Софья Донец экономист «Ренессанс Капитал» по России и СНГ
У нас после 24 февраля существенно поменялась структура валютного рынка. На нем нет Центрального банка, осуществляющего сглаживающую функцию, нет большого числа участников финансовой системы, нет трансграничного перетока. На валютном рынке правят бал торговые потоки. Поэтому, если вы видите укрепление, это связано с ними.
Торговый баланс, несмотря на разразившийся геополитический кризис и обещания по снижению российского экспорта, остается еще очень высоким. Несмотря даже на дисконт, с которым продаются российские экспортные товары, цены на энергоносители, на сырье остаются выше, чем они были год назад. При этом импорт ниже, в том числе из-за нарушений логистики. Соответственно торговый баланс расширяется.
В то же время финансовый отток ограничен санкциями и введенными мерами капитального контроля. То есть валюта притекает и не утекает в основном, никакого компенсирующего эффекта нет. На этом фоне рубль может укрепляться очень быстро. При этом надо понимать, что волатильность все равно будет оставаться высокой. На таком рынке с маленькими объемами, при отсутствии сглаживающей функции и многих финансовых операций курс рубля может изменяться на 10-20 рублей.
У рубля есть потенциал укрепляться и дальше при таком счете текущих операций, если не произойдет каких-то изменений. Я думаю, что 60-65 рублей за доллар — это такая граница поддержки, которую он легко может достигнуть, но это будет неустойчивое движение. Кроме того, надо понимать, что среднесрочный прогноз по рублю тоже остается достаточно пессимистичным с учетом возможного снижения объемов экспорта, цены на сырье также могут постепенно снижаться. И это тоже один из факторов, из-за которых ЦБ и правительство вряд ли будут довольны слишком крепким рублем сейчас.
Если ЦБ сочтет, что такое укрепление уже избыточным, он может начать каким-то образом противодействовать. Правда у него ограниченные инструменты, например, нельзя сделать прямых интервенций. Но можно ослаблять меры капитального контроля, можно снизить норматив конверсии выручки, можно увеличить лимиты или снять какие-то отдельные ограничения по операциям резидентов с иностранной валютой. В принципе первых ласточек мы уже увидели, первое решение по снижению ограничений на операции с валютой для бизнеса. Другой вариант — рост импорта, хотя это трудно сейчас представить, потому что у нас есть проблемы с логистикой, с неопределенностью, с санкциями. Но может быть какое-то субсидируемое повышение импорта, например, на техническое перевооружение. Потому что такой крепкий рубль может не нравиться и правительству. Есть аргументы против дальнейшего укрепления как связанные с бюджетом и его нефтегазовыми доходами, так и с какими-то стратегическими целями, например, с импортозамещением.
Говорить о том, что с укреплением рубля у нас может быть массовый приток в рубли, очень трудно, потому что иностранцы в рубль войти не могут. Россияне либо уже сидят в рубле, либо их конверсия из валюты в рубли имеет достаточно условный характер. Например, если мы сейчас валютные депозиты переложим в рублевые, то для банка это небольшое изменение. Де факто после введения мер капитального контроля для них валютные депозиты уже стали рублевыми, потому что мы выше лимита не можем снять их в валюте, и до сентября они все являются немножечко рублевыми.
thebell.io
. Проблемы с логистикой означают всего лишь, что затраты на перевозку товара будут меньше, товара привезут меньше, а продают-то его всё равно за рубли, на них и должен быть спрос.
