Джон Лоу вводил во Франции бумажные деньги. Ничего плохого в этом нет, и "спасать" Францию от этого было не нужно.
Характеризуя политику Флери, можно привести следующие мнения:
Фернан Бродель ("Что такое Франция", глава 4): "...стоит ли, как делает большинство историков, преувеличивать последствия системы Лоу? Если верить иным из них, она вдохнула жизнь в нашу экономику, умножила число золотых монет в чулках наших крестьян. Во всяком случае, один ее итог не подлежит сомнению: она раз и навсегда отняла у французов доверие к бумажным деньгам. Однако во всем остальном не была ли она просто мимолетной грозой, после которой небо тотчас яснеет? Граф Д. Гамильтон показал в своих четких статьях, что, в противоположность общепринятым мнениям, система Лоу не привела ни к фантастическому росту цен, ни к разорению владельцев огромных состояний. В Париже цены, ненадолго увеличившись вдвое, очень скоро упали до нормальной отметки. Однако историки либо не прочли эти статьи, либо не усвоили их смысла. Жан Поль Суассон, изучавший деятельность нотариусов в Париже и Версале в тот же период, констатирует, со своей стороны, полное затишье в их делах, тогда как следовало бы ожидать великой сумятицы 1160. Громкие скандалы, подобно грозам, часто производят больше шума, чем зла.
Старая система восстановилась сама собой и долг короля стал исчисляться приблизительно той же суммой, что и в 1718 году. Кардинал Флери (1726-1743), правление которого было благотворным, что бы и сколько бы раз ни утверждал маркиз д'Аржансон в своем "Дневнике", сделало шаг назад, восстановив Королевские откупа (1726), которые с 1703 года, как я уже указывал, были заменены прямым взиманием налогов королевскими чиновниками".
Маркиз д'Аржансон (1739): "нищета повсюду достигла небывалых размеров. В момент, когда я пишу, в условиях мира, если не изобильного, то вполне приличного урожая, люди вокруг нас мрут как мухи от бедности и вынуждены питаться травой. Провинции Мен, Ангмуа, Турень, верхнее Пуату, Перигор, Орлеан, Берри находятся в самом тяжелом положении".
