Лановой там тоже, на мой взгляд, итмеет мало общего с Вронским из романа. Вронский в романе был настолько статусный, что одно его присутствие физиологически ощущалось, как унижение, если только он сам любезно не заговорит. На застолье после победы в выборах предводителя уездного дворянства как-то само собой в центре стола оказывается Вронский (впервые занявшийся местной политикой) а по бокам его - губернатор и победивший предводитель. Это для всех было как-то естественно. Одним из прообразов Вронского был А.К. Толстой, отвергший дружбу императора Александра II, с которым дружил в юности, чтобы не оказаться в положении субординации.
А Лановой-Вронский - какой-то офицерик с усиками, нервно сжимающий кулачки и таращащий глазёнки. Так, очевидно, в СССР в 60-е прелставляли себе "царского офицера".