"Дело 1/89" (к 25-летию расстрела генерала Арнальдо Очоа). spiridonova1906 13 июля, 2014 13.VII.1989 расстрелян "кубинский Тухачевский" - ветеран революции, Герой Республики Куба генерал дивизии Арнальдо Очоа Санчес (1930 - 1989). Одновременно расстреляны ещё трое обвиняемых по "процессу генералов", в т.ч. один из руководителей разведки Антонио де ла Гуардиа. Очутившийся во II половине 80-х годов в кризисе, режим Кастро нанёс превентивный удар, уничтожил наиболее очевидного потенциального лидера оппозиции. Хотя Очоа не был замечен в оппозиционных настроениях и, как и все репрессированные вместе с ним, отличался личной преданностью братьям Кастро. Кризис режима был многогранным. Фидель сам под себя подложил социальную бомбу, полтора десятилетия отправляя несколько поколений молодёжи воевать в Африке. Как и наши "афганцы", люди возвращались с войны совсем иными. Участникам долгих современных войн с применением танков и авиации деяния Повстанческой армии 50-х представлялись кукольным театром. Через одну лишь Анголу 300.000, не считая гражданских специалистов. Как мрачно замечали кубинские инженеры в конце 70-х: вас, советских, гонят лишь на картошку, а нас - в Анголу! Экономическая политика 70-х - 80-х привела к катастрофической задолженности западным кредиторам и дефолту 1986 года. СЭВ не мог дать Кубе новейшую технику: либо её не было, либо поставки были жёстко расписаны ("экономика дефицита" по Я.Корнаи). Как Чаушеску в Румынии и Герек в Польше, Кастро сделал ставку на модернизацию экономики за счёт импорта с Запада самой передовой техники и технологии. "Расплатимся выручкой от экспорта новых предприятий." Во всех трёх странах подобная экономическая авантюра потерпела крах. В 1986-87 пришлось делать экономический манёвр, поощрять частную торговлю, рынки. В весьма напряжённой ситуации удар последовал оттуда, откуда не ждали. В СССР, которому Куба официально подражала во всём, началась перестройка. В конце 80-х советские товарищи поставили вопрос о весьма нерациональном использовании помощи. Часть её просто терялась, оборудование ржавело в портах. Раздражала и перепродажа части поставляемой советскими танкерами нефти (этим Куба по-тихому зарабатывала столь ценную твёрдую валюту). Но сильнее всего был политический шок. Как и советские люди, начиная с 1986 кубинцы в разы увеличили подписку на советские газеты и журналы. Возвращавшиеся из СССР рассказывали о вещах небывалых. Всё это вызвало запрет советской прессы. Повторялась ситуация конца 60-х: слишком близкие связи с советскими людьми или открытые восторги по поводу СССР опять стали фактом подозрительным (кстати, одно из обвинений Очоа будет в том, что он, якобы, в Анголе устраивал пьянки с советскими генералами). Но сдержать информацию о перестройке не удавалось. Для кубинцев демократизация в Советском Союзе стала темой №1. Работа I съезда народных депутатов СССР (май-июнь 1989) рядовых и не очень рядовых кубинцев потрясла. Фидель, опасавшийся кусать руку дающую, отвёл душу восторгами по поводу тяньаньмэньского расстрела. Кубинская пропаганда воспевала борьбу КПК с "контрреволюцией". Всем ясно было, в чей огород камешек и какую политику внутри самой Кубы он предвещает. Всегда Кастро аплодировал государственному насилию в соцстранах: в 1968 приветствовал интервенцию в Чехословакии, в конце 1981 переворот Ярузельского... Вынужденные уступки Ярузельского в 1988-89, осенний вал забастовок в Польше, "круглый стол", первые свободные выборы - всё это, наоборот, симпатий кубинских СМИ не вызывало. Закручивание гаек, начавшееся с запрета советских газет и журналов, после процесса Очоа резко усилилось. Целью, как и любых показательных процессов, было запугать население, прежде всего интеллигенцию, партийных и военных работников, показать, что никакие прежние заслуги, высокие посты и даже "близость к телу" не спасут. Заодно спихнуть на стрелочников, пусть и высокопоставленных, ответственность за участие Кубы в наркоторговле. Возможно, Дэн Сяопин и Ян Шанкунь, не ведая того, дали сигнал: 4 июня Тяньаньмэнь, 12-го арест Очоа и братьев-близнецов де ла Гуардиа Фонт, полковника Антонио и генерала Патрисио. В те же дни арестовали других высокопоставленных функционеров армии и ГБ. Судьба их была предрешена. Через несколько дней после ареста "Гранма" напечатала большую гневную статью с разоблачениями Очоа. Бывшего героя (звание это он получил ещё за Огаден) и народного любимца нужно было публично дискредитировать, не дожидаясь формального суда. Пошёл поток статей против Очоа и Антонио де ла Гуардиа. В них впервые в открытой печати был упомянут спецотдел "MC" [moneda convertible, т.е. конвертируемая валюта], специализировавшийся на ёё добывании МВД. С 1982 его возглавлял А. де ла Гуардиа. Святая святых! В МГБ ГДР аналогичной тематикой занималось управление Шальк-Голодковского. Вспомним разоблачения последних месяцев существования ГДР. Явно много любопытного узнаем мы в случае кризиса в КНДР. Но в общих чертах способы добывания валюты тогдашней Кубой, как и нынешней Северной Кореей известны Очоа сперва отдали под "суд чести" (25.VI), затем 30 июня начал работу военный трибунал. Как обычно в репрессиях против высоких чинов партии и армии, главную скрипку и на этот раз играл Рауль. 20 лет назад он читал обвинительный доклад против "микрофракции" на пленуме ЦК, теперь - на заседании "суда чести". Не обладающий харизмой брата и многми ненавидимый, II секретарь ЦК, он же министр РВС при любом колебании режима вряд ли бы удержался и хорошо это понимал. Правила игры были ясны. Не первый на Кубе показательный процесс. Все тогда припомнили суд над Эберто Падильей, вызвавший протест ведущих левых интеллектуалов Запада. Обвиняемым положено было раскаяться и "признать" больше, чем им инкриминировалось. По "делу 1/89" и связанным с ним процессам десятки высших офицеров армии и ГБ получили сроки. Ко всеобщему удивлению "двадцатку" влепили и ген. Абрантесу, верному цепному псу Фиделя, бессменному шефу кубинской ГБ в течение десятилетий. Смена кадров шла по полной. Прежде всего в органах безопасности. Знающий систему изнутри Ф.Кастиньейрас отмечал, что за несколько месяцев от того МВД, каким оно было на 12 июня, не осталось ничего. Какими методами велись допросы и следствие, описывает в письме из тюрьмы 5 октября 1991 в адрес Османи Сьенфуэгоса и нового "сильного человека" режима Роберто Робайны брат "Тони" де ла Гуардиа - Патрисио. 13 июля на военной авиабазе под Гаваной были расстреляны Арнальдо Очоа, Антонио де ла Гуардиа, адъютант Очоа капитан Хорхе Мартинес и подчинённый де ла Гуардиа майор МВД Амадо Падрон. Военврач зафиксировал смерть генерала в 12-25... Запреты и репрессии не могли уменьшить советский перестроечный секс-апил. Режиму помог избежать открытого кризиса крах перестройки. В 1992-93 кубинцы, как и китайцы, с ужасом наблюдали за катастрофой на территории бывшего СССР, крахом экономики, шоковой терапией. Ко времени расстрела Ельциным Белого дома диссидентские настроения утихли... Пара слов об Очоа. Боец Повстанческой армии, выпускник советской военной академии, в 60-е участвовал в гражданской войне в Венесуэле, затем Гвинея, Эфиопия, Никарагуа и пик - командующий кубинскими войсками в Анголе, генерал дивизии. Антонио ("Тони") де ла Гуардиа Фонт (1939 - 89). Полковник ГБ, на протяжении 30 лет участник самых рискованных и пикантных спецопераций в различных точках Латинской Америки. (Его брат-близнец Патрисио, генерал ГБ, находившийся 11 сентября с Альенде в Ла Монеде, по слухам застреливший в Париже командира боливийских рейнджеров получил 30 лет тюрьмы, освобождён в 1997.)
