Изначально подготовленные как
забастовка , акции, запланированные на
18 января в производственных центрах
Силвеша ,
Баррейру и
Маринья Гранде, были нескоординированными и плохо подготовленными действиями, обрекавшими на провал протест, который
анархо-синдикалисты , до тех пор являвшиеся главной силой вместе с португальцами, были несогласованными и плохо подготовленными...
Однако в
Маринья-Гранде этот день будет иметь уникальные особенности. Как и то, что произошло в других местах, протест следовал обычной схеме – с закрытием заводов, уличными демонстрациями, отключением коммуникаций – но быстро перерос в нечто большее: учреждение Совета
, что явилось явным подтверждением оппозиции и попыткой свергнуть режим.
Рабочие, особенно те, кто работает в стекольной промышленности, избрали рабочий совет, который взял власть и управлял
Маринья-Гранде в течение нескольких часов. Среди первых действий Совета был арест отряда национальной гвардии и захват почты.
Все эти действия осуществляются с большим спокойствием и без кровопролития. Повстанцы, не имея предварительного плана действий, в конечном итоге отвозят семью командира поста национальной гвардии в гостевой дом, а охрану передают под опеку администратора государственного стекольного завода. На почте начальник станции просит поговорить с семьей, и его забирают домой, где он по телефону сообщает властям.
Получив предупреждение, военные власти направили в Маринья-Гранде контингент для восстановления общественного порядка, который прибыл на следующее утро, положив конец Совету.
В отличие от действий повстанцев, репрессии, проводимые Estado
Novo, были беспощадными, с жестокими преследованиями, увольнениями и марионеточными судами, закончившимися суровыми приговорами, а именно отправкой в ссылку в колонии, в частности в лагерь
Таррафал .
Из первых 152 заключенных, отправленных в Таррафал, 37 участвовали в событиях 18 января, в том числе Антониу Гуэрра, который руководил оккупацией почтового отделения и который, приговоренный к 20 годам ссылки, умрет в Таррафале в 1948 году.
