Любимые авторы
- Автор темы Aurelius Sulpicius
- Дата начала
Не придумал куда поместить
Есть такой синий сборник - поэты, погибшие в Великую Отечественную войну, я приведу, что мне нравится
Смоленский, Борис
Есть ремесло - не засыпать ночами
И в конуре, прокуренной дотла,
Метаться зверем, пожимать плечами
И горбиться скалою у стола.
Потом сорваться. В ночь. В мороз.
Чтоб ветер
Стянул лицо. Чтоб, прошибая лбом
Упорство улиц, здесь, сейчас же встретить
Единственную, нужную любовь.
А днем смеяться. И, не беспокоясь,
Все отшвырнув, как тягостный мешок,
Легко вскочить на отходящий поезд
И радоваться шумно и смешно.
Прильнуть ногами к звездному оконцу,
И быть несчастным от дурацких снов,
И быть счастливым просто так - от солнца
На снежных елях.
Это - ремесло.
И твердо знать, что жить иначе - ересь.
Любить слова. Годами жить без слов.
Быть Моцартом. Убить в себе Сальери.
И стать собой.
И это ремесло.
1938
Я очень люблю тебя. Значит - прощай.
И нам по-хорошему надо проститься.
Я буду, как рукопись, ночь сокращать,
Я выкину все, что еще тяготит нас.
Я очень люблю тебя. Год напролет,
Под ветром меняя штормовые галсы,-
Я бился о будни, как рыба об лед
(Я очень люблю тебя),
и задыхался.
И ты наблюдала (Любя? Не любя?),
Какую же новую штуку я выкину?
Привычка надежней - она для тебя,
А я вот бродяжничать только привыкну.
Пойми же сама - я настолько подрос,
Чтоб жизнь понимать не умом, так боками.
В коробке остался пяток папирос -
Четыре строки про моря с маяками.
С рассветом кончается тема. И тут
Кончается всё. Расстояния выросли.
И трое вечерней дорогой бредут
С мешками.
За солнцем,
за счастьем,
за вымыслом.
1939
Не надо скидок.
Это пустяки -
Не нас уносит, это мы уносим
С собою все,
и только на пески
Каскад тоски
обрушивает осень.
Сожмись в комок, и сразу постарей,
И вырви сердце - за вороньим граем -
В тоску перекосившихся окраин,
В осеннюю усталость пустырей.
Мучительная нежность наших дней
Ударит в грудь,
застрянет в горле комом.
Мне о тебе молчать еще трудней,
Чем расплескать тебя полузнакомым.
И память жжет,
и я схожу с ума -
Как целовала. Что и где сказала.
Моя любовь!
Одни, одни вокзалы.
Один туман -
и мост через туман.
Но будет день:
все встанут на носки,
Чтобы взглянуть в глаза нам
в одночасье.
И не понять - откуда столько счастья?
Откуда столько солнца в эту осень?
Не надо скидок.
Это мы уносим
С собою всё.
А ветер - пустяки.
1939
Есть такой синий сборник - поэты, погибшие в Великую Отечественную войну, я приведу, что мне нравится
Смоленский, Борис
Есть ремесло - не засыпать ночами
И в конуре, прокуренной дотла,
Метаться зверем, пожимать плечами
И горбиться скалою у стола.
Потом сорваться. В ночь. В мороз.
Чтоб ветер
Стянул лицо. Чтоб, прошибая лбом
Упорство улиц, здесь, сейчас же встретить
Единственную, нужную любовь.
А днем смеяться. И, не беспокоясь,
Все отшвырнув, как тягостный мешок,
Легко вскочить на отходящий поезд
И радоваться шумно и смешно.
Прильнуть ногами к звездному оконцу,
И быть несчастным от дурацких снов,
И быть счастливым просто так - от солнца
На снежных елях.
Это - ремесло.
И твердо знать, что жить иначе - ересь.
Любить слова. Годами жить без слов.
Быть Моцартом. Убить в себе Сальери.
И стать собой.
И это ремесло.
1938
Я очень люблю тебя. Значит - прощай.
И нам по-хорошему надо проститься.
Я буду, как рукопись, ночь сокращать,
Я выкину все, что еще тяготит нас.
Я очень люблю тебя. Год напролет,
Под ветром меняя штормовые галсы,-
Я бился о будни, как рыба об лед
(Я очень люблю тебя),
и задыхался.
И ты наблюдала (Любя? Не любя?),
Какую же новую штуку я выкину?
Привычка надежней - она для тебя,
А я вот бродяжничать только привыкну.
Пойми же сама - я настолько подрос,
Чтоб жизнь понимать не умом, так боками.
В коробке остался пяток папирос -
Четыре строки про моря с маяками.
С рассветом кончается тема. И тут
Кончается всё. Расстояния выросли.
И трое вечерней дорогой бредут
С мешками.
За солнцем,
за счастьем,
за вымыслом.
1939
Не надо скидок.
Это пустяки -
Не нас уносит, это мы уносим
С собою все,
и только на пески
Каскад тоски
обрушивает осень.
Сожмись в комок, и сразу постарей,
И вырви сердце - за вороньим граем -
В тоску перекосившихся окраин,
В осеннюю усталость пустырей.
Мучительная нежность наших дней
Ударит в грудь,
застрянет в горле комом.
Мне о тебе молчать еще трудней,
Чем расплескать тебя полузнакомым.
И память жжет,
и я схожу с ума -
Как целовала. Что и где сказала.
Моя любовь!
Одни, одни вокзалы.
Один туман -
и мост через туман.
Но будет день:
все встанут на носки,
Чтобы взглянуть в глаза нам
в одночасье.
И не понять - откуда столько счастья?
Откуда столько солнца в эту осень?
Не надо скидок.
Это мы уносим
С собою всё.
А ветер - пустяки.
1939
Вот ишо хорошее
Потерян ритм.
И все кругом горит,
И я бегу, проваливаясь в ямы...
Что ни напишешь, что ни говори,
А сердце не заставишь биться ямбом.
Зарницы на заре начнут стихать,
Под ветром тучи низкие заплещут.
Но где найдешь дыханье для стиха
Такое, чтоб развертывало плечи?
И как ты образ там ни образуй,
Швыряя медяки аллитераций -
Но где дыханье, чтобы как грозу,
Чтоб счастье - и не надо притворяться?
Пусть для стихов, стишонок и стишат
Услужливо уже отлиты строфы -
Анапесты мешают мне дышать,
А проза - необъятней катастрофы...
Так в путь. Рвани со злобой воротник,
Но версты не приносят упоенья,
А поезд отбивает тактовик,
Неровный, как твое сердцебиенье.
Потерян ритм.
И все кругом горит,
И я бегу, проваливаясь в ямы...
Что ни напишешь, что ни говори,
А сердце не заставишь биться ямбом.
Зарницы на заре начнут стихать,
Под ветром тучи низкие заплещут.
Но где найдешь дыханье для стиха
Такое, чтоб развертывало плечи?
И как ты образ там ни образуй,
Швыряя медяки аллитераций -
Но где дыханье, чтобы как грозу,
Чтоб счастье - и не надо притворяться?
Пусть для стихов, стишонок и стишат
Услужливо уже отлиты строфы -
Анапесты мешают мне дышать,
А проза - необъятней катастрофы...
Так в путь. Рвани со злобой воротник,
Но версты не приносят упоенья,
А поезд отбивает тактовик,
Неровный, как твое сердцебиенье.
garry
Принцепс сената
А я посмотрел в разных театрах 2 пьесы Генрика Ибсена - "Гедда Габлер" и "Враг народа". Это такие шедевры, что даже не знаю с чем сравнить? Роль"Гедды Габлер" критики не зря называют Гамлетом для женщины, сыграть её в мировом театре - это как мужчине сыграть Гамлета. Самая сложная роль для театральной актрисы. Я помню свои впечатления - неделю не мог забыть этот спектакль.
garry
Принцепс сената
Смысл в этой фразе, что Эко был последний живой классик большой литературы и после его смерти равных с ним на горизонте нет . Думаю, что это преувеличение. Но Эко жалко.
Rzay
Дистрибьютор добра
Видимо. Насколько я понимаю, это перефраз известной фразы Паскаля (кажется): "Я знаю с десяток людей, которые если вдруг уедут из Франции, она обратится в королевство идиотов".
Но, думается, фигуры сопоставимой с Эко на интеллектуальном горизонте Старого Света в самом деле поискать.
Умберто Эко, как и его герои, жил среди книг, для книг и ради книг (из "Имя розы"). В этом смысле автор прав.
Да, Эко не самый лучший писатель современности, но сожаление его смерть вызывает.
Ноджемет
Фараон
Интервью с Орханом Памуком. Сначал хотела в тему " Турция" поместить, потому что там , конечно, и про современную обстановку. Но многое и про творчество, к тому же сама позиция автора склонила меня к тому, что поместить интервью сюда.
https://meduza.io/feature/2016/11/02/ya-ver...m-s-demokratiey
https://meduza.io/feature/2016/11/02/ya-ver...m-s-demokratiey
Ноджемет
Фараон
Прочитала новую книгу Орхана Памука " Рыжеволосая женщина" в переводе Аполлинарии Аврутиной. Книга, конечно интересная, многоплановая : и про отношения отцов и сыновей, и про отношения традиционного и " европейского", и , конечно, срез времени, в частности левацкие организации в Турции. к тому же интересно как у Памука получается: книга " Имя мне - красный" начинается с того, что мёртвый лежит на дне колодца, а в этой книге один из героев в конце книги оказывается мёртвым на дне колодца.
Но перевод
Уже не первый раз встречаю в ёё переводах ляпы, относящие к Стамбулу. Ну хотя бы русский язык надо чувствовать? Есть в Стамбуле парк с летним султанским дворцом - Ыхламур. Ыхламур в переводе с турецкого означает " липа". Что мы читаем в русском варианте книги: " В 1985 году мы жили на окраинах Бешикташа, в одном многоквартирном доме неподалеку от Павильона Лип". Как она, интересно, представляет это? Почему Бешикташ не перевела?
Ну и вершина: " Я подумал, что иранцы все же отличаются от турков". Что, интересно, делал корректор, пропустивший такое?
На Google Play нет романа в оригинале даже в Pdf...
В этой книге язык простой. Возможно, и справилась бы...
Но перевод
Уже не первый раз встречаю в ёё переводах ляпы, относящие к Стамбулу. Ну хотя бы русский язык надо чувствовать? Есть в Стамбуле парк с летним султанским дворцом - Ыхламур. Ыхламур в переводе с турецкого означает " липа". Что мы читаем в русском варианте книги: " В 1985 году мы жили на окраинах Бешикташа, в одном многоквартирном доме неподалеку от Павильона Лип". Как она, интересно, представляет это? Почему Бешикташ не перевела?Ну и вершина: " Я подумал, что иранцы все же отличаются от турков". Что, интересно, делал корректор, пропустивший такое?
На Google Play нет романа в оригинале даже в Pdf...
Ноджемет
Фараон
На Литресе появилась " Чёрная книга" Орхана Памука (ура!) в переводе Михаила Шарова ( ура!). Купила.
Когда-то я ее скачала на просторах Интернета, такая копия перекочевала в Либрусек, да так там и осталась жить. Когда читала, не могла понять: мне казалось, что повествование автора какое-то рваное... ПостмодернизЬм, решила я тогда. Но потом разобралась: какой-то нехороший человек выложил книгу в сеть не полностью. Такая же история произошла и с " Имя мне - красный" ( В том переводе - Меня зовут красный). Не хотела покупать " Чёрную книгу! в бумажном варианте и, наконец, дождалась.
Предвкушаю удовольствие от перевода Михаила Шарова - Аполлинария Аврутина- хороший человек, но это не профессия.
Ищу Kara Kitap на турецком в электронном варианте. До чтения Памука в оригинале без словаря я еще не доросла, а по своего рода методу Ильи Франка - со своим удовольствием.
Я так " Имя мне - красный" читала.
Когда-то я ее скачала на просторах Интернета, такая копия перекочевала в Либрусек, да так там и осталась жить. Когда читала, не могла понять: мне казалось, что повествование автора какое-то рваное... ПостмодернизЬм, решила я тогда. Но потом разобралась: какой-то нехороший человек выложил книгу в сеть не полностью. Такая же история произошла и с " Имя мне - красный" ( В том переводе - Меня зовут красный). Не хотела покупать " Чёрную книгу! в бумажном варианте и, наконец, дождалась.
Предвкушаю удовольствие от перевода Михаила Шарова - Аполлинария Аврутина- хороший человек, но это не профессия.
Ищу Kara Kitap на турецком в электронном варианте. До чтения Памука в оригинале без словаря я еще не доросла, а по своего рода методу Ильи Франка - со своим удовольствием.
Я так " Имя мне - красный" читала.
aeg
Принцепс сената
Kara Kitap на турецком:
https://yadi.sk/i/IXrvG9K93QWzuc
Вот здесь нашёл:
Kara Kitap
В переводе Веры Феоновой:
https://www.e-reading.club/book.php?book=43421