Артемий
Принцепс сената
Сословность ругают все, кому не лень. Между тем, у меня нет уверенности в том, что сама по себе сословность -- зло. Вопрос в том, как она реализуется на практике.
Сейчас есть повод вспомнить о сословиях в связи, например, с демографической проблемой. Ведь и в самом деле, при нынешнем устройстве РФ нет никакой возможности стимулировать рождаемость одного слоя населения, не совершая ненужных трат там, где проблемы с рождаемостью нет.
Также трудно решать проблемы, связанные с национальной самобытностью. Вот хотят, например, в Чечне судиться по законам шариата -- а нельзя. А были бы сословия -- жили бы мусульмане между собой так, как им удобнее, и все были бы довольны. И что мне, скажем, за дело, сколько жен у какого-нибудь Магомеда Рахманджанова, если и он рад, и все его четыре жены, и в регионе, где он проживает -- тишь и спокойствие, потому что каждый может жить так, как ему хорошо?
Если дать определение сословия как части общества со своим специфическим набором прав и обязанностей, то что в сословном делении плохого? И есть ли что-нибудь хорошее?
Сейчас есть повод вспомнить о сословиях в связи, например, с демографической проблемой. Ведь и в самом деле, при нынешнем устройстве РФ нет никакой возможности стимулировать рождаемость одного слоя населения, не совершая ненужных трат там, где проблемы с рождаемостью нет.
Также трудно решать проблемы, связанные с национальной самобытностью. Вот хотят, например, в Чечне судиться по законам шариата -- а нельзя. А были бы сословия -- жили бы мусульмане между собой так, как им удобнее, и все были бы довольны. И что мне, скажем, за дело, сколько жен у какого-нибудь Магомеда Рахманджанова, если и он рад, и все его четыре жены, и в регионе, где он проживает -- тишь и спокойствие, потому что каждый может жить так, как ему хорошо?
Если дать определение сословия как части общества со своим специфическим набором прав и обязанностей, то что в сословном делении плохого? И есть ли что-нибудь хорошее?