Nikkor сказал(а):
И потом: христианство возникло в первой половине I в. н.э. Митраизм появился на Апеннинах благодаря морским успехам Секста Помпея, но распространился по империи лишь во второй половине II в. н.э., когда христианство как религия в целом уже сформировалось. И кто у кого заимствовал???
Как говориться: «долг платежом красен». Я уделю внимание митраизму, потому что название темы должно быть иным: «Константин, митраизм и христианство».
Постараюсь приводить те ссылки, которые мне удалось найти. Заниматься античностью я начал лет семнадцать, двадцать назад, а потому началом моего «хобби» были книги, но как любитель истории не вел планомерной работы «конспектирования» первоисточников, научных изданий и статей. В частности, пока не могу найти о репрессированных язычников во времена Диоклетиана в связи с его реформой государственной религии. В Интернете же моё искусство поиска пока примитивно. Это - во-первых. Во-вторых: такой поиск наталкивается на множество информации, среди которой бывает сложно найти и выделить необходимую.
Но, сначала, я хотел бы получить ваш ответ на следующий вопрос: «Можно ли считать, что христианство появилось на Апеннинах, равно как и позже в других частях империи, благодаря военным успехам Тита Флавия Веспасиана?».
Вопрос носит методический характер, а потому очень важен для дальнейшей беседы.
Ваши три восклицательных знака, честно говоря, меня заинтересовали. И я, словно детектив, ринулся в Инет в поисках того, что могло излечить моё невежество, ибо мне и в голову не приходила указанная глупость.
Оказалось, что эта идея имеет довольно свежий характер и, наверно, поэтому ускользнула от моего внимания. К тому же, материалы, в которых приводится её обоснование, как правило, находятся на религиозных сайтах, либо сайтах с религиозным оттенком. В то время, как на исторических ресурсах, мне с трудом удалось найти упоминание такого якобы влияния христианства на митраизм.
Наиболее полной, с одной стороны, с другой - с претензией на историчность является работа
Рональда Нэша:
«Главная причина, по которой митраизм не мог повлиять на христианство первых веков — это хронология. Здесь все не совпадает! Расцвет митраизма произошел уже после завершения канона Нового Завета и потому не мог оказать влияние на что-либо, записанное в Новом Завете».
Но, так ли это??? (видите, как легко мы учимся плохому. Я насчет количества вопросительных знаков
)
По этой
ссылке находятся все упоминания о митраизме античных авторов. И наиболее интересная из них, которая уже опровергает столь категорическое заявление Нэша, свидетельства Плутарха, историка серьезного и наиболее беспристрастного по тем времена. Он, в частности, утверждает, что митраизм появился благодаря киликийским пиратам в I веке д.н.э. А ведь Плутарх умер в 127 году и вот – какая жалость, не мог предвидеть фантазии Роберта Нэша.
Я не буду приводить другие ссылки, в которых упоминание о Митре относят к самым древним временам, примерно за полторы тысячи лет д.н.э. Их легко найти в Инете. Главное: на что я хотел бы ещё обратить внимание – это на сборник зороастрийских священных текстов Авесты, который формировался примерно в тот же период, что и христианство, но совершенно на другой территории, лишь частично входившую в Римскую Империю. А значит, в какой-то мере изолированно и отдельно от религий имперского периода.
Но, отчасти, этот факт стал широко использоваться для того, чтобы разделить безусловно древнюю традицию культа Митры, оформляя его как собственно иранский или персидский культ и искусственно введенный «римский» культ Митры. Давайте тогда уж разделим Ветхий и Новый Заветы, отметем любые якобы «древние» пророчества о Христе в древних заветах и подразделим христианство на иудейское, христианство греческое и христианство римское?!
Как видите, мы опять упираемся в методологию истории, а не её фактов.
Кстати, хорошо бы опять вернуться к ним. Лучшим на мой взгляд источником мне показалась статья Иванова В.П.
«Сотериологические аспекты митраизма». «Источником» - потому что автор четко ссылает на то, что осталось от культа Митры до сегодняшнего дня.
«Функции Митры-посредника вероятнее всего напрямую связаны с представлениями о метемпсихозе — неотъемлемой частью митраистического учения. Об этом свидетельствуют, как нарративные источники (Origenes. Contra Celsum, VI, 22; Porphyr. De antro nympharum, 6, 10-11), так и многочисленные данные иконографии. Семь ворот, олицетворяющие семь небесных сфер, через которые должна пройти душа после смерти, зафиксированы на мозаике из Остии, а также фигурируют в ряде рельефов из митреумов Италии, Дунайского и Рейнского регионов. На фреске в митреуме Капуи обнаружено изображение обнаженного Эрота с факелом в руке, уводящего Психею. Психея — олицетворение человеческой души, нуждающейся в провожатом для достижения единения с божеством. Подобная трактовка образа Психеи затем утвердится в христианском искусстве. Автором мифа об Амуре и Психее был платоник Апулей, который был мистом Исиды и Осириса. Миф об Амуре и Психее, видимо, более связан с Апулеем — платоником, чем с Апулеем — мистом Исиды, хотя можно предположить, что концепция души была схожей в ряде мистических культов и учении платонизма. Следует отметить, что связь митраизма со средним платонизмом, а в особенности с неоплатонизмом, изучена в работах Роберта Туркана»
«В маздеистской (зороастрийской) традиции Митра в первую очередь выступает как — бог договора и страж справедливости, то есть именно тот бог, который обладает всеми качествами для того, чтобы выступать в качестве посмертного судьи людских душ. (Яшт X, 3, 10, 24, 35) В этом контексте, возможно, рассматривать многочисленные посвящения Серапису и Митре обнаруживаемые в митреумах по всей империи. Близость Сераписа и Митры определялась их ролью в загробном мире: оба они выступали в качестве судей человеческих душ. Серапис был отождествлен с Плутоном (Аидом) — повелителем подземного царства (Tacitus. Hist., IV, 83; Artem. Oneir., V, 26, 93). Сближение Митры и Сараписа степени обуславливалась солярным характером обоих божеств».
Вспомним, что одной из главных идей христианства – являлась идея Иисуса как судьи после его второго пришествия. Если учесть, митраизм был намного старше назорейской секты иудаизма, то здесь вполне можно предположить о прямом влиянии пока ещё «персидского» культа Митры на протохристианские идеи. Тем паче, что географически Палестина была «соседом» иранских или персидских областей разорванных завоеваний Александра Великого.
«Также как священные близнецы обретают бессмертие, так же и земные члены общины братья-митраисты (fratres) обретают надежду на жизнь вечную. Подвиг Митры с жертвой быка — акт творения. Он повторяет космогонию — создает новую жизнь, что дает шанс и человеку совершить то же самое — возродиться. Не случайно на стене одного из римских митреумов адепты персидского бога выражают надежду «In Aeternium renatus» (возродиться в Вечности)»
А здесь уже напрямую можно говорить о концепции возрождения и вечной жизни так характерной для христианской религии, но впервые проявившей себя митраизме.
Но оставим пока митраизм, по которому я, надеюсь, привел достаточно ссылок, чтобы показать крайнюю несостоятельность так называемого «влияния» христианства на митраизм. А вернемся к нашей теме. Чтобы не изобретать велосипед, я воспользуюсь короткой, но четкой и с методической точки зрения выверенной работы Казакова М.М.
«ПРОБЛЕМА ХРИСТИАНИЗАЦИИ РИМСКОЙ ИМПЕРИИ» .
«…Одним из таких этапов и был IV век – период от Константина до Феодосия. Отправной точкой этого этапа является так называемая "Константинова революция". Заданные ею модели были использованы на протяжении всего столетия и их логичное завершение приходится на время правления Феодосия. Таким образом, хронологические рамки этого этапа включают период с конца III в. – времени начала реформ Диоклетиана, когда созрели основные предпосылки "Константиновой революции" и христианизации IV в., до конца IV в. – окончания правления Феодосия, при котором завершились основные процессы, начатые "Константиновой революцией". Такие хронологические рамки представляются наиболее интересными ввиду того, что в этот период христианизация носила всесторонний характер и протекала наиболее интенсивно».
А также:
«Христианство возникло на развалинах классического античного мира, и Империя, ставшая новой формой сохранения античных традиций в новых исторических условиях, стала одновременно и условием развития и распространения новой религии, которая объективно выходила за рамки классической античности, хотя и основывалась на ее достижениях. Оба организма – христианство и Римская империя – были следствием разложения и трансформации полисных структур, порождением одних и тех же исторических условий, и уже в силу этого должны были иметь тенденцию к объединению. И хотя в течение I-III вв. линии развития христианства и Римской империи чаще расходились, чем сближались, в начале IV в. сложились максимально благоприятные условия не только для сближения, но и для союза».
Вы озаглавили тему «Константин и христианство». И сейчас я хотел бы спросить вас честно ответить на следующий вопрос: в каком плане, император Константин имеет отношение к христианству как к религии? Может он внес в эту религию что-то такое из нравственных начал, которым так кичатся все христианские историки на протяжении стольких веков? Или сродни Павлу, смог существенно определить догматы религии? В чем суть «константиновой революции» в отношении самой новой религии? Только лишь в придании ей приоритета на уровне государственного? Или это влияние носило более глубокий характер, после чего, собственно, и началась интенсивная христианизация государства?
Кстати, о методах христианизации: «Методы христианизации, которые имели в основном ненасильственный характер до того момента, когда христианство стало государственной религией. После этого христианизация, напротив, стала осуществляться в основном насильственными методами, "на почве закона"4, и теперь ее подкрепляла сила государства и его структуры. IV век является уникальным временем относительного равновесия язычества и христианства, что делает его особенно интересным с точки зрения изучения "мирных" методов христианизации»
Я могу привести и конкретные исторические материалы, подтверждающие такую
точку зрения. Здесь важно отметить действия самого императора Константина сразу после 325 года…
Жду ваших ответов. А напоследок задам ещё один вопрос: а во что верил сам Константин? Крещение на смертном одре ничего не говорит: человек перед последним порогом проявляет либо полное малодушие, либо отчаянный героизм. Меня интересует, какой религии придерживался император на протяжении своей жизни?
