вальхалле" (Одоакр, правда, с неверным годом смерти -- 497 вместо 493).


--------------------
История лишена целесообразности, историческое развитие не стремится к чему-то, а отталкивается от чего-то.
Крис Уикхэм
Пользователь offlineПрофайлОтправить личное сообщение
Вернуться к началу страницы
+Цитировать сообщение
Sextus Pompey
post Sep 2 2019, 20:09
Создана #1283


Цензор
*************

Группа: Совет
Сообщений: 15128
Зарегистрирован: 18-March 04
Из: Воронеж
Пользователь №: 11



Вот вы тут загадки Одоакра исследуете, а на Украине уже все выяснили:
QUOTE
«479 — 493 рр. Захоплення русинами-українцями Риму і проголошення Одоакра римським імператором».

https://regnum.ru/news/polit/2674809.html

QUOTE
Традиційним у середовищі давнього українства було й найманство, причому як на користь Візантії, так і на користь Риму. Хоча про цей факт нашої історії також намагаються не згадувати, але саме завдяки найманству перший відомий нам історичний руський князь Одоакр став останнім імператором величезної Римської імперії.

– Розкажіть про нього докладно.

–Про Одоакра відомо лише те, що в 476 році він прибув із Норіка до Італії, став найманцем в імперській армії і підняв повстання з вимогою роздачі всім легіонерам земель. 479 року русини з території Норіка (Паннонії) на його заклик здійснили похід на Італію і біля Равенни розбили імператора Ромула Августа. Князь Одоакр правив у Римі 14 літ, аж поки в 493 році не загинув від руки Теодоріка, який на руїнах цієї імперії заснував Остготське королівство.

https://samumray.in.ua/tayemna-istoriya-ukr...oglyad-istorika
P.S. Прошу прощения за оффтоп... :)


--------------------
"История почти всегда приписывает отдельным личностям, а также правительствам больше комбинаций, чем у них на самом деле было".
© Жермена де Сталь

"Главное здесь - это культ знаний, а не культ самого себя, любимого. Ради культа знаний культ самого себя может и потерпеть, даже если он и вообще не будет справляться".
© Г.Чрелашвили

http://www.ancientrome.mybb.ru
Пользователь offlineПрофайлОтправить личное сообщение
Вернуться к началу страницы
+Цитировать сообщение
Антон Короленков
post Sep 3 2019, 09:57
Создана #1284


Пропретор
*********

Группа: Пользователи
Сообщений: 2114
Зарегистрирован: 21-October 12
Пользователь №: 3939



QUOTE(Sextus Pompey @ Sep 2 2019, 20:09)
Вот вы тут загадки Одоакра исследуете, а на Украине уже все выяснили:

https://regnum.ru/news/polit/2674809.html
https://samumray.in.ua/tayemna-istoriya-ukr...oglyad-istorika
P.S. Прошу прощения за оффтоп...  :)
*



Автор заметки вполне по делу потешается над необразованностью украинских пропагандистов которых называет историками, никак этого не подтверждая не то что ссылками, а хотя бы именами, и себя также помпезно именует историком. Однако

Древнегреческий миф рассказывает, что все предметы, к которым прикасалась рука критского царя Мидаса, превращались в золото. Даже пища, и Мидас умер от голода.

Между тем Мидас не критский царь, а фригийский (явно спутан с Миносом), и Дионис избавил его от сей напасти повелев искупаться в реке Пактол, которая с тех пор стала золотоносной.
Мягко говоря, не вполне точно изложены обстоятельства смерти Одоакра, который-де «погиб в войне» с Теодорихом. Между тем такая формулировка подразумевает гибель во время военных действий, а Одоакра Тедорих убил на устроенном в знак примирения пиру, что ни при каких натяжках не нельзя назвать гибели на войне. Как гласит цитируемое авторшей изречение, «мелочь, но дьявол таится в мелочах». И к ней это относится в равной степени.
Пользователь offlineПрофайлОтправить личное сообщение
Вернуться к началу страницы
+Цитировать сообщение
Alaricus
post Sep 3 2019, 13:38
Создана #1285


Северный варвар
*************

Группа: Администратор
Сообщений: 30078
Зарегистрирован: 19-September 05
Из: Москва&Область
Пользователь №: 308



Ну да, поскольку комментировать изыскания украинских историков об Одоакра не имеет смысла, остаётся разве что "половить блох" у его критика, например:

QUOTE
Но послушайте, «потомки-невігласи» («неучи» по-украински), достаточно прочитать полторы книги (тот же «Аноним Валуа» и учебник для пятого класса, например), чтобы знать:
...
Одоакр не стал делать себя «римским императором». С сенатором Аницием, страшно сказать, но Нигером он отослал императорские инсигнии в Константинополь, а сам остался править Италией как «rex», король. Именно этот эпизод и следует считать «концом античности»


Согласно сообщению Анонима Валезия (XII. 57), сенатора Флавия Аниция Проба Фауста Младшего Нигера к имп. Зенону отправил не Одоакр, а Теодерих.
О том, что императорские инсигнии были отосланы Одоакром в Константинополь, известно лишь из сообщения Анонима Валезия об их возврате имп. Анастасием Теодериху (XII. 64), видимо, через сенатора Феста.
О посольстве сената, сообщившем имп. Зенону о том, что достаточно одного императора - Зенона, и о том, что римский сенат вручил начальство Одоакру, - что можно было бы считать "концом античности" - сообщает не Аноним Валезия, а Малх Филадельфийский (fr. 10 Mü); об отсылке инсигний на Восток здесь ничего не говорится, и сенат испрашивает у Зенона для Одоакра титула "патриций", а не rex.



--------------------
История лишена целесообразности, историческое развитие не стремится к чему-то, а отталкивается от чего-то.
Крис Уикхэм
Пользователь offlineПрофайлОтправить личное сообщение
Вернуться к началу страницы
+Цитировать сообщение
Alaricus
post Oct 3 2019, 09:47
Создана #1286


Северный варвар
*************

Группа: Администратор
Сообщений: 30078
Зарегистрирован: 19-September 05
Из: Москва&Область
Пользователь №: 308



QUOTE(Alaricus @ May 1 2018, 18:34)
Недавно вышла книга: Elena Caliri. Praecellentissimus Rex. Odoacre tra storia e storiografia. - Pelorias, 25 - Dipartimento di Civiltà Antiche e Moderne, Univ. di Messina, 2017.
...
http://www.arborsapientiae.com/libro/20609...di-messina.html

Если не ошибаюсь, это первая специально посвящённая Одоакру монография с 1911 года, после работы Карло Чиполла "Considerazioni sul concetto di Stato nella monarchia di Odoacre"(оригинал, русский перевод).
*


Русский перевод: http://ancientrome.ru/publik/article.htm?a=1569360000


--------------------
История лишена целесообразности, историческое развитие не стремится к чему-то, а отталкивается от чего-то.
Крис Уикхэм
Пользователь offlineПрофайлОтправить личное сообщение
Вернуться к началу страницы
+Цитировать сообщение

ОтветитьОпции темыСоздать новую тему
2 человек читают эту тему (2 гостей и 0 скрытых пользователей)
0 пользователей:
 

Упрощенная Версия Сейчас: 14th December 2019 - 15:59

Ссылки: