Это лишний раз свидетельствует о ...Что можно сказать об образовательном уровне данного индивидуума. Между прочим АГЛ закончил истфак Могилевского пединститута.
В общем, Вы поняли.
Это лишний раз свидетельствует о ...Что можно сказать об образовательном уровне данного индивидуума. Между прочим АГЛ закончил истфак Могилевского пединститута.
Комитет государственной безопасности Белоруссии раскрыл сценарий силового захвата власти радикальной оппозицией после президентских выборов, заявил пресс-конференции в Минске в среду председатель КГБ Степан Сухоренко.
По его утверждению, "оппозиция после оглашения результатов выборов 19 марта намеревалась объявить их фальсифицированными".
"Точкой отсчета должно было стать провокационное заявление руководителей незарегистрированной неправительственной организации "Партнерство", якобы осуществлявших параллельное наблюдение за выборами", - заявил Сухоренко.
По его словам, "протоколы exit-poll, которые должны были подтвердить фальсификацию выборов были изъяты при задержании четырех руководителей организации". "В протоколах, в частности, содержались цифры поддержки: за одного из руководителей оппозиции Александра Милинкевича - 53,7%, за действующего президента Александра Лукашенко - 41,3%, за остальных кандидатов - 5%", - сказал председатель КГБ.
По его данным, "сценарий оппозиции предусматривал организацию в центре Минска многотысячного митинга, в ходе которого в толпе планировалось взорвать взрывные устройства". "Появление крови и жертв развязывает руки организаторам акции протеста, после чего начинается захват зданий органов власти, вокзалов, перекрываются железнодорожные пути с целью полной остановки функционирования государства", - утверждает Сухоренко.
Комитет государственной безопасности Белоруссии раскрыл сценарий силового захвата власти радикальной оппозицией после президентских выборов, заявил пресс-конференции в Минске в среду председатель КГБ Степан Сухоренко.
По его утверждению, "оппозиция после оглашения результатов выборов 19 марта намеревалась объявить их фальсифицированными".
"Точкой отсчета должно было стать провокационное заявление руководителей незарегистрированной неправительственной организации "Партнерство", якобы осуществлявших параллельное наблюдение за выборами", - заявил Сухоренко.
По его словам, "протоколы exit-poll, которые должны были подтвердить фальсификацию выборов были изъяты при задержании четырех руководителей организации". "В протоколах, в частности, содержались цифры поддержки: за одного из руководителей оппозиции Александра Милинкевича - 53,7%, за действующего президента Александра Лукашенко - 41,3%, за остальных кандидатов - 5%", - сказал председатель КГБ.
По его данным, "сценарий оппозиции предусматривал организацию в центре Минска многотысячного митинга, в ходе которого в толпе планировалось взорвать взрывные устройства". "Появление крови и жертв развязывает руки организаторам акции протеста, после чего начинается захват зданий органов власти, вокзалов, перекрываются железнодорожные пути с целью полной остановки функционирования государства", - утверждает Сухоренко.
Ай молодца батькаАссиметричный ответ до начала боевых действий
Я это понимаю. Откуда такая книга?Комизм ситуации в том, что Скорина умер почти за 200 лет до основания Санкт-Петербурга. Быков - прозаик и стихов не писал.
на плакате изображена еще книга В.Быков "Стихи".
И где он произнес эту фразу?Чего мы стыдимся? Скорина был не только белорус, он жил и в Питере и творил там, россияне с гордостью о нем говорят. Почему мы отказываемся от "великого наследства" - Толстого, Некрасова, Маяковского, Есенина?"
Из этой цитаты Лукашенко.
В России?У нас в телевизоре.На каком-то собрании он выступал. Очень было похоже на собрание партхозактива.
Это был его экспромт? Или подготовленная речь? А Стихи Быкова тоже в России показывали?В России.У нас к нему отношение явно неоднозначное. Все ж таки , можно сказать, единственный друг, правда, тоже с фигой в кармане . С другой стороны, уж больно одиозная фигура. Вот и показывают типа объективно
.![]()
Ну когда он эту глупость сморозил, грех было не показать.
Скарына медленно брел по Невскому, обходя грязные сугробы и лужи. Если бы "немного помешанный" изменил историю в тот момент, когда Францишак жил в Праге, это было бы не страшно, но в Падуе даже зимой почти всегда светило солнце, так что ни теплой одежды, ни подходящих сапог у первопечатника под рукой не оказалось.
Стоял март, но до настоящей весны было еще далеко. "Подумать только," -- думал Скарына, ежась от холода. "Вот идиот! Самый настоящий..." В это время тот, на ком сконцентрировались все мысли дважды доктора, во всеуслышанье признавался с высокой трибуны в том, что он опасен для общества. "Как он мог, он же историк..." -- Францишак озирался по сторонам и видел, как люди останавливаются и смотрят на него с удивлением и с чем-то еще: то ли с радостью, то ли с какой-то странной гордостью.
Вдруг рядом с визгом затормозил экипаж, и из него выскочил смуглый человек с тростью и бакенбардами.
-- Месье Скорина, как я рад, что встретил вас! -- тут он остановился на мгновение и забормотал себе под нос: "Я встретил вас... Я встретил вас, и все... в мой... не совсем..." Он вытащил маленький блокнотик и быстро записал в него что-то. После этого странный человек подпрыгнул и кинулся к Францишку:
-- Месье Скорина, какая встреча! Нет, вы только вообразите себе! Это же грандиозно! Это сенсацион! Что же вы... под дождем и без зонта... Прошу... нет, я настаиваю! Сейчас же ко мне в карету, сударь, сейчас же!
Скарына счел глупым отказываться, и они залезли внутрь.
-- Гони! -- крикнул хозяин кучеру, и экипаж с грохотом понесся вперед.
Тут человек стукнул себя набалдашником трости по лбу и воскликнул:
-- Болван! Простите, месье Скарына, я совершенно забыл, что вы меня не знаете! Пушкин, Александр Сергеевич.
Вслед за этими словами он сорвал с себя шляпу, по форме напоминавшую цилиндр, и церемонно поклонился, насколько позволяло тесное пространство кареты. Под шляпой обнаружились черные кучерявые волосы.
-- Францишак Скарына...
-- Прелестно, прелестно! Друг мой...
Внезапно он умолк, поднял глаза к потолку и зашептал: "Прелестный друг... Друг прелестный... Проснись, пора..." Затем выхватил тот же блокнот и, ломая грифель, вписал туду несколько строк. "Идиот..." -- подумал Францишак. На этот раз не о том, по чьей вине он трясся сейчас по мокрой брусчатке вместо того, чтобы вести степенные беседы с профессорами своей альма матер.
-- ...Поэт и прозаик, -- перебил его мысль кучерявый.
-- Кто? -- не понял отвлекшийся доктор.
-- Я. Божьей, так сказать, милостью, имею некоторый талант к написанию виршей, а также прозы.
-- Ах вот как...
"Ясно. Не идиот. Просто поэт."
-- И что же, печатались?
-- А как же! -- подпрыгнул Пушкин. -- Правда, пока все больше в альбомах... Но это ничего, у нас в России всегда так, все лавры только после смерти...
Скарына хотел было предложить свои услуги, но, вспомнив, что типография осталась в Праге, снова стал впадать в тоску. Тут карета затормозила, и оба пассажира от неожиданности не удержались и свалились вниз.
-- Вы не ушиблись, месье? -- на лице Пушкина были видны озабоченность и след от сапога первопечатника.
-- Нет, пан Пушкин, мне повезло, берет самортизировал...
Тут они увидели, что стало с цилиндром хозяина, и синхронно грохнули хохотом.
"Идзиоты самыя настаяшчыя..." -- думал купленный Пушкиным под Могилёвом и так и не выучивший толком русский язык кучер, изумленно созерцая двух взрослых людей, умиравших от смеха на полу кареты...
2
-- Месье Скорина, не доводилось ли вам читать произведения некоего Василия Быкова?
Скарына оторвался на мгновение от мяса по-французски и, не переставая жевать, замотал головой.
-- Ах, какая жалость... Говорят, у него великолепные стихи. И еще, что они благоприятно сказываются на развитии организма. Я, конечно, не ученый, но мне кажется, врут... А вы как считаете, возможно ли, чтобы поэзия оказывала столь благотворное действие?
Скарына положил на тарелку начисто обглоданную куриную кость, проглотил то, что еще оставалось во рту и, подумав несколько дольше, нежели в прошлый раз, ответил:
-- Вряд ли. Я, как доктор медицины, могу заявить авторитетно: здоровье физическое и здоровье психическое -- вещи совершенно различные и нисколько не коррелирующие. Примеров тому множество. Вот возьмем того идиота...
В этот момент дверь распахнулась, и в дверях появился кучер, исполнявший на сей раз обязанности официанта. Подойдя к столу он поставил на него блюдо с омлетом и два пива.
-- Ваша высокаблагародзие! -- обратился он к Пушкину. -- Дай дваццаць капеек, хлорки нада купиць.
Пушкин замахал на него руками:
-- Иди, иди! Потом! Ты не видишь, что ли, люди серьезные вещи обсуждают, а ты тут с какой-то хлоркой... Да на кой она тебе?
-- Так эта... Блох патравиць...
Пушкин подпрыгнул на тридцать сантиметров.
"Ух ты, какой прыгучий... Каучуковый, наверное..." -- подумал Францыск, вытряхивая в свой бокал остатки бургундского.
-- Каких-таких блох?! -- воскликнул Пушкин и только затем приземлился обратно.
-- Таких-каких... -- потупился кучер. -- Абыкнавенных ушывых блох... На сабаке развялось их да чорта, так я их хлоркай...
-- Да ты леший, что ли! -- Пушкин взвился в воздух на сорок пять сантиметров. -- Как можно собаку хлоркой мазать?!
-- Вы, ваша высокае прывасхадзицельства, ни ругайцеся усякими славами. Я между прочым, вырас срыдзи жывотных и расцений, и усё пра их знаю...
Пушкин с грохотом приземлился мимо стула.
"Посадку нужно доработать..." -- Скарына потянулся за пивом.
-- Вон!
Кучер развернулся и пошел к дверям. Пушкин поднялся с пола и бросил взгляд на блюдо, принесенное тем.
-- Стой! Почему омлет такой маленький? Мы что, дети? Тут два взрослых... э... господина, а ты принес столько, что и котенка не накормишь.
-- Так эта... Яйцы мелкия... Я вот их спрашываю тожа на базары, каторые таргуюць, я им гавару, куда падзявались нармальныя чалавечаские яйцы? А ани...
Пушкин рухнул на стул так, что тот не выдержал и развалился, Скарына чуть не поперхнулся черной икрой, а канарейка в клетке у окна упала на спину и в момент околела от переизбытка эмоций. Кучер окинул комнату удивленным взглядом, пожал плечами и вышел...
3
-- А вот как вы, например, относитесь к гимнастике, а, месье Скорина?
Францыск икнул и задумался, продолжая рассматривать люстру. На этот раз надолго.
-- Гимнастика -- это хорошо. Гимнастика -- это правильно. В здоровом теле, как известно -- здоровый дух. Если мыться после нее не забывать. Вот, в Италии чем хорошо жить -- там тепло, круглый год купаться можно. И в речках, и в море, опять же. А вот в вашей Неве...
-- Да, здесь, хоть и равнина, но климат иной, -- подхватил ход мысли первопечатника поэт. -- Зато зимою, как Нева станет, по ней здорово на коньках кататься... Лыжи, опять-таки. Как снег выпадет, так мы с женой и детьми на лыжи и до самого Выборга... Вот только гор у нас нет, вот что плохо. Все у правительства руки не доходят хоть плохонькую какую-нибудь горку где-нибудь возле Царского Села насыпать. А еще Европа... Э-эх, Расея...
-- В Падуе со снегом плохо. Дефицит. Даже не каждый год завозят. Только солнце, воздух и вода. Теплая... И макароны... как они мне надоели...
-- Мне италийская кухня нравится, -- сообщил Пушкин, ковыряя пером канарейки в зубах. -- Апельсины у них вкусные очень. Круглые такие, оранжевые...
-- Угу... -- выразил солидарность доктор. -- Как мяч. Итальянцы любят в мяч играть.
-- А у нас в очко предпочитают... -- со вздохом произнес прозаик. -- В мяч играть неудобно: в Неву улетит, потом не поймаешь. Так и уплывет к финнам в ихний залив. Зато в шайбу отменно играть. Она никуда не денется -- Нева ведь вся гранитом обложена. В этом сезоне в моде клюшки из карельской березы...
Свечка на столе догорала. Пушкинский кот, которому скормили ненужную уже канарейку, взобрался на колени к хозяину и довольно мурлыкал, одновременно косясь на остатки ужина. Скарына ослабил ремень на штанах. "Пора завязывать с пирожными..." -- сказала ему появившаяся здравая мысль и тут же была изгнана из головы. "Может, летом мяса есть не будем?" -- робко спросил желудок. "Будем!" -- ответил ему остальной организм: "Еще чего, одним творожком питаться! Так и коньки с лыжами отбросить можно."
Кот медленно тянулся к тарелке. В этот момент свечка погасла. Раздался звон битой посуды, грохот падающего стола и отборный русский мат, перемежающийся с итальянской руганью, в которую там-сям были вкраплены латинские и древнегреческие фразы. В Питере вечерело...