Материалы о Ричарде Глостере
- Автор темы Alan
- Дата начала
http://monsalvatworld.narod.ru/frsdominus/mainwindow.htm
http://brude.narod.ru/makeofleg1.htm
Я кстати Ричарда себе уже забил давно, вы помните
http://brude.narod.ru/makeofleg1.htm
Я кстати Ричарда себе уже забил давно, вы помните
Ну во-первых мы ведь решитли начать с 1483, а не с 1478, так что Кларенс, извините-с, уже отпадает, о Кларенсе надо говорить вообще в связи с 1469 - 1471 гг.
Теперь условные обозначения, те герои, около которых стоит !!! - главные, +/- - самые что ни на есть эпизодические
И ещё, попрошу Ланселота, по мере "забития" ролей, править это сообщение, форимруя своеобразную "афишу" - прримерно так, как я отметил себя как Ричарда...
действие будет идти в несколких местах, одновременно всё невозможно никак.
И надо решить - делаем ли мы повесть, или всё де драму, честно скажу, как делать первое в данном случае - не представляю абсолтно
PS - РИчард у меня будет не исчадие ада, а хитрый, коварный, но в то же время интересный и решительный политик!!!!!!!!!
А кстати есть другие желающие на роль Глостера?!
Эдуард IV - умирающий +/-
Эдуард, принц Уэльский - его старший сын
Ричард, герцог Йорский - его младший сын +/-
Ричард Глостер, затем Ричард III, младший брат Эдуарда IV !!!!!! Alan
Герцог Бекингем, главный сподвижник Ричарда Глостера, потом его враг !!!
Элизабет Вудвилл, жена короля Эдуарда IV !!!
Энтони Вудвилл, граф Риверс, её брат !!!
Маркиз Дорсет - сын Элизабет Вудвил от первого брака
Лорд Грей - сын Элизабет Вудвил от первого брака
Лорд Хастингс
Лорд Стэнли
Лорд Мортон +/-
Лорд Ротерхем +/-
Кардинал Ворчерский +/-
Анна Невилл, жена Ричарда
Генрих Тюдор
Теперь условные обозначения, те герои, около которых стоит !!! - главные, +/- - самые что ни на есть эпизодические
И ещё, попрошу Ланселота, по мере "забития" ролей, править это сообщение, форимруя своеобразную "афишу" - прримерно так, как я отметил себя как Ричарда...
действие будет идти в несколких местах, одновременно всё невозможно никак.
И надо решить - делаем ли мы повесть, или всё де драму, честно скажу, как делать первое в данном случае - не представляю абсолтно
PS - РИчард у меня будет не исчадие ада, а хитрый, коварный, но в то же время интересный и решительный политик!!!!!!!!!
А кстати есть другие желающие на роль Глостера?!
Эдуард IV - умирающий +/-
Эдуард, принц Уэльский - его старший сын
Ричард, герцог Йорский - его младший сын +/-
Ричард Глостер, затем Ричард III, младший брат Эдуарда IV !!!!!! Alan
Герцог Бекингем, главный сподвижник Ричарда Глостера, потом его враг !!!
Элизабет Вудвилл, жена короля Эдуарда IV !!!
Энтони Вудвилл, граф Риверс, её брат !!!
Маркиз Дорсет - сын Элизабет Вудвил от первого брака
Лорд Грей - сын Элизабет Вудвил от первого брака
Лорд Хастингс
Лорд Стэнли
Лорд Мортон +/-
Лорд Ротерхем +/-
Кардинал Ворчерский +/-
Анна Невилл, жена Ричарда
Генрих Тюдор
amir
Зай XIV
Глостер
Чиня разбой, кричу я первый: "Грабят!"
Свой тайный замысел осуществляя,
Вину я взваливаю на других.
Упрятав Кларенса, о нем рыдаю
Я перед стадом легковерных дурней,
...
Поверили. Хотят, чтоб отомстил
...
Тут я, вздохнув, ссылаюсь на Писанье:
Господь велит воздать добром за зло,
И краденой евангельской ветошкой
Я наготу злодейства прикрываю,
Лелея адский план, святого корчу.
Это подойдёт в качстве эпигрофа?
Чиня разбой, кричу я первый: "Грабят!"
Свой тайный замысел осуществляя,
Вину я взваливаю на других.
Упрятав Кларенса, о нем рыдаю
Я перед стадом легковерных дурней,
...
Поверили. Хотят, чтоб отомстил
...
Тут я, вздохнув, ссылаюсь на Писанье:
Господь велит воздать добром за зло,
И краденой евангельской ветошкой
Я наготу злодейства прикрываю,
Лелея адский план, святого корчу.
Это подойдёт в качстве эпигрофа?
Так, хоть похдно, но вступление есть...
Итак, вам сейчас нужно следующее обыграть предшествующие события. 7-ое число Эдуард назначает Ричарда регентом, заставляет Гастингса и Дорсета «примириться»
А деле следующая сцена – 9-го числа, он умирает, нужно показать, что Дорсет и Ричерс не торопятся с сообщениями Ричарду, Лорд же Гастингс думает, как бы поинтриговать, наконец решает написать Ричарду.
ОБязательно указывайте даты и место...
Итак, вам сейчас нужно следующее обыграть предшествующие события. 7-ое число Эдуард назначает Ричарда регентом, заставляет Гастингса и Дорсета «примириться»
А деле следующая сцена – 9-го числа, он умирает, нужно показать, что Дорсет и Ричерс не торопятся с сообщениями Ричарду, Лорд же Гастингс думает, как бы поинтриговать, наконец решает написать Ричарду.
ОБязательно указывайте даты и место...
http://brude.narod.ru/makeofleg1.htm
Вторую часть читайте, всё оченб просто нужно прочитать совсем чуть-чуть, это всё родственники королевы Элизабет, её брат Риверс, и дети от первого брака...
Вторую часть читайте, всё оченб просто нужно прочитать совсем чуть-чуть, это всё родственники королевы Элизабет, её брат Риверс, и дети от первого брака...
Так, вот я помещу то что нужно...
9 апреля 1483 года, за три недели до своего 41-летия, умер Эдуард IV. За один или два дня до своей смерти он внес дополнение к завещанию, назвав своего брата Ричарда Регентом и Защитником королевства и поручив его заботе своего молодого сына, вскоре ставшего королем Эдуардом V. Перед своей смертью Эдуард пытался примирить враждующие партии при его дворе. Он понимал, что когда он уйдет, каждая из сторон попытается получить контроль над молодым королем, и это вполне могло привести к гражданской войне. Поэтому, во время драматичной сцены у смертного одра, он попросил лорда Хастингса и сына королевы, маркиза Дорсета, пожать друг другу руки и поклясться в любви и дружбе. Примирение оставалось в силе до тех пор, пока король не сделал последний вздох.
Ричард, находившийся в Миддлхэме, не знал о смерти брата около недели. Даже потом, новости пришли, но не от королевы или Совета, а в виде неистовой записки от Хастингса, лорда Камергера, который информировал Ричарда о его назначении регентом и призывал его защитить молодого короля и прибыть в Лондон с вооруженным эскортом как можно быстрее.
Новый король, 12-летний Эдуард, жил много лет в замке Ладлоу на уэльской границе, под попечением своего дяди Энтони Вудвилла, графа Риверса. Отсюда он начал править посредством Королевского Совета, формальным главой которого был епископ Вустерский, но фактически зависимого от Вудвиллов и их сторонников.
Как только Ричард узнал о смерти своего брата, он написал Риверсу, спрашивая, когда и по какой дороге молодой король будет доставлен в Лондон, чтобы они смогли встретиться и вместе войти в город. Ричард тщетно ожидал официального уведомления из Лондона о смерти своего брата и назначении его регентом. Тем не менее, он написал королеве, выразив свои соболезнования и ручаясь в своей верности молодому королю. Встревоженный вторым письмом от Хастингса, которым тот информировал его, что, вопреки обычаю, Вудвиллы овладели властью и с трудом согласились ограничить эскорт короля двумя тысячами вооруженных людей, Ричард написал Королевскому Совету. Он напомнил его членам, что согласно закону, обычаю и воле его брата, он был регентом королевства и предостерегал, чтобы действия предпринимаемые Советом, не противоречили им. Закон, на который ссылался Ричард, сегодня назвали бы “существующим прецедентом”, поскольку тогда не было законов определявших наследование или форму регенства. Этот Королевский Совет, строго говоря, больше не был законным, поскольку Совет короля, состоявший из советников назначенных им, прекращал своего существование со смертью короля, точно также как и парламент. Однако, это не помешало королеве попытаться захватить власть для себя и своей семьи при помощи Совета.
Вскоре после того, как Ричард написал королеве и Совету, он получил письмо от герцога Бакингэма, который находился тогда в своем замке в Бреконе в Южном Уэльсе. Бакингэм предложил регенту свою поддержку и 1000 вооруженных человек. Ричард принял предложение о поддержке, но попросил герцога привести только 300 человек, столько же, сколько он сам намеривался привести. Перед тем как начать свой поход на юг, Ричард сам привел всех своих вассалов и магистратов города Йорк к присяге новому королю. 20 апреля он вышел со своим отрядом. Было договорено, что он и Бакингэм встретятся с Риверсом и королем в Нортхэмптоне 29 апреля.
Новости которые Ричард узнал по пути были не утешительными. Хастинг сообщил из Лондона, что партия королевы, проигнорировав назначение Ричарда регентом, планировала организовать коронацию. Как только король будет коронован, необходимость в регенте сразу бы исчезла, и Вудвиллы могли бы править через молодого короля.
Вудвиллы играли в отчаянную игру, чтобы удержать власть. Они были ненавидимы старой знатью и простонародьем за их жадность и высокомерность, и, если бы они не смогли сохранить короля в своих руках, они могли не надеяться на то, чтобы выжить. Чтобы сделать это, они должны были любой ценой предотвратить регенство Ричарда Глостера. Маневры Вудвиллов, предпринятые для того, чтобы сохранить их положение, начались сразу после того, как стало ясно, что Эдуард IV умирает. Они имели сильное представительство в Совете, поскольку среди его членов были маркиз Дорсет, старший сын королевы от ее первого брака, и три ее брата – Лайонел, епископ Солсбери, сэр Эдуард Вудвилл и Энтони, граф Риверс. В дополнение к этому, члены высшего духовенства, которых Эдуард защищал от волны анти-клерикализма охватившего страну, могли считаться их сторонниками. Более того, Дорсет, как комендант Тауэра, контролировал и казну, и запасы оружия королевства, а Риверс контролировал молодого короля.
Первым ход королевы в борьбе за власть, был предпринят, пока Ричард находился на пути в Нортхэмптон. Она созвала Совет и получила его одобрение на предложение, чтобы флот был отдан под руководство сэра Эдуарда Вудвилла, якобы для противоборства с французскими каперами, которые вредили английскому мореплаванию. Не ожидая разрешения Совета, Дорсет отдал своему дяде, сэру Эдуарду, часть королевской казны и разделил остальное между собой и своей матерью. Затем он и королева получили полномочия, привлечь членов семьи и их сторонников, для сбора налога, который был принят последним парламентом. Все эти действия были незаконными, но Дорсет в итоге перехитрил сам себя, когда предложил, чтобы коронация состоялась 4 мая. Если бы Вудвиллам удалась их попытка коронации, до того как регент достиг Лондона, они бы укрепили свою власть, обладая королем, Тауэром, казной, флотом и Советом – то есть всем аппаратом управления.
Следующий шаг королевы встретил некоторое сопротивление в Совете, поскольку многие его члены были встревожены действиями Вудвиллов. Когда Совет попытался определить полномочия регента, партия королевы утверждала, что этот титул означает не более чем первое место в Совете, и даже эта позиция сохраняется только до коронации. Однако, некоторые члены Совета напомнили королеве, что вообще то Совет не имеет полномочий решать этот вопрос. Именно в этот момент до Совета дошло письмо Ричарда, и оно дало ему поддержку всех тех, кто не являлись союзниками Вудвиллов. Дорсет открыто заявил, что если Ричард получит власть над королем, ни Вудвиллы ни их сторонники не будут в безопасности. Как результат, Совет проголосовал за лишение регента любой власти. Дорсет сразу же тайно написал графу Риверсу, чтобы тот прибыл с королем в Лондон к 1 мая.
Когда Ричард прибыл в Нортхэмптон 29 апреля, король уже прошел через город и остановился в Стоуни Стратфорд, в 14 милях далее по дороге на Лондон. Риверс уверял Ричарда, что это было необходимо, поскольку в Нортхэмптоне было недостаточно квартир для размещения всего отряда. Однако, Риверс, планировал оставаться ночью в Нортхэмптоне, и, когда в тот же день прибыл Бакингэм, три вельможи провели казавшийся дружеским вечер вместе. Было уже поздно, когда Риверс уехал на свой постоялый двор, и Ричард и Бакингэм смогли обсудить свои планы.
Следующим утром, Риверс, проснувшись, обнаружил, что его постоялый двор окружен вооруженными людьми с символом Глостера – белым вепрем. Охрана была расставлена вдоль дороги на Стоуни Стратфорд, чтобы перехватить послания, которые он мог попытаться послать, и прежде чем уехать, Ричард и Бакингэм арестовали Риверса. Когда два герцога прибыли в Стоуни Стратфорд, король и его эскорт были верхом и готовы выехать. На стороне короля были старый приверженец сэр Томас Вон и лорд Ричард Грей, младший сын королевы от первого брака. Ричард приказал арестовать Грея и Вона и оправдался в своих действиях перед разгневанным и изумленным молодым королем, объяснив, что эти двое, и другие из партии королевы-матери, ускорили смерть его отца, потворствуя его излишествам, которые разрушили его здоровье. Он также обвинил их в нарушении воли Эдуарда IV и в заговоре направленном лишение Ричарда, во-первых, его регенства, во-вторых, его жизни. Сразу после этого, Ричард распустил королевский эскорт и проводил своего племянника обратно в Нортхэмптон. Все королевские служители, назначенные Вудвиллами, были заменены людьми верными регенту, вслед за чем, Ричард послал объяснение своих действий лордам и магистратам Лондона. Сторонники Вудвиллов также отправились в Лондон с новостями о том, что произошло.
Когда Дорсет узнал о событиях у Нортхэмптона, он отчаянно, но безуспешно попытался получить поддержку у лордов, чтобы собрать силы и отобрать молодого короля у регента. Когда эти попытки потерпели неудачу, он, его мать, ее брат Лайонел, епископ Солсбери, ее пять юных дочерей, и ее сын Ричард, герцог Йорк, поспешно отправились под защиту Вестминстерского аббатства19. Они взяли с собой не только их часть разделенной казны, но и многую мебель последнего короля, блюда, драгоценности и гобелены. Королева была в такой панике, что приказала пробить стену аббатства, чтобы занести все свои вещи как можно быстрее20.
Совет выступил с ободрением действий Ричарда по отношению к молодому королю, и 4 мая, королевская партия вошла в Лондон приветствуемая с великим энтузиазмом мэром, старейшинами и тысячами обычных горожан. Короля проводили во дворец епископа Лондона, где собрались лорды, чтобы принести ему оммаж, а Ричард отправился в Кросбис Плэйс – его лондонский дом. Так закончился день, который Вудвиллы выбрали для коронации Эдуарда V.
Первой задачей Ричарда было восстановление организованного управления. Он созвал Совет, который включал в себя много сторонников Вудвиллов. Фактически, он был таким же по составу, как и предыдущий. Новый Совет, действуя в соответствии с волей умершего короля, провозгласил Ричарда Регентом и Защитником королевства21.
Ричард, в ответ, обещал руководствоваться решениями Совета. По предложению Бакингэма, Совет решил перевезти короля в королевские апартаменты в Тауэре, и установить 24 июня днем коронации. Совет также согласился внести предложение в парламент, чтобы регенство продолжалось до того момента, когда король станет совершеннолетним, с целью предупредить организацию партий, которые могли бы пытаться овладеть контролем над королем23.
Одним из первых действий Ричарда как регента было предложение помиловать всех солдат и моряков, которые покинут Эдуарда Вудвилла и заявят о своей верности новому режиму. Большинство из них приняло это предложение, но сам Вудвилл бежал в Бретань, с большой частью казны. В конце концов, эти деньги достались Генри Тюдору, и помогли ему финансировать его вторжение в 1485 году24.
Бакингэм быстро стал одним из наиболее могущественных и влиятельных членов Совета, затмив таких людей как Хастингс и Стэнли, которые служили Эдуарду IV. Его быстрое продвижение к власти, вызвало зависть, которая в ответ привела к интригам между Хастингсом и Вудвиллвми, и в итоге, к смерти Хастингса. Ричард, конечно, ценил поддержку Бакингэма, но его в первую очередь притягивало сходство Бакингэма с Джорджем Кларенсом, покойным братом Ричарда. Другим знаком в пользу Бакингэма было то, что он прибыл ко двору в новое царствование, и был, таким образом, не вовлечен в интриги предыдущего правления. Ричард, без сомнения, знал, что жгучая ненависть Бакингэма к Вудвиллам, вызванная его вынужденной женитьбой на Кэтрин Вудвилл в отрочестве, была главным фактором в его решении присоединиться к регенту. Каковы ни были бы причины, несколько следующих месяцев Бакингэм был наиболее ревностным и откровенным сторонником Ричарда. “Он создал, он был, партией регента.”25
Опасения Ричарда, что внутри Совета могут возникнуть партии, были вполне оправданы. В ответ на растущее влияние Бакингэма, Хастингс и его друзья, включая Ротерхэма, Мортона и Стэнли, начали тайно встречаться и интриговать с королевой, используя в качестве связного Джейн Шор, любовницу почившего короля, а теперь Хастингса и Дорсета. Видимо они замышляли покончить с регентством и восстановить власть Вудвиллов26. Если бы им это удалось, партия Хастингса-Вудвиллов смогли бы править через юного короля, и положение, и возможно даже жизнь регента были бы в опасности.
Ричард понимал, что происходит, и какую опасность представляют заговорщики его положению. 10 июня он написал магистратам Йорка, прося их прислать как можно больше вооруженных людей, чтобы помочь ему против “королевы, ее кровных родственников и сторонников, которые намеривались, и каждый день собираются, убить и совершенно уничтожить нас и нашего кузена герцога Бакингэма, и древнюю королевскую кровь этого королевства27.” Город послал 300 человек, которые, однако, не дошли до Лондона, до коронации Ричарда.
13 июня Совет собрался в Тауэре. Ричард открыл заседание, заявив, что был раскрыт заговор против правительства. Он обвинил королеву и ее сторонников, включая Джейн Шор, Стэнли, Мортона, Ротерхэма и Хастингса в соучастии в заговоре. Хастингс отверг обвинение, но четверо человек было арестовано, а Хастингс был тот час же отправлен в Тауэр и казнен28.
В город был послан герольд, чтобы провозгласить оправдание действиям регента. Хастингс, обвиненный Ричардом, был вовлечен в заговор против регента и Бакингэма, и его быстрая казнь была необходима, для предотвращения любых попыток спасти его. Кажется примечательным, что казнь без суда, столь популярного человека как Хастингс не вызвала протеста среди горожан. Однако, вполне вероятно, что многие лондонцы уже поняли, что Ричард намеревается овладеть короной29.
Ричард взял вдову Хастингса под свою защиту и позволил ей сохранить всю собственность ее мужа. Возможно, это была попытка Ричарда загладить поступок, о котором он мог глубоко сожалеть30. По требованию Бакингэма, Мортон был передан ему в руки и отправлен в замок Брекон в Уэльсе. 25 июня, в Понтефракте, Риверс, Грей и Вон были казнены за измену, таким образом положив конец, как надеялся Ричард, всем опасностям дальнейших интриг Вудвиллов31.
Большая часть членов Совета поддержали действия Ричарда по отношению к Хастингсу и другим заговорщикам, и теперь они удовлетворили его просьбу, чтобы Элизабет Вудвилл и ее дети покинули аббатство. Даже если бы она отказала, ее младший сын должен был присоединиться к своему брату и присутствовать на коронации. Совет согласился с Бакингэмом, который сказал, что раз с детьми не делают ничего плохого, то им не нужно убежище. 16 июня, делегация от Совета, возглавляемая архиепископом Кантерберийским, отправилась в Вестминстер и убедила сопротивлявшуюся королеву отдать сына. Принц Ричард немедленно воссоединил братьев в Тауэре32.
В Лондоне, где Совет вновь отсрочил коронацию, пошли слухи, что Эдуард V вскоре потеряет корону. Причиной отсрочки стала поразительная новость, сообщенная Ричарду и некоторым членам Совета епископом Стиллингтоном Батским и Уэльским, заявившем, что прежде чем жениться на Вудвилл, покойный король уже был обручен с Элеанор Батлер, дочерью графа Шрюсбери33. Если это была правда, это делало брак с Вудвилл недействительным для церкви, а детей от этого брака незаконнорожденными. Хотя подобные случаи обручений часто отбрасывались, и неизвестно какие доказательства предъявил Стиллингтон, чтобы подтвердить свое заявление, Ричард принял эту историю. История суда и казни Кларенса, и последующий арест Стиллингтона, заставило некоторых историков предположить, что Кларенс знал эту тайну и был предан смерти по требованию Вудвиллов, пытавшихся защитить свое положение34.
В воскресенье, 22 июня, в Полс Кросс, монах Ралф Ша, брат мэра Лондона, прочел проповедь “Ветви бастардов не должны пустить корни”. Он говорил пастве об обручении и объявил герцога Глостера истинным наследником трона. В других частях города, другие проповедники, действуя по указанию герцога Бакингэма, даже зашли так далеко, что оспаривали законнорожденность самого Эдуарда IV. Эти скандальные обвинения предъявлялись несколько лет назад Кларенсом, который целил на трон, но нет свидетельств, что Ричард поощрял эти атаки на репутацию его матери. Фактом является то, что в это время он прибыл в дом матери, что скорее доказывает противоположное35.
В понедельник, последовавший за проповедью Ша, герцог Бакингэм обратился к собранию лордов, а во вторник он разговаривал с магистратами и значительными гражданами Лондона в Ратуше. Корона, говорил он, по праву принадлежит Ричарду Глостеру. В среду, 25 июня, не формально, но фактически, в Вестминстере собрался парламент и создал петицию, в которой они рассмотрели обвинения в не легитимности детей Эдуарда и просили Ричарда занять трон. Их петиция была анонимно утверждена и формально представлена Ричарду в замке Бэйнард на следующий день. Сделав вид, он неохотно принял петицию и корону. Все собрание отправилось в Вестминстер, где Ричард уселся на мраморное королевское кресло и, в тот же день, он начал царствовать. 6 июля, в великолепной церемонии, Ричард и Анна были коронованы в Вестминстерском аббатстве, в присутствии практически всех пэров и важнейших горожан36.
9 апреля 1483 года, за три недели до своего 41-летия, умер Эдуард IV. За один или два дня до своей смерти он внес дополнение к завещанию, назвав своего брата Ричарда Регентом и Защитником королевства и поручив его заботе своего молодого сына, вскоре ставшего королем Эдуардом V. Перед своей смертью Эдуард пытался примирить враждующие партии при его дворе. Он понимал, что когда он уйдет, каждая из сторон попытается получить контроль над молодым королем, и это вполне могло привести к гражданской войне. Поэтому, во время драматичной сцены у смертного одра, он попросил лорда Хастингса и сына королевы, маркиза Дорсета, пожать друг другу руки и поклясться в любви и дружбе. Примирение оставалось в силе до тех пор, пока король не сделал последний вздох.
Ричард, находившийся в Миддлхэме, не знал о смерти брата около недели. Даже потом, новости пришли, но не от королевы или Совета, а в виде неистовой записки от Хастингса, лорда Камергера, который информировал Ричарда о его назначении регентом и призывал его защитить молодого короля и прибыть в Лондон с вооруженным эскортом как можно быстрее.
Новый король, 12-летний Эдуард, жил много лет в замке Ладлоу на уэльской границе, под попечением своего дяди Энтони Вудвилла, графа Риверса. Отсюда он начал править посредством Королевского Совета, формальным главой которого был епископ Вустерский, но фактически зависимого от Вудвиллов и их сторонников.
Как только Ричард узнал о смерти своего брата, он написал Риверсу, спрашивая, когда и по какой дороге молодой король будет доставлен в Лондон, чтобы они смогли встретиться и вместе войти в город. Ричард тщетно ожидал официального уведомления из Лондона о смерти своего брата и назначении его регентом. Тем не менее, он написал королеве, выразив свои соболезнования и ручаясь в своей верности молодому королю. Встревоженный вторым письмом от Хастингса, которым тот информировал его, что, вопреки обычаю, Вудвиллы овладели властью и с трудом согласились ограничить эскорт короля двумя тысячами вооруженных людей, Ричард написал Королевскому Совету. Он напомнил его членам, что согласно закону, обычаю и воле его брата, он был регентом королевства и предостерегал, чтобы действия предпринимаемые Советом, не противоречили им. Закон, на который ссылался Ричард, сегодня назвали бы “существующим прецедентом”, поскольку тогда не было законов определявших наследование или форму регенства. Этот Королевский Совет, строго говоря, больше не был законным, поскольку Совет короля, состоявший из советников назначенных им, прекращал своего существование со смертью короля, точно также как и парламент. Однако, это не помешало королеве попытаться захватить власть для себя и своей семьи при помощи Совета.
Вскоре после того, как Ричард написал королеве и Совету, он получил письмо от герцога Бакингэма, который находился тогда в своем замке в Бреконе в Южном Уэльсе. Бакингэм предложил регенту свою поддержку и 1000 вооруженных человек. Ричард принял предложение о поддержке, но попросил герцога привести только 300 человек, столько же, сколько он сам намеривался привести. Перед тем как начать свой поход на юг, Ричард сам привел всех своих вассалов и магистратов города Йорк к присяге новому королю. 20 апреля он вышел со своим отрядом. Было договорено, что он и Бакингэм встретятся с Риверсом и королем в Нортхэмптоне 29 апреля.
Новости которые Ричард узнал по пути были не утешительными. Хастинг сообщил из Лондона, что партия королевы, проигнорировав назначение Ричарда регентом, планировала организовать коронацию. Как только король будет коронован, необходимость в регенте сразу бы исчезла, и Вудвиллы могли бы править через молодого короля.
Вудвиллы играли в отчаянную игру, чтобы удержать власть. Они были ненавидимы старой знатью и простонародьем за их жадность и высокомерность, и, если бы они не смогли сохранить короля в своих руках, они могли не надеяться на то, чтобы выжить. Чтобы сделать это, они должны были любой ценой предотвратить регенство Ричарда Глостера. Маневры Вудвиллов, предпринятые для того, чтобы сохранить их положение, начались сразу после того, как стало ясно, что Эдуард IV умирает. Они имели сильное представительство в Совете, поскольку среди его членов были маркиз Дорсет, старший сын королевы от ее первого брака, и три ее брата – Лайонел, епископ Солсбери, сэр Эдуард Вудвилл и Энтони, граф Риверс. В дополнение к этому, члены высшего духовенства, которых Эдуард защищал от волны анти-клерикализма охватившего страну, могли считаться их сторонниками. Более того, Дорсет, как комендант Тауэра, контролировал и казну, и запасы оружия королевства, а Риверс контролировал молодого короля.
Первым ход королевы в борьбе за власть, был предпринят, пока Ричард находился на пути в Нортхэмптон. Она созвала Совет и получила его одобрение на предложение, чтобы флот был отдан под руководство сэра Эдуарда Вудвилла, якобы для противоборства с французскими каперами, которые вредили английскому мореплаванию. Не ожидая разрешения Совета, Дорсет отдал своему дяде, сэру Эдуарду, часть королевской казны и разделил остальное между собой и своей матерью. Затем он и королева получили полномочия, привлечь членов семьи и их сторонников, для сбора налога, который был принят последним парламентом. Все эти действия были незаконными, но Дорсет в итоге перехитрил сам себя, когда предложил, чтобы коронация состоялась 4 мая. Если бы Вудвиллам удалась их попытка коронации, до того как регент достиг Лондона, они бы укрепили свою власть, обладая королем, Тауэром, казной, флотом и Советом – то есть всем аппаратом управления.
Следующий шаг королевы встретил некоторое сопротивление в Совете, поскольку многие его члены были встревожены действиями Вудвиллов. Когда Совет попытался определить полномочия регента, партия королевы утверждала, что этот титул означает не более чем первое место в Совете, и даже эта позиция сохраняется только до коронации. Однако, некоторые члены Совета напомнили королеве, что вообще то Совет не имеет полномочий решать этот вопрос. Именно в этот момент до Совета дошло письмо Ричарда, и оно дало ему поддержку всех тех, кто не являлись союзниками Вудвиллов. Дорсет открыто заявил, что если Ричард получит власть над королем, ни Вудвиллы ни их сторонники не будут в безопасности. Как результат, Совет проголосовал за лишение регента любой власти. Дорсет сразу же тайно написал графу Риверсу, чтобы тот прибыл с королем в Лондон к 1 мая.
Когда Ричард прибыл в Нортхэмптон 29 апреля, король уже прошел через город и остановился в Стоуни Стратфорд, в 14 милях далее по дороге на Лондон. Риверс уверял Ричарда, что это было необходимо, поскольку в Нортхэмптоне было недостаточно квартир для размещения всего отряда. Однако, Риверс, планировал оставаться ночью в Нортхэмптоне, и, когда в тот же день прибыл Бакингэм, три вельможи провели казавшийся дружеским вечер вместе. Было уже поздно, когда Риверс уехал на свой постоялый двор, и Ричард и Бакингэм смогли обсудить свои планы.
Следующим утром, Риверс, проснувшись, обнаружил, что его постоялый двор окружен вооруженными людьми с символом Глостера – белым вепрем. Охрана была расставлена вдоль дороги на Стоуни Стратфорд, чтобы перехватить послания, которые он мог попытаться послать, и прежде чем уехать, Ричард и Бакингэм арестовали Риверса. Когда два герцога прибыли в Стоуни Стратфорд, король и его эскорт были верхом и готовы выехать. На стороне короля были старый приверженец сэр Томас Вон и лорд Ричард Грей, младший сын королевы от первого брака. Ричард приказал арестовать Грея и Вона и оправдался в своих действиях перед разгневанным и изумленным молодым королем, объяснив, что эти двое, и другие из партии королевы-матери, ускорили смерть его отца, потворствуя его излишествам, которые разрушили его здоровье. Он также обвинил их в нарушении воли Эдуарда IV и в заговоре направленном лишение Ричарда, во-первых, его регенства, во-вторых, его жизни. Сразу после этого, Ричард распустил королевский эскорт и проводил своего племянника обратно в Нортхэмптон. Все королевские служители, назначенные Вудвиллами, были заменены людьми верными регенту, вслед за чем, Ричард послал объяснение своих действий лордам и магистратам Лондона. Сторонники Вудвиллов также отправились в Лондон с новостями о том, что произошло.
Когда Дорсет узнал о событиях у Нортхэмптона, он отчаянно, но безуспешно попытался получить поддержку у лордов, чтобы собрать силы и отобрать молодого короля у регента. Когда эти попытки потерпели неудачу, он, его мать, ее брат Лайонел, епископ Солсбери, ее пять юных дочерей, и ее сын Ричард, герцог Йорк, поспешно отправились под защиту Вестминстерского аббатства19. Они взяли с собой не только их часть разделенной казны, но и многую мебель последнего короля, блюда, драгоценности и гобелены. Королева была в такой панике, что приказала пробить стену аббатства, чтобы занести все свои вещи как можно быстрее20.
Совет выступил с ободрением действий Ричарда по отношению к молодому королю, и 4 мая, королевская партия вошла в Лондон приветствуемая с великим энтузиазмом мэром, старейшинами и тысячами обычных горожан. Короля проводили во дворец епископа Лондона, где собрались лорды, чтобы принести ему оммаж, а Ричард отправился в Кросбис Плэйс – его лондонский дом. Так закончился день, который Вудвиллы выбрали для коронации Эдуарда V.
Первой задачей Ричарда было восстановление организованного управления. Он созвал Совет, который включал в себя много сторонников Вудвиллов. Фактически, он был таким же по составу, как и предыдущий. Новый Совет, действуя в соответствии с волей умершего короля, провозгласил Ричарда Регентом и Защитником королевства21.
Ричард, в ответ, обещал руководствоваться решениями Совета. По предложению Бакингэма, Совет решил перевезти короля в королевские апартаменты в Тауэре, и установить 24 июня днем коронации. Совет также согласился внести предложение в парламент, чтобы регенство продолжалось до того момента, когда король станет совершеннолетним, с целью предупредить организацию партий, которые могли бы пытаться овладеть контролем над королем23.
Одним из первых действий Ричарда как регента было предложение помиловать всех солдат и моряков, которые покинут Эдуарда Вудвилла и заявят о своей верности новому режиму. Большинство из них приняло это предложение, но сам Вудвилл бежал в Бретань, с большой частью казны. В конце концов, эти деньги достались Генри Тюдору, и помогли ему финансировать его вторжение в 1485 году24.
Бакингэм быстро стал одним из наиболее могущественных и влиятельных членов Совета, затмив таких людей как Хастингс и Стэнли, которые служили Эдуарду IV. Его быстрое продвижение к власти, вызвало зависть, которая в ответ привела к интригам между Хастингсом и Вудвиллвми, и в итоге, к смерти Хастингса. Ричард, конечно, ценил поддержку Бакингэма, но его в первую очередь притягивало сходство Бакингэма с Джорджем Кларенсом, покойным братом Ричарда. Другим знаком в пользу Бакингэма было то, что он прибыл ко двору в новое царствование, и был, таким образом, не вовлечен в интриги предыдущего правления. Ричард, без сомнения, знал, что жгучая ненависть Бакингэма к Вудвиллам, вызванная его вынужденной женитьбой на Кэтрин Вудвилл в отрочестве, была главным фактором в его решении присоединиться к регенту. Каковы ни были бы причины, несколько следующих месяцев Бакингэм был наиболее ревностным и откровенным сторонником Ричарда. “Он создал, он был, партией регента.”25
Опасения Ричарда, что внутри Совета могут возникнуть партии, были вполне оправданы. В ответ на растущее влияние Бакингэма, Хастингс и его друзья, включая Ротерхэма, Мортона и Стэнли, начали тайно встречаться и интриговать с королевой, используя в качестве связного Джейн Шор, любовницу почившего короля, а теперь Хастингса и Дорсета. Видимо они замышляли покончить с регентством и восстановить власть Вудвиллов26. Если бы им это удалось, партия Хастингса-Вудвиллов смогли бы править через юного короля, и положение, и возможно даже жизнь регента были бы в опасности.
Ричард понимал, что происходит, и какую опасность представляют заговорщики его положению. 10 июня он написал магистратам Йорка, прося их прислать как можно больше вооруженных людей, чтобы помочь ему против “королевы, ее кровных родственников и сторонников, которые намеривались, и каждый день собираются, убить и совершенно уничтожить нас и нашего кузена герцога Бакингэма, и древнюю королевскую кровь этого королевства27.” Город послал 300 человек, которые, однако, не дошли до Лондона, до коронации Ричарда.
13 июня Совет собрался в Тауэре. Ричард открыл заседание, заявив, что был раскрыт заговор против правительства. Он обвинил королеву и ее сторонников, включая Джейн Шор, Стэнли, Мортона, Ротерхэма и Хастингса в соучастии в заговоре. Хастингс отверг обвинение, но четверо человек было арестовано, а Хастингс был тот час же отправлен в Тауэр и казнен28.
В город был послан герольд, чтобы провозгласить оправдание действиям регента. Хастингс, обвиненный Ричардом, был вовлечен в заговор против регента и Бакингэма, и его быстрая казнь была необходима, для предотвращения любых попыток спасти его. Кажется примечательным, что казнь без суда, столь популярного человека как Хастингс не вызвала протеста среди горожан. Однако, вполне вероятно, что многие лондонцы уже поняли, что Ричард намеревается овладеть короной29.
Ричард взял вдову Хастингса под свою защиту и позволил ей сохранить всю собственность ее мужа. Возможно, это была попытка Ричарда загладить поступок, о котором он мог глубоко сожалеть30. По требованию Бакингэма, Мортон был передан ему в руки и отправлен в замок Брекон в Уэльсе. 25 июня, в Понтефракте, Риверс, Грей и Вон были казнены за измену, таким образом положив конец, как надеялся Ричард, всем опасностям дальнейших интриг Вудвиллов31.
Большая часть членов Совета поддержали действия Ричарда по отношению к Хастингсу и другим заговорщикам, и теперь они удовлетворили его просьбу, чтобы Элизабет Вудвилл и ее дети покинули аббатство. Даже если бы она отказала, ее младший сын должен был присоединиться к своему брату и присутствовать на коронации. Совет согласился с Бакингэмом, который сказал, что раз с детьми не делают ничего плохого, то им не нужно убежище. 16 июня, делегация от Совета, возглавляемая архиепископом Кантерберийским, отправилась в Вестминстер и убедила сопротивлявшуюся королеву отдать сына. Принц Ричард немедленно воссоединил братьев в Тауэре32.
В Лондоне, где Совет вновь отсрочил коронацию, пошли слухи, что Эдуард V вскоре потеряет корону. Причиной отсрочки стала поразительная новость, сообщенная Ричарду и некоторым членам Совета епископом Стиллингтоном Батским и Уэльским, заявившем, что прежде чем жениться на Вудвилл, покойный король уже был обручен с Элеанор Батлер, дочерью графа Шрюсбери33. Если это была правда, это делало брак с Вудвилл недействительным для церкви, а детей от этого брака незаконнорожденными. Хотя подобные случаи обручений часто отбрасывались, и неизвестно какие доказательства предъявил Стиллингтон, чтобы подтвердить свое заявление, Ричард принял эту историю. История суда и казни Кларенса, и последующий арест Стиллингтона, заставило некоторых историков предположить, что Кларенс знал эту тайну и был предан смерти по требованию Вудвиллов, пытавшихся защитить свое положение34.
В воскресенье, 22 июня, в Полс Кросс, монах Ралф Ша, брат мэра Лондона, прочел проповедь “Ветви бастардов не должны пустить корни”. Он говорил пастве об обручении и объявил герцога Глостера истинным наследником трона. В других частях города, другие проповедники, действуя по указанию герцога Бакингэма, даже зашли так далеко, что оспаривали законнорожденность самого Эдуарда IV. Эти скандальные обвинения предъявлялись несколько лет назад Кларенсом, который целил на трон, но нет свидетельств, что Ричард поощрял эти атаки на репутацию его матери. Фактом является то, что в это время он прибыл в дом матери, что скорее доказывает противоположное35.
В понедельник, последовавший за проповедью Ша, герцог Бакингэм обратился к собранию лордов, а во вторник он разговаривал с магистратами и значительными гражданами Лондона в Ратуше. Корона, говорил он, по праву принадлежит Ричарду Глостеру. В среду, 25 июня, не формально, но фактически, в Вестминстере собрался парламент и создал петицию, в которой они рассмотрели обвинения в не легитимности детей Эдуарда и просили Ричарда занять трон. Их петиция была анонимно утверждена и формально представлена Ричарду в замке Бэйнард на следующий день. Сделав вид, он неохотно принял петицию и корону. Все собрание отправилось в Вестминстер, где Ричард уселся на мраморное королевское кресло и, в тот же день, он начал царствовать. 6 июля, в великолепной церемонии, Ричард и Анна были коронованы в Вестминстерском аббатстве, в присутствии практически всех пэров и важнейших горожан36.
amir
Зай XIV
24 сен 1483 г Бэкингем пишет тюдору письмо. Он подтверждает, что связан с заговором Бофоров-Вудвиллов, хотя их цели возможно не совпадают.
.....
Возможно, он рассчитывал что вопросы престолонаследия и права первенства на трон можно решить и после победы над Ричардом. А в письме он собщает Генрху, что собирается выступить против узурпатора 18 октября и призывает Тюдора поддержать его. О том, кто должен взайти на престол после Ричарда ни сказано ни слова Как и о предстоящей династической сводьбой Генриха с принцесой Елизаветой Йорк.
...
Участники заговора находились в разных частях Англии и даже за её пределами. Так что обсуждать конкретные политические и конституционные цели было непросто.
.....
Возможно, он рассчитывал что вопросы престолонаследия и права первенства на трон можно решить и после победы над Ричардом. А в письме он собщает Генрху, что собирается выступить против узурпатора 18 октября и призывает Тюдора поддержать его. О том, кто должен взайти на престол после Ричарда ни сказано ни слова Как и о предстоящей династической сводьбой Генриха с принцесой Елизаветой Йорк.
...
Участники заговора находились в разных частях Англии и даже за её пределами. Так что обсуждать конкретные политические и конституционные цели было непросто.
amir
Зай XIV
Ещё там были проблемы с графством Херефордшир.
...
Герцог был свидетелем крови и жестокости, перед которой не останавливался рвущийся к власти Ричард. Мог он после этого не опасаться за свою жизнь? И ещё. Сыновья Эдуарда 4 исчезли. И он, Бкингем, имел те же основаия претендовать на корону Англии.
...
К 1483 году было только три совершеннолетних потомка династии Плантагенетов: герцог Бэкингем. король Ричард и Генрих Тюдор.
...
Герцог был свидетелем крови и жестокости, перед которой не останавливался рвущийся к власти Ричард. Мог он после этого не опасаться за свою жизнь? И ещё. Сыновья Эдуарда 4 исчезли. И он, Бкингем, имел те же основаия претендовать на корону Англии.
...
К 1483 году было только три совершеннолетних потомка династии Плантагенетов: герцог Бэкингем. король Ричард и Генрих Тюдор.
amir
Зай XIV
Так, в качестве напоминания.
Как только Ричард узнал о смерти своего брата, он написал Риверсу, спрашивая, когда и по какой дороге молодой король будет доставлен в Лондон, чтобы они смогли встретиться и вместе войти в город. Ричард тщетно ожидал официального уведомления из Лондона о смерти своего брата и назначении его регентом. Тем не менее, он написал королеве, выразив свои соболезнования и ручаясь в своей верности молодому королю. Встревоженный вторым письмом от Хастингса, Ричард написал Королевскому Совету. Он напомнил его членам, что согласно закону, обычаю и воле его брата, он был регентом королевства и предостерегал, чтобы действия предпринимаемые Советом, не противоречили им.
Вскоре после того, как Ричард написал королеве и Совету, он получил письмо от герцога Бакингэма, который находился тогда в своем замке в Бреконе в Южном Уэльсе. Бакингэм предложил регенту свою поддержку
Первым ход королевы в борьбе за власть, был предпринят, пока Ричард находился на пути в Нортхэмптон. Она созвала Совет и получила его одобрение на предложение, чтобы флот был отдан под руководство сэра Эдуарда Вудвилла, якобы для противоборства с французскими каперами, которые вредили английскому мореплаванию. Не ожидая разрешения Совета, Дорсет отдал своему дяде, сэру Эдуарду, часть королевской казны и разделил остальное между собой и своей матерью. Затем он и королева получили полномочия, привлечь членов семьи и их сторонников, для сбора налога, который был принят последним парламентом.
Когда Совет попытался определить полномочия регента, партия королевы утверждала, что этот титул означает не более чем первое место в Совете, и даже эта позиция сохраняется только до коронации. Однако, некоторые члены Совета напомнили королеве, что вообще то Совет не имеет полномочий решать этот вопрос. Именно в этот момент до Совета дошло письмо Ричарда, и оно дало ему поддержку всех тех, кто не являлись союзниками Вудвиллов. Дорсет открыто заявил, что если Ричард получит власть над королем, ни Вудвиллы ни их сторонники не будут в безопасности. Как результат, Совет проголосовал за лишение регента любой власти. Дорсет сразу же тайно написал графу Риверсу, чтобы тот прибыл с королем в Лондон к 1 мая.
Как только Ричард узнал о смерти своего брата, он написал Риверсу, спрашивая, когда и по какой дороге молодой король будет доставлен в Лондон, чтобы они смогли встретиться и вместе войти в город. Ричард тщетно ожидал официального уведомления из Лондона о смерти своего брата и назначении его регентом. Тем не менее, он написал королеве, выразив свои соболезнования и ручаясь в своей верности молодому королю. Встревоженный вторым письмом от Хастингса, Ричард написал Королевскому Совету. Он напомнил его членам, что согласно закону, обычаю и воле его брата, он был регентом королевства и предостерегал, чтобы действия предпринимаемые Советом, не противоречили им.
Вскоре после того, как Ричард написал королеве и Совету, он получил письмо от герцога Бакингэма, который находился тогда в своем замке в Бреконе в Южном Уэльсе. Бакингэм предложил регенту свою поддержку
Первым ход королевы в борьбе за власть, был предпринят, пока Ричард находился на пути в Нортхэмптон. Она созвала Совет и получила его одобрение на предложение, чтобы флот был отдан под руководство сэра Эдуарда Вудвилла, якобы для противоборства с французскими каперами, которые вредили английскому мореплаванию. Не ожидая разрешения Совета, Дорсет отдал своему дяде, сэру Эдуарду, часть королевской казны и разделил остальное между собой и своей матерью. Затем он и королева получили полномочия, привлечь членов семьи и их сторонников, для сбора налога, который был принят последним парламентом.
Когда Совет попытался определить полномочия регента, партия королевы утверждала, что этот титул означает не более чем первое место в Совете, и даже эта позиция сохраняется только до коронации. Однако, некоторые члены Совета напомнили королеве, что вообще то Совет не имеет полномочий решать этот вопрос. Именно в этот момент до Совета дошло письмо Ричарда, и оно дало ему поддержку всех тех, кто не являлись союзниками Вудвиллов. Дорсет открыто заявил, что если Ричард получит власть над королем, ни Вудвиллы ни их сторонники не будут в безопасности. Как результат, Совет проголосовал за лишение регента любой власти. Дорсет сразу же тайно написал графу Риверсу, чтобы тот прибыл с королем в Лондон к 1 мая.
amir
Зай XIV
Ладно, объясняю ещё раз
1. Сэр Эдуард Вудвилл, брат только что овдовевшей королевы Елизаветы. Начиная с позапршлого постинга - адмирал флота.
2. Лайонел, епископ Солсберри. Брат предыдущего.
3. Епископ Вустер. Ему вынесена благодарность за рвение при исполнении служебных обязанностей.
1. Сэр Эдуард Вудвилл, брат только что овдовевшей королевы Елизаветы. Начиная с позапршлого постинга - адмирал флота.
2. Лайонел, епископ Солсберри. Брат предыдущего.
3. Епископ Вустер. Ему вынесена благодарность за рвение при исполнении служебных обязанностей.
Я предупреджал вас кстати, что по сюжетной линии, скорей всего имнно Бэкингем нанимает киллеров для принцев...ХОРОШИЙ Бэкингем, иначе не честно, вы ведь согласились играть мерзкого подонка... У меня вообще желание оставить так - чтобы было не понятно то ли рИчард замочил принцев, то ли Бэкингем... надо чтобы и тот, и жругой. наняли убийц - ведь в этот момент, Бэкингем считает ещё, то РИчард ему сделает ВСЁ, сделает его вторым человеком после себя...
Lanselot
Гетьман
Еще о вампирах:
http://www.x-libri.ru/elib/smi__885/00000001.htm
http://www.x-libri.ru/elib/smi__885/00000001.htm
Lanselot
Гетьман
Может еще кикимор половить? sm_lol
http://www.x-libri.ru/elib/smi__183/00000001.htm
http://www.x-libri.ru/elib/smi__183/00000001.htm
В обем всё просто, должно быть так
///Когда Дорсет узнал о событиях у Нортхэмптона, он отчаянно, но безуспешно попытался получить поддержку у лордов, чтобы собрать силы и отобрать молодого короля у регента. Когда эти попытки потерпели неудачу, он, его мать, ее брат Лайонел, епископ Солсбери, ее пять юных дочерей, и ее сын Ричард, герцог Йорк, поспешно отправились под защиту Вестминстерского аббатства19. Они взяли с собой не только их часть разделенной казны, но и многую мебель последнего короля, блюда, драгоценности и гобелены. Королева была в такой панике, что приказала пробить стену аббатства, чтобы занести все свои вещи как можно быстрее20.
Совет выступил с ободрением действий Ричарда по отношению к молодому королю, и 4 мая, королевская партия вошла в Лондон приветствуемая с великим энтузиазмом мэром, старейшинами и тысячами обычных горожан. Короля проводили во дворец епископа Лондона, где собрались лорды, чтобы принести ему оммаж, а Ричард отправился в Кросбис Плэйс – его лондонский дом. Так закончился день, который Вудвиллы выбрали для коронации Эдуарда V. ///
А вот материал ко второму тому, конечно если есть желание продолжать
Первой задачей Ричарда было восстановление организованного управления. Он созвал Совет, который включал в себя много сторонников Вудвиллов. Фактически, он был таким же по составу, как и предыдущий. Новый Совет, действуя в соответствии с волей умершего короля, провозгласил Ричарда Регентом и Защитником королевства21.
Ричард, в ответ, обещал руководствоваться решениями Совета. По предложению Бакингэма, Совет решил перевезти короля в королевские апартаменты в Тауэре, и установить 24 июня днем коронации. Совет также согласился внести предложение в парламент, чтобы регенство продолжалось до того момента, когда король станет совершеннолетним, с целью предупредить организацию партий, которые могли бы пытаться овладеть контролем над королем23.
Одним из первых действий Ричарда как регента было предложение помиловать всех солдат и моряков, которые покинут Эдуарда Вудвилла и заявят о своей верности новому режиму. Большинство из них приняло это предложение, но сам Вудвилл бежал в Бретань, с большой частью казны. В конце концов, эти деньги достались Генри Тюдору, и помогли ему финансировать его вторжение в 1485 году24.
Бакингэм быстро стал одним из наиболее могущественных и влиятельных членов Совета, затмив таких людей как Хастингс и Стэнли, которые служили Эдуарду IV. Его быстрое продвижение к власти, вызвало зависть, которая в ответ привела к интригам между Хастингсом и Вудвиллвми, и в итоге, к смерти Хастингса. Ричард, конечно, ценил поддержку Бакингэма, но его в первую очередь притягивало сходство Бакингэма с Джорджем Кларенсом, покойным братом Ричарда. Другим знаком в пользу Бакингэма было то, что он прибыл ко двору в новое царствование, и был, таким образом, не вовлечен в интриги предыдущего правления. Ричард, без сомнения, знал, что жгучая ненависть Бакингэма к Вудвиллам, вызванная его вынужденной женитьбой на Кэтрин Вудвилл в отрочестве, была главным фактором в его решении присоединиться к регенту. Каковы ни были бы причины, несколько следующих месяцев Бакингэм был наиболее ревностным и откровенным сторонником Ричарда. “Он создал, он был, партией регента.”25
Опасения Ричарда, что внутри Совета могут возникнуть партии, были вполне оправданы. В ответ на растущее влияние Бакингэма, Хастингс и его друзья, включая Ротерхэма, Мортона и Стэнли, начали тайно встречаться и интриговать с королевой, используя в качестве связного Джейн Шор, любовницу почившего короля, а теперь Хастингса и Дорсета. Видимо они замышляли покончить с регентством и восстановить власть Вудвиллов26. Если бы им это удалось, партия Хастингса-Вудвиллов смогли бы править через юного короля, и положение, и возможно даже жизнь регента были бы в опасности.
Ричард понимал, что происходит, и какую опасность представляют заговорщики его положению. 10 июня он написал магистратам Йорка, прося их прислать как можно больше вооруженных людей, чтобы помочь ему против “королевы, ее кровных родственников и сторонников, которые намеривались, и каждый день собираются, убить и совершенно уничтожить нас и нашего кузена герцога Бакингэма, и древнюю королевскую кровь этого королевства27.” Город послал 300 человек, которые, однако, не дошли до Лондона, до коронации Ричарда.
13 июня Совет собрался в Тауэре. Ричард открыл заседание, заявив, что был раскрыт заговор против правительства. Он обвинил королеву и ее сторонников, включая Джейн Шор, Стэнли, Мортона, Ротерхэма и Хастингса в соучастии в заговоре. Хастингс отверг обвинение, но четверо человек было арестовано, а Хастингс был тот час же отправлен в Тауэр и казнен28.
В город был послан герольд, чтобы провозгласить оправдание действиям регента. Хастингс, обвиненный Ричардом, был вовлечен в заговор против регента и Бакингэма, и его быстрая казнь была необходима, для предотвращения любых попыток спасти его. Кажется примечательным, что казнь без суда, столь популярного человека как Хастингс не вызвала протеста среди горожан. Однако, вполне вероятно, что многие лондонцы уже поняли, что Ричард намеревается овладеть короной29.
Ричард взял вдову Хастингса под свою защиту и позволил ей сохранить всю собственность ее мужа. Возможно, это была попытка Ричарда загладить поступок, о котором он мог глубоко сожалеть30. По требованию Бакингэма, Мортон был передан ему в руки и отправлен в замок Брекон в Уэльсе. 25 июня, в Понтефракте, Риверс, Грей и Вон были казнены за измену, таким образом положив конец, как надеялся Ричард, всем опасностям дальнейших интриг Вудвиллов31.
Большая часть членов Совета поддержали действия Ричарда по отношению к Хастингсу и другим заговорщикам, и теперь они удовлетворили его просьбу, чтобы Элизабет Вудвилл и ее дети покинули аббатство. Даже если бы она отказала, ее младший сын должен был присоединиться к своему брату и присутствовать на коронации. Совет согласился с Бакингэмом, который сказал, что раз с детьми не делают ничего плохого, то им не нужно убежище. 16 июня, делегация от Совета, возглавляемая архиепископом Кантерберийским, отправилась в Вестминстер и убедила сопротивлявшуюся королеву отдать сына. Принц Ричард немедленно воссоединил братьев в Тауэре32.
В Лондоне, где Совет вновь отсрочил коронацию, пошли слухи, что Эдуард V вскоре потеряет корону. Причиной отсрочки стала поразительная новость, сообщенная Ричарду и некоторым членам Совета епископом Стиллингтоном Батским и Уэльским, заявившем, что прежде чем жениться на Вудвилл, покойный король уже был обручен с Элеанор Батлер, дочерью графа Шрюсбери33. Если это была правда, это делало брак с Вудвилл недействительным для церкви, а детей от этого брака незаконнорожденными. Хотя подобные случаи обручений часто отбрасывались, и неизвестно какие доказательства предъявил Стиллингтон, чтобы подтвердить свое заявление, Ричард принял эту историю. История суда и казни Кларенса, и последующий арест Стиллингтона, заставило некоторых историков предположить, что Кларенс знал эту тайну и был предан смерти по требованию Вудвиллов, пытавшихся защитить свое положение34.
В воскресенье, 22 июня, в Полс Кросс, монах Ралф Ша, брат мэра Лондона, прочел проповедь “Ветви бастардов не должны пустить корни”. Он говорил пастве об обручении и объявил герцога Глостера истинным наследником трона. В других частях города, другие проповедники, действуя по указанию герцога Бакингэма, даже зашли так далеко, что оспаривали законнорожденность самого Эдуарда IV. Эти скандальные обвинения предъявлялись несколько лет назад Кларенсом, который целил на трон, но нет свидетельств, что Ричард поощрял эти атаки на репутацию его матери. Фактом является то, что в это время он прибыл в дом матери, что скорее доказывает противоположное35.
В понедельник, последовавший за проповедью Ша, герцог Бакингэм обратился к собранию лордов, а во вторник он разговаривал с магистратами и значительными гражданами Лондона в Ратуше. Корона, говорил он, по праву принадлежит Ричарду Глостеру. В среду, 25 июня, не формально, но фактически, в Вестминстере собрался парламент и создал петицию, в которой они рассмотрели обвинения в не легитимности детей Эдуарда и просили Ричарда занять трон. Их петиция была анонимно утверждена и формально представлена Ричарду в замке Бэйнард на следующий день. Сделав вид, он неохотно принял петицию и корону. Все собрание отправилось в Вестминстер, где Ричард уселся на мраморное королевское кресло и, в тот же день, он начал царствовать. 6 июля, в великолепной церемонии, Ричард и Анна были коронованы в Вестминстерском аббатстве, в присутствии практически всех пэров и важнейших горожан36.
///Когда Дорсет узнал о событиях у Нортхэмптона, он отчаянно, но безуспешно попытался получить поддержку у лордов, чтобы собрать силы и отобрать молодого короля у регента. Когда эти попытки потерпели неудачу, он, его мать, ее брат Лайонел, епископ Солсбери, ее пять юных дочерей, и ее сын Ричард, герцог Йорк, поспешно отправились под защиту Вестминстерского аббатства19. Они взяли с собой не только их часть разделенной казны, но и многую мебель последнего короля, блюда, драгоценности и гобелены. Королева была в такой панике, что приказала пробить стену аббатства, чтобы занести все свои вещи как можно быстрее20.
Совет выступил с ободрением действий Ричарда по отношению к молодому королю, и 4 мая, королевская партия вошла в Лондон приветствуемая с великим энтузиазмом мэром, старейшинами и тысячами обычных горожан. Короля проводили во дворец епископа Лондона, где собрались лорды, чтобы принести ему оммаж, а Ричард отправился в Кросбис Плэйс – его лондонский дом. Так закончился день, который Вудвиллы выбрали для коронации Эдуарда V. ///
А вот материал ко второму тому, конечно если есть желание продолжать
Первой задачей Ричарда было восстановление организованного управления. Он созвал Совет, который включал в себя много сторонников Вудвиллов. Фактически, он был таким же по составу, как и предыдущий. Новый Совет, действуя в соответствии с волей умершего короля, провозгласил Ричарда Регентом и Защитником королевства21.
Ричард, в ответ, обещал руководствоваться решениями Совета. По предложению Бакингэма, Совет решил перевезти короля в королевские апартаменты в Тауэре, и установить 24 июня днем коронации. Совет также согласился внести предложение в парламент, чтобы регенство продолжалось до того момента, когда король станет совершеннолетним, с целью предупредить организацию партий, которые могли бы пытаться овладеть контролем над королем23.
Одним из первых действий Ричарда как регента было предложение помиловать всех солдат и моряков, которые покинут Эдуарда Вудвилла и заявят о своей верности новому режиму. Большинство из них приняло это предложение, но сам Вудвилл бежал в Бретань, с большой частью казны. В конце концов, эти деньги достались Генри Тюдору, и помогли ему финансировать его вторжение в 1485 году24.
Бакингэм быстро стал одним из наиболее могущественных и влиятельных членов Совета, затмив таких людей как Хастингс и Стэнли, которые служили Эдуарду IV. Его быстрое продвижение к власти, вызвало зависть, которая в ответ привела к интригам между Хастингсом и Вудвиллвми, и в итоге, к смерти Хастингса. Ричард, конечно, ценил поддержку Бакингэма, но его в первую очередь притягивало сходство Бакингэма с Джорджем Кларенсом, покойным братом Ричарда. Другим знаком в пользу Бакингэма было то, что он прибыл ко двору в новое царствование, и был, таким образом, не вовлечен в интриги предыдущего правления. Ричард, без сомнения, знал, что жгучая ненависть Бакингэма к Вудвиллам, вызванная его вынужденной женитьбой на Кэтрин Вудвилл в отрочестве, была главным фактором в его решении присоединиться к регенту. Каковы ни были бы причины, несколько следующих месяцев Бакингэм был наиболее ревностным и откровенным сторонником Ричарда. “Он создал, он был, партией регента.”25
Опасения Ричарда, что внутри Совета могут возникнуть партии, были вполне оправданы. В ответ на растущее влияние Бакингэма, Хастингс и его друзья, включая Ротерхэма, Мортона и Стэнли, начали тайно встречаться и интриговать с королевой, используя в качестве связного Джейн Шор, любовницу почившего короля, а теперь Хастингса и Дорсета. Видимо они замышляли покончить с регентством и восстановить власть Вудвиллов26. Если бы им это удалось, партия Хастингса-Вудвиллов смогли бы править через юного короля, и положение, и возможно даже жизнь регента были бы в опасности.
Ричард понимал, что происходит, и какую опасность представляют заговорщики его положению. 10 июня он написал магистратам Йорка, прося их прислать как можно больше вооруженных людей, чтобы помочь ему против “королевы, ее кровных родственников и сторонников, которые намеривались, и каждый день собираются, убить и совершенно уничтожить нас и нашего кузена герцога Бакингэма, и древнюю королевскую кровь этого королевства27.” Город послал 300 человек, которые, однако, не дошли до Лондона, до коронации Ричарда.
13 июня Совет собрался в Тауэре. Ричард открыл заседание, заявив, что был раскрыт заговор против правительства. Он обвинил королеву и ее сторонников, включая Джейн Шор, Стэнли, Мортона, Ротерхэма и Хастингса в соучастии в заговоре. Хастингс отверг обвинение, но четверо человек было арестовано, а Хастингс был тот час же отправлен в Тауэр и казнен28.
В город был послан герольд, чтобы провозгласить оправдание действиям регента. Хастингс, обвиненный Ричардом, был вовлечен в заговор против регента и Бакингэма, и его быстрая казнь была необходима, для предотвращения любых попыток спасти его. Кажется примечательным, что казнь без суда, столь популярного человека как Хастингс не вызвала протеста среди горожан. Однако, вполне вероятно, что многие лондонцы уже поняли, что Ричард намеревается овладеть короной29.
Ричард взял вдову Хастингса под свою защиту и позволил ей сохранить всю собственность ее мужа. Возможно, это была попытка Ричарда загладить поступок, о котором он мог глубоко сожалеть30. По требованию Бакингэма, Мортон был передан ему в руки и отправлен в замок Брекон в Уэльсе. 25 июня, в Понтефракте, Риверс, Грей и Вон были казнены за измену, таким образом положив конец, как надеялся Ричард, всем опасностям дальнейших интриг Вудвиллов31.
Большая часть членов Совета поддержали действия Ричарда по отношению к Хастингсу и другим заговорщикам, и теперь они удовлетворили его просьбу, чтобы Элизабет Вудвилл и ее дети покинули аббатство. Даже если бы она отказала, ее младший сын должен был присоединиться к своему брату и присутствовать на коронации. Совет согласился с Бакингэмом, который сказал, что раз с детьми не делают ничего плохого, то им не нужно убежище. 16 июня, делегация от Совета, возглавляемая архиепископом Кантерберийским, отправилась в Вестминстер и убедила сопротивлявшуюся королеву отдать сына. Принц Ричард немедленно воссоединил братьев в Тауэре32.
В Лондоне, где Совет вновь отсрочил коронацию, пошли слухи, что Эдуард V вскоре потеряет корону. Причиной отсрочки стала поразительная новость, сообщенная Ричарду и некоторым членам Совета епископом Стиллингтоном Батским и Уэльским, заявившем, что прежде чем жениться на Вудвилл, покойный король уже был обручен с Элеанор Батлер, дочерью графа Шрюсбери33. Если это была правда, это делало брак с Вудвилл недействительным для церкви, а детей от этого брака незаконнорожденными. Хотя подобные случаи обручений часто отбрасывались, и неизвестно какие доказательства предъявил Стиллингтон, чтобы подтвердить свое заявление, Ричард принял эту историю. История суда и казни Кларенса, и последующий арест Стиллингтона, заставило некоторых историков предположить, что Кларенс знал эту тайну и был предан смерти по требованию Вудвиллов, пытавшихся защитить свое положение34.
В воскресенье, 22 июня, в Полс Кросс, монах Ралф Ша, брат мэра Лондона, прочел проповедь “Ветви бастардов не должны пустить корни”. Он говорил пастве об обручении и объявил герцога Глостера истинным наследником трона. В других частях города, другие проповедники, действуя по указанию герцога Бакингэма, даже зашли так далеко, что оспаривали законнорожденность самого Эдуарда IV. Эти скандальные обвинения предъявлялись несколько лет назад Кларенсом, который целил на трон, но нет свидетельств, что Ричард поощрял эти атаки на репутацию его матери. Фактом является то, что в это время он прибыл в дом матери, что скорее доказывает противоположное35.
В понедельник, последовавший за проповедью Ша, герцог Бакингэм обратился к собранию лордов, а во вторник он разговаривал с магистратами и значительными гражданами Лондона в Ратуше. Корона, говорил он, по праву принадлежит Ричарду Глостеру. В среду, 25 июня, не формально, но фактически, в Вестминстере собрался парламент и создал петицию, в которой они рассмотрели обвинения в не легитимности детей Эдуарда и просили Ричарда занять трон. Их петиция была анонимно утверждена и формально представлена Ричарду в замке Бэйнард на следующий день. Сделав вид, он неохотно принял петицию и корону. Все собрание отправилось в Вестминстер, где Ричард уселся на мраморное королевское кресло и, в тот же день, он начал царствовать. 6 июля, в великолепной церемонии, Ричард и Анна были коронованы в Вестминстерском аббатстве, в присутствии практически всех пэров и важнейших горожан36.