Столетняя война

Rzay

Дистрибьютор добра
549 годовщина мирного договора в Пикиньи, как считается, подведшего черту под Столетней войной (ну просто никаких других мирных договоров после 1453 года не заключалось):

В первый день переговоров англичане предъявили свои обычные требования: корону Франции, или хотя бы Нормандию с Гиенью. На следующий день договорились на более разумных условиях: заключалось семилетнее перемирие; Франция выплачивала компенсацию в 75 тыс. экю, и пожизненный пенсион Эдуарду IV в размере 50 тыс. экю в год. Кроме этого, Людовик XI за 50 тыс. выкупал из плена Маргариту Анжуйскую[2][3]. Было заключено соглашение о браке дофина Карла и старшей дочери Эдуарда IV Елизаветы Йоркской, а также договор о торговле.
....
В ответ на возможные упреки в том, что, купив перемирие, вместо того, чтобы отразить агрессию, он уронил свою честь, Людовик «говорил, посмеиваясь, что он гораздо проще изгнал англичан, чем его отец, ибо он изгнал их, накормив пирогами с дичью и напоив добрым вином»[11].
Вопреки популярному мнению, договор в Пикиньи, который недовольные современники называли «Купеческим миром», не являлся формальным завершением Столетней войны. Это было обычное перемирие, и англичане не отказывались ни от претензий на корону Франции, ни от территориальных притязаний. Когда в 1477 началась война за Бургундское наследство, Эдуард намеревался вмешаться, и Людовику удалось его успокоить лишь при помощи дополнительных субсидий. Тем не менее, соглашение 1482 года, по которому дофин отказывался от руки Елизаветы, чтобы жениться на Маргарите Австрийской, едва не привело к возобновлению военных действий. Новая война состоялась в 1489 году[12].


Претензии на французскую корону английские короли, как мы помним, сохраняли до начала XIX века:

З.Ы. Тем не менее не забыть в следующем году юбилей отметить. :)
 
Последнее редактирование:

Кныш

Moderator
Команда форума
Вот тут давеча возникал вопрос: почему французские рыцари спокойно относились к тому, что их возглавляла какая-то непонятная баба, т.е. некая Жанна д'Арк? А как оказалось со времён борьбы за Бретонское наследство (1341-1364 г.), т.е. с самого начала Столетней войны, когда ещё никто и не думал, что она продлится 100 лет, верховенство баб с именем Жанна было определяющим (война и начиналась, как война двух Жанн). Короче, ещё до Жанны д'Арк было три Жанны-воительницы:

1. Жанна Фландрская (фр. Jeanne de Flandre). Когда её муж в 1341—1343 годах находился в плену у французского короля, Жанна Фландрская собрала войско и организовала оборону города Энбон против армии Шарля де Блуа — другого претендента на герцогство Бретань. Надев доспехи и взяв оружие, командовала отрядом рыцарей, совершавшим вылазки по лагерям противника. Согласно хронисту Фруассару, «графиня, у которой сердце было мужское и львиное, ездила из улицы в улицу на боевом коне, облаченная в доспех, и призывала своих людей хорошо себя выказать. Она также велела, чтобы женщины и дети разбирали мостовую, носили камни и булыжники на стены и помогали защитникам».
2. Соперница Жанны Фландрийской, Жанна де Пентьевр или Жанна хромая (фр. Jeanne de Penthièvre, Jeanne la Boiteuse). В 1341 году после смерти своего дяди Жана III Доброго Жанна де Пентьевр провозгласила себя герцогиней Бретани. Её поддержали многие могущественные сеньоры.
3. Жанна де Бельвиль (фр. Jeanne de Belleville) известная более как "Жанна-пиратка". В 1343 году её муж был казнён за измену в Париже, куда приехал на турнир. Жанна сочла поведение короля Франции Филиппа VI в этой истории бесчестным и объявила ему войну. Она снарядила на свои деньги корабль и начала грабить французские корабли в Ла-Манше.

 
Последнее редактирование:

Rzay

Дистрибьютор добра
Вот тут давеча возникал вопрос: почему французские рыцари спокойно относились к тому, что их возглавляла какая-то непонятная баба, т.е. некая Жанна д'Арк? А как оказалось со времён борьбы за Бретонское наследство (1341-1364 г.), т.е. с самого начала Столетней войны, когда ещё никто и не думал, что она продлится 100 лет, верховенство баб с именем Жанна было определяющим (война и начиналась, как война двух Жанн). Короче, ещё до Жанна д'Арк было три Жанны-воительницы
Ну это да, Жанн-воительниц хватало, особенно в Бретани - правда, всё это были жены или вдовы феодалов, слушаться которых велел вассальный долг (ну или жалование наёмника, выплачиваемое ими из казны своего княжества). А в случае с Жанной д’Арк слушались всё-таки не ее, а дофина Карла, "Буржского короля" - ну и назначаемых им военачальников, включая её (хотя, насколько понимаю, она больше "комиссарила", а непосредственно командовали-то "военспецы", вроде Ришмона, Дюнуа и прочих Жилей де Рецев).
 

Vir

Роза Люксембург
Вот тут давеча возникал вопрос: почему французские рыцари спокойно относились к тому, что их возглавляла какая-то непонятная баба, т.е. некая Жанна д'Арк?
Люди жили в мире где чудо, являлось обязательным компонентом в крупном мероприятии, одни крестовые походы чего стоят
 

Кныш

Moderator
Команда форума
Люди жили в мире где чудо, являлось обязательным компонентом в крупном мероприятии
Глядя на хронологию СВО можно найти много аналогов такого подхода...
 

Rzay

Дистрибьютор добра
605 лет назад во время переговоров с дофином Карлом в городе Монтро был убит бургундский герцог Жан Бесстрашный, что повлекло переход Бургундии на сторону англичан:

Уби́йство Жа́на Бесстра́шного — событие, произошедшее 10 сентября 1419 года во время беседы Жана с дофином Карлом на мосту Монтро. Стало ответом на совершённое за 12 лет до этого убийство Людовика Орлеанского, проведённое по заказу Жана Бесстрашного. Бургундские хронисты называли советников дофина организаторами убийства, спланировавшими акцию на заседании Ложи справедливости накануне. Тем не менее в Аррасском договоре от 21 сентября 1435 года советники как организаторы убийства напрямую указаны не были[1]...
10 сентября 1419 года две армии прибыли около 15 часов на оба берега Йонны по обе стороны моста Монтеро[3]. Жану сообщили о возможном покушении, его свита усиливает наблюдение. Так же поступила свита Карла. Посередине моста плотники возвели ограждение с дверями по бокам. Они условились, что когда соперники прибудут в сопровождении давших присягу десяти человек, то во время их беседы ворота с двух сторон будут закрыты. В 17 часов герцог Бургундский выдвинулся к мосту. Когда советники дофина, в том числе врач Жан де Месси, известный как Жан Кадар, увидели приближающегося герцога Жана, они подошли к нему и сказали: «Приходите, монсеньор, он ждет». Жестом рыцарь Танги III дю Шатель пригласил дофина войти в шлюз, предназначенный для встречи двух кузенов, и сопроводил туда герцога. Последний, успокоившись, воскликнул: «Вот кому я доверяю»[4]. Вооруженный мечом Жан прибыл на место встречи у моста в сопровождении эскорта из десяти вооруженных людей, к которым неожиданно присоединился одиннадцатый человек в лице секретаря герцога.
Герцог почтительно преклонил колени перед дофином, который упрекнул его в том, что Жан сохранил свой нейтралитет. Карл заявил, что подозревает герцога в союзе с англичанами, несмотря на конвенцию Понсо[5]. Жан ответил, «что он сделал то, что должен был». Тон повысился, и со слов историка Огюста Валле де Виривилля[6], сторонники дофина и герцога дали две противоречивые версии происходившего далее. Бургундские летописцы утверждали, что на Жана сразу напали. Сторонники дофина обвиняли герцога в высокомерии и утверждали, что Карл не может вести дела от имени своего правящего отца[что?], поэтому герцог попросил его вернуться в Париж и подчиниться. Камердинер герцога Аршамбо де Фуа-Навель, настаивая на подчинении молодого дофина королю Карлу VI, вытащил шпагу из ножен, что вызвало немедленную реакцию вооруженной охраны дофина. Он[кто?] тоже должен был погибнуть, защищая герцога. По версии бургундцев, Таннеги дю Шатель бьет герцога топором по лицу и с криком «Бей, бей!», дофина уводят, а воины противоборствующих фракций начинают схватку. Эту историю секретарь герцога Жан Сегин позже расскажет бургиньонской комиссии по расследованию[7].
Бургундцы называли дофина главным зачинщиком убийства герцога Бургундского, несмотря на его опровержения[8]. Герцог Бургундский умер с мечом в руках и в окружении десяти вооруженных рыцарей, в то время как Людовик I Орлеанский был убит в 1407 году безоружным, в компании слуг посреди ночи. Череп у обоих был разрублен до подбородка[9].

Убийство повлекло за собой катастрофические последствия для династии Валуа и Франции, сильно ослабленной борьбой за власть, поражением при Азенкуре. Сын убитого Филипп Добрый заключил союз с англичанами, чего его отец избегал, хотя соблюдал доброжелательный нейтралитет по отношению к ним и пользовался их помощью. Этот союз привёл к заключению договора в Труа и лишал дофина Карла права на престол. Претендентом, а затем королём Англии стал муж дочери Карла VI Екатерины Валуа Генрих V. Однако преждевременные смерти Карла VI с Генрихом V позволили англичанам 21 октября 1422 года провозгласить королём Франции младенца Генриха VI, единственного сына Генриха V и Екатерины.
Дофин Карл благодаря помощи Жанны д’Арк 17 июля 1429 года короновался как Карл VII в Реймсе, традиционном месте коронации французских королей. Генриха VI короновали королём Франции в Париже 16 декабря 1431 года, но Францией он де-факто никогда не правил, и через 40 лет был лишён английского престола в результате войны Алой и Белой розы[10]. В то же время, в союзе с шотландцами и при поддержке крупнейших феодалов и Жанны д’Арк, Карлу VII окончательно удастся изгнать англичан к 1453 году, оставив им только Кале и Нормандские острова.

 

Rzay

Дистрибьютор добра
Стало ответом на совершённое за 12 лет до этого убийство Людовика Орлеанского,

Кстати, в оправдание этого акта герцог Жан с помощью прикормленных интеллектуалов пытался развивать теорию о праве на "тиранноубийство":

Тираноубийство или тираномахия — убийство или лишение жизни тирана или несправедливого правителя, якобы ради общего блага , [ 1 ] и обычно одним из подданных тирана. [ 2 ] Тираноубийство было юридически разрешено и поощрялось в классических Афинах . Часто термин «тиран» был оправданием политических убийств, совершаемых соперниками, но в некоторых исключительных случаях студенты платоновской философии рисковали своей жизнью против тиранов. Убийство Клеарха Гераклейского в 353 г. до н. э. когортой во главе с его собственным придворным философом считается искренним тираноубийством. Человек, совершивший тираноубийство, также называется «тираноубийцей». [ 3 ]
...В 1408 году теолог Жан Пети использовал библейские примеры для оправдания тираноубийства после убийства Людовика I, герцога Орлеанского , покровителем Пети Иоанном Бесстрашным , герцогом Бургундским. Пети утверждал, что тираноубийство не только допустимо, но и похвально, когда рассматриваемый правитель представляет угрозу общественному благу. Это оправдание основывалось на толкованиях библейских персонажей, которые действовали против тиранов, защищая божественные и моральные законы. Тезис Пети вызвал значительные споры и широко обсуждался в церковных и политических кругах. В конечном итоге Церковь анафематствовала взгляды Пети на Констанцском соборе , осудив их как противоречащие христианскому учению о законной власти и святости правителей. [ 26 ] [ 27 ]


23 ноября 1407 года убийцы, нанятые Иоанном Бесстрашным , герцогом Бургундским, убили Людовика I, герцога Орлеанского , брата психически больного Карла VI . Непопулярный герцог Орлеанский был широко признан ответственным за общественные беспорядки и высокие, произвольные налоги. Парижский университет резко выступил против него за то, что он возобновил повиновение авиньонскому антипапе Бенедикту XIII .
Герцог Бургундский, напротив, был очень популярен, считался другом простолюдинов и противником злоупотреблений в налогообложении, в то время как университет поддерживал его в противостоянии с авиньонским антипапой. Исключенный из королевского совета после убийства, он удалился в свои поместья во Фландрии, собрал армию и созвал вокруг себя нескольких университетских профессоров, включая Жана Пети, который в течение трех лет был прикреплен к его свите и получал от него пенсию. Поддерживаемый таким образом, Жан Пети заявил, что поедет в Париж и оправдает себя. Королевский совет запретил ему въезд в Париж, но он все равно приехал и был принят с народным одобрением. Он потребовал аудиенции у короля. Она была предоставлена 8 марта 1408 года в отеле Сен-Поль , где обычно находился двор.
Там, перед дофином, королем Сицилии, кардиналом де Бар, герцогами Анжуйским, Беррийским, Бретонским, Барским и Лотарингским, ректором Парижского университета и многими графами, баронами, рыцарями и горожанами, Жан Пети выступил от имени своего клиента с речью, изобилующей предложениями, силлогизмами и библейскими цитатами. Католическая энциклопедия 1913 года резюмирует его аргумент следующим образом:
"Всякий, кто виновен в государственной измене и становится тираном, заслуживает смертной казни, тем более, если он является близким родственником короля; и в этом случае естественные, моральные и божественные законы позволяют любому подданному без какого-либо приказа или общественного разрешения убить его или заставить убить его открыто или тайно; и чем ближе виновник убийства связан с королем, тем более похвальным является этот поступок. Итак, герцог Орлеанский — так гласило второстепенное предложение — раб страсти жадности, источника всего зла, был виновен в государственной измене и был тираном; что было доказано признанием его виновным во всех мнимых преступлениях, которые народное воображение и сторонники герцога Бургундского выдвинули против него. Поэтому вывод был таков, что герцог Бургундский не только не должен быть наказан или обвинен в том, что было сделано с герцогом Орлеанским, но, напротив, должен быть вознагражден".

Этот тезис показался нелепым некоторым членам собрания; [ кому? ] но герцог Бургундский присутствовал со своими войсками, готовый пресечь любую попытку ответа, и, кроме того, он пользовался благосклонностью университета; поэтому ему не составило труда получить от короля грамоты о помиловании.
Что касается Жана Пети, который в своем обращении признал, что получал и все еще ожидает получать пенсию от герцога Бургундского, то он счел более благоразумным покинуть Париж и удалиться в поместье герцога Бургундского в Эсдене , Артуа , где и умер в доме своего покровителя, сожалея, как говорят, [ кем? ] , что когда-либо позволил себе защищать такое предложение.

...После нескольких заседаний речь Жана Пети и девять положений, якобы извлеченных из нее, были осуждены (23 февраля 1414 года) указом епископа Парижа и инквизитора, а книга, содержащая их, была публично сожжена три дня спустя.
В марте следующего года герцог Бургундский подал апелляцию на решение епископа Парижа антипапе Иоанну XXIII . Понтифик поручил расследование трем кардиналам. С другой стороны, Жерсон и послы короля Франции вынесли дело на Вселенский собор в Констанце . В этот момент Иоанн XXIII покинул Констанц (20 марта 1415 г.) и вышел из собора, в то время как король Франции и герцог Бургундский заключили мир по Аррасскому договору (22 февраля 1415 г.). После этого Карл VI приказал своим представителям не предпринимать никаких действий на соборе против Жана Пети, при условии, что герцог Бургундский также оставит дело в покое.
Жерсон нарушил соглашение, пытаясь добиться от совета заявления о том, что труды Жана Пети содержат многочисленные ошибки в вопросах веры. Герцог Бургундский ответил письмом, в котором, отрицая общие принципы, которые составляли главное положение аргументации Пети, он утверждал, что положения, осужденные епископом Парижа, не содержались в дискурсе. Вслед за этим три кардинала, которым было поручено апелляционное представление герцога, вызвали епископа Парижа, чтобы он предстал перед ними, и поскольку он этого не сделал, они отменили его решение, заявив в то же время, что они не намеревались таким образом одобрить осужденные им положения, а лишь хотели отдать должное герцогу Бургундскому, который не был выслушан на суде.

С этого момента суд над Жаном Пети стал полем битвы послов Франции и герцога Бургундского, и даже императора Сигизмунда . Собор не имел намерения предоставлять свою власть какой-либо политической партии, и на своем пятнадцатом заседании, 6 июля 1415 года, удовлетворился общим осуждением (теории) тираноубийства, изложенного в следующем предложении:
«Тиран может быть законно, достойно и справедливо предан смерти любым вассалом или подданным, даже прибегнув к тайным заговорам, лести и притворной дружбе, несмотря на какую-либо клятву верности ему или заключенный с ним договор, без какого-либо судебного постановления или приказа».
Но Жан Пети не был упомянут, и совет избегал говорить, что в его речи содержалось какое-либо такое предложение, и никакого дальнейшего решения по данному конкретному делу советом не было вынесено. После осуждения Жана Пети в августе 1416 года король Карл VI два года спустя отрекся от Жерсона и его сторонников (6 октября 1418 года), а 3 ноября 1418 года он реабилитировал Жана Пети и отменил вынесенные против него приговоры. Предложения, приписываемые ему его противниками, не содержатся в его речи в том виде, в котором она дошла до нас.


Так что убиенный герцог за что боролся, на то и напоролся.
 

Rzay

Дистрибьютор добра
685 лет назад, 26 января 1340 года английский король Эдуард III, находясь в Генте, официально провозгласил себя королём Франции:

26 января 1340 года Эдуард III в сопровождении всего своего двора прибыл во фламандский город Гент. С ним поехала и беременная королева, носившая шестого за десять лет ребенка. (Мальчик, который родится здесь 6 марта, получит имя Джон Гонт, по английскому названию города.) Короля встретили грандиозным торжеством, а большую открытую площадь Пятничного рынка красиво украсили в ожидании большого скопления народа.
В центре площади поставили платформу, а вокруг развесили штандарты с королевским гербом Эдуарда – символом, украшавшим практически все, на что снисходило королевское одобрение...
Эдуард вышел на помост и предстал перед народом, окруженный знатными придворными и магистратами трех главных городов Фландрии. Повысив голос, чтобы перекричать общий гул, он призвал горожан Гента признать его королем не только Англии, но и Франции. Он потребовал от них повиновения и принял оммаж фламандских вельмож, в том числе Ги Фландрского, сводного брата графа Фландрии. Эдуард заверил всех собравшихся, что будет чтить их свободы и защищать их имущественные интересы. Затем день продолжился излюбленным торжеством Эдуарда: рыцарским турниром.
Действо, произошедшее на запруженной людьми рыночной площади Гента, отметило самый широкомасштабный «ребрендинг» монархии Плантагенетов с тех времен, как Эдуард I вознамерился стать новым Артуром. Официальное присвоение Эдуардом титулов и символики короля Франции кардинально изменило взаимоотношения королевств, что в свое время не удалось даже Генриху II. С этого начнется изматывающий, практически бесконечный период вражды двух государств, который войдет в историю под названием «Столетняя война».


Несколько дней спустя, по поводу столь эффектного и провокационного шага была составлена резолюция о принятии щита и герба короля Франции, в которой Эдвард излагал юридическое обоснование своего решения и убеждал потенциальных подданных, что окажется более комфортным королем, чем его конкурент. С текстом этого документа вы можете ознакомиться ниже:
"Эдуард, милостью Божьей король Франции и Англии и повелитель Ирландии, сим дает истинное толкование нижеперечисленных вопросов всем прелатам и иным служителям Церкви, пэрам, герцогам, графам, баронам, благородным и простым людям, проживающим в королевстве Франция.
Великий повелитель король, имеющий право изъявления своей воли, желает, однако, чтобы власть его являлась объектом закона, распоряжаясь так, чтобы каждый получил то, что принадлежит ему, демонстрируя таким образом, что справедливость и законность должны предварять восшествие короля на престол.
Итак, королевство Франция было передано нам по наследству Божьей волей согласно естественного права в результате недавней смерти Карла; но последний король Франции, брат, состоящий в родстве с нашей матерью и графом Филиппом Валуа, сыном брата короля и, следовательно, находящийся в меньшей степени родства по отношению к вышеупомянутому королю, навязал свою власть королевству, пока мы находились в нежном возрасте, и удерживает это королевство против воли Бога и справедливости; могло бы показаться, что мы пренебрегаем нашим правом и даром Божественного благоволения и не желаем подчиниться побуждению нашей воли и Божественному соизволению, но мы признали наше право на королевство и возложили на себя ношу управления королевством, как мы и должны были сделать, приняв решение с непоколебимым намерением действовать совместно с добрыми и верными слугами, чтобы воздать по справедливости всем в соответствии с законом и достойными похвалы обычаями, чтобы восстановить закон и обычаи, которые были в силе при Людовике, нашем предке, и изгнать того узурпатора, когда ситуация покажется нам наиболее благоприятной. Мы не имеем намерения искать выгоды за ваш счет при помощи несправедливого вымогательства, как, например, изменений в общем доходе или еще как-нибудь, так как мы, благодаря Господу, обладаем достаточным количеством собственных источников и в делах государства намереваемся действовать неопрометчиво и обоснованно, но держа волю под контролем, нас будут направлять совет и пожелания пэров, прелатов, магнатов, верных вассалов королевства во славу Господа, для защиты и процветания Церкви, перед которой мы благоговеем в крайней набожности и которой содействуем при помощи общественного и частного добра, соизмеряя свои дела с благоволением Бога, проявляя справедливость. Мы в огромной степени обеспокоены вашей честью, удобством и миром, так как, Бог ведает, ничего не будет более приемлемым для нас, чем достичь этого нашими стараниями, особенно между нами и христианами вообще, поборник мира должен посылать мир, также как клятва католических князей должна быть обращена против хулителей имени Христа и во имя возрождения Святой земли, освященной кровью нашего Спасителя, к которой цели мы стремились по благоволению Святого Духа. Принимая во внимание то, что мы подавали графу Филиппу любезные и справедливые предложения мира, на которые он не отреагировал, не дал обоснованного ответа, более того, решил вести с нами несправедливую войну, он всячески стремился нанести вред нашим владениям, поэтому нас насильно заставили прибегнуть к оружию для собственной защиты и восстановления своих прав, не желая уничтожать или подавлять добрых и бедных, но, наоборот, стремясь обеспечить им безопасность и удобство, мы изъявляем добросердечное желание, чтобы все и каждый житель королевства, кто по своей воле подчинится нам как истинному королю Франции в соответствии с мудрым советом и совершит это до следующей Пасхи, обещая должную верность нам как королю Франции, исполняя свои обязанности, как наши возлюбленные и преданные жители Фландрии это сделали, и предложили себя в услужение в качестве готовых служить преданно, будут допущены в наш мир и благоволение и под нашу особую защиту и протекцию, и мы обещаем отстаивать их как должно и защищать их без какого-либо притеснения или вмешательства с нашей стороны или со стороны наших слуг, как в отношении их личности, так и их владений в какой бы то ни было форме.

И, так как вышеупомянутое провозглашение не может быстро облететь каждого из вас индивидуально, мы обеспечим, чтобы оно было прикреплено к внешней стороне врат церквей и других публичных мест так, чтобы их можно было заметить, в качестве утешения нашим верным подданным и правильным указанием для тех, кто отдалился от нас своим недоброжелательным отказом. Написано в Генте, в феврале первого года нашего правления во Франции и на четырнадцатом - в Англии".


Этот титул его потомки будут носить следующие 460 лет.
 
  • Like
Реакции: amir

Rzay

Дистрибьютор добра
665 лет мирному договору в Бретиньи, завершившему первый период войны:

Договор в Бретиньи был договором , составленным 8 мая 1360 года и ратифицированным 24 октября 1360 года, между королями Эдуардом III Английским и Иоанном II Французским . Оглядываясь назад, его рассматривают как ознаменовавший конец первой фазы Столетней войны (1337–1453).
Он был подписан в Бретиньи , деревне близ Шартра , и позднее ратифицирован как Договор в Кале 24 октября 1360 года.

По условиям этого договора Эдуард III получил Гиень , Гасконь , [ 11 ] Пуату , Сентонж и Оннис , Ажене , Перигор , [ 11 ] Лимузен , [ 11 ] Керси , [ 11 ] Бигор , графство Горе , Ангумуа , Руэрг , [ 11 ] Монтрёй-сюр-Мер , Понтье , [ 11 ] Кале , [ 11 ] Сангатт , Ам и графство Гин . Король Англии должен был владеть ими свободно и чисто, не принося за них оммажа . Кроме того, договор устанавливал, что титул на « все острова, которыми теперь владеет король Англии » , больше не будет находиться под сюзеренитетом короля Франции. Титул герцога Аквитании был упразднен в пользу титула лорда Аквитании. [ 12 ]
Со своей стороны, король Англии отказался от всех претензий на французский престол. [ 13 ] Условия Бретиньи были призваны распутать феодальные обязательства, которые вызвали столько конфликтов, и, что касается англичан, они должны были сконцентрировать английские территории в расширенной версии Аквитании . Англия также восстановила права епископа Кутанса на Олдерни , которые были отстранены королем Англии в 1228 году.
Иоанн II должен был заплатить три миллиона экю в качестве выкупа, [ 11 ] и будет освобожден после того, как заплатит один миллион. Поводом послужила первая чеканка франка , эквивалентного одному турскому ливу (двадцати су ). В качестве гарантии выплаты выкупа Иоанн отдал в заложники двух своих сыновей, герцогов Людовика I Анжуйского и Иоанна Беррийского , [ 14 ] нескольких принцев и дворян, четырех жителей Парижа и двух граждан из каждого из девятнадцати главных городов Франции.

 

Rzay

Дистрибьютор добра
А 575 лет назад на завершающем этапе войны в Англии разгорелось восстание Джека Кэда:

Восстание Джека Кейда или восстание Кейда было народным восстанием в 1450 году против правительства Англии, которое произошло на юго-востоке страны в период с апреля по июль. Оно возникло из-за местных обид относительно коррупции, плохого управления и злоупотребления властью ближайших советников короля и местных чиновников, а также недавних военных потерь во Франции во время Столетней войны . Возглавляя армию людей из юго-восточной Англии, лидер восстания Джек Кейд двинулся на Лондон , чтобы заставить правительство реформировать администрацию и отстранить от власти «предателей», которых считали ответственными за плохое управление. Помимо Корнуольского восстания 1497 года , это было крупнейшее народное восстание, произошедшее в Англии в 15 веке.
Несмотря на попытки Кейда держать своих людей под контролем, как только силы мятежников вошли в Лондон, они начали грабить. Граждане Лондона выступили против мятежников и вынудили их покинуть город в кровавой битве на Лондонском мосту . Чтобы положить конец кровопролитию, король помиловал мятежников и приказал им вернуться домой. [ 2 ] Кейд бежал, но позже был пойман 12 июля 1450 года Александром Иденом , будущим верховным шерифом Кента . В результате стычки с Иденом смертельно раненый Кейд умер, не доехав до Лондона для суда. [ 3 ] Восстание Джека Кейда воспринималось как отражение социальных, политических и экономических проблем того периода и как предвестник Войны роз , которая ознаменовала упадок династии Ланкастеров и возвышение дома Йорков .

 

Rzay

Дистрибьютор добра
605 лет договору в Труа, по которому Англия и Франция едва не объединились:

Договор в Труа — договор, заключённый между французами и англичанами в период Столетней войны 21 мая 1420 года во французском городе Труа. Он был следствием битвы при Азенкуре, где победили англичане, и гласил, что Генрих V, король Англии, объявляется наследником Карла VI Безумного, короля Франции, в обход законного наследника дофина (будущего Карла VII)...
Сам договор по форме представляет собой указ французского короля. Договор написан на латыни, состоит из преамбулы, 31 статьи, текста клятвы и заключения. Логически он делится на две части: до и после текста клятвы. В первой части содержатся статьи, которые с позиций того времени, вероятно, считались наиболее важными: это общие положения, определяющие статус королевства, и частные положения, затрагивающие интересы монарших особ. Клятва является своеобразным итогом, в котором обобщаются идеи первых 13 статей[3].
  • Английский король Генрих женится на принцессе Екатерине. Ей предоставлялось приданое — бывшие земли покойной королевы Бланки Наваррской, супруги Филиппа VI (пункт № 1).
  • Генрих обязывается почитать Карла VI и Изабеллу Баварскую как отца и мать согласно их высокому положению (пункты № 2-5).
  • Он оставляет Карлу VI его корону и пожизненное право пользования доходами с королевства.
  • После смерти короля французская «корона и королевство Франция останутся и будут у сына нашего короля Генриха и наследника нашего в будущем» и его наследников (будущих сыновей французской принцессы) (пункт № 6).
  • «Если жестокий недуг будет препятствовать» Карлу VI «должным образом принимать решения или окажемся лишены возможности исполнять обязанности в королевстве, в этом случае в течение всей нашей жизни право и исполнение обязанностей по правлению и управлению государством вышеупомянутого королевства Франции будут принадлежать и останутся во веки у вышеупомянутого Сына нашего короля Генриха» (пункт № 9). Исследователи отмечают: если принять во внимание, что жестокий недуг мешал французскому королю выполнять свои обязанности постоянно, то очевидно, что данный пункт фактически означал передачу власти Генриху на правах регента с момента подписания договора. Пункт 22 прямо предписывает английскому королю до конца жизни Карла VI именоваться и подписываться регентом Франции. Чтобы не произошло путаницы в терминах, в договоре новый титул Генриха V прописан на французском (heritier) и на латинском (haeres) языках. Вместе с тем, статья 21 запрещала Генриху до смерти Карла VI именоваться французским королём[3].
  • Специальная статья поручала английскому королю привести в повиновение города и провинции, сохранившие верность «самозванному» дофину (№ 12).
  • Французские принцы, вельможи, коммуны и простые граждане принимают присягу Генриху V как регенту и клянутся после смерти Карла VI признать его законным королём Франции (№ 13).
  • Герцогство Нормандия переходило до смерти Карла VI в прямое владение Англии, в то время как другие земли, которые захватил или захватит Генрих V, должны будут считаться частью французской территории (№ 14)
  • Филипп Добрый и его вассалы сохраняли свои феоды во всех частях Франции, в том числе и в Нормандии. Статья 27 прямо предписывает Генриху V править в союзе с герцогом Бургундским (№ 15). (Подобная формулировка даже позволила К.Фаулеру говорить, что двуединая монархия должна была стать англо-бургундским кондоминиумом)[4].
  • Карл Валуа (дофин) объявляется мятежником и убийцей и лишается всех прав и владений, исключаясь из линии престолонаследия («При рассмотрении страшных и удивительных преступлений и злодеяний, совершенных против королевства Франции Карлом, так называемого „дофином“, мы согласились с тем, что мы (король Карл VI), наш сын (то есть зять) Генрих, а также наш дражайший сын (тоже зять) Филипп, герцог Бургундии, никогда не будем стремиться к миру или дружбе с вышеупомянутым Карлом»)[5]. Никаких замечаний о его незаконнорожденности нет; единственное, что Карл VI (вернее, составитель документа), не использует в отношении него слово «сын», в отличие от своих зятьев Генриха и Филиппа Доброго.


Следующий раз эти страны попытаются объединиться в 1956 году.
 

Rzay

Дистрибьютор добра
Из этого прецедента были сделаны далекоидущие выводы:

"Ни суверен, ни любое другое лицо или орган может изменить очередность престолонаследия.
Личные предпочтения отца в отношении одного сына перед другим, или за одного кузена перед другим, являются незаконными в любой Европейской монархии.
Этот принцип никогда не был утвержден более уверенно, чем в 1420 году, когда Генри V Англии, после поражения французской королевской армии при Азенкуре пять лет назад, женился на Кэтрин, дочери короля Карла VI и был объявлен наследником престола по условиям международного договора, договора в Труа. Генрих V был 4-м английским королем, именовавшим себя королем Франции и использующим французский Флер де Лис в силу своего происхождения от Изабель Франции, супруга Эдуарда II. Французы Король теперь был убежден объявить своего собственного сына-дофина бастардом (со ссылкой на случаи измены жены, Изабель Баварской), и объявил Генриха V своим наследником. Кэтрин вскоре родила ребенка сына, который наследовал своему отцу как Генрих VI Английский в возрасте одного года, и со смертью французского Короля в том же году был коронован и посвящен в Париже как король Франции вскоре после этого. Младенец-Король правит Францией через своих советников только по праву выдвижения и узурпации, законный наследник, Дофин, томились в бедствиях с маленькой перспективой до тех пор, пока удачное появление Жанны д'Арк. Таким образом, можно смело заявил, что даже акт коронации не могли бы оправдать узурпацию престола.
Поразительные победы, одержанные Жанной д'Арк во главе королевской армии превратили ситуации и, в 1429 г. Дофин (де-юре Король) Карл VII был коронован в Реймсе, на троне его предков. Там никогда не было никаких сомнений в умах Французских юристов, конституционных специалистов и историков, что король Карл VI, как помазанником, не мог легально отчуждать короны, ни права непосредственного наследника (или любой другой князь), даже в условиях торжественного международного договора. Этот основополагающий принцип связан его наследников и преемников не менее он был привязан..".


Разумеется, если бы англичанам и их французским сторонникам удалось бы дофина и дофинистов разбить, выводы были бы иные.
 

Rzay

Дистрибьютор добра
(ну просто никаких других мирных договоров после 1453 года не заключалось)
Но 570 лет назад произошла первая битва при Сент-Олбансе, с которой в Англии (которой продолжал править "дитя Труа" Генрих VI, умом пошедший в дедушку Шарля) началась Война алой и белой розы, и английским феодалам надолго стало не до Франции:

Первая битва при Сент-Олбансе состоялась 22 мая 1455 года в Сент-Олбансе , в 22 милях (35 км) к северу от Лондона , и традиционно знаменует начало Войны Алой и Белой розы в Англии. [ 4 ] Ричард, герцог Йоркский , и его союзники, графы Невиллы Солсбери и Уорик , разбили королевскую армию под командованием Эдмунда Бофорта, герцога Сомерсета . Необычно то, что битва происходила в самом городе Сент-Олбанс , причем большая часть сражений происходила на улицах, а таверна использовалась в качестве редута. Сомерсет был убит в битве, а король Генрих VI был взят в плен, что расчистило путь для последующего парламента, чтобы назначить Ричарда Йоркского лордом-протектором . [ 5 ]
Недееспособность Генриха VI из-за психического заболевания [ 6 ] в 1454 году привела к отзыву ко двору Ричарда Йоркского , его ближайшего взрослого родственника. В 1447 году Йорк был назначен наместником Ирландии и по сути находился в изгнании из Англии. Его давний соперник, Эдмунд Бофорт, герцог Сомерсетский , фаворит короля, получил звание наместника Франции . После неудачи Сомерсета во Франции Йорк неожиданно вернулся в Лондон со значительной поддержкой не только дворянства, большинство из которых видели некомпетентность усилий Сомерсета во Франции, но и общественности. Он представил себя как поборника закона и призвал короля судить Сомерсета и привлечь его к ответственности за его неудачи. Он также хотел, чтобы его признали предполагаемым наследником английского престола, пока Генрих VI был бездетным.
Йорк сформировал армию, чтобы форсировать события в 1452 году, и после встречи с военным советом и королем, который отчаянно хотел избежать конфликта, требования Йорка были приняты. В результате Йорк распустил свою армию, но вскоре был арестован и содержался в плену в течение трех месяцев. Казни удалось избежать, поскольку король боялся вызвать беспорядки; герцог Йоркский был очень популярен и известен как человек чести. Йорка освободили только после того, как он согласился поклясться в соборе Святого Павла, что он никогда больше не поднимет оружие против короля.

После того, как английская армия под предводительством сэра Джона Тэлбота, 1-го графа Шрусбери , была разгромлена в битве при Кастийоне , Генрих VI перенес полный психический срыв и был не в состоянии исполнять свои королевские обязанности. Сомерсет попытался взять под контроль страну и стремился сделать себя лордом-протектором . Однако Сомерсет недооценил влияние и популярность герцога Йоркского, так как многие дворяне в совете (включая ближайших союзников Йорка, его зятя Ричарда Невилла, графа Солсбери , и сына Солсбери Ричарда, графа Уорика ) были на стороне Йорка. Таким образом, Йорк получил назначение управлять Англией в качестве лорда-протектора и первого советника королевства, пока король оставался непригодным. Он использовал это положение, чтобы выступить против своего главного соперника, выразить накопившуюся за эти годы злобу и заключить герцога Сомерсета в тюрьму. В течение этих 14 месяцев формировались обе стороны конфликта. Также был конфликт между герцогами Йоркскими и Сомерсетскими, членами двух самых богатых и видных семей севера, и Перси и Невиллами , у которых были свои собственные конфликты . Перси были графами Нортумберленда ; Невиллы владели и Солсбери , и Уориком (полученными по праву их жен ), и они были одной из самых богатых семей во всей Англии. Невиллы также были родственниками герцога Йоркского по браку, поскольку герцогиней Йоркской была Сесили Невилл , сестра графа Солсбери. Большая часть борьбы велась из-за земли и денег. Обе семьи явно выбирали сторону, Перси за Сомерсет, а Невиллы за Йорк. [ 7 ]
К Рождеству 1454 года король Генрих оправился от болезни, что устранило основу власти Йорка. [ 8 ] Сомерсет был освобожден и восстановлен в своем прежнем положении власти. Вновь созвав суд в Вестминстере к середине апреля 1455 года, Генрих и избранный совет дворян решили провести большой совет в Лестере . Йорк и его ближайшие союзники ожидали, что Сомерсет выдвинет против них обвинения на собрании. Они собрали вооруженную свиту и выступили, чтобы помешать королевскому отряду достичь Лестера, перехватив его в Сент-Олбансе .

18 мая до короля и герцога Сомерсета в Лондоне дошли новости о том, что Йорк и его союзники собрали свиту и двинулись на юг в Лондон по Большой Северной дороге . По указанию Сомерсета кардинал Томас Буршье написал им, чтобы приказать им распуститься. Герцог Йоркский и графы Уорик и Солсбери написали письмо в Ройстон 20 мая, чтобы подчеркнуть, что они верны королю и привели свои силы только для защиты от врагов. Намеревался ли Йорк идти на Лондон или захватить короля по дороге в Лестер, неизвестно, но Сомерсет позвал своих союзников в Сент-Олбанс и покинул Лондон 21 мая, вероятно, из-за страха перед пройоркистским Лондоном. Двигаясь в Сент-Олбанс со своими собственными вассалами, йоркисты написали письмо непосредственно королю 21 мая из Уэра, где они свернули с Большой Северной дороги и начали приближаться к Сент-Олбансу. Ночью 21 мая король и Сомерсет находились в Уотфорде, в то время как йоркисты стояли лагерем на дороге между Уэром и Сент-Олбансом...
В первой битве при Сент-Олбансе было убито менее шестидесяти из приблизительно 5000 бойцов, [ 17 ] но с политической точки зрения это была полная победа Йорка и Невиллов. Йорк захватил короля и восстановил свою абсолютную власть, а Сомерсет и северные соперники Невиллов Генри Перси, граф Нортумберленд , и лорд Клиффорд пали во время разгрома. [ 1 ] Среди раненых были Бекингем ; Томас де Куртенэ, граф Девон ; Джаспер Тюдор (единокровный брат короля); и сын Сомерсета Генри Бофорт, граф Дорсет . [ 18 ] Внезапное нападение и храбрость 26-летнего графа Уорика начали укреплять его знаменитую военную карьеру и репутацию «делателя королей».
На следующий день Йорк сопроводил короля Генриха обратно в Лондон и несколько месяцев спустя был назначен парламентом протектором Англии . [ 5 ]

 

Rzay

Дистрибьютор добра
605 лет договору в Труа, по которому Англия и Франция едва не объединились:




Следующий раз эти страны попытаются объединиться в 1956 году.
Ну и 605 лет назад, 2 июня 1420 года Генрих и Екатерина Валуа расписались там же в Труасском соборе:

 

Rzay

Дистрибьютор добра
685 лет назад англичане разбили французов на море, при Слейсе (Эклюзе):

Слёйсское морское сражение (англ. Battle of l’Écluse) — первое крупное морское сражение Столетней войны 13371453 годов, победа в котором обеспечила англичанам и их союзникам полное превосходство на море... Битва началась в субботу 24 июня[6]. Французский командующий решил преградить англичанам путь в бухту Звин, воды которой омывали пристани Брюгге, но английские суда при помощи сложных манёвров смогли развернуться и атаковать французскую эскадру по всему фронту с наветренной стороны, так, чтобы позади них находилось солнце[1]. Вскоре англичанам удалось взять на абордаж «Кристофль» и, выбросив за борт его генуэзскую команду, расположить на нём своих лучников.
Битва продолжалась весь день и закончилась полным поражением французов — ввиду большей маневренности и подвижности английских кораблей. Также сыграла свою роль скорострельность английских лучников, выгодно отличавшая их от вражеских стрелков, вооружённых, главным образом, арбалетами[12], и камнеметателей, оснащённых пращами. Потери французов составили, по различным данным, от 16 000 до 18 000 человек[13], захвачено было 190 французских кораблей, и лишь находившейся в тылу и не связанной цепями эскадре из 24 судов удалось под покровом ночи скрыться[14].
Но победа дорого обошлась англичанам, понёсшим ощутимые потери, при защите нефа «Томас» тяжело ранен был сам король Эдуард. По свидетельству Фруассара, командующий французским флотом адмирал Кирье был обезглавлен, Бегюше взят в плен и повешен на мачте, а Барбавера убит и выброшен со своего корабля в море[15].


«Ещё три дня после битвы, — сообщает в своей хронике настоятель аббатства в Мо Томас Бёртон, — казалось, что крови в Звине было больше, чем воды. И столько было мертвых и утонувших французов и нормандцев, что в насмешку говорили: если бы Господь дал рыбам дар речи после того, как они полакомились таким количеством мертвецов, то они смогли бы бегло разговаривать по-французски»[16].
По утверждению других английских хронистов, в частности, Ранульфа Хигдена, Томаса Уолсингема и Джона Капгрейва, победу англичанам обеспечила Божественная поддержка, в силу чего король Эдуард, сообщив о ней в июле 1340 года всем епископам Англии, попросил их отслужить по этому поводу торжественные мессы[17].

 

Rzay

Дистрибьютор добра
645 лет назад при осаде крепости Шатонеф на юге Франции умер Бертран дю Геклен:

... Дюгеклен уже близок к взятию Шатонёфа, когда заболевает. Легенда гласит, что, возвращаясь с битвы к лагерю Абитарель, он утолил жажду у фонтана Клоза. Жара и суровый климат битвы в сочетании с слишком холодной водой вызвали застой крови. Констебль был причастен к10 июля, пока англичане готовились передать ключи от цитадели. Он умер 13 или 14 июля 1380г. Командование войсками затем перешло к Бертюкату д'Альбре .
Существуют разногласия по поводу даты сдачи оружия англичанами. Более того, они обещали передать его дю Геклену, и его смерть могла бы вызвать у них всплеск гордости. Но французские войска, оплакивая своего констебля, поклялись казнить любого, кто попытается совершить героический поступок, казнив также и заложников. Поэтому англичане предпочли бы сдаться, чем потерять людей [ 1 ] .


500px-France_Loz%C3%A8re_Ch%C3%A2teauneuf-de-Randon_C%C3%A9notaphe_1.jpg
Кенотаф на месте его смерти.
 

Rzay

Дистрибьютор добра
Издевательство над останками полководца:

Политическое признание, которое король Карл V хотел продемонстрировать своему коннетаблю, принесло дюгеклену привилегию четверного захоронения. Разделение его тела ( dilaceratio corporis , «разделение тела» на сердце, внутренности, плоть и кости) при многократном захоронении позволило увеличить число церемоний (похороны тела, самого важного, затем погребение сердца, плоти и погребение внутренностей) и мест (с гробницей тела, сердца, плоти и гробницей внутренностей) для почитания усопшего. Бертран Дюгеклен, вероятно, единственный в мире покойный, похороненный в четырёх гробницах [ 32 ] .

Дюгеклен в своем завещании пожелал, чтобы его тело покоилось в Бретани после его смерти. Во время остановки похоронной процессии в Пюи-ан-Веле тело было выпотрошено и подвергнуто первому бальзамированию, внутренности были захоронены в церкви доминиканского монастыря в гробнице, накрытой реалистичной лежащей фигурой коннетабля с бородой и усами воинов в походе [ 33 ] . По прибытии в Монферран несколько дней спустя туча мух заслонила процессию, следуя непосредственно за повозкой, на которой было размещено тело. В отсутствие королевских бальзамировщиков операция по бальзамированию не удалась [ 34 ] : неуклюжесть мастеров? слишком сильная летняя жара? Было решено сварить тело в котле с вином, приправленным специями, чтобы отделить плоть от скелета, похоронный метод экскарнации, известный как mos Teutonicus , «тевтонский обычай» [ 35 ] . Плоть была захоронена в монастыре кордельеров Монферрана [ c ] . Скелет и сердце продолжили свой путь в Бретань. Игнорируя последнюю волю покойного, король Карл V решил похоронить кости своего коннетабля в королевской базилике Сен-Дени , у самого подножия гробницы, которую он для себя приготовил. Только его сердце добралось до Бретани, где его поместили под плитой часовни якобинского монастыря в Динане. Часовня пришла в упадок в XIX веке ,9 июля 1810 годанадгробие и урна с сердцем были перенесены в церковь Сен-Совёр в Динане [ 32 ] .

Его погребение в Сен-Дени (под лежащей фигурой в доспехах, с двумя сабатонами , наколенниками и налокотниками , сюрко и перевязью , к которой с одной стороны прикреплен анахроничный кинжал , с другой — меч в кожаных ножнах и металлический щит, обшитый кожей и украшенный выгравированным гербом; левый глаз пробит — след от удара копьем, полученного в битве с англичанами в 1364 году [ 36 ] ), как и погребение большинства покоящихся там принцев и сановников, было осквернено революционерами в 1793 году, как и гробница с его вареным мясом (в Монферране ). Однако она не была полностью разрушена, лежащая фигура сохранилась и до сих пор находится на своем месте в часовне Сен-Дени Сен-Жан-Батист [ 37 ] : это работа скульпторов Тома Приве и Роберта Луазеля, завершенная в 1397 году.

Что касается гробницы, в которой находятся его внутренности ( церковь Сен-Лоран в Пюи ), то она избежала осквернения: урна была помещена на хранение в мэрию с целью мирского захоронения и, наконец, была перенесена в церковь Сен-Лоран вместе с ее содержимым; они и по сей день остаются там [ 33 ] .

Три из четырёх гробниц сохранились до наших дней и украшены памятниками. Монферранская гробница исчезла во время Французской революции. Лежащие статуи в Сен-Дени и Ле-Пюи позволяют нам увидеть фигуру и лицо, по-видимому, вылепленные по образу и подобию изображённого, известного также по описаниям внешности и нескольким современным миниатюрам, которые подчёркивают безобразность и воинственность, отражающиеся в его лице.

 

Rzay

Дистрибьютор добра
549 годовщина мирного договора в Пикиньи, как считается, подведшего черту под Столетней войной (ну просто никаких других мирных договоров после 1453 года не заключалось):

Претензии на французскую корону английские короли, как мы помним, сохраняли до начала XIX века:

З.Ы. Тем не менее не забыть в следующем году юбилей отметить. :)

Не забудем - всех с 550-летием договора, как считается, формально закончившего Столетнюю войну!
 
Верх