Крепостные милионеры

[Кныш]

В уезде, где находилось наше имение, жил очень богатый помещик, человек немолодой по наружности, довольно образован­ный, очень гостеприимный и нельзя сказать, чтобы злой. Мне из­вестны были даже некоторые случаи его благотворительности и желания оказать услугу ближнему. По знакомству с ним отца моего, мне случалось бывать у него, и я был невольным свидете­лем его отвратительного поведения с крепостными. В деревне, где он жил, построено было несколько отдельных домиков (гаремов, как он называл), куда приводились из всех его деревень молодые крестьянские девки 15 и 16 лет. Он их держал у себя по году и по два и потом отсылал обратно к родителям с позволением выхо­дить замуж. Ни одна девка не отдавалась в замужество без того, чтобы не побывать у него, как выражался он, на смотру. За иск­лючением этого гадкого обычая, или, лучше сказать, порока, он мог бы называться порядочным человеком и не был лишним ни в каком образованном обществе. Что делало из него такое чу­довище, как не крепостное состояние?

Ах, отчего я не помещик 19-го, а лучше 18-го столетия.

 

[hermonus]

Ах, отчего я не помещик 19-го, а лучше 18-го столетия.

Так ведь, ваше благородье, и кой-какие "профессиональные" риски имеются:

""Один из наших соседей был граф Визанур (......).
Этого нашего соседа я часто встречал у других помещиков; у нас он не бывал, так как пользовался дурною славою, и отец знать его не хотел. Это был уже немолодой человек, уродливый, но очень любезный и прекрасно воспитанный, всегда одетый в синий фрак с золотыми пуговицами и белоснежные панталоны. После его смерти отец хотел купить его имение, которое было назначено в продажу, и мы поехали его осмотреть. Большого барского дома в нем не было, а только несколько очень красивых маленьких домов, все в разных стилях. Помню турецкую мечеть и какую-то, не то индийскую, не то китайскую, пагоду. Кругом дивный сад с канавами, прудами, переполненный цветниками и статуями. Только когда мы там были, статуй уже не было, остались одни их подставки. В этих домах, как я узнал потом, жили жены и дочери его крепостных, взятые им насильно в любовницы, одетые в подходящие к стилю дома костюмы, где китайками, где турчанками. Он тоже, то в костюме мандарина, то — паши, обитал то в одном доме, то в другом. Бывший управляющий графа объяснил нам и причину отсутствия самых статуй. Они работали в полях. Статуями прежде служили голые живые люди, мужчины и женщины, покрашенные в белую краску. Они, когда граф гулял в саду, часами должны были стоять в своих позах, и горе той или тому, кто пошевелится.
Смерть графа была столь же фантастична, как он сам был фантаст. Однажды он проходил мимо Венеры и Геркулеса, обе статуи соскочили со своих пьедесталов, Венера бросила ему соль в глаза, а Геркулес своею дубиною раскроил ему череп.""

Такое вот кирикуку...

(Н.Е. ВРАНГЕЛЬ, Воспоминания (от крепостного права до большевиков).
http://www.xxl3.ru/belie/wrangel_per/wrang.htm

 

[b-graf]

Американские рабы и русские крепостные
http://his.1september.ru/2006/15/4.htm

 

[тохта]

Статья интересная, но роль государства в России (в отношениях помещиков и крестьян) явно преувеличина.
Напомню, что государство издавая законы, не контролировало деревню,
там не было его агентов (чиновников).
Правом частной полиции распологали помещики, функции руководителя выполнял капитан-исправник, выбранный из местных дворян, председатель дворянского собрания имел большой авторитет на уровне уезда.
В России так же были свои поместья, ориентированные на продажу зерна,
т.е. вписавшиеся в рынок.
Патернализм и расчетливость так же характерны и для русских дворян,
хотя и не для всех.

 

[Rzay]

""Один из наших соседей был граф Визанур (......).
Этого нашего соседа я часто встречал у других помещиков; у нас он не бывал, так как пользовался дурною славою, и отец знать его не хотел. Это был уже немолодой человек, уродливый, но очень любезный и прекрасно воспитанный, всегда одетый в синий фрак с золотыми пуговицами и белоснежные панталоны. После его смерти отец хотел купить его имение, которое было назначено в продажу, и мы поехали его осмотреть. Большого барского дома в нем не было, а только несколько очень красивых маленьких домов, все в разных стилях. Помню турецкую мечеть и какую-то, не то индийскую, не то китайскую, пагоду. Кругом дивный сад с канавами, прудами, переполненный цветниками и статуями. Только когда мы там были, статуй уже не было, остались одни их подставки. В этих домах, как я узнал потом, жили жены и дочери его крепостных, взятые им насильно в любовницы, одетые в подходящие к стилю дома костюмы, где китайками, где турчанками. Он тоже, то в костюме мандарина, то — паши, обитал то в одном доме, то в другом. Бывший управляющий графа объяснил нам и причину отсутствия самых статуй. Они работали в полях. Статуями прежде служили голые живые люди, мужчины и женщины, покрашенные в белую краску. Они, когда граф гулял в саду, часами должны были стоять в своих позах, и горе той или тому, кто пошевелится.
Смерть графа была столь же фантастична, как он сам был фантаст. Однажды он проходил мимо Венеры и Геркулеса, обе статуи соскочили со своих пьедесталов, Венера бросила ему соль в глаза, а Геркулес своею дубиною раскроил ему череп.""

Примечательно, что автор рассказывает эту историю, как забавный анекдот.