В России обостряются территориальные споры
В ближайшее время, как отмечают эксперты, в России возможно возникновение многочисленных территориальных споров, чреватых вспышками серьезных конфликтов. Об этом пишет сегодня газета "Новые Известия".
В доказательство издание приводит вчерашний конфликт между Сев.Осетией и Ингушетией, последняя требовала вернуть республике Пригородный район, входящий в состав Северной Осетии. Хотя данная акция сорвалась, стало ясно, что реформа государственного устройства, и в первую очередь процесс укрупнения регионов, обострила территориальные споры от Москвы до Дальнего Востока. Эксперты предупреждают, что нечеткость административных границ угрожает безопасности России.
Зачастую истоки конфликтов лежат в советском административном делении. Так, в конце 40-х годов по распоряжению Сталина Пригородный район Ингушетии был передан Северной Осетии, что спустя 50 лет вылилось в кровопролитный конфликт.
Однако Кавказ не единственный регион, где существуют территориальные проблемы. Административное деление территорий в прошлом вылилось в недавний "тузлинский" конфликт между РФ и Украиной.
Сегодня сложная ситуация и в Сибири: Красноярский край и Хакасия также имеют претензии друг к другу.
Дело в том, что в ходе подготовки укрупнения региона выяснилось, что Красноярский край имеет на территории соседней Хакасии собственные анклавы. Например, села Киргискуль и Юферовское, административно относящиеся Красноярскому краю, географически располагаются в соседнем субъекте. И хакасские чиновники даже не подозревали о существовании на своей территории «чужих» населенных пунктов. Этих поселков на карте России формально просто не существует. Их взрослые жители, хотя и проживают в соседней республике, имеют красноярскую прописку и голосуют на краевых выборах. И это, как выяснилось, не единственный пример. На картах, например, обозначены несуществующие населенные пункты, причем некоторые давно покоятся на дне Красноярского моря.
Не исключено, что скоро Хакасия и Тува обратятся в Москву с жалобой на «имперские амбиции» Красноярского края. В азарте агитационной лихорадки организаторы референдума по объединению края запустили на телеэкраны рекламный ролик, в котором на фоне карты России рисуется силуэт территории объединенного края – каким он, с точки зрения агитаторов, будет через пять лет. Согласно нему, край простирается по Енисею от берегов Ледовитого океана до южной государственной границы РФ с Монголией. А это означает, что в его состав должны вернуться и Хакасия, пока не изъявившая подобного желания, и Тува, которая никогда в него не входила.
Как пишет газета, пограничные конфликты вскоре могут возникнуть и на Кубани. Адыгейская общественная организация «Адыге-Хасе» выступает с требованием создания Черкесской республики, куда должны войти, кроме Адыгеи, земли Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесии, а также половина Краснодарского края.
Кроме того, хотя возможное объединение Краснодарского края и Республики Адыгея в один регион приветствует губернатор края Александр Ткачев, адыгейский президент выступает резко против понижения статуса республики, называя это политической ошибкой.
Жители России продолжают придерживаться ленинского «права наций на самоопределение». Даже живущие в Сочи причерноморские шапсуги активно требуют создания Шапсугского национального района.
Как отмечает издание, на территории Приморского края в недалеком будущем вполне может появиться Корейская автономия. Такое предложение озвучил на днях вице-губернатор края Юрий Попов на заседании комитета Законодательного собрания по продовольственной политике и природопользованию. По словам чиновника, на встрече представителей России, Китая и Южной Кореи обсуждался проект создания на приморской земле сельскохозяйственных комплексов. Южнокорейские бизнесмены хотят взять в аренду на 49 лет 850 тыс. га близ озера Ханка. Фонд зарубежных корейцев, являющийся одним из подразделений МИД Кореи, и Международный институт развития сельского хозяйства давно ведут консультации с российским правительством. Принцип такой: земли российские, капитал южнокорейский, рабочая сила северокорейская. В проекте фигурируют 250 тыс. человек, которых край готов принять в качестве гастарбайтеров, а это десятая часть населения Приморья. За предоставленные трудовые ресурсы КНДР будет получать часть выращенной в Приморье сельхозпродукции. При этом корейцы не скрывают своего желания со временем превратить арендованные земли в автономный административный район.
Интересно, что еще в конце 80-х Южная Корея стала проявлять активный интерес к истории Приморья. Доходило до того, что у малых народов, населяющих Приморье и считающихся коренными жителями, брали кровь на анализы. Так корейские ученые на генном уровне пытались доказать право на Приморье. К началу 1990-х годов корейская сторона собрала, как ей казалось, достаточно аргументов для создания автономии корейцев в Приморье. Документы легли на стол к президенту Борису Ельцину, и, говорят, он готовился их подписать. Однако отговорило окружение.
Ситуацию в стране усложняет и существование особых территорий вроде Арзамаса-16 или Челябинска-45, которые не подчиняются напрямую соответствующим субъектам Федерации. Cегодня "особые" территории Минтранса, Минатома, Минобороны, Минюста образуют своеобразный 90-й субъект, подчиненный непосредственно федеральному центру. И местные власти знают, что это, например, земля Газпрома и там строится санаторий. А тут земля Минобороны и там расположен полигон. Но если, например, тот же Арзамас-16 четко ограничен колючей проволокой, то границы какого-нибудь Тоцкого полигона никак не обозначены. В результате начинают возникать территориальные вопросы. В том же Красноярском крае несколько лет назад был очень серьезный конфликт между Красноярском и Норильском. Норильск создавался как особый округ еще НКВД и когда-то административно подчинялся Лубянке. Местным властям пришлось потратить несколько лет, чтобы разобраться, кто и кому должен платить налоги.
Или пример 2000-го года, когда Минобороны, согласно указу еще президента Ельцина, должен был передать на баланс местных властей расположенный между подмосковными Люберцами и московским Жулебино военный городок «Б». Но на одних картах городок относился к Подмосковью, на других – к столице, а на третьих граница субъектов и вовсе проходила через него. В результате между властями Москвы и Подмосковья вспыхнул территориальный спор, а несколько тысяч человек оказались на ничейной территории.
Вопросы границ не решены также между Ингушетией и Чечней, Чечней, Калмыкией и Дагестаном, Калмыкией и Астраханской областью.
Сегодня никто на самом деле не знает точно, где должны пролегать границы между субъектами Федерации. И тут недалеко до вооруженных столкновений. Решить же все территориальные вопросы в России мешают обычная чиновничья лень и боязнь перемен. Вопрос административных границ страны в советские времена всегда был на третьем плане. Однако сегодня земля вдруг приобрела стоимость. Заброшенные территории на границе между Тверской областью и Подмосковьем внезапно оказались востребованы под строительство дач и коттеджей. Отложенные конфликты всплывают по мере освоения территорий. В перспективе, считают эксперты, нас ждут конфликты и из-за месторождений.
В ближайшее время, как отмечают эксперты, в России возможно возникновение многочисленных территориальных споров, чреватых вспышками серьезных конфликтов. Об этом пишет сегодня газета "Новые Известия".
В доказательство издание приводит вчерашний конфликт между Сев.Осетией и Ингушетией, последняя требовала вернуть республике Пригородный район, входящий в состав Северной Осетии. Хотя данная акция сорвалась, стало ясно, что реформа государственного устройства, и в первую очередь процесс укрупнения регионов, обострила территориальные споры от Москвы до Дальнего Востока. Эксперты предупреждают, что нечеткость административных границ угрожает безопасности России.
Зачастую истоки конфликтов лежат в советском административном делении. Так, в конце 40-х годов по распоряжению Сталина Пригородный район Ингушетии был передан Северной Осетии, что спустя 50 лет вылилось в кровопролитный конфликт.
Однако Кавказ не единственный регион, где существуют территориальные проблемы. Административное деление территорий в прошлом вылилось в недавний "тузлинский" конфликт между РФ и Украиной.
Сегодня сложная ситуация и в Сибири: Красноярский край и Хакасия также имеют претензии друг к другу.
Дело в том, что в ходе подготовки укрупнения региона выяснилось, что Красноярский край имеет на территории соседней Хакасии собственные анклавы. Например, села Киргискуль и Юферовское, административно относящиеся Красноярскому краю, географически располагаются в соседнем субъекте. И хакасские чиновники даже не подозревали о существовании на своей территории «чужих» населенных пунктов. Этих поселков на карте России формально просто не существует. Их взрослые жители, хотя и проживают в соседней республике, имеют красноярскую прописку и голосуют на краевых выборах. И это, как выяснилось, не единственный пример. На картах, например, обозначены несуществующие населенные пункты, причем некоторые давно покоятся на дне Красноярского моря.
Не исключено, что скоро Хакасия и Тува обратятся в Москву с жалобой на «имперские амбиции» Красноярского края. В азарте агитационной лихорадки организаторы референдума по объединению края запустили на телеэкраны рекламный ролик, в котором на фоне карты России рисуется силуэт территории объединенного края – каким он, с точки зрения агитаторов, будет через пять лет. Согласно нему, край простирается по Енисею от берегов Ледовитого океана до южной государственной границы РФ с Монголией. А это означает, что в его состав должны вернуться и Хакасия, пока не изъявившая подобного желания, и Тува, которая никогда в него не входила.
Как пишет газета, пограничные конфликты вскоре могут возникнуть и на Кубани. Адыгейская общественная организация «Адыге-Хасе» выступает с требованием создания Черкесской республики, куда должны войти, кроме Адыгеи, земли Кабардино-Балкарии и Карачаево-Черкесии, а также половина Краснодарского края.
Кроме того, хотя возможное объединение Краснодарского края и Республики Адыгея в один регион приветствует губернатор края Александр Ткачев, адыгейский президент выступает резко против понижения статуса республики, называя это политической ошибкой.
Жители России продолжают придерживаться ленинского «права наций на самоопределение». Даже живущие в Сочи причерноморские шапсуги активно требуют создания Шапсугского национального района.
Как отмечает издание, на территории Приморского края в недалеком будущем вполне может появиться Корейская автономия. Такое предложение озвучил на днях вице-губернатор края Юрий Попов на заседании комитета Законодательного собрания по продовольственной политике и природопользованию. По словам чиновника, на встрече представителей России, Китая и Южной Кореи обсуждался проект создания на приморской земле сельскохозяйственных комплексов. Южнокорейские бизнесмены хотят взять в аренду на 49 лет 850 тыс. га близ озера Ханка. Фонд зарубежных корейцев, являющийся одним из подразделений МИД Кореи, и Международный институт развития сельского хозяйства давно ведут консультации с российским правительством. Принцип такой: земли российские, капитал южнокорейский, рабочая сила северокорейская. В проекте фигурируют 250 тыс. человек, которых край готов принять в качестве гастарбайтеров, а это десятая часть населения Приморья. За предоставленные трудовые ресурсы КНДР будет получать часть выращенной в Приморье сельхозпродукции. При этом корейцы не скрывают своего желания со временем превратить арендованные земли в автономный административный район.
Интересно, что еще в конце 80-х Южная Корея стала проявлять активный интерес к истории Приморья. Доходило до того, что у малых народов, населяющих Приморье и считающихся коренными жителями, брали кровь на анализы. Так корейские ученые на генном уровне пытались доказать право на Приморье. К началу 1990-х годов корейская сторона собрала, как ей казалось, достаточно аргументов для создания автономии корейцев в Приморье. Документы легли на стол к президенту Борису Ельцину, и, говорят, он готовился их подписать. Однако отговорило окружение.
Ситуацию в стране усложняет и существование особых территорий вроде Арзамаса-16 или Челябинска-45, которые не подчиняются напрямую соответствующим субъектам Федерации. Cегодня "особые" территории Минтранса, Минатома, Минобороны, Минюста образуют своеобразный 90-й субъект, подчиненный непосредственно федеральному центру. И местные власти знают, что это, например, земля Газпрома и там строится санаторий. А тут земля Минобороны и там расположен полигон. Но если, например, тот же Арзамас-16 четко ограничен колючей проволокой, то границы какого-нибудь Тоцкого полигона никак не обозначены. В результате начинают возникать территориальные вопросы. В том же Красноярском крае несколько лет назад был очень серьезный конфликт между Красноярском и Норильском. Норильск создавался как особый округ еще НКВД и когда-то административно подчинялся Лубянке. Местным властям пришлось потратить несколько лет, чтобы разобраться, кто и кому должен платить налоги.
Или пример 2000-го года, когда Минобороны, согласно указу еще президента Ельцина, должен был передать на баланс местных властей расположенный между подмосковными Люберцами и московским Жулебино военный городок «Б». Но на одних картах городок относился к Подмосковью, на других – к столице, а на третьих граница субъектов и вовсе проходила через него. В результате между властями Москвы и Подмосковья вспыхнул территориальный спор, а несколько тысяч человек оказались на ничейной территории.
Вопросы границ не решены также между Ингушетией и Чечней, Чечней, Калмыкией и Дагестаном, Калмыкией и Астраханской областью.
Сегодня никто на самом деле не знает точно, где должны пролегать границы между субъектами Федерации. И тут недалеко до вооруженных столкновений. Решить же все территориальные вопросы в России мешают обычная чиновничья лень и боязнь перемен. Вопрос административных границ страны в советские времена всегда был на третьем плане. Однако сегодня земля вдруг приобрела стоимость. Заброшенные территории на границе между Тверской областью и Подмосковьем внезапно оказались востребованы под строительство дач и коттеджей. Отложенные конфликты всплывают по мере освоения территорий. В перспективе, считают эксперты, нас ждут конфликты и из-за месторождений.
