Начну эту тему, скопировав сюда несколько сообщений из темы про Одоакра.
Рассмотрим фрагмент VIII.38 так называемого Anonymi Valesiani pars posterior (или Excerpta Valesiana II, или Chronica Theodericiana), обратив особое внимание на выделенное место (текст по изданию Т. Моммзена в Chronica Minora):
VIII. 38. Ingrediens autem Ravennam [Odoacer] deposuit Augustulum de regno, cuius infantiae misertus concessit ei sanguinem, et quia pulcher erat, tamen donans ei reditum sex milia solidos misit eum intra Campaniam cum parentibus suis libere vivere. Enim pater eius Orestes Pannonius qui eo tempore, quando Attila ad Italiam venit, se illi iunxit et eius notarius factus fuerat. Unde profecit et usque ad patriciatus dignitatem pervenerat.
(Вступив в Равенну, [Одоакр] лишил Августула царской власти, сжалившись над его детским возрастом и потому, что тот был красив, сохранил ему жизнь, однако, даруя ему шесть тысяч солидов дохода, отправил его в Кампанию вместе с его родственниками жить на свободе. Ведь его отец паннонец Орест, который в то время, когда Аттила прибыл в Италию, сблизился с ним и стал его нотарием, после чего до того преуспел, что достиг достоинства патрициата).
Извлечения, из которых взят этот фрагмент, сохранились в двух дошедших до нас рукописных кодексах. Первый из них, пергаменный кодекс «ин-кварто», был составлен в IX веке, вероятно, в Вероне, откуда доставлен епископом Ратерием в Мец, затем попал в клермонский коллеж иезуитов в Париже, где не позднее 1764 года был разделён на две части и каталогизирован: под № 680 в каталоге библиотеки коллежа значится кодекс на 75 листах, содержащий, помимо других исторических сочинений, «Excerpta ex chronicis incertis de rebus Zenonis et Anastasii imperatorum nec non Theoderici regis» («Извлечения из неопределённых хроник о деяниях императоров Зенона и Анастасия, а также короля Теодериха»). Купленный впоследствии с торгов голландцем Йоханном Меерманном, этот кодекс получил обозначение codex Meermannus 794; после смерти владельца он стал частью библиотеки английского коллекционера сэра Томаса Филлиппса и обрёл наименование codex Phillippsianus 1885. Впоследствии кодекс попал в Берлинскую королевскую (после 1918 года – государственную) библиотеку, где и хранится в настоящее время (codex Berolinensis 1885 или Ms. Phill. 1885):
http://resolver.staatsbibliothek-berlin.de...001A93100000000
Отметим сразу, что второй включающий Excerpta Valesiana рукописный кодекс Vaticanus Palatinus latinus 927 (XII века):
http://digi.ub.uni-heidelberg.de/diglit/ba...d61da82fa80f65e
содержит сравнительно с Берлинским кодексом значительное число лакун (и в нём вообще отсутствует pars prior – Origo Constantini imperatoris), заполненных, как правило, отрывками, заимствованными из «Гетики» Иордана. В частности, в Палатинском кодексе отсутствует разбираемый выше фрагмент о дарении Одоакром Ромулу 6000 солидов. В силу данного обстоятельства Палатинский кодекс не может быть привлечён к истолкованию указанного места.
Содержащиеся в указанных манускриптах анонимные извлечения из «неопределённых хроник» были впервые опубликованы в 1636 году Анри де Валуа (Генрихом Валезием) в приложении к изданию Аммиана Марцеллина: Ammiani Marcellini rerum gestarum, qui de XXXI supersunt, libri XVIII, ex ms. Codicibus emendati ab Henrico Valesio, et annotationibus illustrati. Adjecta sunt Excerpta de gestis Constantini nondum edita. – Parisiis, apud Ioannem Camusat, 1636:
Интересно сравнить то место, где говорится о даровании Одоакром Ромулу 6000 солидов:
Codex Berolinensis (Ms. Phill.1885), f. 37v:
Excerpta edita ab Henrico Valesio, p. 477:
Таким образом,
в кодексе: tamen donavit et creditor sex milia solidos
у Валезия: tamen donavit ei reditum sex millia solidos
Итак, если вместо tamen donans ei reditum принять чтение Берлинского кодекса tamen donavit et creditor, это место можно перевести так:
Вступив в Равенну, [Одоакр] лишил Августула царской власти, сжалившись над его детским возрастом и потому, что тот был красив, сохранил ему жизнь, однако подарил и кредитор шесть тысяч солидов, etc.
Сложно сказать, сам ли Валезий исправил creditor на reditum, поскольку в предисловии к читателю он пишет, что копию извлечений для него изготовил Жак Сирмон: «Postremo Excerpta de gestis Constantini, quorum in Annotation. saepe mentionem facio, huic editioni nostrae subiungere placuit. Eorum autem mihi copiam fecit R. P. Iacobus Sirmondus, iudicio, doctrina, stilique elegantia, ut inter omnes constat, eminentissimus» («Наконец, решено добавить к этому нашему изданию Извлечения из деяний Константина, которые я часто упоминаю в Примечаниях. Их копию сделал для меня преподобный отец Якоб Сирмонд, выдающийся, как всем известно, рассудительностью, учёностью и изяществом стиля»). Так что отнюдь не исключено, что соответствующее исправление внёс уже Сирмон.
Такое же написание этого места во втором издании, предпринятом в 1681 году младшим братом Анри, Адрианом де Валуа. Это же чтение принято Симоном Паули (Miscella Antique Lectionis. Cuius quatuor monumenta, in Praefatione enumerate in publicam lucem reduxit Simon Paulli. - Agrentorati, 1664, p. 17), что, впрочем, понятно, поскольку текст взят из издания Валезия:
https://play.google.com/books/reader?id=5G9...=ru&pg=GBS.PA17
Последующие издания продолжали следовать чтению Сирмона–Валезия tamen donavit ei reditum sex milia solidos, что естественно, поскольку текст заимствовался из издания Валезия, а не непосредственно из кодекса. В частности:
- Якоб Гроновий: Ammiani Marcellini rerum gestarum qui de XXXI supersunt, libri XVIII. Ope MMS. codicum emendati ab Frederico Lindenbrogio et Henrico Hadrianoque Valesiis cum eorundem integris Observationibus et Annotationibus, item Excerpta veteran de Gestis Constantini et Regum Italiae. Omnia nunc recognita ab Jacobo Gronovio. – Lugduni Batavorum, 1693, p. 508:
https://play.google.com/books/reader?id=7Dt...ru&pg=GBS.PA508
- Лудовико Антонио Муратори: Rerum Italicarum Scriptores, t. XXIV. – Mediolani, 1738, p. 640 I:
http://gutenberg.beic.it/view/action/nmets...E_ID=7&divType=
- Иоганн Августин Вагнер: Ammiani Marcellini quae supersunt cum notis integris Frid. Lindenbrogii, Henr. et Hadr. Valesiorum et Iac. Gronovii quibus Thom. Reinesii quasdam et suas adjecit Io. Aug. Wagner. Editionem absolvit Car. Gottlob Aug. Erfurdt. T. I. – Lipsiae, 1808, p. 616:
https://play.google.com/books/reader?id=LUZ...ru&pg=GBS.PA616
- Франц Эйзенхардт: Ammiani Marcellini rerum gestarum libri qui supersunt. Recensuit Franciscus Eyssenhardt. – Berolino, 1871, p. 535:
https://play.google.com/books/reader?id=-7s...er&pg=GBS.PA535
- Виктор Гардтхаузен: Ammiani Marcellini rerum gestarum libri qui supersunt. Recensuit notisque selectis instruxit V. Gardthausen, vol. I. – Lipsiae, 1874, p. 290:
https://play.google.com/books/reader?id=1iA...g=GBS.RA1-PA290
Гардтхаузен не оставляет никакого примечания к данному месту, видимо потому, что он, подобно Валезию, сам не видел манускрипта: «In excerptis, quae dicuntur Anonymi Valesiani, editores omnes vestigia presserunt Valesiorum, nullo adhibito libro manu scripto. Codex enim a Iacobo Sirmondo in lucem prolatus et a Valesiis adhibitus mox evanuit. Nuper vero in Brittannia repertus diligentissime descriptus est a Francisco Rühl qui summa cum benevolentia schedas suas mihi transmisit huiusque codicis notae optimae copiam mihi fecit» («В извлечениях, которые называются Анонима Валезия, все издатели следуют по стопам Валезиев, не привлекая никаких рукописных книг. Ведь кодекс, обнаруженный Якобом Сирмондом и использованный Валезиями, вскоре исчез. Однако недавно вновь найденный в Британии, он самым тщательным образом был переписан Францем Рюлем, который с величайшим доброжелательством переслал мне его страницы и сделал для меня копию этого кодекса наилучшего качества») (Ibid., p. 280).
Наряду с этим в XIX веке прочтение данного места подверглось дальнейшим изменениям. Так, Отто Хиршфельд исправил tamen на etiam. Теодор Моммзен исправляет donavit на donans и, принимая чтение tamen donans ei reditum sex milia solidos, не исключает возможности замены tamen на admodum, указывая в примечании: tamen] scr. admodum vel quod proposuit Hirschfeld, etiam donans ei reditum] donavit et creditor B (т.е. чтение Берлинского кодекса) (Chronica Minora I // Monumenta Germaniae Historica, Auctores Antiquissimi, IX. – Berolini, 1892, p. 310):
В издании Роберто Чесси восстановлено рукописное чтение creditor, но ему предпослано отсутствующее в кодексе слово ut, слово же tamen вовсе пропущено: donavit ei ut creditor sex milia solidos (Fragmenta Historica ad Henrico et Hadriano Valesio primum edita [Anonymus Valesianuis], a cura di R. Cessi // Rerum Italicarum Scriptores, t. XXIV, part. IV. – Città di Castello, 1913, p. 13):
https://archive.org/stream/p4rerumitalicaru...age/12/mode/2up
Впрочем, предыдущие варианты прочтения этого места оговорены издателем в критических замечаниях к тексту (p. XXII). Р. Чесси, признавая рукописное чтение неясным, а сам отрывок – повреждённым, в то же время не считает ранее предложенные варианты исправлений наилучшими, полагая грамматически необъяснимой конструкцию двойного аккузатива. Восстанавливая чтение creditor вместо reditum, Чесси считает это возможным, гипотетически предполагая наличие неких тесных отношений между Одоакром и Августулом, объясняющих произведённое первым второму дарение 6000 солидов, и не исключает, что семья Августула могла действительно быть в некоем долгу перед Одоакром: не то это был долг в прямом смысле, не то какие-то его былые заслуги (Non potrebbe darsi che verso la famiglia di Augustolo vantasse Odoacre crediti di vecchia data?). Вся эта весьма шаткая гипотеза зиждется на предположении, что в полном тексте, из которого были сделаны эти извлечения, излагались подробности взаимоотношений названных персонажей, объясняющие и дарение, и смысл термина creditor.
Несмотря на всю гипотетичность, подход Чесси принципиально отличен от метода предыдущих издателей: он отдаёт предпочтение попытке истолковать рукописное чтение, исходя из него самого, а не исправлять его в соответствии с тем смыслом, который кажется верным интерпретатору.
Чтение Р. Чесси donavit ei ut creditor sex milia solidos позволяет дать перевод:
Вступив в Равенну, [Одоакр] лишил Августула царской власти, сжалившись над его детским возрастом и потому, что тот был красив, сохранил ему жизнь, подарил ему как кредитор шесть тысяч солидов, etc.
Тем не менее, в тойбнеровском издании 1961 года Жак Моро принимает чтение etiam donans ei reditum sex milia solidos (Excerpta Valesiana, rec. Jacques Moreau (Bibliotheca scriptorium Graecorum et Romanorum Teuberiana). – Leipzig, In aedibus B. G. Teubneri, 1961, p. 11).
В 1987 году Йозеф Чешка, в целом соглашаясь с Р. Чесси относительно восстановления рукописного чтения creditor, ограничивается внесением в это чтение минимальных правок: заменяет tamen на tum ei и переносит et после слова solidos (Josef Češka. Sechs Tausend Solidi dem entthronten Romulus Augustulus // Listy filologické / Folia philologica, Roč. 110, Čís. 2 (1987), pp. 119-120):
… [Odoacer] deposuit Augustulum de regno, cuius infantiae misertus concessit ei sanguinem, et quia pulcher erat, tum ei donavit creditor sex milia solidos et misit eum intra Campaniam cum parentibus suis libere vivere.
(… [Одоакр] лишил Августула царской власти, сжалившись над его детским возрастом и потому, что тот был красив, сохранил ему жизнь, после чего пожаловал ему кредитор шесть тысяч солидов и отправил его в Кампанию вместе с его родственниками жить на свободе).
Й. Чешка выдвигает против чтения reditum не только лингвистический, но и, так сказать, финансовый довод: каков же должен быть размер дарения, если годовой доход с него составляет 6000 солидов (свыше 27 кг золота)? Также Й. Чешка высказывает предположение, что с правовой точки зрения речь могла идти не о дарении, а о прекарии (безусловно отзывном предоставлении имущества в фактическое пользование), и именно в этой связи Одоакр мог быть назван creditor (из-за смешения понятий precarium и commodatio).
Всё вышеизложенное является необходимым введением к любопытной версии, предложенной для истолкования этого места Сальваторе Кальдероне (Salvatore Calderone. Alle origini della ‘fine’ dell’Impero romano d’Occidente // «La fine dell’Impero romano d’Occidente», Istituto di Studi Romani, Roma, 1978, pp. 29-48), суть которой заключается в следующем.
Вкратце описав историю вносимых в указанный текст исправлений, Кальдероне обращает внимание на то, что такие исправления не могут «удовлетворять одной лишь изолированной абстрактной логике короткого исправляемого текста», и необходимо учитывать более широкий контекст, который, применительно к данному фрагменту, содержит два момента:
1) Августул был отправлен в Кампанию cum parentibus suis libere vivere (где parentes не являются «родителями», поскольку отец Августула был убит Одоакром);
2) непосредственно за этим сообщением следует, вводимый с enim, своего рода краткий «послужной список» (curriculum) Ореста, отца Августула: «ведь его отец паннонец Орест, который в те времена, когда Аттила прибыл в Италию, сблизился с ним и стал его нотарием, после чего до того преуспел, что достиг достоинства патрициата».
В этой связи Кальдероне задаётся двумя вопросами:
1) о чём должны говорить эти parentes, довольствующиеся пребыванием вместе с юным экс-августом в Кампании?
2) какую функцию выполняет в этом, в целом экономном рассказе curriculum Ореста, достигающий вершины в dignitas patriciatus, с учётом того, что, несмотря на лексическую неопределённость варварской латыни источника, следует придать enim поясняющее значение?
На эти вопросы С. Кальдероне отвечает следующим образом:
«Ещё не подвергшийся извлечениям контекст этого § 38 передавал, я думаю, подробнейшие записи о событиях (lectura super gesta) 476 года; источник, использованный здесь валезианским эксцерптором, отражает германскую или очень близкую к ней среду; именно ту среду, в которой выплаченная в пользу Ромула Августула денежная сумма (мы всё же принимаем сообщение о 6000 солидах) могла восприниматься в терминах германского права как вергельд (weregeldum), внесённый в качестве искупительного штрафа (compositio), уплаченного Одоакром как убийцей: «явившись … Одоакр … убил Ореста» (superveniens … Odoacar … occidit Orestem); вергельд, уплаченный всей семье убитого – Ромулу и его parentes – как было обычным в германском уголовном праве (это напоминает Lex Salica, титул 65: «если будет убит чей-либо отец, пусть половину штрафной компенсации получат сыновья, а другую половину – родственники» (si alicuius pater occisus fuerit, medietatem compositionis filii colligant, et aliam medietatem parentes); вергельд, кроме того, наивысшего размера, потому что (enim) речь шла о высшем сановнике, о патриции, а древнее германское право, как известно, соизмеряло вергельд с «личными качествами» (qualitas personarum) (ср., например, liber legum Gundebati, титул 2, 2)» (op. cit., p. 42).
С. Кальдероне полагает, что, если выявленный им смысл данного отрывка является верным, то сама по себе проблема испорченности текста становится вторичной, а главный вывод заключается в том, что события 476 года в VIII.38 Excerpta Valesiana рассматриваются с точки зрения, очень близкой «к точке зрения наблюдателя, обладающего германским менталитетом». Далее, сделав оговорку о том, что римское право не оценивало свободную личность в деньгах, Кальдероне, тем не менее, приводит примеры, свидетельствующие о порядке сумм, взыскиваемых со знатных лиц в виде suffragia или штрафа, и резюмирует, что «с германской точки зрения вергельд римского патриция вполне мог составлять около 80 фунтов золота, что соответствовало 6000 солидов; с этой точки зрения, такая сумма, уплаченная сыну и родственникам Ореста, могла быть сочтена вергельдом, соответствующим личности убитого.
Не должно быть никаких сомнений в реальной возможности подобного толкования в римско-варварской среде. Уже в 470 году, во времена Антемия, Сидоний Аполлинарий жаловался, что Серонат, губернатор Первой Аквитании, толковал действующие правовые нормы в визиготском смысле: «попирая законы Феодосия и устанавливая законы Теодериха, он отыскивает старые провинности и новые налоги» (leges Theudosianas calcans Theudoricianasque proponens veteres culpas, nova tribute perquirit).
Трудно, пожалуй, даже невозможно, отследить источник этой принятой валезианским анонимом интерпретации; чисто по аналогии можно вспомнить Аблабия, автора commentarii de rebus gothicis, по-видимому, сведущего в германском языке и в германской старине, трудившегося на рубеже V-VI вв. и упомянутого в числе других источников Иорданом» (ibid., p. 43).
Такие дела.
Рассмотрим фрагмент VIII.38 так называемого Anonymi Valesiani pars posterior (или Excerpta Valesiana II, или Chronica Theodericiana), обратив особое внимание на выделенное место (текст по изданию Т. Моммзена в Chronica Minora):
VIII. 38. Ingrediens autem Ravennam [Odoacer] deposuit Augustulum de regno, cuius infantiae misertus concessit ei sanguinem, et quia pulcher erat, tamen donans ei reditum sex milia solidos misit eum intra Campaniam cum parentibus suis libere vivere. Enim pater eius Orestes Pannonius qui eo tempore, quando Attila ad Italiam venit, se illi iunxit et eius notarius factus fuerat. Unde profecit et usque ad patriciatus dignitatem pervenerat.
(Вступив в Равенну, [Одоакр] лишил Августула царской власти, сжалившись над его детским возрастом и потому, что тот был красив, сохранил ему жизнь, однако, даруя ему шесть тысяч солидов дохода, отправил его в Кампанию вместе с его родственниками жить на свободе. Ведь его отец паннонец Орест, который в то время, когда Аттила прибыл в Италию, сблизился с ним и стал его нотарием, после чего до того преуспел, что достиг достоинства патрициата).
Извлечения, из которых взят этот фрагмент, сохранились в двух дошедших до нас рукописных кодексах. Первый из них, пергаменный кодекс «ин-кварто», был составлен в IX веке, вероятно, в Вероне, откуда доставлен епископом Ратерием в Мец, затем попал в клермонский коллеж иезуитов в Париже, где не позднее 1764 года был разделён на две части и каталогизирован: под № 680 в каталоге библиотеки коллежа значится кодекс на 75 листах, содержащий, помимо других исторических сочинений, «Excerpta ex chronicis incertis de rebus Zenonis et Anastasii imperatorum nec non Theoderici regis» («Извлечения из неопределённых хроник о деяниях императоров Зенона и Анастасия, а также короля Теодериха»). Купленный впоследствии с торгов голландцем Йоханном Меерманном, этот кодекс получил обозначение codex Meermannus 794; после смерти владельца он стал частью библиотеки английского коллекционера сэра Томаса Филлиппса и обрёл наименование codex Phillippsianus 1885. Впоследствии кодекс попал в Берлинскую королевскую (после 1918 года – государственную) библиотеку, где и хранится в настоящее время (codex Berolinensis 1885 или Ms. Phill. 1885):
http://resolver.staatsbibliothek-berlin.de...001A93100000000
Отметим сразу, что второй включающий Excerpta Valesiana рукописный кодекс Vaticanus Palatinus latinus 927 (XII века):
http://digi.ub.uni-heidelberg.de/diglit/ba...d61da82fa80f65e
содержит сравнительно с Берлинским кодексом значительное число лакун (и в нём вообще отсутствует pars prior – Origo Constantini imperatoris), заполненных, как правило, отрывками, заимствованными из «Гетики» Иордана. В частности, в Палатинском кодексе отсутствует разбираемый выше фрагмент о дарении Одоакром Ромулу 6000 солидов. В силу данного обстоятельства Палатинский кодекс не может быть привлечён к истолкованию указанного места.
Содержащиеся в указанных манускриптах анонимные извлечения из «неопределённых хроник» были впервые опубликованы в 1636 году Анри де Валуа (Генрихом Валезием) в приложении к изданию Аммиана Марцеллина: Ammiani Marcellini rerum gestarum, qui de XXXI supersunt, libri XVIII, ex ms. Codicibus emendati ab Henrico Valesio, et annotationibus illustrati. Adjecta sunt Excerpta de gestis Constantini nondum edita. – Parisiis, apud Ioannem Camusat, 1636:
Интересно сравнить то место, где говорится о даровании Одоакром Ромулу 6000 солидов:
Codex Berolinensis (Ms. Phill.1885), f. 37v:
Excerpta edita ab Henrico Valesio, p. 477:
Таким образом,
в кодексе: tamen donavit et creditor sex milia solidos
у Валезия: tamen donavit ei reditum sex millia solidos
Итак, если вместо tamen donans ei reditum принять чтение Берлинского кодекса tamen donavit et creditor, это место можно перевести так:
Вступив в Равенну, [Одоакр] лишил Августула царской власти, сжалившись над его детским возрастом и потому, что тот был красив, сохранил ему жизнь, однако подарил и кредитор шесть тысяч солидов, etc.
Сложно сказать, сам ли Валезий исправил creditor на reditum, поскольку в предисловии к читателю он пишет, что копию извлечений для него изготовил Жак Сирмон: «Postremo Excerpta de gestis Constantini, quorum in Annotation. saepe mentionem facio, huic editioni nostrae subiungere placuit. Eorum autem mihi copiam fecit R. P. Iacobus Sirmondus, iudicio, doctrina, stilique elegantia, ut inter omnes constat, eminentissimus» («Наконец, решено добавить к этому нашему изданию Извлечения из деяний Константина, которые я часто упоминаю в Примечаниях. Их копию сделал для меня преподобный отец Якоб Сирмонд, выдающийся, как всем известно, рассудительностью, учёностью и изяществом стиля»). Так что отнюдь не исключено, что соответствующее исправление внёс уже Сирмон.
Такое же написание этого места во втором издании, предпринятом в 1681 году младшим братом Анри, Адрианом де Валуа. Это же чтение принято Симоном Паули (Miscella Antique Lectionis. Cuius quatuor monumenta, in Praefatione enumerate in publicam lucem reduxit Simon Paulli. - Agrentorati, 1664, p. 17), что, впрочем, понятно, поскольку текст взят из издания Валезия:
https://play.google.com/books/reader?id=5G9...=ru&pg=GBS.PA17
Последующие издания продолжали следовать чтению Сирмона–Валезия tamen donavit ei reditum sex milia solidos, что естественно, поскольку текст заимствовался из издания Валезия, а не непосредственно из кодекса. В частности:
- Якоб Гроновий: Ammiani Marcellini rerum gestarum qui de XXXI supersunt, libri XVIII. Ope MMS. codicum emendati ab Frederico Lindenbrogio et Henrico Hadrianoque Valesiis cum eorundem integris Observationibus et Annotationibus, item Excerpta veteran de Gestis Constantini et Regum Italiae. Omnia nunc recognita ab Jacobo Gronovio. – Lugduni Batavorum, 1693, p. 508:
https://play.google.com/books/reader?id=7Dt...ru&pg=GBS.PA508
- Лудовико Антонио Муратори: Rerum Italicarum Scriptores, t. XXIV. – Mediolani, 1738, p. 640 I:
http://gutenberg.beic.it/view/action/nmets...E_ID=7&divType=
- Иоганн Августин Вагнер: Ammiani Marcellini quae supersunt cum notis integris Frid. Lindenbrogii, Henr. et Hadr. Valesiorum et Iac. Gronovii quibus Thom. Reinesii quasdam et suas adjecit Io. Aug. Wagner. Editionem absolvit Car. Gottlob Aug. Erfurdt. T. I. – Lipsiae, 1808, p. 616:
https://play.google.com/books/reader?id=LUZ...ru&pg=GBS.PA616
- Франц Эйзенхардт: Ammiani Marcellini rerum gestarum libri qui supersunt. Recensuit Franciscus Eyssenhardt. – Berolino, 1871, p. 535:
https://play.google.com/books/reader?id=-7s...er&pg=GBS.PA535
- Виктор Гардтхаузен: Ammiani Marcellini rerum gestarum libri qui supersunt. Recensuit notisque selectis instruxit V. Gardthausen, vol. I. – Lipsiae, 1874, p. 290:
https://play.google.com/books/reader?id=1iA...g=GBS.RA1-PA290
Гардтхаузен не оставляет никакого примечания к данному месту, видимо потому, что он, подобно Валезию, сам не видел манускрипта: «In excerptis, quae dicuntur Anonymi Valesiani, editores omnes vestigia presserunt Valesiorum, nullo adhibito libro manu scripto. Codex enim a Iacobo Sirmondo in lucem prolatus et a Valesiis adhibitus mox evanuit. Nuper vero in Brittannia repertus diligentissime descriptus est a Francisco Rühl qui summa cum benevolentia schedas suas mihi transmisit huiusque codicis notae optimae copiam mihi fecit» («В извлечениях, которые называются Анонима Валезия, все издатели следуют по стопам Валезиев, не привлекая никаких рукописных книг. Ведь кодекс, обнаруженный Якобом Сирмондом и использованный Валезиями, вскоре исчез. Однако недавно вновь найденный в Британии, он самым тщательным образом был переписан Францем Рюлем, который с величайшим доброжелательством переслал мне его страницы и сделал для меня копию этого кодекса наилучшего качества») (Ibid., p. 280).
Наряду с этим в XIX веке прочтение данного места подверглось дальнейшим изменениям. Так, Отто Хиршфельд исправил tamen на etiam. Теодор Моммзен исправляет donavit на donans и, принимая чтение tamen donans ei reditum sex milia solidos, не исключает возможности замены tamen на admodum, указывая в примечании: tamen] scr. admodum vel quod proposuit Hirschfeld, etiam donans ei reditum] donavit et creditor B (т.е. чтение Берлинского кодекса) (Chronica Minora I // Monumenta Germaniae Historica, Auctores Antiquissimi, IX. – Berolini, 1892, p. 310):
В издании Роберто Чесси восстановлено рукописное чтение creditor, но ему предпослано отсутствующее в кодексе слово ut, слово же tamen вовсе пропущено: donavit ei ut creditor sex milia solidos (Fragmenta Historica ad Henrico et Hadriano Valesio primum edita [Anonymus Valesianuis], a cura di R. Cessi // Rerum Italicarum Scriptores, t. XXIV, part. IV. – Città di Castello, 1913, p. 13):
https://archive.org/stream/p4rerumitalicaru...age/12/mode/2up
Впрочем, предыдущие варианты прочтения этого места оговорены издателем в критических замечаниях к тексту (p. XXII). Р. Чесси, признавая рукописное чтение неясным, а сам отрывок – повреждённым, в то же время не считает ранее предложенные варианты исправлений наилучшими, полагая грамматически необъяснимой конструкцию двойного аккузатива. Восстанавливая чтение creditor вместо reditum, Чесси считает это возможным, гипотетически предполагая наличие неких тесных отношений между Одоакром и Августулом, объясняющих произведённое первым второму дарение 6000 солидов, и не исключает, что семья Августула могла действительно быть в некоем долгу перед Одоакром: не то это был долг в прямом смысле, не то какие-то его былые заслуги (Non potrebbe darsi che verso la famiglia di Augustolo vantasse Odoacre crediti di vecchia data?). Вся эта весьма шаткая гипотеза зиждется на предположении, что в полном тексте, из которого были сделаны эти извлечения, излагались подробности взаимоотношений названных персонажей, объясняющие и дарение, и смысл термина creditor.
Несмотря на всю гипотетичность, подход Чесси принципиально отличен от метода предыдущих издателей: он отдаёт предпочтение попытке истолковать рукописное чтение, исходя из него самого, а не исправлять его в соответствии с тем смыслом, который кажется верным интерпретатору.
Чтение Р. Чесси donavit ei ut creditor sex milia solidos позволяет дать перевод:
Вступив в Равенну, [Одоакр] лишил Августула царской власти, сжалившись над его детским возрастом и потому, что тот был красив, сохранил ему жизнь, подарил ему как кредитор шесть тысяч солидов, etc.
Тем не менее, в тойбнеровском издании 1961 года Жак Моро принимает чтение etiam donans ei reditum sex milia solidos (Excerpta Valesiana, rec. Jacques Moreau (Bibliotheca scriptorium Graecorum et Romanorum Teuberiana). – Leipzig, In aedibus B. G. Teubneri, 1961, p. 11).
В 1987 году Йозеф Чешка, в целом соглашаясь с Р. Чесси относительно восстановления рукописного чтения creditor, ограничивается внесением в это чтение минимальных правок: заменяет tamen на tum ei и переносит et после слова solidos (Josef Češka. Sechs Tausend Solidi dem entthronten Romulus Augustulus // Listy filologické / Folia philologica, Roč. 110, Čís. 2 (1987), pp. 119-120):
… [Odoacer] deposuit Augustulum de regno, cuius infantiae misertus concessit ei sanguinem, et quia pulcher erat, tum ei donavit creditor sex milia solidos et misit eum intra Campaniam cum parentibus suis libere vivere.
(… [Одоакр] лишил Августула царской власти, сжалившись над его детским возрастом и потому, что тот был красив, сохранил ему жизнь, после чего пожаловал ему кредитор шесть тысяч солидов и отправил его в Кампанию вместе с его родственниками жить на свободе).
Й. Чешка выдвигает против чтения reditum не только лингвистический, но и, так сказать, финансовый довод: каков же должен быть размер дарения, если годовой доход с него составляет 6000 солидов (свыше 27 кг золота)? Также Й. Чешка высказывает предположение, что с правовой точки зрения речь могла идти не о дарении, а о прекарии (безусловно отзывном предоставлении имущества в фактическое пользование), и именно в этой связи Одоакр мог быть назван creditor (из-за смешения понятий precarium и commodatio).
Всё вышеизложенное является необходимым введением к любопытной версии, предложенной для истолкования этого места Сальваторе Кальдероне (Salvatore Calderone. Alle origini della ‘fine’ dell’Impero romano d’Occidente // «La fine dell’Impero romano d’Occidente», Istituto di Studi Romani, Roma, 1978, pp. 29-48), суть которой заключается в следующем.
Вкратце описав историю вносимых в указанный текст исправлений, Кальдероне обращает внимание на то, что такие исправления не могут «удовлетворять одной лишь изолированной абстрактной логике короткого исправляемого текста», и необходимо учитывать более широкий контекст, который, применительно к данному фрагменту, содержит два момента:
1) Августул был отправлен в Кампанию cum parentibus suis libere vivere (где parentes не являются «родителями», поскольку отец Августула был убит Одоакром);
2) непосредственно за этим сообщением следует, вводимый с enim, своего рода краткий «послужной список» (curriculum) Ореста, отца Августула: «ведь его отец паннонец Орест, который в те времена, когда Аттила прибыл в Италию, сблизился с ним и стал его нотарием, после чего до того преуспел, что достиг достоинства патрициата».
В этой связи Кальдероне задаётся двумя вопросами:
1) о чём должны говорить эти parentes, довольствующиеся пребыванием вместе с юным экс-августом в Кампании?
2) какую функцию выполняет в этом, в целом экономном рассказе curriculum Ореста, достигающий вершины в dignitas patriciatus, с учётом того, что, несмотря на лексическую неопределённость варварской латыни источника, следует придать enim поясняющее значение?
На эти вопросы С. Кальдероне отвечает следующим образом:
«Ещё не подвергшийся извлечениям контекст этого § 38 передавал, я думаю, подробнейшие записи о событиях (lectura super gesta) 476 года; источник, использованный здесь валезианским эксцерптором, отражает германскую или очень близкую к ней среду; именно ту среду, в которой выплаченная в пользу Ромула Августула денежная сумма (мы всё же принимаем сообщение о 6000 солидах) могла восприниматься в терминах германского права как вергельд (weregeldum), внесённый в качестве искупительного штрафа (compositio), уплаченного Одоакром как убийцей: «явившись … Одоакр … убил Ореста» (superveniens … Odoacar … occidit Orestem); вергельд, уплаченный всей семье убитого – Ромулу и его parentes – как было обычным в германском уголовном праве (это напоминает Lex Salica, титул 65: «если будет убит чей-либо отец, пусть половину штрафной компенсации получат сыновья, а другую половину – родственники» (si alicuius pater occisus fuerit, medietatem compositionis filii colligant, et aliam medietatem parentes); вергельд, кроме того, наивысшего размера, потому что (enim) речь шла о высшем сановнике, о патриции, а древнее германское право, как известно, соизмеряло вергельд с «личными качествами» (qualitas personarum) (ср., например, liber legum Gundebati, титул 2, 2)» (op. cit., p. 42).
С. Кальдероне полагает, что, если выявленный им смысл данного отрывка является верным, то сама по себе проблема испорченности текста становится вторичной, а главный вывод заключается в том, что события 476 года в VIII.38 Excerpta Valesiana рассматриваются с точки зрения, очень близкой «к точке зрения наблюдателя, обладающего германским менталитетом». Далее, сделав оговорку о том, что римское право не оценивало свободную личность в деньгах, Кальдероне, тем не менее, приводит примеры, свидетельствующие о порядке сумм, взыскиваемых со знатных лиц в виде suffragia или штрафа, и резюмирует, что «с германской точки зрения вергельд римского патриция вполне мог составлять около 80 фунтов золота, что соответствовало 6000 солидов; с этой точки зрения, такая сумма, уплаченная сыну и родственникам Ореста, могла быть сочтена вергельдом, соответствующим личности убитого.
Не должно быть никаких сомнений в реальной возможности подобного толкования в римско-варварской среде. Уже в 470 году, во времена Антемия, Сидоний Аполлинарий жаловался, что Серонат, губернатор Первой Аквитании, толковал действующие правовые нормы в визиготском смысле: «попирая законы Феодосия и устанавливая законы Теодериха, он отыскивает старые провинности и новые налоги» (leges Theudosianas calcans Theudoricianasque proponens veteres culpas, nova tribute perquirit).
Трудно, пожалуй, даже невозможно, отследить источник этой принятой валезианским анонимом интерпретации; чисто по аналогии можно вспомнить Аблабия, автора commentarii de rebus gothicis, по-видимому, сведущего в германском языке и в германской старине, трудившегося на рубеже V-VI вв. и упомянутого в числе других источников Иорданом» (ibid., p. 43).
Такие дела.
