Симфо́ния № 9 Ре минор, Op. 125 — последняя
симфония Людвига ван Бетховена (1824). Она включает в себя часть
Ode an die Freude («
Оды к радости»), поэмы
Фридриха Шиллера, текст которой исполняется
солистами и
хором в последней части. Это первый образец, когда крупнейший композитор использовал в симфонии человеческий голос в одном ряду с инструментами.
Впервые симфония была опубликована под названием
Sinfonie mit Schlusschor über Schillers Ode «An die Freude» für großes Orchester, 4 Solo und 4 Chorstimmen componiert und seiner Majestät dem König von Preußen Friedrich Wilhelm III in tiefster Ehrfurcht zugeeignet von Ludwig van Beethoven, 125tes Werk (с
нем. — «Симфония с заключительным хором на текст оды „К Радости“ Шиллера для большого оркестра, четырёх солистов и четырёхголосного хора, сочинённая и Его Величеству королю Пруссии
Фридриху Вильгельму III с глубочайшим благоговением посвящённая Людвигом ван Бетховеном, сочинение 125»). В дальнейшем в основном известна как Симфония № 9 Ре минор, Op. 125. Симфонию часто называют «Хоральной» или «с хором»
[3].
...Заказ на симфонию поступил от
Лондонского филармонического общества[англ.] в тяжёлый период в жизни Бетховена, связанный как с нехваткой средств, так и с разочарованием в племяннике Карле, на которого он раньше возлагал большие надежды. Создание симфонии началось в 1822 году, через 10 лет после окончания работы Бетховена над предыдущими симфониями, а завершилось в 1824 году
[6]. Её премьера состоялась 7 мая 1824 года в
венском Кернтнертортеатре. Наряду с ней публике в рамках концерта были представлены также части «
Торжественной мессы» (Kyrie, Credo и Gloria) и
увертюра «Освящение дома» (Op. 124). Бетховен, к этому моменту полностью оглохший, уступил дирижёрское место
капельмейстеру Михаэлю Умплауфу, а сам лишь задавал знаками темп каждой части, стоя у
рампы. Хотя сложное произведение из-за недостатка времени было разучено музыкантами плохо, у публики оно вызвало восторг: по его завершении овация продолжалась так долго, что её пришлось останавливать полиции, многие слушатели плакали. Композитор из-за глухоты не слышал аплодисментов, и один из оркестрантов развернул его лицом к залу, чтобы он мог хотя бы видеть реакцию слушателей
[3].