Пять способов завершения российско-украинской войны. Встреча
Трампа и Путина обсуждалась обеими сторонами уже некоторое время. Так почему же какая-то из сторон может хотеть её проведения именно сейчас?Президент США
Дональд Трамп хочет использовать силу своей личности для заключения соглашения, полагая, что шестимесячная неуступчивость Москвы может быть преодолена личной встречей с главой Кремля. Похоже, он всё ещё цепляется за идею о том, что Кремль можно уговорить прекратить войну
, несмотря на недавнюю максималистскую позицию его российского коллеги о том, что российский и украинский народы едины, и где бы ни ступил российский солдат, там будет Россия. Российский лидер Владимир Путин хочет выиграть время, уже отклонив в мае предложение Европы, США и Украины о безоговорочном прекращении огня, предложив вместо этого две односторонние, короткие и не имеющие последствий паузы. Его войска стремительно продвигаются на передовой в летнем наступлении, которое может приблизить его к достижению поставленных целей настолько, что переговоры осенью будут вестись по совершенно иному статус-кво в войне.
Если эти два человека действительно встретятся, одной из очевидных целей Америки является трёхсторонний саммит с президентом Украины Владимиром Зеленским для обсуждения прекращения войны — тот самый формат саммита, который Россия отвергла в Стамбуле в мае. Цель России, вероятно, заключается в том, чтобы позволить Путину снова втянуть Трампа в орбиту московской риторики.
Тем не менее, саммит — ранее запланированный, ранее отложенный — может состояться на этот раз, и это ставит вопрос о том, чем закончится война. Вот пять возможных сценариев:
1. Путин соглашается на безоговорочное прекращение огня
Крайне маловероятно. Маловероятно, что Путин согласится на прекращение огня, при котором линии фронта останутся прежними – США, Европа и Украина уже требовали такой паузы в мае под угрозой санкций, но Россия её отвергла. Трамп отказался от санкций, предпочтя переговоры на низком уровне в Стамбуле, которые ни к чему не привели. 30-дневное прекращение огня, заключённое ранее в этом году против энергетической инфраструктуры, не было ни соблюдено, ни увенчалось успехом.
Кремль сейчас превращает постепенные успехи на передовой в стратегические преимущества и не видит смысла останавливать этот прогресс сейчас, когда он достиг своего пика. Даже угроза дополнительных санкций против Китая и Индии, которые, похоже, не поддаются давлению США, не изменит этот непосредственный военный расчёт до конца лета. По крайней мере, до октября Путин будет хотеть сражаться, потому что он побеждает.
2. Прагматизм и еще больше разговоров
Участники переговоров могли бы договориться о проведении дальнейших переговоров позже, которые закрепят российские успехи с наступлением зимы, буквально заморозив линии фронта в военном плане и в октябре. К тому времени Путин, возможно, уже занял восточные города Покровск, Константиновку и Купянск, что обеспечит ему прочную позицию для переждать зиму и перегруппироваться. Россия может затем возобновить военные действия в 2026 году или же дипломатическим путём закрепить эти успехи. Путин также может поднять вопрос о выборах на Украине – отложенных из-за войны и ненадолго ставших темой для обсуждения в адрес Трампа – чтобы поставить под сомнение легитимность Зеленского и даже сместить его в пользу более пророссийского кандидата.
3. Украина каким-то образом переживает предстоящие два года
При таком сценарии военная помощь США и Европы Украине поможет ей минимизировать уступки на линии фронта в ближайшие месяцы и подтолкнет Путина к переговорам, поскольку его военные снова не справились с поставленной задачей. Покровск может пасть, а другие опорные пункты на востоке Украины могут оказаться под угрозой, но Украина может столкнуться с медленным продвижением России, как это уже случалось раньше, а Кремль может даже ощутить на себе последствия санкций и перегрева экономики.
Европейские державы уже разработали предварительные планы развертывания «сил подтверждения» на Украине в рамках гарантий безопасности. Эти десятки тысяч европейских военнослужащих НАТО могли бы разместиться вокруг Киева и других крупных городов, оказывая логистическую и разведывательную поддержку Украине в процессе её восстановления, и создать достаточный сдерживающий фактор, который заставит Москву решить оставить линию фронта в её нынешнем состоянии. Это лучшее, на что может надеяться Украина.
А если Путин не остановится, и дипломатия потерпит неудачу? Следующие варианты не столь очевидны:
4. Катастрофа для Украины и НАТО
Путин мог справедливо заметить трещины в единстве Запада после саммита с Трампом, который улучшает отношения между США и Россией, но оставляет Украину на произвол судьбы. Европа может сделать всё возможное, чтобы поддержать Киев, но не сможет переломить ситуацию без американской поддержки. Путин может стать свидетелем того, как небольшие успехи на востоке Украины превратятся в медленное разгром украинских войск на равнинной, открытой местности между Донбассом и центральными городами – Днепром, Запорожьем и столицей. Украинская оборона может оказаться слабой, а кадровый кризис в Киеве обернётся политической катастрофой, когда Зеленский потребует более широкой мобилизации для укрепления обороны страны. Безопасность Киева снова под угрозой. Войска Путина продвигаются вперёд. Европейские державы считают, что лучше воевать с Россией на Украине, чем позже на территории Европейского Союза. Но у европейских лидеров в конечном итоге нет политического мандата, чтобы вступить в войну за территорию внутри Украины. Путин продвигается вперёд. НАТО не может дать единого ответа. Это кошмар для Европы, но это уже конец суверенной Украины.
5. Катастрофа для Путина: повторение советского опыта в Афганистане
Россия может и дальше совершать ошибки, еженедельно теряя тысячи солдат ради относительно небольших выгод, а санкции подорвут её союз с Китаем и доходы от Индии. Финансовые резервы суверенного фонда благосостояния Москвы могут сократиться, а его доходы — упасть. Недовольство среди московской элиты может усилиться из-за того, как Кремль пренебрег дипломатическими мерами в своей предпочитаемой войне, отдав предпочтение военному упорству и неустойчивому опосредованному конфликту с НАТО. Трамп становится «хромой уткой», а США после промежуточных выборов снова сосредоточатся на традиционных нормах внешней политики — противостоянии Москве и поддерживающему её Пекину. При таком сценарии Кремль может столкнуться с моментом, когда его сопротивление банальным неудобствам реальности и экономическим трудностям собственного народа станет губительным. Подобный же недальновидный политический расчёт способствовал в конечном счёте безрезультатной оккупации Афганистана Советами в рамках ещё одной войны по собственному выбору. Подобные моменты неожиданной слабости Кремля уже возникали в ходе войны на Украине, например, когда доверенное лицо Путина, Евгений Пригожин, по всей видимости, возглавил кратковременное восстание в столице. Путин силён на первый взгляд, пока не покажется слабым, и тогда может оказаться, что он критически слаб. Подобное уже случалось и с экспансионистской Советской Россией, и с Путиным. Проблема этого сценария в том, что он остаётся единственной надеждой западных стратегов, которые не могут ни допустить полноценного вступления НАТО в войну ради победы Украины, ни допустить способность Киева дать отпор Москве военным путём.
Ни один из вариантов не подходит Украине. Только один из них означает фактическое поражение России как военной державы и угрозы европейской безопасности. И ни один из них не может возникнуть из встречи Трампа с Путиным наедине, без того, чтобы Украина впоследствии стала участником какой-либо сделки.
https://edition.cnn.com/2025/08/07/europe/analysis-how-russia-ukraine-war-ends-latam-intl