Ещё в 1818 году Байрон узнал, что Соути распространяет среди лондонскаго общества позорящий слух об имевшей будто бы место в Швейцарии развратной и даже кровосмесительной связи Байрона. Едва ли, конечно, можно было с полною точностью установить степень активного участия Соути в распространении этой клеветы, но Байрон поверил виновности Соути, — и под таким впечатлениемъ с резкой иронией высказался о Соути в посвящении к первой песни «Дон-Жуана». Хотя в первом издании, появившемся в 1819 г., это посвящение и не было напечатано, но Соути с ним успел ознакомиться, раздражился и выражал презрение по адресу обидчика...
...Байрон ответил на это весьма неудачно. Отвечая руганью на ругань (в добавлении к «Обоим Фоскари». См. примеч. к этой трагедии), он ни с того, ни с сего заговорил о клеветнических обвинениях и слухах, «которые распространял м-р Соути, возвратившись из Швейцарии». Соути тотчасъ же (в январе 1822 года) печатно на это возразилъ, что никакихъ клеветъ насчетъ Байрона он не распространялъ, но что относительно нравственных качеств произведений своего противника он остаётся при прежнем мнении. Выражено всё это было в том же оскорбительном тоне, в каком велась вся полемика. Соути обвинял Байрона в писании пасквилей, в сознательном очернении людей и т. д. и т. д. Байрона и всю его «сатанинскую школу» Соути обвинял в вражде к религии, учреждениямъ и нравственности, царящим в их отечестве. Кроме того Соути с явною насмешкою просил лорда Байрона в другой раз напасть на него, Соути, в стихах (а не в прозе), ибо это послужит известной сдержкой для человека, который, как видно, «столь мало владеетъ собою».
Соути говорил о стихотворном размере, как об узде для байроновскаго темперамента, но он плохо знал средства, какими располагал его противник. Правда, в первой ярости Байрон, живший тогда в Равенне, послал через одного из своих друзей вызов на дуэль Соути, но этот вызов передан Соути не был. Тогда он обратился к более подходившему образу действий и стал торопить печатание отосланнаго ещё в октябре 1821 года в Лондон своего сатирического «Видения Суда» (начатаго вскоре после появления одноименного произведения Соути и законченнаго к осени того же года). Скорое появление в печати этой сатиры, конечно, было бы самым удачным ответом на ироническую выходку Соути, приглашавшего Байрона вести борьбу в стихах. Но времена стояли не такие, чтобы можно было сразу найти издателя для такой резкой и ядовитой филиппики против покойного короля и его панегириста. Только в вышедшем 15 октября 1822 года номере журнала «Либерал» байроновская сатира увидела свет. Байрон подписался «Quevedo Redivivus», имея в виду испанскаго автора XVII века Кеведо-и-Виллегаса, «Видения» котораго в фантастической форме давали сатирическое изображение житейских пороков и безобразий...