Могла ли Россия поучаствовать

[тохта]

Не вызвало бы это у нее серьезные проблемы?

 

[Rzay]

Хороший вопрос. Вроде Бисмарк заявлял, что в случае влезания в ту войну кого-то из негерманских великих держав Пруссия заключит мир с Австрией на любых условиях.

 

[Felix]

Хороший вопрос. Вроде Бисмарк заявлял, что в случае влезания в ту войну кого-то из негерманских великих держав Пруссия заключит мир с Австрией на любых условиях.

Это он Францию имел ввиду, а вот с Россией действительно сложный вопрос, "раздавив" Австрию Россия могла бы смело присоединять восточные области АВИ, но, опасаюсь, в таком случае Франция точно вломилась бы за Рейн, тогда Пруссии было бы не сдобровать

 

[Rzay]

Где-то читал, что в ходе войны Франции и Пьемонта с Австрией в 1859 году Наполеон III такие предложения Александру делал.

 

[worden]

Подозреваю, что в этом случае Пруссия и Австрия быстро заключили бы мир и либо при поддержке Англии убедили бы соседей вернуть статус-кво, либо начали бы с ними войну (опять же, с англичанами и турками в союзниках).

Учитывая, что Россия и войну с одними турками выдержала с большим скрипом, сомневаюсь, что были большие шансы.

 

[LMs]

Вопрос в том, выгодно ли было России чрезмерное усиление Пруссии.
Впрочем, оно и так произошло, а так мог быть некий буфер государств - осколков АВИ.

 

[Aurelius Sulpicius]

Правильно ли понимаю, что при Наполеоне III Россия, памятуя о Крымской войне, в принципе отказалась бы от любого союза с Францией?

А так Россия в союзе с Францией вполне, думаю, могли бы победить Пруссию с Австрией.

 

[Snow]

Правильно ли понимаю, что при Наполеоне III Россия, памятуя о Крымской войне, в принципе отказалась бы от любого союза с Францией?
А так Россия в союзе с Францией вполне, думаю, могли бы победить Пруссию с Австрией.

От союза с Францией может и не отказалась бы, помнят о былых войнах солдатские матери, а цари думают о будущих. К Австрии тоже никаких симпатий не было, в обществе симпатизировали Гарибальди. Но внутренние проблемы на тот момент превалировали над внешними.

 

[worden]

Правильно ли понимаю, что при Наполеоне III Россия, памятуя о Крымской войне, в принципе отказалась бы от любого союза с Францией?

Да нет. Мешало другое - традиционные симпатии к Пруссии и обида на "вероломство" Австрии.

А так Россия в союзе с Францией вполне, думаю, могли бы победить Пруссию с Австрией.

Если бы к тем не подключились Англия с турками. А они бы подключились, так как такое нарушение баланса сил совершенно никому не нужно.

Да и еще вопрос, могла ли Россия в то время позволить себе большую войну.

 

[Rzay]

Да нет. Мешало другое - традиционные симпатии к Пруссии и обида на "вероломство" Австрии.
Если бы к тем не подключились Англия с турками. А они бы подключились, так как такое нарушение баланса сил совершенно никому не нужно.

А такое вопиющее нарушение баланса, как возникновение объединённой Германии, англичан не смущало?

 

[sparrow]

А такое вопиющее нарушение баланса, как возникновение объединённой Германии, англичан не смущало?

Хорошо знать все опосля, они скорее воспринимали Германию как конкурента Франции и России. Разгром Франции оказался очень большим сюрпризом.

 

[worden]

А такое вопиющее нарушение баланса, как возникновение объединённой Германии, англичан не смущало?

Не смущало. Пруссия, в отличие от России и Франции, не воспринималась как потенциальный противник (и понятно, почему - интересы нигде не сталкивались).

Усиление России - потенциальная угроза Индии, усиление Франции (Второй Империи, во всяком случае) - потенциальная угроза самой метрополии. Усиление Пруссии - ?

Да и Бисмарк исключительно грамотно провел объединение, концерт держав остался прежним, только Австрия и Франция немного ослабли. А что из Германии за 40 лет вымахает такой монстр, никто знать не мог.

 

[LMs]

Правильно ли понимаю, что при Наполеоне III Россия, памятуя о Крымской войне, в принципе отказалась бы от любого союза с Францией?
А так Россия в союзе с Францией вполне, думаю, могли бы победить Пруссию с Австрией.

Пруссия с Австрией не были союзниками.
А Горчаков стремился избегать войн.

 

[Rzay]

Фраза Горчакова – "Россия не сердится, Россия сосредотачивается" – стала хрестоматийной. К месту и не к месту приводит ее каждый автор, пишущий о России 60-х годов XIX века. Но, увы, никто не объясняет, по какому поводу была сказана сия фраза, вырванная нашими историками из контекста.
На самом деле 21 августа 1856 г. во все русские посольства за рубежом был разослан циркуляр Горчакова, где говорилось: "Россию упрекают в том, что она заключается в одиночестве и хранит молчание ввиду явлений, несогласных ни с правом, ни со справедливостью. Говорят, Россия дуется. Нет, Россия не дуется, а сосредоточивает себя (La Russie boude, dit-on. La Russie se recueille). Что же касается до молчания, в котором нас обвиняют, то мы могли бы напомнить, что еще недавно искусственная коалиция была организована против нас, потому что голос наш возвышался каждый раз, когда мы считали это нужным для поддержания права. Деятельность эта, спасительная для многих правительств, но из которой Россия не извлекла для себя никакой выгоды, послужила лишь поводом к обвинению нас невесть в каких замыслах всемирного господства"[81].
Дело в том, что после заключения Парижского мира ряд государств начали готовиться к перекройке границ в Европе, определенных Венским конгрессом 1815 года, и государства, которые боялись перекройки границ, стали обращаться к России за помощью.
Более ясно Горчаков сформулировал свою политику в беседе с русским послом в Париже Киселевым. Он заявил, что "ищет человека, который помог бы ему уничтожить параграфы Парижского трактата, касающиеся Черноморского флота и границы Бессарабии, что он его ищет и найдет"[82].
Это была очередная ошибка князя. Искать следовало не человека, а ситуацию, при которой Россия могла сама аннулировать статьи Парижского мира. А Горчаков искал доброго дядю, которого можно было бы задобрить и уговорить, чтобы он сам предложил изменить статьи договора.
Таким человеком Горчаков считал французского императора. Наполеон III ни умом, ни полководческим дарованием не пошел в своего дядю, но ему постоянно удавалось надувать Горчакова. Я вовсе не хочу сказать, что Горчаков был глуп, он был достаточно умен, но чрезмерно верил в свои химерические проекты и отметал все аргументы, не согласующиеся с ними.
20 июля 1858 г. в городе Пломбьер Наполеон III и премьер-министр Сардинского королевства граф Кавур заключили тайное соглашение, в силу которого Франция обязалась содействовать отторжению Ломбардии от Австрии и присоединению ее к Сардинии, которая, в свою очередь, обещала вознаградить Францию уступкой ей Ниццы и Савойи.
В середине декабря 1858 г. Наполеон III воспользовался проездом через Париж генерал-адмирала, великого князя Константина Николаевича, чтобы в доверительной беседе с ним подробно развить программу своей политики. Император выставил Австрию заклятым, непримиримым врагом как Франции, так и России. Пока Франция будет вытеснять Австрию из Италии, Россия должна поднять против нее подвластных ей славян, а затем, при заключении мира, получить Галицию независимо от пересмотра в ее пользу Парижского трактата. Тогда, по мнению Наполеона III, всесильной стала бы в Европе коалиция, состоявшая из Франции и России – на окраинах, а Пруссии с германскими государствами – в центре. Англия потеряла бы всякое значение, при условии, конечно, что Франция, Россия и Пруссия действовали бы дружно и стремились бы к одной и той же цели.
Не дремала и английская дипломатия. Пользуясь родственными отношениями королевы к принцу прусскому (старшая дочь королевы была замужем за сыном последнего Фридриха Вильгельма), британское правительство хлопотало о примирении Пруссии с Австрией и о заключении между ними союза, к которому приступила бы и Англия с целью противодействовать единению России и Франции.
Ждать поддержки Англии в деле отмены Парижского мира было нереально. Но, с другой стороны, Наполеон III тоже отделывался туманными фразами по этому поводу, зато предложил России Галицию. Расчет Наполеона III был прост: даже вступив в переговоры с Францией по поводу этой провинции, Россия сделает Австрию своим вечным врагом. Горчаков предпочел занять благожелательный нейтралитет по отношению к Франции.
...
В результате в 1859 г. французские войска разгромили при Манженте и Сольферино австрийскую армию. При этом часть австрийских войск сдерживалась русскими корпусами, сосредоточенными на австрийской границе. Но, увы, потом Наполеон III обманул Горчакова и Россию и ни на йоту не согласился изменить условия Парижского договора.

https://profilib.com/chtenie/70442/aleksand...voz-veka-40.php