Падение Гоа пристально изучали и в Гааге. Вялая реакция Запада на индийскую военную операцию против страны-члена НАТО ярко показала голландцам, что будет в случае аналогичной индонезийской операции.
Посол ван Ройен по итогам встреч с чиновниками госдепа 20 декабря доложил в Гаагу, что "США хочет быть другом обеих сторон", поэтому "никакого давления на Индонезию в голландских интересах ожидать не следует". В случае же военной атаки Голландия окажется в одиночестве – никакой военной помощи не будет, но США готовы помочь в переговорах. И только от Голландии зависит, "сможет ли она избежать кровопролитного конфликта".
Сразу после речи Сукарно 19 декабря 1961 года сотрудник Совета национальной безопасности США Роберт Джонсон направляет меморандум помощнику президента по национальной безопасности Макджорджу Банди, где излагает свои соображения по данному вопросу.
Цель США – ликвидация конфликта мирным путём. Так как "данный вопрос должен быть снят с повестки дня индонезийской политики", это означает передачу Западной Новой Гвинеи Индонезии: "Мы признаём, что по историческим, географическим и политическим причинам наиболее вероятна тесная ассоциация (если не полное поглощение) западной части Новой Гвинеи с Индонезией".
При этом необходимо не допустить полномасштабной войны, ибо "такой конфликт неизбежно усилит влияние коммунистических сил внутри страны и вовлечённость СССР в дела Индонезии". Потеря же Индонезии для Свободного мира обрушит ситуацию и в материковой части Юго-Восточной Азии.
США должны играть активную роль в переговорах, причём переговоры могут вестись только с такой повесткой дня "которая даёт Индонезии чёткую перспективу скорого получение управление над территорией".
При этом, для достижения данной задачи "до сведения голландской стороны должно быть доведено, что мы не считаем реальным применение принципа самоопределения к Западной Новой Гвинее. Мы также должны откровенно сказать им (и австралийцам тоже) об опасности падения Индонезии в коммунизм в случае затягивания решения новогвинейского вопроса, что будет серьёзнейшим ударом по позициям Свободного мира в Юго-Восточной Азии".
Дальнейшая политика США полностью соответствовала положениям меморандума Джонсона. Окончательно такая стратегия была определена на заседании Совета национальной безопасности США 18 января 1962-го, где президент Кеннеди заявил:
"Данная территория больше всего не подходит для войны, в которую могут быть вовлечены США. Мы не хотим унижать наших голландских союзников, но было бы глупо потакать их дурацкой неуступчивости в ситуации, когда есть возможность выйти из конфликта с сохранением лица.
Судьба данной территории – стать частью Индонезии… Цена вопроса – не Западный Ириан, а будущее Индонезии, важнейшей страны всего региона, которая стала одной из главных целей советской экспансии".
К тому времени данная политика уже проводилась.
В ходе переговоров Кеннеди и британского премьер-министра Макмиллана 19-23 декабря 1961 года на Бермудах стороны согласовали общую позицию по Ириану – "предпочтительно, чтобы Запад воздержался от какой-либо поддержки голландцев в случае индонезийской атаки на данную территорию". Британцы пообещали воздействовать на Австралию.
Британцы обещание выполнили – и 12 января 1962-го австралийский премьер-министр Роберт Мензис публично заявил, что его страна поддерживает решение вопроса на основе прямых переговоров сторон.
Сами британцы сообщили Гааге, что не могут далее поддерживать её по вопросу Западной Новой Гвинеи, так как такая поддержка может послужить "препятствием для переговоров по созданию Большой Малайзии и дальнейшему использованию нами базы в Сингапуре".
А в частной беседе британский посол откровенно сказал голландскому министру иностранных дел Лунсу, что после того, как Индонезия получит Западную Новую Гвинею "она может превратить её хоть в пустыню, но кого на свете это волнует?".
После боя в Арафурском море Египет полностью закрыл Суэцкий канал для голландских судов, а Япония запретила голландский военный транзит через свою территорию. В начале февраля США последовала её примеру, окончательно превратив снабжение группировки на Западной Новой Гвинее в логистический кошмар.
Общественность в Голландии была взбешена "предательством США", но после этого правительство страны наконец согласилось на прямые переговоры с Индонезией, при условии уважения принципа права папуасов на самоопределение.
В середине февраля Джакарту посетил министр юстиции США Роберт Кеннеди. Формально, для того чтобы забрать агента ЦРУ Поупа, освобождённого индонезийцами в качестве жеста доброй воли, фактически – чтобы достичь соглашения о переговорах.
Он провозгласил в столице Индонезии, что США "как бывшая колония, всегда были на стороне антиколониализма". Сукарно Роберт сказал, что у США достаточно рычагов для давления на Голландию, чтобы добиться от неё результата, который устроил бы Индонезию.
Индонезийцы согласились на начало прямых переговоров, на которых можно было бы определить контуры передачи территории, которые могли бы включать временную администрацию ООН и какую-то форму самоопределения папуасов.
На пути на родину Роберт Кеннеди сделал остановку в Гааге, сообщив голландским министрам о согласии Индонезии, министр иностранных дел Лунс гневно заявил – "вы предлагаете бросить папуасов на съедение волкам" – но на переговоры согласился. В завершении визита Кеннеди отобедал с министрами.
Обед прошёл в тягостной атмосфере, а после шутливого замечания Роберта, что Индонезия настолько сильна, что всё равно победила бы в военном конфликте, министр внутренних и королевских дел Эдзо Тохопейс покинул стол в знак протеста.
После чего Кеннеди прямо спросил оставшихся голландцев: "Будут ли Нидерланды сражаться, если мы не присоединимся к вам?" Все ответили: "Нет".
В начале марта Лунс посетил Вашингтон, пытаясь добиться изменения американской позиции. Он напоминал Кеннеди и Раску о гарантиях Даллеса 1958 года, говорил о моральных обязательствах голландцев перед верившими им папуасами.
В ответ от президента и госсекретаря он слышал одно и то же:
Главной задачей текущего момента является удержание Индонезии от сползания в коммунистический лагерь. А главное моральное обязательство США и всего Свободного мира – противостояние коммунизму.
"Мы уже получили все потенциальные войны, в которые могли быть вовлечены, и не намерены вовлекаться ещё и в этот конфликт" – заявил Кеннеди Лунсу.
Сукарно, конечно, "сукин сын" (так его прямо назвал госсекретарь Раск в беседе с Лунсом), но задача США сделать его "нашим сукиным сыном".
Слова же Лунса, что индонезийским обещаниям нельзя верить, его американских партнёров никак не тронули. Они и сами прекрасно знали, что Индонезия "не выполнит свою часть сделки".
2 февраля 1962-го Роберт Комер писал Банди: "Я вполне разделяю сомнения голландцев, что индонезийцы когда-либо проведут реальный референдум. Но дело в том, что такое обещание индонезийцев является именно тем спасением престижа для голландцев, которое им нужно. Мы обязаны заставить их принять его, ибо это максимум, на что они могут рассчитывать".
20 марта 1962 года в поместье Хантланд около Миддлсберга (Вирджиния) в 80 километрах от Вашингтона начались секретные переговоры сторон под эгидой ООН. От имени ООН действовал известный американский дипломат Элсуорт Банкер, бывший посол в Индии и будущий в Сайгоне. Индонезию представлял министр торговли Адам Малик, Голландию – посол в США ван Ройен.
Банкер представил план – территория на 1-2 года передаётся временной администрации ООН, после чего переходит под управление Индонезии, которая через несколько лет проведёт референдум о самоопределении папуасов.
31 марта Индонезия согласилась с планом. 2 апреля Голландия его отвергла.
Ван Ройен прямо заявил Банкеру, что его план есть "предательство папуасов" и не содержит никакой "защиты от дурака". Лунс сказал Раску, что "свободный выбор" после годов индонезийского правления будет "форменным фарсом".
13 апреля 1962 года, после 12-часового бурного заседания, голландский кабинет принял решение о прекращении переговоров, поставив условием их возобновления твёрдые гарантии самоопределения папуасов.
Индонезия ответила на отказ Голландии от плана Банкера эскалацией вооружённого конфликта.
