На ум приходит несколько объяснений решения Владимира Путина. И ближайшие дни покажут, какая из этих версий (или даже совокупность каких версий) верна.
1.
Все из-за ракеты?
Начнем с самой сомнительной. Не исключено, что решение о выводе большей части российского контингента было принято после ликвидации сирийского МиГ-21. Его предположительно сбили из ПЗРК, и это могло означать, что а) саудовцы все-таки исполнили свою угрозу и поставили переносные зенитные комплексы боевикам и б) вслед за сирийским самолетом начнут падать российские, чего Путин очень не хочет допустить, поэтому от греха подальше сворачивает операцию.
Эта версия маловероятна по двум причинам. Во-первых, из-за наличия у боевиков ПЗРК операции такого политического и военного значения не сворачивают, по крайней мере за сутки после инцидента. Во-вторых - и это куда более важно - у боевиков ПЗРК, скорее всего, нет, а самолет был сбит либо саудовским военспецом с ПЗРК, либо действительно упал из-за технических неисправностей. Ведь если представить, что КСА решило пойти на поставки этих крайне опасных средств сирийским террористам, то это означает что Королевство вконец рассорилось с американцами. Которые, напомним, категорически против поставок боевикам такого оружия, поскольку оно может быть применено и против американской боевой авиации в Ираке, и против американских гражданских лайнеров в любой точке мира. В нынешней же ситуации обострения ирано-саудовской холодной войны КСА не может себе позволит прямой конфликт с Вашингтоном.
2.
Вторгайтесь, пожалуйста?
В качестве второй версии можно рассматривать турецкий ультиматум. Последний теракт в Анкаре, унесший десятки жизней, мог стать последней каплей для Анкары. Не исключено, что Эрдоган донес Кремлю свое намерение в ближайшее время ввести войска в Сирийский Курдистан, и добавил, что если Россия нанесет по ним удар, то она получит ответ. В результате у Путина было три варианта действий: ударить (и рисковать войной с загнанным в угол Эрдоганом, которому уже терять нечего), не ударить (и тем самым стать трусом в глазах мирового сообщества, который не отвечает за свои слова) или стать чуть-чуть трусом, просто заранее отойдя в сторонку. И Путин мог выбрать третий вариант.
У этой версии есть определенная логика и даже определенные выгоды. Отойдя в сторонку и даже выставя себя мини-трусом в глазах арабов (невелика потеря, поскольку мнения арабов меняется по 10 раз на дню), Россия вбивает предпоследние гвозди в крышку гроба эрдогановской Турции. И не только тем, что втягивает ее в затратный во всех отношениях сирийский конфликт - она резко обостряет американо-турецкие отношения. Ни для кого не секрет, что риск обнуления своего экспедиционного корпуса силами российских ВКС был лишь одним из двух стопперов, сдерживавших турецкое вторжение. Вторым был жесткий запрет американцев, у которых были свои планы в отношении курдов. И если сейчас турки вводят войска, то не исключено, что американцы поддержат курдов, спровоцировав тем самым ответную жесткую реакцию Эрдогана и дальнейшую спираль конфликта. Чреватого не только изоляцией Анкары и ее позорным уходом из Сирии, но и переворотом.
Однако несмотря на все вышесказанное, эта версия все равно кажется маловероятной. И не только потому, что Путин просто не захочет быть даже мини-трусом. И не только потому, что Кремлю кровь из носу нужно публично и демонстративно ответить туркам за самолет - хотя бы для того, чтобы перелистнуть инцидент с «Сушкой» и восстанавливать отношения с Анкарой. И даже не потому, что Россия не верит в турецкий ультиматум - Эрдоган, конечно, готов на многое, однако его однопартийцы и часть турецкого генералитета еще сохранила критическое мышление, и не собирается идти на авантюру ради спасения лица своего сорвавшегося с цепи разума президента. А потому, что России не нужно крушение и территориальная дезинтеграция Турции. Москва прекрасно понимает, к каким последствиям на Ближнем Востоке и на Кавказе приведет ослабление и связанное с этим увеличение агрессивности Анкары, поэтому и должна спасать Турцию от самой себя.
3.
Мы еще вернемся?
Третьей версии решения Путина о выводе большей части войск может стать решение никого никуда не выводить. По крайней мере, надолго. Суть этой версии в том, что Путин уводит авиацию из Сирии на некоторое время по климатическим и политическим причинам. И готов ее вернуть при первой возможности.
Климатическая причина - это хамсин и солнце. В Сирии наступает период песчаных бурь (которые и называются «хамсин»), за которым наступит жаркое лето. Проводить военные операции в это время очень непросто, не говоря уже о полетах боевой авиации во время того же хамсина. Поэтому Путин, возможно, решил убить одной эвакуацией двух зайцев - убрать ненужные пока самолеты домой на техобслуживание и потрафить политическому процессу. Оппозиция говорила о том, что для прогресса в Женеве нужно прекращение работы российской авиации - пожалуйста, авиация возвращается домой. Не будет прогресса - пожалуйста, авиация в нужное время возвращается из дома и продолжает свою работу (собственно, российские власти и не отрицают вероятности возврата самолетов). Но пусть кто-нибудь после этого попробует сказать, что Путин не является миротворцем и не делает все возможное для продвижения переговоров в Сирии. Эта версия вполне логична, и даже характерна для Путина с его любовью к нестандартным шагам.
4.
Помоги врагу?
Четвертая версия состоит в том, что это решение стало результатом компромисса с Соединенными Штатами, и что заявления американских властей о том, что «они не знали» представляют из себя лишь игру на публику. Тут уместно вспомнить разговоры о возможной большой сделке - обмене уступок США по Украине в обмен на уступки по Сирии, которая вполне могла начаться с вывода российских самолетов. Правда, в случае заключении такой сделки обе страны (с учетом крайне низкого уровня доверия между ними) должны обмениваться уступками в режиме реального времени, без оттяжек на несколько месяцев вперед. Поэтому если сделка действительно состоялась, то стоит в самое ближайшее время ждать каких-то подвижек на Украине. Пока же подвижки идут в сторону ненужной России эскалации (атаки ВСУ на позиции ополченцев в районе Ясиноватой).
Некоторые активисты и эксперты, конечно, назовут российско-американскую сделку (если она была) предательством, а Путина обвинят в малодушии и нежелании обрушить ближневосточную политику США, продемонстрировав всему миру американские глиняные ноги. Однако Путин - не активист, и российские власти отдают себе отчет в том, что публичное унижение мирового лидера никому не выгодно. «Разумная и ответственная политика других великих держав должна заключаться не в том, чтобы спихнуть Соединенные Штаты с пьедестала, а в том, чтобы свести их с него почтительно и нежно, поддерживая за талию и шепча ласковые слова - как подвыпившего гостя со сцены в ресторане. И посадить за общий стол, разумеется», - говорит старший научный сотрудник Института международных отношений МГИМО Николай Силаев. Собственно российско-американское спонсорство женевских переговоров - это и есть шаги к общему столу.
5.
В воспитательных целях?
Наконец, пятая версия (которая вполне может идти совместно с третьей и четвертой) заключается в желании России преподать урок союзникам. И она, если честно, выглядит как наиболее реалистичная.
Ни для кого не секрет, что на сегодняшний день Россия делает в Сирии всю грязную работу, а ее союзники не выполняют взятых на себя обязательств. Никто, безусловно, не будет оспаривать вклад Ирана и Хезболлы в поддержку режима Башара Асада, однако от Тегерана в Москве хотели несколько большего. Во-первых, большего количества войск, причем без разницы в каких шевронах и форме (все прекрасно понимают невозможность официальной отправки в Сирию иранского экспедиционного корпуса, ведь никому не нужно превращение сирийской гражданской войны в шиитско-суннитскую). Войск в достаточном количестве нет (Иран даже хочет выводить какие-то подразделения), поэтому сирийские войска не могут вести полноценные боевые действия, и Москва вынуждена втягиваться в долгосрочный военный конфликт. Действия в котором она оплачивает сама - ведь, и это во-вторых, Иран действия российских ВКС не финансирует. А должен бы, поскольку победа России в Сирии нужна Ирану куда больше, чем самой России. На кону стоит сохранение иранского влияния на всем Леванте и выживание Хезболлы. При этом - и это в-третьих - Иран даже не готов компенсировать России затраты после войны. Иранцы заключают контракты на десятки миллиардов долларов с европейскими, а не с российскими компаниями. Россиянам же даже деньги за С-300 выплатить пока не могут. И плюс к этому, отказываются подписаться под столь важным для Москвы общим соглашением стран-экспортеров нефти о заморозке уровня добычи. Зачем России в этой ситуации рисковать своим участием в новом "Афганистане" со всеми вытекающими последствиями для российского бюджета, российского государства и российской власти?
Поэтому в Кремле, судя по всему, решили немножко отрезвить Иран. Реализовав-программу минимум в Сирии (спасли Асада, подняли собственную репутацию, поставили вторую базу в Сирии, продемонстрировали миру свою важность и возобновили диалог с Западом и ЕС), российские власти отошли в сторонку и предложили Ирану разбираться самому. Более того, не исключено, что отошли они по договоренности с Саудовской Аравией (см. рост цен на нефть и сравнительно теплые саудовско-российские контакты в последнее время). Тем самым они не только заставили иранцев с собой считаться, но и доказали всем арабским странам, что Кремль не выбрал сторону шиитского мира в конфликте с суннитским. Это, безусловно, не значит и то, что Кремль выбрал суннитский - мол, сдал Иран и встал на сторону КСА. Кремль выбрал сторону России. Он лишь демонстрирует иранским партнерам свою гибкость и готовность сотрудничать с теми странами, которые уважают российские интересы и находят возможности платить за российскую работу.
