Rzay
Дистрибьютор добра
Создам-ка я тему об этом ключевом событии в английской истории.
И начну с переноса сюда текста о воцарении Вильгельма Оранского:
И все же одна удачная высадка в Англии в рассматриваемый нами период была. Речь идет о вторжении войск Вильгельма III Оранского на территорию Великобритании и о свержении английского короля Якова II в 1688 году. Поскольку есть зримый пример удачной высадки, хотелось бы подробно разобрать ее ход.
Итак, 6 февраля 1685 года умер Карл II, на престол Англии взошел его брат – Джеймс [8] Йоркский, который был провозглашен королем Яковом II. Будучи по вероисповеданию католиком, новый правитель решил править Англией единолично, без оглядки на парламент. Он начал с того, что назначил своих сторонников на ключевые посты в армии и флоте, резко увеличил вооруженные силы, причем старался вывести их из-под контроля обеих палат. Он хотел уровнять католичество в правах с англиканством и пресвитерианством – большая ошибка, ведь в то время в Британии католики неизменно звались «проклятыми папистами». Яков к тому же, в отличие от своего покойного брата, совершенно не умел находить компромиссы с оппозицией и нажил себе множество врагов внутри страны и за ее пределами.
Уже тогда недовольные Яковом собрались в Голландии, где при тайной поддержке штатгальтера Соединенных Провинций принца Вильгельма Оранского попытались возвести на трон незаконного сына Карла II – герцога Монмута, протестанта по вероисповеданию. 11 июня 1685 года Монмут высадился в бухте Лайм, недалеко от Портлендского мыса. Претендента на престол поддержали не только жители графств на юго-западе страны, но и несколько знатных фамилий Англии, однако вместо решительных действий восставшие проводили бесконечные митинги, совещания, консилиумы. Это позволило Якову собрать силы, и Монмут был разбит около Седжмура Королевской конной гвардией под командованием Джона Черчилля (будущего герцога Мальборо). 300 повстанцев, захваченных в плен, были повешены, а остальные проданы в рабство на сахарные плантации Барбадоса.
Как ни странно, разгром восстания Монмута не укрепил, а еще более подточил власть Якова II. Его противники и враги теперь выискивали любые предлоги, чтобы очернить нового правителя и просто свергнуть его. 10 июня 1688 года королева Мария Моденская разродилась сыном – принц Джеймс (так назвали малыша) стал наследником Якова II, что грозило упрочением в Англии католической династии. Именно это событие привело в действие тайные пружины большой политики.
Штатгальтер Голландии Вильгельм Оранский был рожден от английской принцессы Марии Генриетты Стюарт (жены Вильгельма II Оранского) и был женат на дочери Якова II принцессе Марии, поэтому в качестве мужа последней имел права на английский престол. Более того – после воцарения Якова II (до рождения у королевской четы сына) Мария Стюарт признавалась наследницей английского трона, а ее муж Вильгельм Оранский – соправителем.
Еще один значимый для Оранского повод быть недовольным положением дел в Англии – это сложная политическая обстановка в Европе. Для правящих кругов Голландии было ясно, что их противостояние с Францией, первая часть которого закончилась в 1678 году подписанием Нимвегенского мира, продолжится в самое ближайшее время, ибо Соединенные Провинции мешали французской гегемонии в Европе. В связи с этим Оранским было принято принципиальное решение – усилить армию. Но как быть с флотом? Ведь второй войны на два фронта Голландия может не выдержать. Соединенными Провинциями был принят курс на сближение с Англией. Мир с Туманным Альбионом, с одной стороны, закрывал морской фронт, с другой – позволял резко снизить траты на корабли. Приход к власти Якова II, союзника Людовика XIV, поколебал эти планы. Рождение же королевской четой соседней страны сына и возникновение под боком новой католической династии грозило просто раздавить бедную Голландию.
После рождения принца Якова Оранский, конечно же, потерял все законные права стать правителем Англии. Это, по мнению штатгальтера, ставило под смертельную угрозу Голландию. Не в характере Вильгельма было пасовать перед трудностями, поэтому уже весной 1687 года голландский посол в Англии начал наводить контакты с британской оппозицией. Первое, на что надавил Оранский, – это на религию. У Англии был зримый пример Франции, где Людовик XIV 17 октября 1685 года разорвал Нантский эдикт, согласно которому протестанты на французской территории имели права самоуправления и религиозной свободы. Шаги Якова II в качестве правителя Англии его подданные, безусловно, сравнивали с действиями Людовика XIV, и эти шаги не могли не внушать им опасений. Католик во главе протестантской страны воспринимался как неизбежное зло и путь к беспорядкам и религиозным войнам. В свою очередь английские аристократы, напуганные казнью Монмута и постоянными наступлениями на права и свободы знати, летом 1688 года решили пойти на прямой разрыв с правительством и написали Вильгельму Оранскому приглашение прийти в Англию и в качестве мужа Марии Стюарт взять правление в свои руки. Письмо было подписано:
...
Чарльзом Тальботом, графом Шрусбери;
Уильямом Кавендишем, графом Девонширом;
Томасом Осборном, графом Данби;
Ричардом Ламли, лордом Ламли;
Генри Комптоном, епископом Лондонским;
Эдвардом Расселом, полковником голландской армии
[9]
; Генри Сиднеем, постельничим Якова II, полковником английской армии.
Из этих господ первые пять были представителями палаты лордов, один – представитель вооруженных сил другой страны, один – приближенный Якова II. За этими людьми стояло абсолютное молчаливое большинство [10] парламента, прежде всего – палаты лордов, которая представляла английскую знать. Естественно, молчаливое большинство выжидало – это видно даже по тому факту, что письмо подписали только семь человек, а не все парламентарии. Но было понятно, что при малейшем успехе Вильгельма знать поддержит Оранского. А поскольку почти все члены палаты лордов занимали высокие посты в английской армии, король Яков не мог полностью положиться на сухопутные силы, преданность армейских полков была под вопросом.
Что же касается общин – они надеялись, пользуясь сварой короля с верхней палатой, выбить из исполнительной власти дополнительные полномочия и сделать Англию де-факто страной под управлением парламента [11] .
Но оставался еще флот – а Яков, будучи герцогом Йоркским, много сделал для Ройял Неви и был любим как моряками, так и высшим руководством. Однако и здесь английский король смог испортить ситуацию – он ввел в Адмиралтейство нескольких адмиралов-католиков (вопреки закону 1673 года, запрещавшему католикам занимать государственные должности), а также « Декларацией о снисхождении » от 4 апреля 1687 года разрешил служить мессы на кораблях [12] . Это, безусловно, также внесло раскол в Адмиралтейство, адмирал Артур Герберт, очень популярный среди английских моряков, бежал в Голландию. Именно он и привез приглашение взойти на престол Англии Вильгельму Оранскому. Попытки же Якова добиться отмены Акта о присяге ( Test Act ) 1673 года, запрещавшего католикам занимать высокие правительственные должности, оттолкнули от него даже ближайших сторонников.
Как же Оранский воспринял эту петицию? Вильгельм, как мы уже отмечали, понимал, что Франция в любом случае не оставит Голландию в покое. Позиция Британии в этом противостоянии была слишком важна, поэтому штатгальтер решился и начал подготовку к вторжению на Остров, однако она шла с большим скрипом. Ссуду для комплектования войск и флота предоставили Амстердамская биржа (3 миллиона гульденов), еврейский банкир Франсиско Лопес Суаззо (2 миллиона гульденов) и римский папа Иннокентий XI (2 миллиона гульденов) [13] . Армию вторжения набирали с бору по сосенке: помимо голландцев в ее состав вошли шесть английских и шотландских полков, пруссаки Фридриха III Бранденбургского под командованием французского гугенота Шомберга, а также нескольких испанских батальонов [14] .
В штат голландского флота было набрано дополнительно 9000 человек, количество боеготовых кораблей было удвоено и достигло аж 49 единиц! [15] Вильгельм планировал сделать молниеносный переход к побережью Эссекса. Большой военный эскорт должен был удержать Ройял Неви от атаки конвоя. Англичане обычно отстаивались на рейде Даунса, тогда как высадка планировалась в районе Гарвича или Саутенда. Там голландцы могли бы без проблем найти места для высадки, десантировать весь сухопутный контингент вместе с лошадьми и сразу же угрожать Лондону и верфям Ширнесса и Чатэма. Вильгельм видел выход именно в молниеносности и во внезапности операции. Он понимал, что если Яков сумеет мобилизовать и привести в готовность английский флот, голландцы не будут иметь шансов на успешную высадку.
Не менее важную задачу должна была выполнить и разведка голландцев, которой руководил близкий друг штатгальтера – Ганс Виллем Бентинк. Резидентура на Острове должна была начать громкую пропагандистскую кампанию, направленную на критику Якова II и на склонение общественного мнения в пользу Оранского, как на ревнителя священных протестантских свобод. Уже в августе Бентинк сообщал Вильгельму, что британская армия полностью его поддерживает, а вот Королевский флот, несмотря на недовольство Яковом, все же сохраняет верность Стюартам.
Вильгельм понимал, что его непримиримый враг, французский король Людовик XIV, может воспользоваться ситуацией и атаковать Голландию с суши, сделав высадку в Англии невозможной. Именно поэтому вскоре Бентинк был переброшен в Германию, где спешно пытался сколотить коалицию против Франции.
В конце сентября события начали развиваться стремительно. Людовик XIV объявил 22-го числа эмбарго Голландии, захватив все стоящие во французских портах суда Соединенных Провинций; 26 сентября муниципалитет Амстердама официально поддержал идею вторжения Вильгельма в Англию; на следующий день войска Людовика XIV пересекли Рейн и атаковали княжество Пфальцское, основная часть голландских войск начала выдвижение к восточным границам.
29 сентября Генеральные штаты издали декларацию, где призывали Оранского избежать повторения ситуации 1672 года, когда Англия и Франция совместно напали на Голландию и поставили последнюю на грань уничтожения. 6 октября в глубокой тайне десант начал грузиться на транспорта. В результате 21 000 человек, 5000 лошадей, двадцать одна 24-фунтовая пушка и припасы для армии были погружены на 76 флейтов, 120 транспортов для лошадей, 70 вспомогательных судов и 60 траулеров. Десант сопровождали 39 линкоров (из них восемь несли от 60 до 68 орудий), 16 фрегатов, 28 галиотов и 9 брандеров. Командующим голландским флотом Оранский объявил английского адмирала Артура Герберта (Вильгельм надеялся, что английский флот просто не будет сражаться с голландским, узнав, что командует последним любимый британскими моряками Герберт). Ответственным за переход войсковых транспортов назначили голландского лейтенант-адмирала Схепперса. Большое количество гребных судов было необходимо для высадки пехоты на необорудованное побережье. 26-го числа полностью укомплектованный флот и десантные суда вышли в море. На фрегате «Бриль», где располагалась штаб-квартира Оранского, развевался родовой штандарт герцогов Нассауских. На нем горели вышитые золотом слова: «Pro Religione et Libertate!» [16] .
Английский флот еще мобилизовался, адмирал Дартмут смог подготовить к выходу 35 линейных кораблей и базировался в районе мелей Ганфлита (недалеко от устья Мидуэя), вполне резонно предполагая, что Вильгельм пойдет к побережью Кента или Эссекса. Но далее случилось то, что полностью сломало планы и англичанам, и голландцам. Задул сильный восточный ветер, который понес голландскую армаду по всему Каналу на запад. Плохая погода не давала голландцам приблизиться к английским берегам, эта же погода не дала Дартмуту перехватить флот Соединенных Провинций. Англичане почти смогли перехватить противника у мыса Ла-Аг в Нормандии, но налетевший шквал разметал корабли, Дартмут смог захватить только один голландский транспорт с солдатами.
1 ноября ветер изменился на северный, голландцы, находившиеся к тому времени на траверзе Корнуолла, попытались повернуть назад и выйти к Гарвичу, где креатура Бентинка должна была подготовить им площадку для высадки, однако сильные волны вкупе с приливными течениями не давали им сделать поворот на восток. В таких условиях Оранский принял решение идти к берегам Англии. 5 ноября голландцы находились у побережья Девона; вдруг установилась исключительно тихая и ясная для такого времени года погода, и десант с эскортом вошел в бухту Торбэй [17] .
В это же самое время Дартмут боролся со штормами у французского побережья, на его флагмане «Резолюшн» треснула фок-мачта, столкнулись линейные корабли «Монтегю» и «Дартмут». Борясь с ветром, англичане дошли до Спитхеда, никого там не обнаружили, повернули обратно, их опять снесло к берегам Нормандии, и лишь 19 ноября вошли в гавань Торбэя. К этому времени голландцы уже высадили войска и даже взяли Эксетер, столицу графства Девоншир. Ройял Неви не смог помешать высадке.
Как и предполагал Оранский (и докладывал штатгальтеру глава его разведки Бентинк), английская знать и армия не поддержали Якова. В ночь с 22 на 23 ноября Якова II покинул главнокомандующий английской армией герцог Джон Мальборо [18] . Утром 25 ноября бежал к Оранскому муж принцессы Анны Стюарт Георг Датский. В письме на имя короля Георг сообщал, что порывает с королем-католиком, поскольку он состоит в союзе с Францией. Упрек этот со стороны датского принца выглядел особенно смешно, поскольку в то время Дания также состояла в союзе с Людовиком XIV. На следующий день принцесса Анна последовала за своим мужем.
Яков, видя, как тают ряды его сторонников, 11 декабря бежал из Лондона, предварительно выбросив в Темзу Большую государственную печать, но по пути к Даунсу король бы схвачен и препровожден в Рочестер, к месту заточения. Вильгельм приказал относиться к своему тестю «с должным почтением» и специально организовал место его пребывания так, чтобы Яков смог без труда бежать морем [19] . 23 декабря он бежал вместе со своим побочным сыном графом Бервиком. Нет сомнений, что побег Якова подстроил сам Вильгельм Оранский, не хотевший, подобно Оливеру Кромвелю, запятнать себя цареубийством и сделать из Якова мученика [20] .
Из всего вышеописанного можно сказать, что главной причиной успеха стал Его Величество Случай. Все планы Вильгельма были разбиты обычным восточным ветром, этот же ветер помог Вильгельму совершенно чудесным образом высадить свои войска на юго-западе Англии, в Торбэе. И этот же ветер не дал возможности английскому флоту перехватить противника. После высадки основную роль в успехе Оранского сыграла «пятая колонна» – английские аристократы и джентри, армия Якова II быстро утратила боеспособность и почти вся перешла на сторону завоевателей.
Согласимся – конечно же, у Оранского было много сторонников в Англии. Да, он лучше англичан подготовился к операции. Но простой ветер смог как разрушить все планы, так и возродить их из пепла. В таких случаях говорят просто – повезло.
http://www.e-reading.club/bookreader.php/1...it_Angliyu.html
И начну с переноса сюда текста о воцарении Вильгельма Оранского:
И все же одна удачная высадка в Англии в рассматриваемый нами период была. Речь идет о вторжении войск Вильгельма III Оранского на территорию Великобритании и о свержении английского короля Якова II в 1688 году. Поскольку есть зримый пример удачной высадки, хотелось бы подробно разобрать ее ход.
Итак, 6 февраля 1685 года умер Карл II, на престол Англии взошел его брат – Джеймс [8] Йоркский, который был провозглашен королем Яковом II. Будучи по вероисповеданию католиком, новый правитель решил править Англией единолично, без оглядки на парламент. Он начал с того, что назначил своих сторонников на ключевые посты в армии и флоте, резко увеличил вооруженные силы, причем старался вывести их из-под контроля обеих палат. Он хотел уровнять католичество в правах с англиканством и пресвитерианством – большая ошибка, ведь в то время в Британии католики неизменно звались «проклятыми папистами». Яков к тому же, в отличие от своего покойного брата, совершенно не умел находить компромиссы с оппозицией и нажил себе множество врагов внутри страны и за ее пределами.
Уже тогда недовольные Яковом собрались в Голландии, где при тайной поддержке штатгальтера Соединенных Провинций принца Вильгельма Оранского попытались возвести на трон незаконного сына Карла II – герцога Монмута, протестанта по вероисповеданию. 11 июня 1685 года Монмут высадился в бухте Лайм, недалеко от Портлендского мыса. Претендента на престол поддержали не только жители графств на юго-западе страны, но и несколько знатных фамилий Англии, однако вместо решительных действий восставшие проводили бесконечные митинги, совещания, консилиумы. Это позволило Якову собрать силы, и Монмут был разбит около Седжмура Королевской конной гвардией под командованием Джона Черчилля (будущего герцога Мальборо). 300 повстанцев, захваченных в плен, были повешены, а остальные проданы в рабство на сахарные плантации Барбадоса.
Как ни странно, разгром восстания Монмута не укрепил, а еще более подточил власть Якова II. Его противники и враги теперь выискивали любые предлоги, чтобы очернить нового правителя и просто свергнуть его. 10 июня 1688 года королева Мария Моденская разродилась сыном – принц Джеймс (так назвали малыша) стал наследником Якова II, что грозило упрочением в Англии католической династии. Именно это событие привело в действие тайные пружины большой политики.
Штатгальтер Голландии Вильгельм Оранский был рожден от английской принцессы Марии Генриетты Стюарт (жены Вильгельма II Оранского) и был женат на дочери Якова II принцессе Марии, поэтому в качестве мужа последней имел права на английский престол. Более того – после воцарения Якова II (до рождения у королевской четы сына) Мария Стюарт признавалась наследницей английского трона, а ее муж Вильгельм Оранский – соправителем.
Еще один значимый для Оранского повод быть недовольным положением дел в Англии – это сложная политическая обстановка в Европе. Для правящих кругов Голландии было ясно, что их противостояние с Францией, первая часть которого закончилась в 1678 году подписанием Нимвегенского мира, продолжится в самое ближайшее время, ибо Соединенные Провинции мешали французской гегемонии в Европе. В связи с этим Оранским было принято принципиальное решение – усилить армию. Но как быть с флотом? Ведь второй войны на два фронта Голландия может не выдержать. Соединенными Провинциями был принят курс на сближение с Англией. Мир с Туманным Альбионом, с одной стороны, закрывал морской фронт, с другой – позволял резко снизить траты на корабли. Приход к власти Якова II, союзника Людовика XIV, поколебал эти планы. Рождение же королевской четой соседней страны сына и возникновение под боком новой католической династии грозило просто раздавить бедную Голландию.
После рождения принца Якова Оранский, конечно же, потерял все законные права стать правителем Англии. Это, по мнению штатгальтера, ставило под смертельную угрозу Голландию. Не в характере Вильгельма было пасовать перед трудностями, поэтому уже весной 1687 года голландский посол в Англии начал наводить контакты с британской оппозицией. Первое, на что надавил Оранский, – это на религию. У Англии был зримый пример Франции, где Людовик XIV 17 октября 1685 года разорвал Нантский эдикт, согласно которому протестанты на французской территории имели права самоуправления и религиозной свободы. Шаги Якова II в качестве правителя Англии его подданные, безусловно, сравнивали с действиями Людовика XIV, и эти шаги не могли не внушать им опасений. Католик во главе протестантской страны воспринимался как неизбежное зло и путь к беспорядкам и религиозным войнам. В свою очередь английские аристократы, напуганные казнью Монмута и постоянными наступлениями на права и свободы знати, летом 1688 года решили пойти на прямой разрыв с правительством и написали Вильгельму Оранскому приглашение прийти в Англию и в качестве мужа Марии Стюарт взять правление в свои руки. Письмо было подписано:
...
Чарльзом Тальботом, графом Шрусбери;
Уильямом Кавендишем, графом Девонширом;
Томасом Осборном, графом Данби;
Ричардом Ламли, лордом Ламли;
Генри Комптоном, епископом Лондонским;
Эдвардом Расселом, полковником голландской армии
[9]
; Генри Сиднеем, постельничим Якова II, полковником английской армии.
Из этих господ первые пять были представителями палаты лордов, один – представитель вооруженных сил другой страны, один – приближенный Якова II. За этими людьми стояло абсолютное молчаливое большинство [10] парламента, прежде всего – палаты лордов, которая представляла английскую знать. Естественно, молчаливое большинство выжидало – это видно даже по тому факту, что письмо подписали только семь человек, а не все парламентарии. Но было понятно, что при малейшем успехе Вильгельма знать поддержит Оранского. А поскольку почти все члены палаты лордов занимали высокие посты в английской армии, король Яков не мог полностью положиться на сухопутные силы, преданность армейских полков была под вопросом.
Что же касается общин – они надеялись, пользуясь сварой короля с верхней палатой, выбить из исполнительной власти дополнительные полномочия и сделать Англию де-факто страной под управлением парламента [11] .
Но оставался еще флот – а Яков, будучи герцогом Йоркским, много сделал для Ройял Неви и был любим как моряками, так и высшим руководством. Однако и здесь английский король смог испортить ситуацию – он ввел в Адмиралтейство нескольких адмиралов-католиков (вопреки закону 1673 года, запрещавшему католикам занимать государственные должности), а также « Декларацией о снисхождении » от 4 апреля 1687 года разрешил служить мессы на кораблях [12] . Это, безусловно, также внесло раскол в Адмиралтейство, адмирал Артур Герберт, очень популярный среди английских моряков, бежал в Голландию. Именно он и привез приглашение взойти на престол Англии Вильгельму Оранскому. Попытки же Якова добиться отмены Акта о присяге ( Test Act ) 1673 года, запрещавшего католикам занимать высокие правительственные должности, оттолкнули от него даже ближайших сторонников.
Как же Оранский воспринял эту петицию? Вильгельм, как мы уже отмечали, понимал, что Франция в любом случае не оставит Голландию в покое. Позиция Британии в этом противостоянии была слишком важна, поэтому штатгальтер решился и начал подготовку к вторжению на Остров, однако она шла с большим скрипом. Ссуду для комплектования войск и флота предоставили Амстердамская биржа (3 миллиона гульденов), еврейский банкир Франсиско Лопес Суаззо (2 миллиона гульденов) и римский папа Иннокентий XI (2 миллиона гульденов) [13] . Армию вторжения набирали с бору по сосенке: помимо голландцев в ее состав вошли шесть английских и шотландских полков, пруссаки Фридриха III Бранденбургского под командованием французского гугенота Шомберга, а также нескольких испанских батальонов [14] .
В штат голландского флота было набрано дополнительно 9000 человек, количество боеготовых кораблей было удвоено и достигло аж 49 единиц! [15] Вильгельм планировал сделать молниеносный переход к побережью Эссекса. Большой военный эскорт должен был удержать Ройял Неви от атаки конвоя. Англичане обычно отстаивались на рейде Даунса, тогда как высадка планировалась в районе Гарвича или Саутенда. Там голландцы могли бы без проблем найти места для высадки, десантировать весь сухопутный контингент вместе с лошадьми и сразу же угрожать Лондону и верфям Ширнесса и Чатэма. Вильгельм видел выход именно в молниеносности и во внезапности операции. Он понимал, что если Яков сумеет мобилизовать и привести в готовность английский флот, голландцы не будут иметь шансов на успешную высадку.
Не менее важную задачу должна была выполнить и разведка голландцев, которой руководил близкий друг штатгальтера – Ганс Виллем Бентинк. Резидентура на Острове должна была начать громкую пропагандистскую кампанию, направленную на критику Якова II и на склонение общественного мнения в пользу Оранского, как на ревнителя священных протестантских свобод. Уже в августе Бентинк сообщал Вильгельму, что британская армия полностью его поддерживает, а вот Королевский флот, несмотря на недовольство Яковом, все же сохраняет верность Стюартам.
Вильгельм понимал, что его непримиримый враг, французский король Людовик XIV, может воспользоваться ситуацией и атаковать Голландию с суши, сделав высадку в Англии невозможной. Именно поэтому вскоре Бентинк был переброшен в Германию, где спешно пытался сколотить коалицию против Франции.
В конце сентября события начали развиваться стремительно. Людовик XIV объявил 22-го числа эмбарго Голландии, захватив все стоящие во французских портах суда Соединенных Провинций; 26 сентября муниципалитет Амстердама официально поддержал идею вторжения Вильгельма в Англию; на следующий день войска Людовика XIV пересекли Рейн и атаковали княжество Пфальцское, основная часть голландских войск начала выдвижение к восточным границам.
29 сентября Генеральные штаты издали декларацию, где призывали Оранского избежать повторения ситуации 1672 года, когда Англия и Франция совместно напали на Голландию и поставили последнюю на грань уничтожения. 6 октября в глубокой тайне десант начал грузиться на транспорта. В результате 21 000 человек, 5000 лошадей, двадцать одна 24-фунтовая пушка и припасы для армии были погружены на 76 флейтов, 120 транспортов для лошадей, 70 вспомогательных судов и 60 траулеров. Десант сопровождали 39 линкоров (из них восемь несли от 60 до 68 орудий), 16 фрегатов, 28 галиотов и 9 брандеров. Командующим голландским флотом Оранский объявил английского адмирала Артура Герберта (Вильгельм надеялся, что английский флот просто не будет сражаться с голландским, узнав, что командует последним любимый британскими моряками Герберт). Ответственным за переход войсковых транспортов назначили голландского лейтенант-адмирала Схепперса. Большое количество гребных судов было необходимо для высадки пехоты на необорудованное побережье. 26-го числа полностью укомплектованный флот и десантные суда вышли в море. На фрегате «Бриль», где располагалась штаб-квартира Оранского, развевался родовой штандарт герцогов Нассауских. На нем горели вышитые золотом слова: «Pro Religione et Libertate!» [16] .
Английский флот еще мобилизовался, адмирал Дартмут смог подготовить к выходу 35 линейных кораблей и базировался в районе мелей Ганфлита (недалеко от устья Мидуэя), вполне резонно предполагая, что Вильгельм пойдет к побережью Кента или Эссекса. Но далее случилось то, что полностью сломало планы и англичанам, и голландцам. Задул сильный восточный ветер, который понес голландскую армаду по всему Каналу на запад. Плохая погода не давала голландцам приблизиться к английским берегам, эта же погода не дала Дартмуту перехватить флот Соединенных Провинций. Англичане почти смогли перехватить противника у мыса Ла-Аг в Нормандии, но налетевший шквал разметал корабли, Дартмут смог захватить только один голландский транспорт с солдатами.
1 ноября ветер изменился на северный, голландцы, находившиеся к тому времени на траверзе Корнуолла, попытались повернуть назад и выйти к Гарвичу, где креатура Бентинка должна была подготовить им площадку для высадки, однако сильные волны вкупе с приливными течениями не давали им сделать поворот на восток. В таких условиях Оранский принял решение идти к берегам Англии. 5 ноября голландцы находились у побережья Девона; вдруг установилась исключительно тихая и ясная для такого времени года погода, и десант с эскортом вошел в бухту Торбэй [17] .
В это же самое время Дартмут боролся со штормами у французского побережья, на его флагмане «Резолюшн» треснула фок-мачта, столкнулись линейные корабли «Монтегю» и «Дартмут». Борясь с ветром, англичане дошли до Спитхеда, никого там не обнаружили, повернули обратно, их опять снесло к берегам Нормандии, и лишь 19 ноября вошли в гавань Торбэя. К этому времени голландцы уже высадили войска и даже взяли Эксетер, столицу графства Девоншир. Ройял Неви не смог помешать высадке.
Как и предполагал Оранский (и докладывал штатгальтеру глава его разведки Бентинк), английская знать и армия не поддержали Якова. В ночь с 22 на 23 ноября Якова II покинул главнокомандующий английской армией герцог Джон Мальборо [18] . Утром 25 ноября бежал к Оранскому муж принцессы Анны Стюарт Георг Датский. В письме на имя короля Георг сообщал, что порывает с королем-католиком, поскольку он состоит в союзе с Францией. Упрек этот со стороны датского принца выглядел особенно смешно, поскольку в то время Дания также состояла в союзе с Людовиком XIV. На следующий день принцесса Анна последовала за своим мужем.
Яков, видя, как тают ряды его сторонников, 11 декабря бежал из Лондона, предварительно выбросив в Темзу Большую государственную печать, но по пути к Даунсу король бы схвачен и препровожден в Рочестер, к месту заточения. Вильгельм приказал относиться к своему тестю «с должным почтением» и специально организовал место его пребывания так, чтобы Яков смог без труда бежать морем [19] . 23 декабря он бежал вместе со своим побочным сыном графом Бервиком. Нет сомнений, что побег Якова подстроил сам Вильгельм Оранский, не хотевший, подобно Оливеру Кромвелю, запятнать себя цареубийством и сделать из Якова мученика [20] .
Из всего вышеописанного можно сказать, что главной причиной успеха стал Его Величество Случай. Все планы Вильгельма были разбиты обычным восточным ветром, этот же ветер помог Вильгельму совершенно чудесным образом высадить свои войска на юго-западе Англии, в Торбэе. И этот же ветер не дал возможности английскому флоту перехватить противника. После высадки основную роль в успехе Оранского сыграла «пятая колонна» – английские аристократы и джентри, армия Якова II быстро утратила боеспособность и почти вся перешла на сторону завоевателей.
Согласимся – конечно же, у Оранского было много сторонников в Англии. Да, он лучше англичан подготовился к операции. Но простой ветер смог как разрушить все планы, так и возродить их из пепла. В таких случаях говорят просто – повезло.
http://www.e-reading.club/bookreader.php/1...it_Angliyu.html
