Вот тут выдержки из писем императрицы Александры Фёдоровны, которые она пишет Николаю. "Наш друг" - это и есть Григорий Распутин. Как по мне, так это перебор и сильный. И дело не в том, что Распутин даёт плохие советы. Советы мне его как раз показались во многом вполне вменяемыми. Меня напрягает, что не по Сеньке шапка. Другой вопрос, что Распутин это не причина, а симптом. Не был бы Распутин, был бы кто-то другой. Да и были подобные личности и до Распутина при императрице.
«Прежде всего, помни, что ты должна быть всегда хорошим примером младшим,
только тогда наш Друг будет тобой доволен», – писала она старшей дочери Ольге 11 января
1909 года. И ей же 16 февраля: «Учись послушанию, пока ты еще мала, и ты приучишься
слушаться Бога, когда станешь старше; мы должны слушать Друга, а это часто очень трудно,
но нас приучают к этому в детстве».
10 апреля 1915 года: «Гр. несколько расстроен "мясным" вопросом – купцы не хотят
понизить цены на мясо, хотя правительство этого требует, и было даже нечто вроде мясной
забастовки. Наш Друг думает, что один из министров должен был бы призвать к себе
нескольких главных купцов и объяснить им, что преступно в такое тяжелое время повышать
цены, и устыдить их».
10 октября 1915 года: «… Другой вопрос Его сильно мучит… Дело в том, что ты
должен приказать, чтобы непременно пропускали вагоны с мукой, маслом и сахаром. Ему
ночью было вроде видения – все города, железные дороги и т. д. Трудно передать Его
рассказ, но Он говорит, что все это очень серьезно – и тогда не будет забастовок <…>
Он предлагает, чтобы в течение 3-х дней приходили исключительно вагоны с мукой, маслом
и сахаром. Это в данную минуту даже более необходимо, чем снаряды или мясо <…>
Недовольство будет расти, если положение не изменится…»
«16.06.15… На сердце такая тяжесть и тоска! – Я всегда вспоминаю, что говорит наш
Друг. Как часто мы не обращаем достаточного внимания на Его слова! – Он так был против
твоей поездки в ставку, потому что там тебя могут заставить делать вещи, которые было бы
лучше не делать. Здесь дома атмосфера гораздо здоровее, и ты более верно смотрел бы на
вещи, – возвращайся скорее <…> Теперь я понимаю, почему Григ, был против твоей
поездки туда. – Здесь я могла бы помочь тебе. – Боятся моего влияния <…> У меня
сильная воля, я лучше других вижу их насквозь и помогаю тебе быть твердым. – Когда Он
советует не делать чего-либо и Его не слушают, позднее всегда убеждаешься в своей
неправоте…»
«Ты так долго отсутствуешь, а Гр. просил этого не делать! Все делается наперекор Его
желаниям, и мое сердце обливается кровью от страха и тревоги».
«…Наш Друг боится твоего пребывания в Ставке, так как там тебе навязывают свои
объяснения и ты невольно уступаешь, хотя бы твое собственное чувство подсказывало тебе
правду, для них неприемлемую, – писала Государыня 10 июня 1915 года. – Помни, что ты
долго царствовал и имеешь гораздо больше опыта, чем они <…> Нет, слушайся нашего
Друга, верь ему, его сердцу дороги интересы России и твои. Бог недаром его нам послал,
только мы должны обращать больше внимания на его слова – они не говорятся на ветер. Как
важно для нас иметь не только его молитвы, но и советы!»
«Надеюсь, мое письмо тебя не огорчило, но меня преследует желание нашего Друга, и
я знаю, что неисполнение его может стать роковым для нас и для всей страны. – Он знает,
что говорит, когда говорит так серьезно».
«А наш Друг просил тебя отлучаться не на долгое время. – Он знает, что дела не пойдут
как следует, если тебя там удержат и будут пользоваться твоей добротой».
«Наш друг желает, чтобы Орловский был назначен
губернатором».
