Гражданская война в Швейцарии 1847 года

[Rzay]

Гражданская война 1847 года в Швейцарии
(с) Кубанова М.Н.
(источник)

К середине 40-х годов XIX в. в Швейцарии сложилась чрезвычайно сложная политическая ситуация. Федеральный Пакт 1815 г., принятый швейцарскими кантонами под присмотром великих держав, одержавших победу над Наполеоном и принявших новую венскую систему миропорядка, фактически реставрировал в стране старорежимные порядки, вернул власть аристократическо-олигархической верхушке и закрепил конфедеративное устройство государства, то есть фактическую автономию кантонов и слабость центральной власти. Это привело, в конечном итоге, к борьбе различных политических групп, и, прежде всего, аристократической, консервативной с демократической, которая вынуждена была передать в руки первых административную власть в кантонах. Кроме того, консервативная партия извне заручилась поддержкой европейских держав, а внутри страны ее активно поддерживало католическое духовенство, и в особенности орден иезуитов,
осевший в ряде кантонов в 1818 году1.
В течение последующих десяти лет, вплоть до 1825 г., политическая борьба в Швейцарии шла с переменным успехом, но не выходила за пределы кантональных границ. С 1825 г. в стране заявило о себе либеральное движение, которое стало угрозой существующему порядку, поскольку выдвигало требование принятия новой конституции. За время с 1826 по 1830 г. в конституции ряда кантонов (Шафгаузена, Аппенцеля, Люцерна, Женевы, Тессина), под напором народного движения, были внесены некоторые важные изменения, касающиеся демократизации избирательной системы, искоренения коррупции, отмены жестких мер против периодической печати и въезда в страну иностранцев2. 16(4) февраля 1830 г. российский посол в Берне Д. П. Северин, делая отчет о положении дел в Швейцарии, без явного удовольствия констатировал факт преобразований, которые произошли в кантоне Во и некоторых других местах. Он писал о том, что в кантоне Люцерн принята уже новая конституция, "более свободная, чем прежняя", что реформы проведены также и в кантоне Обервальден, в католической части кантона Аппенцель, что в Базельском кантоне введена гласность заседаний Большого Совета, что "Цюрихский кантон обсуждает в настоящий момент новый регламент"3. Позже, уже в донесении от 3 июля (21 июня) Северин сообщал, что теперь и "Тессинский кантон последовал примеру кантона Во и сделал свою конституцию более демократической". В то же время он с явным удовлетворением отмечал, что кантон Ааргау "поступил мудро, отвергнув значительным большинством голосов попытку изменить его конституцию4.
Подобные стремления к демократизации политического строя приобрели еще более серьезную основу и еще более активизировались в Швейцарии под влиянием Французской революции 1830 года. Теперь голоса за политическое равноправие, за окончательную ликвидацию феодальных отношений, и за централизацию страны стали более настойчивыми. Как писал швейцарский историк Б. Ван Мюйден, "падение Карла X было смертельным ударом по старому режиму в конфедерации; ибо аристократические республики, лишенные нравственной поддержки Франции, не могли долго продержаться; победа французских либералов должна была повлечь за собой победу либеральной партии"5. Тем более, что теперь она с еще большей агрессией "стала требовать изменений во внутреннем частном управлении и всеобщем государственном устройстве"6. В результате, зревшее еще задолго до революции 1830 г., "ревизионистское движение", как назвал его Ван Мюйден, после июльской революции во Франции развернулось в большинстве швейцарских кантонов: "Швейцарии пошло на пользу это возбужденное состояние, она овладела собой и могла реорганизоваться по собственному желанию"7.
В конечном итоге, к концу 1830 г. революционная волна, пронесшаяся по кантонам Швейцарии несколько изменила политическую ситуацию в стране. Этому способствовало и решение Союзного сейма, принявшего на чрезвычайной сессии 27 декабря 1830 г. декрет, в котором говорилось: "Сейм освящает единодушно принцип, что каждому кантону союза, в силу его суверенитета, принадлежит право вносить в его конституцию изменения, признанные им необходимыми и целесообразными, если они не противоречат союзному договору. Вследствие этого, сейм не будет вмешиваться в подобные конституционные реформы, ни после их завершения, ни до этого"8. Таким образом, сейм с одной стороны, самоустранился от решения возникших проблем, а с другой - фактически дал добро на политические преобразования в стране в сторону ее демократизации. В результате, "если подсчитать народонаселение кантонов, изменивших в течение двенадцати месяцев свою конституцию, - писал Ван Мюйден, - то окажется, что они составляют более двух третей швейцарского народа"9. В стране стали на деле осуществляться демократические преобразования, бывшие "мечтой всех идеалистов", которые считали, что "демократическое существование" есть "исконное право швейцарского народа"10. С 1830 по 1833 г. в большинстве кантонов были приняты новые либеральные конституции, признающие суверенитет народа, равенство всех перед законом и свободу прессы.
"Происки революционной пропаганды, имеющие следствием раздоры и несогласия в Швейцарии" стали объектом исследования секретного донесения, поступившего в российский Генеральный штаб в 1832 году. В нем констатировалось, что "революционные правила проникли преимущественно в кантоны Цюрих, Берн, Люцерн, Арговию (Ааргау - М. К.), Сен-Галь (Санкт-Галлен - М. К.), Тюрговию (Тюргау - М. К.) и Солотурн (Золотурн)11. Отмечалось что эти "кантоны ныне соединены между собою особым актом (конкордатом)" ". Действительно, в 1832 г. названные кантоны объединились для защиты своих демократических институтов против "интервенции конфедерации и великих держав"12. Кантоны Во или Ваадт, Фрибург, Тессин, Аппенцелль, Женева и Шафгаузен, как утверждал агент, "следуют более или менее внушениям демагогов", кантоны же Ури, Швиц и Унтервальден, "бывшие колыбелью независимости Швейцарии, сохраняют ненарушимо прежние уставы". К ним же примыкают Невшатель, Валлис и Граубюнден. Гларус и Цуг тоже близки им, но и они "уже колеблются в своих первобытных основаниях", а кантон Базель "служит театром раздоров противных партий"13. Эти последние семь консервативных кантонов (кроме Граубюндена) образовали собственный союз, названный Sarnerbund, по названию города Сарнен, в котором был заключен. Вскоре он был объявлен незаконным, противоречащим Федеральному Пакту 1815 г., по которому запрещены любые "частные" союзы между кантонами, и был распущен в 1833 году. Но это не изменило положения вещей. Уже в начале 30-х годов стало ясно, что решение проблем, имеющихся в швейцарских кантонах, займет много времени, и примет характер достаточно длительного, затяжного процесса, в котором переплетутся самые разнообразные противоречия. В течение пятнадцати лет в стране не прекращались внутренние раздоры и распри, происходили внутрикантональные политические перевороты и даже военные столкновения. Этот период в истории Швейцарского союза был назван временем возрождения - Regeneration.

 

[Rzay]

Ситуация продолжала накаляться и в связи с тем, что швейцарские либералы, не останавливаясь на достигнутой в ряде кантонов победе на выборах в органы местного самоуправления, действовали крайне радикально, активно добиваясь укрепления центральной власти. Как писали Санкт-Петербургские ведомости, "первою заботою всех соединенных республик, было обсуждение и принятие проекта о единообразном установлении общего республиканского управления Союза"14. В 1832 г. цюрихский бургомистр М. Гирцель на собрании Гельветического общества высказался за создание новой конституции, выдвинув обоснованную аргументацию. "Нам, - заявлял он, - недостает совета, который бы представлял, главным образом, интересы швейцарской нации, а не многообразные интересы отдельных земель; в лице общешвейцарского совета нам нужен свободный голос, чтобы слово истины не пропадало бесследно, отвергнутое раньше, чем оно раздастся... Нам недостает независимой союзной администрации, которая бы исходила из выборов и основывалась на доверии не одного кантона, а всей Швейцарии". Кроме того, Гирцель указывал и на необходимость унификации всей страны, поскольку "до сих пор швейцарцу все еще закрыта часть его небольшого отечества для оседлости и свободного труда; все еще не обеспечено свободное передвижение из кантона в кантон продуктов нашего труда, нашей земли. В течение одного дня иноземец пройдет пять кантонов или даже больше и он, точно на смех, найдет в них столько же различных единиц меры, веса и денежных знаков"15. Действительно, в 20 - 40-х годах XIX века в Швейцарии не существовало единого национального рынка и единой денежной системы, что, конечно же, мешало развитию капиталистических отношений и, что, в свою очередь, очень хорошо понимали либералы-предприниматели. В результате подобных настроений, страна разделилась на централистов, сторонников централизации и унификации всей швейцарской жизни, и автономистов, желавших сохранить суверенитет кантонов.
Произошедшие изменения в кантональных органах власти, где на выборах победу одержали сторонники объединения и централизации, позволили либералам получить перевес и в Федеральном сейме. В итоге, 17 июля 1832 г. они добились принятия постановления о том, чтобы договор 1815 г. был пересмотрен, а сейм большинством в 13 1/2 голосов постановил учредить комиссию, которая должна была выработать проект пересмотра союзного договора 16. Однако тогда эта попытка потерпела неудачу и проект пересмотра в 1833 г. был отвергнут, благодаря оппозиции в лице "здоровой части кантональных правительств"17, к которым российская дипломатия относила католические кантоны. Лишь через 15 лет, после длительного периода внутренних раздоров, швейцарцы вернулись к рассмотрению этого вопроса. Пока же, наряду с политической нестабильностью, страну стал расшатывать и религиозный конфликт. Два этих фактора тесно переплелись между собой, находясь во взаимозависимости, поскольку либерализация порядка в кантонах рассматривалась как возможная гарантия свободы вероисповедания и отделения церкви от государства.
Следует отметить, что Швейцария - это конгломерат трех-четырех лингвистических и двух религиозных групп. Если многоязычие не являлось препятствием для мирного сосуществования, то противоречие между двумя основными конфессиями Швейцарии породило в стране серьезнейшее противостояние.
В 1830 г. в исследовании "Статистика европейских государств в нынешнем их состоянии" профессор Санкт-Петербургского университета Е. Зябловский давал подробную справку о положении в Швейцарии дел с "церковным постановлением". Он писал, что "хотя все христианские секты (католическая и протестантская. - М. К.) терпимы, но господствующих вер две, которым последуют все кантоны, с тем различием, что в одном кантоне одна признана владычествующею, в другом другая; есть кантоны, в коих оба вероисповедания суть равно главными"18. В 1823 г. чиновник Министерства иностранных дел А. Г. Глаголев отметил, что Фрибург "походит более на город испанский или итальянский: в одних стенах его находится семь монастырей", а двенадцать рассеянны "по разным местам кантона", что, по его мнению, являлось "несоразмерным с населением, простирающимся только до 55000 жителей"19. Огромное влияние в кантоне и городе имели иезуиты, которые, "отправляют должность профессоров в семинарии и гимназии", а "воспитанием юношества исключительно заведывают здесь монахи, которые заботятся не столько об образовании граждан, сколько о приготовлении каноников и клириков"20. Побывавший в Швейцарии в 1833 г. А. И. Тургенев, описывая ситуацию вокруг созданного в 1831 г. в Цюрихе университета, отметил "главное неудобство учредить общий национальный университет", которое, по его мнению, заключалось в "разноязычии и разноверии кантонов". "Католики, - писал Тургенев, - недовольно просвещены, чтобы позволить детям своим учиться в протестантском университете; а особый университет для католиков строить трудно; ибо в католических кантонах вообще нет большой жажды в науках, и они довольствуются ... школами иезуитов"21. Поэтому, возникшие в стране впоследствии острые дебаты по вопросу об иезуитах рассматривали его с трех сторон: с конфессиональной, образовательной и политической22.
Между тем рост влияния ордена иезуитов в ряде кантонов страны и католической церкви в целом послужил причиной обострения взаимоотношений между католиками и протестантами. Следует отметить и тот факт, что в рассматриваемый период в численном отношении католики Швейцарии находились в меньшинстве. По данным российских газет и журналов, которые внимательно следили за ходом политической борьбы в швейцарских кантонах, к 1847 г. в стране проживало около 2,5 млн. человек, из них протестантов - до 1,5 млн, католиков - около миллиона23. Большинство католиков являлись жителями 9 моноконфессиональных сельских горных консервативных кантонов (Люцерн, Фрибург, Золотурн, Швиц, Ури, Унтервальден, Цуг, Тесин, Валлис) и одного полукантона Аппенцелля-Иннероден. Протестанты здесь встречались крайне редко (4000). В основном они проживали в 8 либеральных кантонах (Берн, Цюрих, Гларус, Базель, Шафгаузен, Тюргау, Ваадт (Во), Невшатель) и во втором полукантоне Аппенцелля-Ауссеродене. В них, однако, встречались и католики, причем в значительном количестве (до 88 тыс. человек). Четыре кантона (Ааргау, Граубюнден, Сент-Галлен и Женева) уже тогда были смешанными, и в них проживало приблизительно равное количество представителей обеих конфессий. Именно эта категория кантонов и создала прецедент несогласия, который перерос в открытое противостояние как внутри отдельных кантонов, так и между ними - "внутренняя борьба партий усиливалась и обострялась. Она перешла теперь на почву церковных отношений"24.
13 января 1841 г. в теперь уже демократическом кантоне Ааргау, новое либеральное руководство, обвиняя монахов в разжигании реакционного разногласия, приняло решение об упразднении всех мужских и женских католических монастырей. Именно их считали "источниками всех зол и проводниками консервативных настроений"25. Вместе с тем, эти монастыри владели значительными поместьями и крупными капиталами. Все это вызывало неприятие со стороны протестантского населения и его представителей в кантональном совете, которые, в результате преобразований, оказались в большинстве. В свою очередь католики кантона, недовольные победой протестантов и подстрекаемые иезуитами, попытались поднять восстание против правительства, которое было подавлено войсками. Воспользовавшись этим, и в качестве наказания, правительство упразднило монастыри и конфисковало все их имущество, доходившее до 7 млн. франков26.
Находившийся в это время в Ааргау Н. Греч отметил, что "монахам и монахиням назначили пенсии, а капиталы и поместья их отобрали в казну кантона, и роздали по общинам, на учреждение школ и на другие общеполезные дела"27. Кризис перерос из кантонального в общегосударственный, о нем писали все газеты, а общество разделилось на два лагеря. Так как все понимали, что решение ааргаусского совета шло в разрез с федеральным законом и с § 12 акта Венского Конгресса, "которым обеспечивалась неприкосновенность всякого имущества", и были нарушены права католических подданных, которых "стеснили в отправлении обрядов своей религии"28, этот вопрос был передан в Союзный сейм. Католические кантоны, поддерживаемые Папой Римским и практически всеми союзными державами, выступили в поддержку монастырей и потребовали отмены указов. В сейме голоса разделились, вопрос обсуждался в течение двух лет. При этом, как отмечает Греч, "некоторые католические кантоны пристали к стороне ааргаусского правительства, а протестантские, напротив, вступились за монастыри". Этот парадокс он объяснял тем, что "вопрос сей есть более политический, и что неприкосновенность собственности монастырской должна служить только предлогом". Затем он сделал небезосновательный вывод: "Здесь спорят не католики с протестантами, а люди без мест с людьми при местах"29. Так или иначе, после длительных дебатов Союзный сейм 31 августа 1843 г. большинством голосов подтвердил обоснованность притязаний правительства Ааргау на собственность монастырей, однако вынудил его пойти на частичные уступки и восстановить четыре женских монастыря. Консервативные кантоны уже тогда объявили, что если не будут восстановлены все монастыри, они готовы выйти из состава Союза.

 

[Rzay]

Общеполитическая обстановка в стране еще более ухудшилась после того как в кантонах Валлис и Люцерн к власти пришли клерикалы. В Люцерне было создано консервативное правительство, поддерживаемое в основном сельским населением. Возглавившие его Д. Лей и К. Зигварт-Мюллер стали предпринимать шаги, которые можно было бы считать провокационными или провоцирующими на ответный ход, или даже местью за закрытие католических монастырей. 24 октября 1844 г. большинством в 70 человек против двадцати четырех католики в Люцернском Большом Совете добились принятия решения о приглашении иезуитов преподавать в своих учебных заведениях30. Это же сделали кантоны Швиц и Фрибург. На самом деле они не нарушили ни один швейцарский закон, поскольку правом кантона было определять собственную систему образования. Но парадокс состоял в том, что повсюду в Европе к этому времени иезуиты преследовались и изгонялись, а республиканская Швейцария протягивала руку поддержки "воинственной руке контрреформации" и поручала ей образование кантональной элиты31.
Теперь уже либеральные протестантские кантоны выступили с протестом, ссылаясь на то, что данное решение угрожает демократизации страны. Они считали, что таким образом Папа Римский сможет влиять на внутренние дела кантонов. Со стороны радикалов были даже предприняты попытки свергнуть правительство Люцерна. В декабре 1844 г. так называемые вольные дружины из кантонов Ааргау и Люцерн попытались вооруженным путем изгнать иезуитов из города Люцерн, но потерпели поражение. В кантонах Берн и Цюрих состоялись народные собрания, которые направили сейму письменные просьбы о высылке иезуитов и пересмотре Федерального пакта. Второй поход формирований радикалов из Ааргау, Базеля, Золотурна и Берна состоялся 30 марта 1845 года. Инициатором и командующим этого похода был радикал из Берна У. Оксенбейн. Тогда же, как писал, явно симпатизировавший католикам Швейцарии профессор Главного педагогического института и директор Главного немецкого училища при Евангелической церкви Св. Петра Ф. Лоренц, Люцерн, "давно ожидавший нападения, успел приготовиться к защите, так что поход волонтеров кончился постыдным образом: потеряв 104 человека убитыми и 1785 пленными они в беспорядке отступили из люцернских владений"32. Это дало возможность католикам, и, прежде всего, иезуитам, некоторое время торжествовать. Началось преследование оппозиционно настроенных граждан, в результате чего несколько сот семейств вынуждены были эмигрировать33.
Однако, после того как эти вопросы были вынесены на обсуждение Федерального сейма и он отверг все требования католиков, семь клерикальных кантонов - Люцерн, Ури, Цуг, Швиц, Унтервальден, Фрибург, Валлис (Вале) - тайно создали самостоятельную коалицию с целью недопущения федерализации страны. Образованная 11 декабря 1845 г. "сепаратистская лига" получила название "Зондербунд" ("отдельный союз"). В тексте договора о создании альянса указывалось, что вышеназванные кантоны "берут на себя обязательства защищаться взаимно всеми средствами, которыми они располагают", как только один или несколько их кантонов будут атакованы и права их суверенитета будут нарушены. Создавался военный совет из семи человек, то есть по одному представителю от кантона, который должен был собраться в случае начала войны. Расходы на содержание войска должен был нести кантон, затребовавший помощи, и только в случае, когда расходы будут произведены "в общих интересах" они будут оплачиваться всеми кантонами из их казны34.
До 1846 г. альянсу удавалось сохранять свое инкогнито, а его представители в сейме продолжали всячески отстаивать интересы католицизма и партикуляризма кантонов. Но после того, как 9 июня 1846 г. Большой Совет Фрибурга на своем заседании после десятичасовых споров ратифицировал договор о Зондербунде, о нем стало известно всей Швейцарии и, конечно, вызвало серьезное волнение и ухудшение и без того сложной внутриполитической и экономической ситуации. 31 августа Цюрих предложил сейму распустить Зондербунд, объявив его несовместимым с Федеральным Пактом 1815 г., что еще более накалило ситуацию. Политико-религиозное разделение с каждым днем проявлялось все резче. В ряде кантонов, например в Женеве, произошли революции, приведшие к смене правительств.
Тем временем приближался 1847 г., который стал годом самого серьезного кризиса, поставившего страну на грань распада.
1 января 1847 г. функции правящего кантона перешли от Цюриха к Берну, во главе которого находился У. Оксенбейн. Это обстоятельство сыграло не последнюю роль в радикализации настроений всего швейцарского сейма и, практически, не оставляло шанса католическим кантонам на сохранение Зондербунда и на распространение влияния иезуитов. Вместе с тем, переход властных полномочий породил у ряда европейских стран и России надежду на мирный исход событий. Его связывали с авторитетом Оксенбейна. 10 января 1847 г. Бернскому правительству была передана нота российского посланника Крюденера, в которой выражалось понимание, что Бернский кантон принимает "возлагаемые на него обязательства" при важных обстоятельствах, и высказывались заверения в "обычных благосклонных отношениях" со стороны России. Однако, в ноте недвусмысленно давалось понять, что эта поддержка будет оказываться лишь до тех пор, пока "основание, на котором утверждена его (Берна. - М. К.) власть не будет потрясено в своей сущности или искажено в своем духе"35, то есть войдет в противоречие с условиями союзного договора, подписанного 7 августа 1815 года. Подобную ноту передали Берну и посланники Австрийского и Прусского дворов. Что касается Англии, то несколько позже британским посланником Пилем Оксенбейну была передана нота, в которой признавалось, что "английскому правительству приятно видеть в голове конфедерации твердого человека"36. Надежды, возлагаемые на Оксенбейна, были не совсем оправданными, но поддержка его партии со стороны британского кабинета была обеспечена, придавая ему уверенности и силы.
Первая половина 1847 г. была в Швейцарии временем напряженного ожидания. В сейме шли дебаты, а каждый отдельно взятый кантон стал задумываться о собственной безопасности.
Лишь 20 июля 1847 г. Федеральный сейм, где к этому времени перевес в 12 голосов был на стороне радикалов, потребовал от кантонов изгнания иезуитов, пересмотра кантональных конституций (где это еще не произошло) и, что особо важно, роспуска Зондербунда, объявленного недействительным и незаконным. Люцерн, возглавляющий Зондербунд, объявил, в ответ, о непреклонном намерении "отдельной лиги" "оставаться в полном и неизменном своем составе, несмотря даже на неодобрение Сейма". Кроме того, было заявлено, что "только силою оружия можно будет заставить союз Зондербунда разойтись"; "предписать или определить уничтожение его" значило, по мнению семи кантонов, "положить начало междоусобной войны, на которую, впрочем, Католический союз готов"37. Таким образом, католические кантоны отказались выполнить требования сейма об изгнании иезуитов и роспуске Зондербунда, чем нарушили порядок, существовавший по пакту 1815 г., который гласил, что решение большинства кантонов является для меньшинства обязательным к исполнению. Они стали активно вооружаться, наряду с неторопливыми действиями союзного сейма, который пытался найти выход из ситуации. 11 августа 1847 г. сейм потребовал от семи кантонов немедленного разоружения, а на остальные возложил обязанность "задерживать все военные снаряды и оружие, которые станут провозить через них кантоны отдельной лиги"38. Католические кантоны выступили против этого решения, однако оно вступило в силу. Через некоторое время стали поступать сообщения о том, что, например, в Тессинском кантоне был конфискован "транспорт с огнестрельными снарядами, назначавшийся для внутренней Швейцарии"39. Кроме того, сейм начал использовать и экономические рычаги воздействия не только на отступников, но и на нейтральные кантоны.

 

[Rzay]

К осени стало ясно, что войны в Швейцарии не избежать, теперь это было только делом времени. Показателем этого был и раскол в швейцарском генеральном штабе, 12 офицеров которого подали в отставку, аргументировав ее нежеланием "нарушать своих обязательств относительно отдельной лиги"40. Среди них был и "начальствующий над войсками отдельной лиги" полковник Й. -У. Салис-Соглио.
Следующим этапом обострения конфликта было принятие сеймом 3 сентября окончательного решения по вопросу об иезуитах. Данная проблема была вновь включена в повестку заседания по предложению кантона Цюрих, поскольку, как выразились депутаты, пришло время "однажды навсегда решить этот вопрос и успокоить Швейцарию, чтобы третий раз не дошло до народного восстания" (имелись ввиду два похода волонтеров на Люцерн. - М. К.) Предлагалось: рассматривать дело иезуитов "применительно ко всему союзу"; Люцерну, Швицу, Фрибургу и Валлису "удалить иезуитов"; "каждое будущее принятие иезуитов в каком-либо кантоне" запретить "именем всего Союза". Несмотря на протест 7 кантонов, резолюция была поддержана большинством (12 1/2) голосов41.
Принятия этих декретов опасались как католики-консерваторы в Швейцарии, так и союзные державы, "гаранты Пакта 1815 года", которых подобные революционные преобразования явно не устраивали. Они внимательно следили за ситуацией в стране и долго раздумывали о возможности вмешательства. Заранее предполагая, что сейм может принять вышеназванные декреты, следствием которых будет "возникновение гражданской войны", они попытались, дабы "предупредить ее", воздействовать на сейм угрозой проведения совместной военной акции, мотивируя это тем, что "государства - гаранты пакта не допустят нарушения кем бы то ни было суверенитета кантонов и того, чтобы состояние мира, в котором пребывает Швейцария, было нарушено вооруженным путем"42. К счастью для Швейцарии, данная акция не состоялась из-за отказа Франции принять в ней участие. Что касается сейма, то он категорически отверг любое иностранное вмешательство во внутренние дела страны и разослал официальные сообщения во все представительства43.
18 октября 1847 г. по предложению кантона Цюрих, сейм в последний раз предпринял попытку предотвращения вооруженного столкновения, послав, в качестве посредников, по два своих представителя (католика и протестанта) к правительствам каждого кантона - члена коалиции "для вразумления, научения, остережения"44. Эта миссия не увенчалась успехом, так как уже на заседании сейма посланник Люцерна, "важнейшего места", заявил, что такая мера является "более возмутительной, чем примирительной"45. Депутаты кантонов отдельной лиги в свою очередь озвучили инструкцию, которая была дана им их союзом. В ней выставлялись следующие требования: во-первых, немедленный роспуск войск (союзных. - М. К.); во-вторых, передача вопроса об иезуитах и ааргаусских монастырях на третейский суд Папы; в-третьих, обещание сейма о "ненарушимости верховной власти кантонов"46. Видя, что сейм настроен по отношению к ним хоть и нерешительно, но негативно и не собирается выполнять указанные требования, 24 октября зондербундисты отозвали своих депутатов из сейма. Как сообщала газета "Северная пчела", 29 октября депутаты Зондербунда выехали из Берна, "даже не пообедав", сев "в экипажи немедленно по выходе из зала заседания"47. Двое из них уехали во Франкфурт "для заключения там займа в 3 млн. франков у дома Ротшильдов". Далее делался вывод: "По этому положению дел, к несчастью, нельзя сомневаться в немедленном открытии военных действий, и в величайшем бедствии, угрожающем Швейцарии - междоусобной войне!"48. Это почувствовали и посланники иностранных государств, которые покинули Швейцарию в конце октября.
К этому времени подготовка к войне велась в обоих лагерях, что констатировали местные и зарубежные наблюдатели. 21 октября "Русский инвалид", ссылаясь на франкфуртскую "Ober-Postams-Zeitung", сообщала: "В Берне решается вопрос о мире и войне..., союз стоит на той точке, на которой во всех отношениях речь идет для него о "быть или не быть"... Уже со всех сторон занимаются приготовлениями к войне"49.
Еще 6 октября главный кантон Зондербунда Люцерн издал прокламацию, в которой говорилось о том, что избежать войны, которую, подчеркивалось, "захотят объявить 12 радикальных" кантонов, не удастся; не следует обманываться, не следует "искать мира там, где его не найдешь", а нужно готовиться к войне. Указывая на существование союзников, она призывала народ обратить взоры туда, "откуда солнце при восходе своем посылает свое утреннее приветствие, и где прежде всего взошло солнце нашей всеобщей свободы - на первозданные горы Швейцарии! Там живут вам союзные, одинаково с вами мыслящие народы, единодушно восстают они и клянутся перед Богом и начальством, до последней капли крови защищать свою веру и свободу". Речь шла о "воинственном народе" Валлиса, о "храбрых жителях" кантона Фрибург и "дружественном соседе" Цуге, которые пойдут на "брань за свои угрожаемые права..."50. Подобные воззвания обнародовали и другие кантоны альянса. "Поспешим на предстоящую битву мужественно и неустрашимо и по примеру отцов наших не будем считать числа неприятелей", - призывали жителей Швица51.
К середине октября в Люцерн стали подтягиваться войска со всех зондербундистских кантонов. Причем состав войск сильно отличался от 1845 г., когда произошли столкновения с волонтерами и отряды формировались исключительно из молодых людей. Теперь "все солдаты отборнейшие и старейшие взялись за оружие"52.
Союзный сейм также стал активно готовиться к возможному военному столкновению. Прежде всего, он начал высылку иезуитов и созыв войск в своих кантонах. 21 октября 1847 г. главнокомандующим федеральной армией, несмотря на сопротивление кантона Берн, желавшего видеть на этом посту своего лидера Оксенбейна, сейм назначил генерала Г. -А. Дюфура (1787 - 1875), в свое время обучавшегося военному искусству во Франции и прошедшего школу войны в армии Наполеона. Для него назначение на этот пост было весьма неожиданным. Будучи уже в весьма преклонном возрасте, Дюфур, вероятно, надеялся, что в этой войне обойдутся без него. Возможно поэтому известие о назначении вызвало у него легкий шок, "он упал в обморок и его принуждены были унести в спальню"53. Сначала Дюфур даже отказался от этой миссии, но затем, после долгих колебаний, все же, согласился, отослав сейму письмо, в котором заверял, что будет "стараться поддерживать и сохранять порядок и дисциплину в федеральных войсках и все делать, чтобы смягчать неприятности, вызванные войной"54. 25 октября Дюфур принес клятву конфедерации, 26 октября был сформирован командный состав, а 30 октября сейм объявил всеобщую мобилизацию.

 

[Rzay]

Мобилизация в армию Зондербунда началась еще 19 октября после принятия решения о формировании войска на референдумах и ландсгемайнде всех кантонов, входящих в союз. В результате, они собрали, по разным данным, от 30 до 47 тыс. человек57. В то же время федеральная армия генерала Дюфура могла противопоставить 50 тыс. человек. Однако на заседании сейма 31 октября было принято решение, что только "по созвании 100000 человек войска начнутся военные движения"58. Впрочем, и Зондербунд, и федеральные войска рассчитывали еще на резервы, а также на мобилизацию всего ландштурма, то есть вооружение всех мужчин, способных носить оружие. Зондербунд, кроме того, надеялся и на иноземную помощь: по словам Ш. Сеньобоса, Меттерних "прислал ему генерала Шварценберга с боевыми запасами и 40000 флоринов, а Луи-Филипп 3000 ружей и пушки"59. По другим данным "число ружей, пересланных французскими арсеналами в кантоны Зондербунда, простирается до 25000, кроме того были доставлены 45 полевых и осадных орудий"60. Но этой помощью они не успели воспользоваться.
2 ноября был утвержден план военных действий генерала Дюфура. Все кантоны были готовы к войне. В ряде мест уже даже создавались "общества в пользу будущих раненых, вдов и сирот" на средства жителей, которые "изъявили готовность жертвовать по 5 % из годовых своих доходов"61.
Между тем в Тессине, на Сен-Готарде, уже начались вооруженные столкновения. Для поддержания морального духа граждан кантоны прибегали к воззваниям и прокламациям. Например, правительственный совет кантона Цюрих обнародовал обращение к согражданам, в котором последние призывались "с радостью" принести жертвы, требуемые от них отечеством. "Дело идет о его чести, о благосостоянии, о сохранении", - говорилось в воззвании. Жителей призывали проявить "согласие, решимость, мужество, твердость, бескорыстие и верную преданность", которые "облегчат всякие жертвы и ... поведут к миру и лучшей будущности"62.
4 ноября 1847 г. сейм принял решение о начале военных действий против Зондербунда, аргументировав его тем, что, как было заявлено в Прокламации, правительства Зондербунда нарушили свои обязательства по отношению к Швейцарской Конфедерации, порвали с ней все отношения и взяли в руки оружие. В то же время в документе подчеркивалось, что те граждане кантонов сепаратистского альянса, которые будут считать себя "открытыми для Конфедерации", получат ее поддержку. Обращаясь к армии, сейм призывал ее помнить, что швейцарские солдаты всегда отличались своей образцовой дисциплиной, и выражал надежду, что и в этой войне они сохранят репутацию. Для поднятия боевого духа войск, сейм указывал на то, что вся Швейцария и ее народ смотрят на них и оказывают неограниченное доверие их мужеству и самоотверженности. "Фанатизму ваших оппонентов, - говорилось в обращении, - вы противопоставите свое хладнокровие, спокойную энергию, мужество, которое владеет вами, и энтузиазм, который дает осознание важности случая и исполнения долга". Цель борьбы определялась несколькими словами: целостность общей родины, ее суверенитет, свобода, порядок и безопасность. Именно для того, чтобы сохранить все это и ликвидировать поджигателей раздора и спасти Швейцарию от анархии, вся армия, согласно Прокламации, и собирается под красно-белым знаменем с крестом, которое является эмблемой веры, союза и отваги63.
В то же время, следует признать, "целью военной операции являлось не уничтожение противника, а примирение и обновление основы для дальнейшего сотрудничества"64, в связи с чем солдат призывали помнить, что воевать им придется с людьми, которые, в большинстве своем, введены в заблуждение, которые являются их братьями, и которых они должны заставить вернуться в лоно конфедерации, вспомнив свой долг65. Поэтому понятен приказ Дюфура, который он отдал незадолго до выступления против зондербундистов: "Ничего не разрушайте без нужды, ничего не транжирьте; одним словом, ведите себя так, чтобы постоянно заслуживать уважение и быть достойными имени, которое носите"66. Он требовал от солдат щадить раненых, заключенных и тех, кто был беззащитным, а также не богохульствовать и не разорять церкви"67. Эта политика положила начало созданию Организации Красного Креста, соучредителем которой и стал Дюфур. Такая щадящая тактика, как утверждали современники, позволила сохранить жизни многим десяткам тысяч солдат и не вызвать ненависти к армии со стороны населения восставших кантонов.
Гражданская война в Швейцарии началась нападениями армии сейма на кантоны Тичино и Ааргау. После этого, 12 ноября, федеральные отряды осадили Фрибург, власти которого подписали капитуляцию уже 14 ноября. Это стало неожиданностью для солдат и офицеров, которые разбивали свое оружие и жгли эполеты и знамена. Последовавший затем триумфальный проход по городу частей федеральной армии (14 тыс. человек) стал психологическим ударом не только для жителей Фрибурга, но и для всех кантонов Зондербунда68. Цуг сдался без боя 22 ноября. На границах между Цугом и Люцерном, и между Берном и Люцерном было несколько сражений. 23-го ноября армия Дюфура одержала победу при Гисликоне, открыв путь на Люцерн, из которого к тому времени бежали власти и иезуиты. Город был оставлен на произвол судьбы, поэтому сдался без борьбы 24 ноября. После этого и другие кантоны-сепаратисты вынуждены были покориться.
29 ноября торжественно, "во главе 12000 человек пехоты, стрелков и артиллерии, предшествуемый захваченными знаменами и другими трофеями", в Берн вернулся полковник Оксенбейн, командовавший резервными войсками. Как писали газеты, "прохождение сих войск продолжалось более двух часов"69. В то же время, без особой помпы, скромно, без сопровождения, в Берн в этот день приехал и Дюфур, командовавший действующей армией. 30 ноября 1847 г. в депеше временному поверенному в делах России во Франции Н. Д. Киселеву министр иностранных дел России К. В. Нессельроде написал, что "в настоящее время Швейцария объята огнем, и грубая сила, возможно, уже разрешила вопрос в пользу радикализма"70. Тогда же, 30 ноября, после сдачи Валлиса (Вале) война официально закончилась, хотя вооруженные столкновения в ряде кантонов еще продолжались.
Картину последующих событий нарисовал известный российский педагог К. Д. Ушинский, уделивший истории Швейцарии немало места в дневниковых записях. Несколько преувеличивая, что "католические города встречали войска союза как освободителей", он был совершенно прав, утверждая, что, в итоге, "католические правительства и иезуиты бежали, а когда всегда расчетливый швейцарец счел, во что обошелся ему католический энтузиазм и дурное управление католических правительств, то крайне рассердился на поджигателей: конфисковал их имения для уплаты военных издержек, уничтожил монастыри, отдавал их под школы"71. Все это, однако, делалось с ведома Союзного сейма, который на заседании 2 декабря принял решение о наказании кантонов Зондербунда, заключавшее в себе три основных пункта: "1) кантоны отдельной лиги должны заплатить за все убытки, причиненные их войсками; 2) 20 декабря они должны внести 1 млн. франков; 3) до совершенной уплаты всей суммы кантоны отдельной лиги будут заняты союзными войсками..."72. Таким образом, кантоны отдельной лиги обязаны были выплатить контрибуцию. Но сумма, указанная в этом решении, не была окончательной. Доклад об издержках, представленный советником Стемпфли, включал в себя следующие расходы на содержание армии, которые должны были возместить кантоны Зондербунда: "Содержание 50000 человек до 10 ноября - 985000 франков; 90000 человек до 3 декабря - 2178000 франков. Всего до 3 декабря - 3163000 фр. Дальнейшее занятие кантонов Зондербунда войском в 50000 человек в продолжении одного месяца будет стоить 1818000 фр. В итоге, общие расходы экспедиции составили 5011000 фр. Из этой суммы следует исключить издержки кантонов Зондербунда на продовольствие армии, простиравшееся до 900000 фр. Всего остается уплатить 4111000 фр."73. Если учесть еще и материальный ущерб, то общая сумма контрибуции, наложенной победителями на побежденных, составила шесть миллионов франков. Эту сумму должны были выплатить кантоны, участвовавшие в войне на стороне Зондербунда. Большую ее часть должен был оплатить Люцерн - 2 132 000 франков74. Не остались без штрафных санкций и те кантоны, которые были нейтральными: до 20 декабря 1847 г. кантон Невшатель выплатил 300 тыс. франков, а полукантон Аппенцелля Иннероден (Внутренний Роден) - 15 тыс. франков.
Кроме того, в ряде кантонов, новые либеральные правительства стали наводить порядок, призывая к ответу участников и сторонников Зондербунда. Например, во Фрибурге под суд, "за государственную измену" и "учреждение Зондербунда" было отдано 82 человека75. Правда, летом 1848 г. их помиловали, издав "повеление о всепрощении", но наложили контрибуцию в 1 млн. 600 тыс. франков, которые должны были быть выплачены в пять этапов76.
Такова была расплата зондербундистских кантонов за попытку сецессии и развала конфедерации. В целом, за свою целостность Швейцария поплатилась жизнью, по разным источникам77 от 86 до 150 человек, от 435 до 552 были ранены78. Большинство потерь выпало на долю федеральной армии.

 

[Rzay]

Зондербунд был побежден, а его лидеры и множество их сторонников покинули пределы Швейцарии в поисках пристанища в других католических странах, прежде всего в Италии. Например, Зигварт-Мюллер был принят на службу в Папскую гвардию, а Салис-Соглио уехал в Милан, поступив на службу в Австрийскую армию.
Гражданская война в Швейцарии закончилась, начался новый период в истории страны - эра либеральной свободы82. Было восстановлено единство страны, узаконена свобода вероисповедания, церкви уравнены в правах, началась либерализация всей жизни швейцарского общества. После победы швейцарские либералы вновь инициировали вопрос о пересмотре Федерального Пакта и принятии новой конституции. Вступив в действие 12 сентября 1848 г., согласно ее положениям, Швейцария была преобразована из конфедерации в федерацию, из союза государств в союзное государство. Либералы использовали возможность усилить центральную власть, предоставив, при этом, и кантонам значительные полномочия.
Стоит согласиться со швейцарским писателем А. Мушгом, который утверждает, что "единство Швейцарии в XIX веке с большей эффективностью было достигнуто ее армией, нежели патриотической риторикой"83. Несмотря на жесткость формулировки, "игра стоила свеч". Именно гражданская война 1847 г. явилась катализатором дальнейшей либерализации политического развития и экономического роста страны. Война хоть и носила номинально религиозный характер, но подоплека у нее все же была экономическая: консервативные католические кантоны были озабочены "вторжением фабрик и железных дорог", ростом индустриализации страны. Теперь свободный экономический обмен и свобода предпринимательской деятельности стали нормой жизни. Новая конституция создала условия для реализации еще одной важнейшей цели либералов - экономической интеграции, открывшей границы кантонов и уничтожив преграды для создания единого внутреннего рынка. Все это в целом привело к стремительному экономическому росту.
Таким образом, последствия гражданской войны 1847 г. в Швейцарии равнозначны результатам, достигнутым в других странах путем революционных преобразований. В связи с этим многие исследователи высказывают мысль о том, что события 1847 г. в швейцарских кантонах стали прообразом революций, произошедших в Европе в 1848 году. Швейцария сыграла на опережение и это спасло ее от вмешательства извне, от той участи, которая постигла все революционные преобразования в странах Запада. После поражения революций 1848 - 1849 гг. Швейцария осталась единственным демократическим, республиканским островом в центре монархической Европы. Она смогла отстоять собственные завоевания и стала развиваться по тому пути, который избрала для себя сама, а не европейские державы, как это было сделано в 1815 году.

 

[Atkins]

Собственно, Швецария всегда была конфедерацией местных республикочек, которые весьма прохладно друг к другу относились. Особенно протестантские Женева, Базель, Цюрих и Берн к католическим Вальтелине и Граубюндену (Гризону).

 

[Rzay]

Собственно, Швецария всегда была конфедерацией местных республикочек, которые весьма прохладно друг к другу относились.

Это да, практически как матрёшка.

Надобно заметить, что Швейцария до самого XIX века была не государством в строгом смысле слова, а скорее каким-то "Варшавским пактом" практически независимых полугосударств-кантонов (периодически даже воевавших друг с другом), а те в свою очередь были объединениями более мелких, и так до деревень. Например нынешний кантон Граубюнден на востоке Швейцарии до конца XVIII века был независимой Свободной страной Трёх лиг, а каждая из этих лиг (Лига Божественного дома, Серая лига и Лига Десяти юрисдикций), как явствует из самого этого термина, объединяла мелкие общины и владения, также обладавшие определённой правосубъектностью.

отсюда

Собственно эта война и ознаменовала переход от фактически союза государств к федерации.
Это, кстати, довольно примечательный факт, что в трёх самых известных федеративных государствах - США, Швейцари и Германии - при всей их либеральности и культурности переход от союза государств к федерации произошел через войны. Собственно и ЮАР сюда можно добавить.
Подозреваю, что и в ЕС без этого не обойдётся...

 

[Rzay]

Карта военных действий (желтым помечены зондербуновские кантоны):

 

[Rzay]

О швейцарской конституции принятой по итогам войны:

Конституция 1848 года вместо союза двадцати двух вполне суверенных кантонов установила союзное государство, состоявшее из двадцати двух кантонов, пользовавшихся только автономией. С 1291 по 1814 год кантоны эти постепенно вошли в состав союза в следующем порядке: сначала основные кантоны — Швиц, Ури, Унтервальден; затем — Люцерн, Цюрих, Гларус, Цуг, Берн, Фрейбург, Золотурн, Базель, Шаффгаузен, Аппенцель; наконец — Сен-Галлен, Граубюнден, Ааргау, Тургау, Тессин, Ваадт, Валлис, Невшатель и Женева. Каждый из этих кантонов составлял и составляет еще и поныне отдельное государство, за исключением трех, разделившихся каждый на два государства, или полукантона: Унтервальден (Обвальд и Нидвальд), Аппенцель (Роден Внутренний и Роден Внешний), Базель (Базель-город и Базель-область). Каждый из этих полукантонов управляется вполне самостоятельно. Таким образом, союз насчитывает двадцать два кантона или двадцать пять “государств”, но участниками союза являются только кантоны.

С 1848 года центральная власть в Швейцарии представлена союзным советом из семи членов; он является одновременно учреждением исполнительным и кабинетом министров, между которыми распределены различные отрасли управления. В распоряжении совета состоит канцелярия, где сосредоточена вся деловая переписка. Законодательная власть принадлежит союзному собранию, избирающему союзный совет. Союзное собрание представляет собой парламент, состоящий из двух палат, образуемых на различных основаниях. Совет кантонов составляется из депутатов двадцати двух кантонов, по два от каждого кантона; таким образом, он олицетворяет старое федеративное начало, подобно древнему сейму, с той разницей, что депутаты от кантонов перестали быть представителями суверенных государств, действующими в силу специальных инструкций, и превратились в членов представительного собрания, или сената, независимых от какого бы то ни было мандата своих избирателей. Другая палата — национальный совет — нечто вроде законодательного корпуса или палаты депутатов, избирается всеми швейцарскими избирателями, распределенными с этой целью на округа, по двадцати тысяч жителей в каждом. Наконец, высшая судебная власть вверена новой коллегии — союзному суду, компетенция которого вначале была ограничена. Члены всех этих учреждений избираются на трехлетний срок.

Права центральной власти, организованной на этих началах, были довольно обширны уже в 1848 году. Союзу (этим именем обозначается центральная власть) вверена вся иностранная политика, право войны и мира, армия и, в частности, задача подготовки специальных родов оружия помимо пехоты. Ему же поручено было дело объединения системы мер и весов и денежной, до того времени различных в разных кантонах. Наконец, ему подчинено было и почтовое ведомство. Вместе с установлением центрального правительства население, без различия кантонов и классов, получило полноту гражданских и политических прав. Всем швейцарским гражданам обеспечено было гражданское и политическое равенство, равно как и свобода печати, собраний, союзов и право петиций. Однако даже после 1848 года свобода поселения [Сопряженная с принятием в гражданство кантона и союза. — Прим. ред.], свобода совести, торговля и промышленность еще подвергались некоторым стеснениям, а именно евреи не сразу добились первой из этих свобод; иезуиты были окончательно изгнаны из Швейцарии; еще остались в силе некоторые сборы на внутренних заставах в пределах самого союза. Как бы то ни было, образовалась свободная нация с центральным правительством, на которое была возложена обязанность защищать эту нацию от внешних опасностей, поддерживать ее права во внутреннем управлении и охранять в кантонах подавляемое меньшинство. Союз должен воспрещать всякие отдельные соглашения кантонов между собой или кантонов с иностранными державами, скреплять своей гарантией кантональные конституции или отказывать им в ней; эти конституции могут пересматриваться под тем условием, чтобы производимые в них изменения соответствовали системе непосредственной или представительной демократии.

Отдельным кантонам по конституции 1848 года предоставлены лишь те полномочия, которые союз не оставил за собой. В этих пределах кантоны сохраняют еще некоторое подобие суверенной исполнительной власти, осуществляемой их собственными кантональными советами, а кроме того — более значительную долю внутренней законодательной власти и право финансового контроля, осуществляемое большим советом каждого кантона. В общем, кантоны управляются самостоятельно, а их судебная власть осталась почти неприкосновенной. Если они и обязаны отдавать союзу таможенные доходы, поставлять ему известное количество войск и вносить известную сумму денег, то конституция 1848 года дает им целый ряд компенсаций.

Как видим, конституция 1848 года установила в Швейцарии устройство, среднее между лигой, союзом или постоянной федерацией суверенных государств, договаривающихся между собой при посредстве представителей (прежние депутаты сейма), с одной стороны, и демократической республикой, единой и неделимой, управление которой вверено представительным собраниям, состоящим из выборных нации, с другой. В течение второй половины XIX века общественное сознание все более и более давало перевес второму началу над первым.

Конституция была принята 12 сентября и обнародована 12 декабря 1848 года; старый сейм разошелся 22 сентября; новые палаты собрались 6 ноября в городе Берне, объявленном столицей союза, и, объединившись в союзное собрание, избрали 16 ноября союзный совет. Это правительство, в которое входили вначале Фюррер, Оксенбейн, Дрюэ, Мюнцингер, Франсчини, Фрей-Херозее и Неф, стояло во главе Швейцарии в сравнительно счастливую эпоху ее истории — с 1848 по 1856 год. Конституция отвечала демократическим стремлениям нации, проявившимся во время предшествующих революций. Теперь дело шло о ее применении на практике. За этот период союзное собрание приняло органические законы, которые должны были ввести конституцию в действие. С этих пор в Швейцарии исчезла категория жителей, лишенных определенной оседлости (heimatlosen), лишенных всех политических прав, а с 1860 года каждый швейцарский гражданин должен был прежде всего принадлежать к какой-нибудь общине; это положение имело целью ослабить значение кантонов. [Так как каждый принятый в состав общины (любой деревни) уже тем самым являлся гражданином Швейцарского союза и вовсе не нуждался в том, чтобы его согласился принять предварительно данный кантон. — Прим. ред.] Смешанные браки объявлены были действительными, несмотря на сопротивление епископов. Свобода торговли и занятия промыслами признаны были в конце концов и за евреями. Хотя народное образование входило в компетенцию главным образом отдельных кантонов, однако в Цюрихе была основана и открыта в 1855 году предусмотренная конституцией союзная политехническая школа. Для новой союзной монеты принята была десятичная система (франки и сантимы). Центральное правительство прекрасно организовало почтовое и телеграфное дело и постепенно вносило в него все новые улучшения. Что касается железной дороги, то она впервые появилась в Базельском кантоне в 1844 году. Одно время полагали поручить постройку и эксплуатацию железных дорог союзу, но вследствие трудностей этого дела решили предоставить его частной инициативе.

отсюда

 

[Rzay]

А сегодня 730-летие легендарной клятве в Рютли и подписанию союзной хартии трёх "лесных кантонов" _ Швица, Ури и Унтервальдена - положившей начало Швейцарской конфедерации:

«Во имя Бога, аминь. Общественный престиж и благополучие требуют, чтобы мирные приказы имели постоянную силу. - Вот почему все жители долины Ури, вся долина Швиц и община людей нижней долины Унтервальден с уважением относятся к обману времени для их лучшей защиты и сохранения, поддерживают, советуют и продвигают. с телом и имуществом внутри своих долин и за их пределами в максимально возможной степени против всех и каждого, кто совершает насилие или несправедливо по отношению к телу или имуществу по отношению к ним или кому-либо из них. - И в любом случае каждое собрание поклялось поддержать другое за свой счет, чтобы защититься и отомстить злонамеренным нападкам и несправедливости в обновлении старого, клятвенного завета, - но в пути, что каждый должен служить своему господину в соответствии с его классом. - Мы также единодушно похвалили и постановили, что мы определенно не должны принимать в долинах судей, которые каким-то образом приобрели офис за деньги или денежную оценку, или которые не являются нашими жителями или фермерами. - Если между единомышленниками возникает спор, самый проницательный из них должен выступить посредником, а сторона, которая отвергает вердикт, должна противостоять другим. - Прежде всего, установлено, что всякий, кто злонамеренно, без вины убивает другого, если он не может доказать свою невиновность, должен потерять свою жизнь и, если он сбежал, никогда не должен возвращаться. Любой, кто принимает его и защищает, должен быть изгнан из страны до тех пор, пока конфедераты не перезвонят ему. - Если кто-то повреждает сообщника огнем, его никогда нельзя уважать как фермера, и тот, кто лелеет и защищает его в долинах, обязан выплатить компенсацию пострадавшей стороне. - Кто бы ни лишил кого-то из соратников или каким-либо образом повредил их, их собственность в долинах должна нести ответственность за компенсацию. - Никто не должен арестовывать кого-либо, кроме признанного должника или поручителя, и то только с разрешения его судьи. В остальном каждый должен подчиняться своему судье и, при необходимости, назначить того судью в долине, перед которым он должен ответить. - Если кто-то не подчиняется суду и в результате пострадал сообщник, то все остальные должны призывать его к удовлетворению. - Если между союзниками возникает война или разногласия, и если одна сторона хочет уклониться от вердикта или компенсации, союзники обязаны защищать другую. - Эти приказы, дай Бог, должны быть постоянными. Как документ об этом, по запросу вышеупомянутого, этот документ был изготовлен и подтвержден печатями трех вышеупомянутых муниципалитетов и долин. Совершено в 1291 году Господа в начале августа ».

- Исходный материал о создании Секции 1 Швейцарской Конфедерации, том 1 документов, Аарау 1933 г.

Bundesbrief von 1291 – Wikipedia

de.wikipedia.org

Швейцарцев - с 730-летием их конфедерации!

 

[Стефан]

В результате гражданской войны Швейцария, согласно конституции 1848 г., уже 172 года имеет федеративное устройство. Таким образом, фактически Швейцарская Конфедерация является федерацией, а вовсе не конфедерацией. Старое официальное название не соответствует реальному положению.

ШВЕЙЦАРИЯ • Большая российская энциклопедия - электронная версия

ШВЕЙЦАРИЯ, Большая российская энциклопедия - электронная версия

bigenc.ru

 

[Rzay]

В результате гражданской войны Швейцария, согласно конституции 1848 г., уже 172 года имеет федеративное устройство. Таким образом, фактически Швейцарская Конфедерация является федерацией, а вовсе не конфедерацией. Старое официальное название не соответствует реальному положению.

ШВЕЙЦАРИЯ • Большая российская энциклопедия - электронная версия

ШВЕЙЦАРИЯ, Большая российская энциклопедия - электронная версия

bigenc.ru

Примечательно, что переход от конфедераций к федерациям обычно происходит через гражданские войны: и в США, где вопрос о приоритете юрисдикции союза или юрисдикций штатов был решен только войной Севера и Юга, и в Германии, перешедшей к единому, хоть и федеративному государству через войну 1866 года, тоже в сущности гражданскую ("братскую" _ "Брудеркриг" - как часто называют ее немцы), и вот даже в мирной Швейцарии.

 

[Стефан]

Примечательно, что переход от конфедераций к федерациям обычно происходит через гражданские войны: и в США, где вопрос о приоритете юрисдикции союза или юрисдикций штатов был решен только войной Севера и Юга, и в Германии, перешедшей к единому, хоть и федеративному государству через войну 1866 года, тоже в сущности гражданскую ("братскую" _ "Брудеркриг" - как часто называют ее немцы), и вот даже в мирной Швейцарии.

США являлись конфедерацией в самом начале своего существования. "Статьи Конфедерации" утвердили именно такое государственное устройство. Этот документ был ратифицирован всеми штатами в 1777–1781 гг. Ныне действующая конституция, которая вступила в силу в 1789 г., превратила США в федерацию.

Интересно, что после войны 1847 г. противостояние протестантских и католических кантонов постепенно прекратилось. Межконфессиональные противоречия ушли в прошлое. Разумеется, свою роль здесь сыграла и новая конституция, т.к. Швейцария стала более сплочённым государством.

 

[Rzay]

Как уже писал в "...энциклопедии", сегодня 90 лет "кровавой ночи в Женеве": вечером 9 ноября 1932 года во время разразившихся в этом городе столкновений социалистов и фашистов вызванные на помощь полиции войска открыли огонь по толпе, погибло 13 человек.

Подробно об этом событии:

...«Фашисты» считали «коммунистов» главной бедой Женевы. И в
этом их негласно поддерживал Госсовет. В ночь с 5 на 6 ноября на улицах города были
расклеены афиши Национального союза, которые объявляли об открытом общественном суде
над Леоном Николем (вождем женевских социалистов) и его соратником по партии Жаком Дикером. Суд над социалистами был
назначен на 20:30, 9 ноября, в коммунальном зале Пленпале (на улице Каруж в доме номер 1).
Социалистическая партия потребовала запретить этот фарс! На что глава департамента
юстиции и полиции Женевы Фредерик Мартен ответил: «Право собрания – священно, и мы не
можем его касаться».
Тогда генеральная ассамблея Социалистической партии, забыв о том, что и сама недавно
подготовила аналогичное «общественное обвинение» против всего буржуазного
правительства города, решила провести ответную манифестацию. Перед коммунальным
залом.
...
Правительство Женевы переживало стресс. 9 ноября в 7 утра Фредерик Мартен срочно вызвал в Женеву генеральногопрокурора Конфедерации Шарля Корню.
К 11 утра Госсовет узнал от главы полиции, что может выставить против манифестантов только 241 жандарма, 48 охранников и 62 агентов безопасности – этого было слишком мало. Правительство призвало на помощь армию. Военные из Берна без энтузиазма отнеслись к просьбе. В итоге единственными «защитниками», которых удалось найти правительству Женевы, стали рекруты из Лозанны: 610 недавно призванных на службу парней и три десятка офицеров под командованием майора Эрнеста Ледерре. Рекрутам объяснили, что «в Женеве происходит революция» и выдали боевые патроны. Четверо отказались участвовать в миссии – и попали под арест. В 17:30 рекруты приготовились отражать нападение «революции» в казарме на бульваре Карл-Вогт.
Уже во второй половине дня толпа пятитысячная противников суда над Николем и Дикером
заполнила Пленпале и окрестные улицы, а с 17 часов разрешала войти в зал, где должен был
пройти общественный суд, только тем, у кого было приглашение. Фашисты не остались в
долгу: выловили нескольких пробравшихся внутрь зала социалистов, коммунистов и
анархистов и выкинули на улицу.

Снаружи Леон Николь взобрался на плечи одного из сторонников и произнес для толпы речь. К началу собрания женевских фашистов в 20:30 социалисты сбросили заграждения, установленные полицией, и сотня представителей правопорядка под командованием Мартена попыталась восстановить их. Тогда толпа сторонников Николя разоружила 18 солдат, призвав их к солидарности, а офицеров избила. Группа военных оказалась прижата к фасаду здания – старший лейтенант Раймон Бюрна отдал команду: «Пли!» 10 секунд стрельбы - и десять человек остались лежать на земле, 65 были ранены, впоследствие трое из них скончаются. Раймон Бюрна и в 1977 году не раскаялся в своих действиях, заявив, что «честь армии была поставлена под вопрос». Он сказал, что приказ приготовиться к огню был отдан сигналом трубы, но толпа его не поняла...

Расстрел демонстрантов в Женеве

Памятник жертвам расстрела полностью сливается с женевским пейзажем (© NashaGazeta.ch) На массивном камне на площади Пленпале, рядом с университетским корпусом Uni Mail, выгравирована фраза: «Жертвам 9 ноября 1932 года. Больше никогда»… Никогда не должно повториться в истории Женевы подобной…

adamashek.livejournal.com

 

[Rzay]

Ну и про Тоггенбургскую войну, "бушевавшую" в Швейцарии в начале XVIII века:

11 августа исполнилось 310 лет завершению такого необычного (по крайней мере по сегодняшним меркам) вооруженного конфликта, как т.н. Тоггенбургская война, которую швейцарский кантон Берн (с союзными ему протестантскими кантонами) вел против католического аббатства Санкт-Галлен (с союзными ему кантонами католическими).
Как уже писал в свое время, до самого конца XVIII века Швейцарская конфедерация (т.н. "старая") была не государством в строгом смысле слова, а скорее каким-то "Варшавским пактом" практически независимых полугосударств-кантонов (периодически даже воевавших друг с другом) без чего-то похожего на центральное правительство (были периодические съезды представителей кантонов - т.н. тагзатцунги, но никаких общих законов на них не принималось), а те в свою очередь были объединениями более мелких, и так до деревень. Эти полугосударства различались и политическим строем, и религиозно-конфессиональным устройством. Упомянутое аббатство Санкт-Галлен, естественно католическое (не путать с одноименным городом, который освободился от из-под его власти и стал протестантским) являлось одновременно еще и княжеством Священной Римской империи (вообще-то суверенитет империи над швейцарскими землями был отменен еще Веестфальским имром 1648 года, но вот санкт-галленский аббат Фидель фон Турн незадолго до войны, в 1706 году подтвердил за аббатством статус княжества, официально получив инвеституру от императора Леопольда I). Кроме того, были "общие земли" - области, контролировавшиеся несколькими кантонами, имевшими в них разные права. Отношения между католическими и протестантскими кантонами (крупнейшими из которых были Берн, Женева и Цюрих) были напряженными и периодически выливались в войны между ними. Внутри же кантонов в целом действовал установившийся еще в XVI веке принцип "Чья земля - того и вера", но совершенная нетерпимость католиков к протестантам и протестантов к католикам было всё-таки редкостью. Так например большая община протестнтов издавна существовала в подвластном нашему аббатству графстве Тоггенбург - довольно живописной горной долине, жители которого предпочитали протестантство видимо потому, что "так дешевле".
Причиной войны стало то, что тамошние протестантские изгнали аббатских наместников и попытались учредить в Тоггенбурге демократическую республику. Причем деревни католические, желавшие остаться под властью аббатства, были ополчением протестантов просто захвачены. Это заставило аббата провести силами своих войск контртеррористическую операцию. Но на защиту единоверцев встали богатые и могучие проетстантские кантоны Берн и Цюрих. 13 апреля 1712 года они опубликовали манифет о том, что протестанты своих не бросают, так что аббату лучше бы уняться. Однако и аббатство оказалось не одиноко: пять католических кантонов - Швиц, Ури, Цуг, Люцерн и Унтервальден - выступили со своим манифестом, осуждающим агрессию Берна и Цюриха против суверенного аббатства. Однако, те этого не убоялись и в середине мая двинули свои войска на территорию, подвластную аббатству.
Оно было вскоре ими захвачено, имущество его основательно пограблено, а аббат укрылся в одном из отдаленных своих замков.
Далее они стали методично захватывать и разрушать крепости католиков. 20 июля войскам пяти католических кантонов удалось нанести поражение бернцам при Синсе, но решающее сражение произошло 25 июля у города Фильмергена (Вильмергена). 13-тысячная армия пяти кантонов атаковали там 8-тысячную бернскую. Победа уже склонялась на сторону католиков, но к вечеру подошли подкрепления бернцев, ударившие катликам в тыл, что привело к разгрому последних (примечательно, что за 60 лет до этого у Фильмергена уже была битва между бернцами и католиками, в тот раз бернцы были разбиты - теперь соответсвенно взяли реванш).
11 августа 1712 года между сторонами был заключен Арауский мир. Цюрих и Берн получили территориальные приращения, их территории вошли в соприкосновение, отрезав одни католические образования от других и обеспечив возможность действовать против тех совместно. Берн получил доступ к управлвению во всех "общих землях" конфедерации, кроме того, в них во всех гарантирована свобода вероисповедания. Считается, что этот договор обеспечил в дальнейшем перевесь протестантов над католиками в конфедерации в целом, а также мгущество Берна на ее уровне.
Территория аббатства оставалась под оккупацией бернско-цюрихских войск еще шеть лет, но в конце концов его независимость была восстановлена (и даже возвращена часть имущества, которую бернцы и цюрихцы у него забрали). Окончательно аббатство лишилось своих княжеских владений в эпоху Наполеоновских войн в 1803 году (а в 1805 году полностью упразднено), но это уже другая история.
Примечательно, что за день до битвы при Фильмергене (Вильмергене), 24 июля 1712 года на севере Франции произошла знаменитая битва при Денене, решившая исход Войны за испансконе наследство. Вот ведь как у них там в Швейцарии: вокруг давно войны абсолютистских хищников с театрами на разных континентах, а у них города с аббатствами воюют. И всё равно в исторической перспективе пошло в плюс.

310 лет назад в Швейцарии

На уходящей неделе имел место довольно любопытный юбилей: 11 августа исполнилось 310 лет завершению такого необычного (по крайней мере по сегодняшним меркам) вооруженного конфликта, как т.н. Тоггенбургская война, которую швейцарский кантон Берн (с союзными ему протестантскими кантонами) вел против…

ru-history.livejournal.com

 

[Rzay]

175 лет завершению гражданской войны:

Битва при Гисиконе [ править ]​

Батарея Руста в битве при Гизиконе
Рядом с Гизиконом федеральная армия построила несколько понтонных мостов через реку Ройс. В этот момент командующий Зондербундом фон Салис-Сольо сосредоточил свои войска на возвышении, хорошо скрытом за деревьями и подлеском. После того, как две федеральные атаки на позиции Зондербунда были отбиты, полковник Зиглер лично возглавил третью и победоносную атаку своей дивизии, позже изображенную на литографии, которая станет одним из самых известных изображений войны. Через два часа битва завершилась победой федералов после того, как фон Салис-Сольо, раненный в голову минометным взрывом, приказал отступать к Эбикону .

Битва при Гисиконе была самой продолжительной и самой кровопролитной в войне, в которой погибло 37 человек и около 100 человек было ранено. На сегодняшний день это последнее крупное сражение в истории швейцарской армии. Это также была первая битва в военной истории, в которой для лечения раненых на поле боя использовались специальные фургоны. Этими конными машинами скорой помощи управляли добровольцы и медсестры из Цюриха.

Битва при Мейерскаппеле [ править ]​

Также 23 ноября, пока 2-я и 3-я федеральные дивизии без сопротивления продвигались к Люцерну, 5-я дивизия вступила в бой с войсками из Швица возле Мейерскаппеля . Силы Зондербунда какое-то время мужественно сопротивлялись, прежде чем отступить. Эта федеральная победа разорвала связь между Люцерном и Цугом, еще одну цель Дюфура. В своем отчете сейму от 23 ноября Дюфур с удовлетворением писал, что войска Швица отошли на другую сторону озера Цуг и теперь отрезаны от остальной армии Зондербунда.

Сдача Люцерна [ править ]​

2-я дивизия форсирует реку Эмме в Литтау.
Благодаря победам федеральных войск при Гизиконе и Мейерскаппеле федеральные войска оказались в пределах досягаемости от Люцерна. Вечером 23 ноября руководство Люцерна и иезуиты покинули город и бежали в Ури. На следующее утро победившие федеральные войска без сопротивления вошли в город.
26 ноября 1847 года совет Зондербунда во Флюэлене был распущен без официального голосования. С 25 по 29 ноября федеральные войска мирно вошли в Центральную Швейцарию и Вале. [1] Унтервальден сдался 25 ноября, за ним последовал Швиц на следующий день, а затем Ури 27 ноября.

Sonderbund War - Wikipedia

en.wikipedia.org

 

[Rzay]

Карикатуры времен войны:

Швейцарские антикатолические карикатуры времен Зондербунда. Слева - иезуит подстрекает тупого пейзанина к гражданской войне, ну а правая картинка понятна без пояснений.

Было дело в Зондербунде

Ровно 175 лет тому назад, 22 ноября 1847 года, возле городов Люцерн и Мейерскаппель состоялись последние сражения последней религиозной войны в Европе и одновременно последние бои на территории Швейцарии. Им предшествовал раскол страны и выход из ее состава семи католических кантонов, в которых…

vikond65.livejournal.com

 

[Rzay]

225 лет т.н. Водуазской революции: франкоязычная швейцарская область Во (Ваадт, как ее называют немцы) отделилась от кантона Берн и объявила себя Леманской республикой. Республика просуществовала недолго, но область Вот стала самостоятельным кантоном.

 

[Rzay]

220 лет, как Наполеон заставил представителей швейцарских кантонов после распада Гельветической республики подписать "Акт о посредничестве", которым положен начало Швейцарской конфедерации в ее сегодняшнем виде:

Акт о посредничестве ( французский : Acte de Médiation ) был издан Наполеоном Бонапартом , первым консулом Французской Республики 19 февраля 1803 г., основав Швейцарскую Конфедерацию . Акт также отменил предыдущую Гельветическую республику , существовавшую с момента вторжения в Швейцарию французских войск в 1798 году. После вывода французских войск в июле 1802 года республика распалась (в ходе гражданской войны Штекликрига ). Акт о посредничестве был попыткой Наполеона найти компромисс между старым режимом и республикой. Этот промежуточный этап швейцарской истории продолжался доРеставрация 1815 года. Акт также уничтожил государственность Тарасп и отдал ее Граубюндену .
...
При посредничестве Наполеона представители швейцарских кантонов встретились в Париже, чтобы положить конец конфликту и официально распустить Гельветическую республику. Когда 19 февраля 1803 г. был принят Акт о посредничестве, в нем была предпринята попытка решить проблемы, разлучившие республику, и обеспечить основу для новой конфедерации под французским влиянием. Большая часть формулировок Закона была расплывчатой и неясной, что давало кантонам значительные возможности для толкования. [4]

В преамбуле Акта о посредничестве Наполеон заявил, что естественным политическим государством швейцарцев является федерация [ 4] , и объяснил свою роль посредника.

Следующие 19 разделов охватывали 19 кантонов, существовавших в то время в Швейцарии. Были восстановлены первоначальные 13 членов старой Конфедерации и добавлено 6 новых кантонов. Два из новых кантонов ( Санкт-Галлен и Граубюнден или Граубюнден ) ранее были «союзниками», а четыре других составляли подчиненные земли (т.е. контролируемые другими кантонами), которые были завоеваны в разное время — Ааргау (1415 г.), Тургау (1460 г.), Тичино (1440, 1500, 1512 гг.) и Во (1536 г.). Пять из шести новых кантонов (за исключением Граубюндена) получили современные представительные правительства.. Однако в 13 первоначальных кантонах сохранились многие дореволюционные институты. Landgemeinden , или народные собрания, были восстановлены в демократических кантонах, причем кантональные правительства в других случаях находились в руках большого совета (законодательного) и малого совета (исполнительного). В целом полномочия, предоставленные государству, были чрезвычайно широкими.

Следующие 40 статей, которые были известны как Acte fédéral или Акты Конфедерации, определяли обязанности и полномочия федерального правительства. В обязанности Конфедерации входило: обеспечение равенства всех граждан, создание федеральной армии, снятие внутренних торговых барьеров и международная дипломатия. Не должно было быть привилегированных классов, бюргеров или подчиненных земель. Швейцария упоминалась на протяжении всего Закона. Теперь каждый гражданин Швейцарии мог свободно переезжать и селиться в любом месте новой Конфедерации. [1] Кантонам гарантируется уважение конституций, границ и независимости друг друга. Высшим органом власти был Tagatzung или Сейм, который проводился в одном из шести ворортенских округов .(или ведущие города, которыми были: Фрибур , Берн , Золотурн , Базель , Цюрих и Люцерн ) каждый год. Сейм возглавлял Ландамманн дер Швейц , который был главным магистратом собрания, на котором сейм собирался в том же году. В сейме шесть кантонов с населением более 100 000 человек (Берн, Цюрих, Во, Санкт-Галлен, Граубюнден и Ааргау) получили по два голоса, остальные - по одному.

Две поправки к Закону, содержащие 13 и 9 статей, касались перехода от несостоявшейся республики к новой Конфедерации. Луи д'Аффри , назначенный Landammann der Schweiz во время перехода, получил широкие полномочия до тех пор, пока сейм не смог собраться. В кантонах местными органами власти руководила комиссия из семи членов до тех пор, пока не могли быть проведены новые выборы.

В заключительном заявлении Закона провозглашалось, что Швейцария является независимой землей, и предписывалось новому правительству защищать и защищать страну.

Act of Mediation - Wikipedia

en.wikipedia.org

В 1809 году Наполеон, уже будучи императором, добавил титул Médiateur de la Confédération suisse ("Медиатор (Посредник) Швейцарской Конфедерации") к своим официальным титулам.

"Натянул на "фендер" струны,
Медиатор в руки взял,
Навернул стакан портвейна
...и акт этот подписал"
Ну это так, музыкой навеяло.