Факт в том, что а-теизм есть реакция на теизм, без теизма нет и а-теизма. (Это, фактически, в самом широком смысле столкновение идеализма и материализма.) Так вот, проблема в том, что теизм, в сущности, есть плод фантазии (по большому счету не имеет значения как она была создана).
А атеизм пытается видеть мир (бытие) в максимально приближенным к реальности виде, т.е. максимально так как есть, не домысливая и не дорисовывая больше, чем это необходимо (степень такой необходимости диктуется практикой познания бытия).
Таким образом, в современной научной картине мира, мистические идеи не имеют места, т.к. являются домысливанием сверх необходимости, что бы иметь возможность продолжать познание бытия в рамках имеющейся научной картины мира.
Таким образом и сама идея бога является излишней, она слишком оторвана от того необходима уровня картины мира, которую сформировала, в результате реальной практики познания бытия, современная наука.
Напротив, теизм, как исторически первое, должно доказывать атеизму, как исторически второму, свою действительность. (Может быть, как старая особь доказывает молодой свое право на существование.)
Это как если бы на небольшой и совершенно пустой остров отправили бы человека, который (не имеет значения по какой причине) был бы совершенно уверен, что на этом острове есть ещё один человек.
Допустим, что наш герой был бы обречен жить на этом острове до самой своей смерти.
Так и не найдя того второго человека, который якобы также есть на этом острове (в чем наш герой был совершенно уверен), обойдя вдоль и поперек этот остров, засомневался бы он в том, что этот человек на острове?
И вдруг, перед самой смертью нашего героя на остров прибывает (не имеет значения как) второй человек. Он знает, что наш герой здесь живет, но ничего не слышал про второго, который якобы также находится на этом острове, в чем так уверен наш герой (даже спустя множество лет, уже при смерти).
Так вот, допустим наш герой рассказывает вновь прибывшему о том, что на острове есть ещё один человек.
Вновь прибывший с доверием выслушал нашего героя (хотя к нему на мгновение закралась мысль, что наш герой тронулся умом когда сказал о том, что ни разу не видел этого второго человека на острове, но твердо убежден, что он есть).
Вновь прибывший обживается на острове и заодно тщательно его исследует, в поисках того о ком рассказывал наш герой.
Никого так и не найдя, он совершенно убежден в том, что здесь никого нет, кроме него и нашего героя.
Более того, вновь прибывший не нашел ни одного следа того, что на острове жил бы когда-либо кто-то ещё кроме нашего героя.
Вновь прибывший обстоятельно рассказывает об этом нашему герою, тщательно и аргументированно доказывая свою точку зрения - на острове никогда не было никого кроме нашего героя.
Наш герой, будучи убежденным в обратном, очень тяжело воспринимает это от вновь прибывшего (к тому же он уже очень старый и поэтому очень ранимый).
В конечном счете, наш герой не в силах принять картину мира вновь прибывшего, начинает домысливать, дорисовывать реальность, отрываясь все дальше и дальше от нее. Сначала он начинает с того, что второй человек на острове о существовании которого он был убежден с тех пор как попал на остров, покинул остров почти сразу как на него прибыл наш герой. Потом он начинает фантазировать, что этот второй живет где-то глубоко под землей, куда почти невозможно добраться ни нашему герою, ни вновь прибывшему. Потом его фантазия уходит совсем далеко - в ней этот второй рисуется уже как привидение, полуматериальное или даже нематериальное существо.
Нашему героя невдомёк, что это убеждение - являясь лишь его мыслями не имеющими ничего общего с реальностью приобретает все более и более фантастический вид, в конечном счете становясь чистой фантазией.
Наш бедный герой наверняка так и умрет со своим убеждением, своей фантазией.
Вновь прибывший же не без грусти и с должным уважением похоронит нашего героя...
Вот такая атеистическая притча.