Кто являлся владельцем Слуцкого княжества (да и всего остального наследства Богуслава Радзивила?) перед 1744 г (когда оно почему-то перешло к Несвижской ветви Радзивилов)?Кто-то из 3-х выделненных жирным очевидно и должен быть владельцем Слуцка на 1744 г? Кто же именно?
Или таки Несвижские Радзивилы в 1744 не купили Слуцкое княжество (и возможно какие-то другие земли, принадлежавшие когда-то Богуславу Радзивилу?), а унаследовали их?
Но такого же не может быть (ибо Слуцкое княжество явно могло передаваться и по женской линии, а в 1744 г не умирал никто из перечисленных в цитате лиц, так что унаследование по женитьбе тоже вроде исключено?)?
Из белорусской «википедии» [
Нойбургскія маёнткі] (перевод мой)…
Нёйбурги (нем.: Neuburger) – династия князей немецкого княжества Нёйбург, представители которой на протяжении 1695-1744 годов владели там называемыми «Нёйбургскими поместьями» в ВКЛ – Слуцким княжеством, Себежским и Невельским графствами, Копысью, Романовым, Белицей, Кейданами, Биржами, Заблудовым.
Начало образованию этого своеобразного анклава на территории ВКЛ положил второй брак (10.08.1688) единственной дочери Богуслава Радзивилла (1620-1669) Людвики Каролины (Луизы Шарлотты; 27.02/09.03.1667-25.03.1695) с князем нёйбурским Карлом Филиппом (04.11.1661-31.12.1742), бывшим в 1697 году безуспешным претендентом на польскую корону, а с 1716 года курфюрстом-пфальцграфам Рейнским. После смерти Людвики Каролины её владения в ВКЛ, наследство Богуслава Радзивилла, перешли к её двухгодовалой дочери Елизавете Августе Софии (17.03.1693-30.01.1728), которая была под опекой отца, князя Карла Филиппа фон Нёйбург. С 1717 года Елизавета Августа София была замужем за Иосифом Карлом Эммануилом, пфальцграфом Зульцбахским (1693-1729); после её смерти «Нёйбурские поместья» перешли к трём дочерям от этого брака: Елизавете Августе (17.01.1721-17.08.1794), Марии Анне Шарлотте (22.06.1722-25.04.1790) и Марии Франциске Доротее (16.06.1724-15.11.1794), которые также были под опекой Карла Филиппа. Его смерть 31.12.1742 ускорила восстановление наследственных прав Радзивиллов на «Нёйбургские поместья», которые на протяжении полувека были объектом судебных процессов и вооружённых нападений претендентов из крупных великолитовских магнатских родов. После длительных переговоров с Нёйбургами и другими заинтересованными сторонами их владельцем 22.05.1744 стал князь Иероним Флориан Радзивилл, которому пришлось заплатить 230 тысяч дукатов компенсации новому курфюрсту-пфальцграфу Рейнскому – Карлу Теодору (1724-1799), мужу Елизаветы Августы, а также 2 млн. злотых Сапегам, 1 млн. злотых прусскому королю Фридриху II и другим в качестве компенсации.
Центром огромной латифундии Нёйбургов в ВКЛ, в которой после Людвики Каролины никто из них не бывал, был Слуцк. Всё управление осуществлялось через экономов (с 1682 по 1714 годы эту должность занимал Станислав Незабытовский), злоупотребления которых вызывали резкие протесты местного населения, которые часто переростали в восстания (1684, 1685, 1695, 1699 и др.). Несмотря на высокие налоги и злоупотребления, Слуцк при Нёйбургах был крупнейшим экономическим центром Белоруссии, который по количеству мануфактур и цехов и объёму их производства значительно опережал другие города. Экстерриториальность «Нёйбургских поместий» способствовала и большей, чем в других частях ВКЛ, религиозной толерантности: православным Слуцкога княжества было позволено оставаться вне Унии (только в Слуцке насчитывалось 14 православных церквей); Людвика Каролина, горячая сторонница кальвинизма, всячески поддерживала эту конфессию, которой в 1693 году подарила слуцкую типографию, предоставляла значительные средства на издание тут Новога Завета на литовском языке. Длительная экономическая и политическая обособленность «Нёйбурских поместий» от ВКЛ проявлялась и позже: тут был главный центр «диссидентства» в ВКЛ, что проявилось, например, в Слуцкой конфедерации 1767 года.
Там же, в статье про Иеронима Флориана Радзивилла сказано, что фактическим владельцем «Нёйбургских поместий» он стал ещё в 1731 году, а в 1744 году это было подтверждено юридически. Возможно, окончательное возвращение Слуцкого княжества несвижским Радзивиллам способствовало то, что один из них – Михаил Казимир «Рыбонька» – в том же 1744 году стал великим гетманом литовским, который мог употребить для этого своё положение и влияние.