Чтобы упрочить свое владычество над покоренными народами Балканского полуострова, Порта и правящая верхушка Османской державы прибегали к различным мерам социально-экономического и демографического, этнокультурного характера. Уже в ходе османских завоеваний был нанесен громадный ущерб балканским народам, потерявшим свою самостоятельную государственность; разгром многих городов, опустошение различных местностей, увод в рабство или истребление непокорного населения имели самые отрицательные последствия для судеб южных славян, греков, албанцев. Установление прочного османского господства и жестокое подавление любого сопротивления на долгие века задержало социально-экономическое и культурное развитие подвластных Порте народов.
Для создания на Балканах надежной опоры Порта проводила политику последовательной исламизации и ассимиляции покоренного христианского населения. Одним из главных средств при этом было переселение в Европу из Малой Азии турок - горожан, крестьян (прежде всего кочевников-юрюков), поселявшихся в удобных местностях, оттесняя и изгоняя местных жителей; такой тюркской колонизации содействовали депортации (высылки) христиан (греков, славян) из некоторых городов и областей в Азию, в тюркскую этническую среду, где они затем постепенно сливались с турками.
Еще более важную роль играл курс на постоянную исламизацию представителей разных слоев балканских народов, исповедовавших христианскую веру. Особенно тягостным и позорным был сохранявшийся до XVII в. "налог кровью", т. е. насильственный отбор юношей, которые затем обращались в ислам и становились фанатичными защитниками Порты; из числа таких "потурченцев" в значительной мере пополнялся янычарский корпус, придворный аппарат.
Гораздо больше было таких "новых мусульман" среди мелких и средних феодалов-христиан, городских ремесленников и купцов, которые вливались в исламскую тюркскую среду в результате так называемой добровольной исламизации - в действительности вынужденного обращения в мусульманскую веру из-за желания сохранить свое имущество, права, а нередко и жизнь. Эта повседневная "добровольная" исламизация обусловливалась полной приниженностью, неполноправностью немусульманского населения: вся османская администрация и суды были исламскими, тюркскими, военные и гражданские чиновники - мусульманами, турками (за исключением лишь низшей, сельской администрации и представителей городских цехов христиан-ремесленников и купцов). Точно так же были неравноправны с мусульманской религией и созданные Портой, ею официально признанные и используемые в своих целях миллеты - религиозные общины (христиан - православных и католиков, евреев и армяно-григорианской церкви). Опираясь на верхушку этих немусульманских миллетов, прежде всего высшее греческое духовенство, Порта добивалась покорности подвластного балканского населения.
В возникшей в ходе завоевания Османской державе большинство земельных владений было превращено в военные лены (тимары и более крупные - зеаметы), которые раздавались за воинскую службу мусульманским феодалам - сипахиям (в балканских языках - спахии); другие земли передавались в держание османским чиновникам и военачальникам, часть земель оставалась в ведении Порты как султанский домен и домены членов династии.
Часть прежних феодальных владельцев-христиан включилась в состав османского господствующего класса (так называемые христиане-спахии), однако они могли подучить или сохранить часть своих земель лишь в качестве вассалов Порты, военных ленников, а нередко только приняв ислам. Таким христианам-спахиям давались тимары меньших размеров, с меньшими доходами; их число было невелико, а в течение XVI века эта категория спахиев исчезает.
Почти все свои земельные владения потеряла и христианская (православная и католическая) церковь на Балканах, имевшая ранее здесь обширные имения и зависимых крестьян. После османского завоевания постепенно расширяются владения мусульманских религиозных учреждений (вакуфы) и частная собственность турецких феодалов и горожан (мюльки).
Положение крестьянства (райи) в балканских провинциях Порты было весьма тяжелым, в особенности положение немусульман. Крестьяне-мусульмане были освобождены от некоторых налогов и поборов, взимавшихся с христиан. Османские податные реестры детально перечисляют многочисленные денежные и натуральные поборы, которые крестьяне должны были вносить в пользу государственной казны. Помимо этих государственных налогов и повинностей райя точно так же вносила денежную и натуральную ренту своему феодалу-спахию, а иногда и выполняла барщину по его требованию.
Несколько иначе складывались реальные отношения местных жителей с Портой и османскими феодалами в тех горных и малодоступных районах (в Албании, Греции, Черногории, Герцеговине), где населению было легче дать отпор притеснениям. Здесь нередко крестьянская зависимость от спахиев ограничивалась уплатой определенной суммы денег в качестве ренты.
Во многом сходным было положение тех прослоек балканского крестьянства, которые жили не в имениях спахиев, а на государственных землях; этим категориям так называемой привилегированной райи Порта и местные османские власти предоставляли некоторые податные льготы и права. Эти крестьяне (так называемые войнуки и др.) должны были выполнять службу во вспомогательных частях османской армии, охранять дороги, горные проходы и т. д. Скотоводы-влахи, жившие в горных районах Балканского полуострова, также были свободны от спахийской зависимости, они вносили денежные и натуральные налоги, сохраняя свое общинное самоуправление и приближаясь по своему положению к названным прослойкам "привилегированной райи".
Но предоставление таких уступок Портой отдельным категориям покоренного балканского населения преследовало цель упрочения власти Порты. Уже в XVI в., в частности в период правления султана Сулеймана I Кануни (1520-1566), когда могущество Османской империи было, казалось, безмерным, начала осуществляться унификация крестьянских повинностей, ликвидация прежних налоговых льгот влахов и "привилегированной райи", происходило уменьшение численности таких категорий местного населения, как еще сохранявшиеся христиане-спахии.
С этими процессами были взаимосвязаны и заметная с середины XVI в. консолидация феодальной верхушки в балканских провинциях Порты, превращение ее в монолитное сословие мусульманских землевладельцев, резко отделенное от массы крестьянства, которое в большинстве областей (кроме некоторых районов Албании и Боснии) сохраняло христианскую веру. Усиление боснийских и албанских феодалов было обусловлено закреплением за ними административных постов в этих областях, передачей спахилуков по наследству. С конца XVI в и особенно в XVII в. происходит разложение османской военно-ленной системы: спахии старались уклониться от несения воинской службы, многие из них теряли свои лены либо передавали их по наследству, продавали и закладывали.
В результате возникал новый вид феодального землевладения - чифлик, в отличие от спахилука не связанный с военной службой и обязанностями в пользу Порты. Среди новых владельцев (чифликчиев) были и некоторые османские чиновники, отдельные богатые и более удачливые спахии, иногда торговцы и ростовщики. Такие чифлики стали базой для формирования новой, провинциальной прослойки феодального класса (аянов), причем чифликчии уже нередко вели собственное хозяйство, возделывая захваченные и купленные земли с помощью издольщиков. Одновременно в XVII в. возросли государственные налоги и феодальная рента в пользу спахиев, положение крестьян значительно ухудшилось.
облик балканского города заметно изменился: это уже был прежде всего крупный военно-административный и торгово-ремесленный пункт восточного типа, где численность мусульман все возрастала, превращая некоторые города в почти полностью исламские (например, Сараево, София, Видин и другие, не говоря уже о столицах - Стамбуле и Эдирне). В началу XVII в. удельный вес мусульман-горожан в балканских владениях Порты достиг более 60%, что было вызвано интенсивной турецкой колонизацией и "добровольной" исламизацией. Привилегированное положение мусульман, получавших заказы от Порты и местных властей, содействовало переходу в ислам христиан, усилению мусульманских цехов. Со временем христианские купцы и ремесленники также смогли создавать свои особые цехи, чья деятельность строго регламентировалась османской администрацией. В целом развитие балканских городов, городского ремесла и торговли в условиях османского феодального режима оказывалось весьма противоречивым, неравномерным, и со временем владычество Порты на Балканах все более сдерживало экономический подъем покоренных народов.
"В самом деле, турецкое, как и любое другое восточное господство, несовместимо с капиталистическим обществом; нажитая прибавочная стоимость ничем не гарантирована от хищных рук сатрапов и пашей; отсутствует первое основное условие буржуазной предпринимательской деятельности - безопасность личности купца и его собственности"*. Эти слова Ф. Энгельса дают четкую оценку состояния торговли и общества на Балканах, а также положения балканских торговцев, которые в большинстве своем были не турками, а греками, славянами, евреями. Число евреев в балканских городах выросло с конца XV в. за счет эмигрантов из Испании и Португалии. Благодаря своим тесным связям с купцами Дубровника и Западной Европы балканским торговцам удалось играть заметную роль, главным образом посредническую, во внешней торговле Балкан и всей Османской империи с Англией, Францией, Голландией, Италией, с государствами Центральной Европы. Однако преобладание иностранных, прежде всего венецианских и английских компаний и их посредников во внешней торговле Балкан приводило к усилению импорта дешевых западноевропейских товаров, к стагнации местного ремесла, к нараставшей зависимости балканских городов от международного товарообмена и как следствие - к постепенному превращению Балкан и всей Османской империи в аграрно-сырьевой придаток развитых в промышленном отношении стран Западной Европы.
*(Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 22. С. 33.)
Закреплявшаяся таким образом отсталость балканских земель в социальном и экономическом плане усугублялась режимом капитуляций - привилегий, которые Порта предоставляла купцам иностранных держав, прежде всего Франции (низкие ввозные пошлины, право экстерриториальности и др.), в ущерб своим собственным подданным. Экономическому подъему этих областей препятствовали и слабые связи города и деревни, угнетаемой османскими феодалами, и неразвитость внутренней торговли, несмотря на появление в XVI-XVII вв. некоторых новых мелких торгово-ремесленных центров, населенных преимущественно христианами, возникновение местных рынков и увеличение товарности отдельных отраслей сельского хозяйства. Все это создавало резкие различия в уровне экономического развития горных и равнинных местностей, крупных портов и мелких городков, в положении разных категорий городского населения этих районов.
Нередко Порта была вынуждена "даровать" привилегии подвластному населению, чтобы сломить его сопротивление или официально признать вырванные у нее уступки. Так, в Пелопоннесе и Эпире на деле почти полной самостоятельности добились майноты и сулиоты, а жителями ряда островов Эгейского моря (Наксоса, Пароса, Милоса, получивших в 1580 г. подтверждение своих прежних прав, а также Фасоса, Псары и др.) была достигнута определенная автономия, обеспечивавшая некоторую защиту от произвола спахиев. Однако общинные власти и представители местного самоуправления вместе с чиновниками Порты притесняли и угнетали крестьян, бедных ремесленников и торговцев.
Бесспорный военный перевес Порты в XV-XVI вв. вызвал поэтому вначале появление отдельных отрядов повстанцев, "разбойников" - болгарских и сербских хайдуков, греческих клефтов, хорватских ускоков. Позднее нестерпимая тяжесть османской феодальной системы, насильственная исламизация и произвол, отмена прежних льгот некоторых прослоек местного христианского населения вызывала локальные выступления народных масс, переход жителей отдельных областей на сторону держав - противников Порты. Уже во время войны 1537-1540 гг. призывы Венеции и ее союзников по антиосманской Священной лиге (см. гл. 38) выступить с оружием в руках против Порты нашли отклик среди славянского, албанского и греческого населения прибрежных районов Ионического и Адриатического морей. Ожесточенная борьба албанцев Химары сорвала план османского вторжения в Италию; Химара так и осталась непокоренной, а соединенные испано-венецианские силы (при поддержке черногорцев) заняли приморские города Херцегнови и Рисан.
Постепенно Порте удалось во втором и третьем десятилетиях XVII в. несколько упрочить свое господство в балканских провинциях, для этого была также усилена исламизация в Албании и других районах Румелии.
Однако политика Порты неминуемо вела к новому обострению социальных и этнорелигиозных противоречий в ее европейских владениях, к подъему освободительного движения всего немусульманского населения и его сплочению в борьбе против османской феодальной системы. Христианское население и во второй трети XVII в. по-прежнему искало поддержки прежде всего у тех держав, которые находились под угрозой экспансии Порты и пытались дать ей отпор (Австрия, Венеция); подвластное Порте население Балканских стран (прежде всего южные славяне и греки) стремилось укрепить свои культурные связи с соседними государствами и Россией. Важной особенностью постепенно изменившейся к середине XVII в. общей социально-политической обстановки на Балканах было дальнейшее развитие южнославянских, греческой и албанской народностей, их сближение в борьбе против османского гнета.
Эрдогану, похоже, просто крышу сносит. От некоторых турок слышала, что у него рак, и , мол, однова живём. Но я так не думаю. Расправился с политическими противниками и чувствует безнаказанность. Есть уже улицы, носящие его имя, паром, наверное что-то ещё. Мне как раз нужно было воспользоваться паромом, решала для себя моральную задачу, ср..ть ли мне с ним на одном поле или нет, то есть плыть или не плыть, но к счастью, мой паром носил имя Селима Грозного.
