Гиви Чрелашвили
Проконсул
Тибарен, бесспорно, специалист в истории языкового развития, чего я не могу сказать о себе. Его уровня знаний я не имею даже на сотую часть.
Я не могу доподлинно утверждать, что "формант –та в груз. топонимах является атрибутивным суффиксом и исторически восходит к показателю родительного падежа мн. числа", хотя кое-что об этом знаю.
Об историческом восхождении именно грузинских топонимов к род. падежу мн. числа при помощи суффикса "та" наверняка утверждать не могу, хотя это и может быть правдой.
Я знаю только то, что род. падеж мн. числа в современном грузинском языке
образуется при помощи двойного суффикса. Первый - это суффикс множественного числа, а второй - это суффикс родительного падежа.
При этом окончание в виде гласного звука именительного падежа ед. числа отбрасывается, если это "и" (ი) или "у" (უ). Другие гласные не отбрасываются
для им. и род. пад. мн. числа, но отбрасываются для род. падежа ед. числа.
Например, мяч - бурти.
Род. падеж образуется при помощи суффикса "ис" - ის.
То есть, род. падеж ед. числа будет "буртис" (мяча).
Равноправно есть еще несколько устаревший суффикс для этой формы "иса" - ისა, которое тоже часто употребляется. Правда, не для всех существительных. Вот для мяча я не слышал, чтобы можно было сказать "буртиса". А вот для мужчины (каци) вполне можно сказать "кациса", а не только "кацис".
Пошли дальше.
Множественное число в им. падеже образуется при помощи суффикса "эб" - ებ, при этом окончание в виде гласного звука сохраняется.
То есть, "мячи" будет "буртэби".
Таким образом, род падеж мн. числа - это два суффикса, следующие один за другим, сначала суффикс мн. числа, потом суффикс род. падежа, но тут уже гласное окончание отбрасывается. Таким образом "мячей" будет "буртэбис".
"Мужчин" будет "кацэбис" или "кацэбиса".
А если окончание слово - это "о" (ო), допустим, то картина будет несколько иной.
Допустим, вино (хвино).
Род. падеж ед. числа будет "хвинис" (гласное окончание отбрасывается).
Им. падеж мн. числа - "хвиноэби". Здесь не только не отбрасывается окончание "о" перед суффиксом мн. числа, но и появляется окончание "и" в самом конце. А род. падеж мн. числа будет "хвиноэбис". То есть, отбрасывается самое последнее окончание им. падежа мн. числа, но не отбрасывается окончание им. падежа ед. числа перед первым суффиксом.
Однако мне знакома и более древняя форма образования род. падежа мн. числа для существительных. Случайно, только потому, что читал отрывки Руставели в оригинале (всю поэму на грузинском одолеть не удалось).
Она не имеет ничего общего ни с суффиксом род. падежом ед. числа, ни с суффиксом мн. числа.
Возьмем того же мужчину - каци - и рассмотрим более древние формы суффиксов.
В им. падеже мн. числа это будет "кацн" (суффикс "н" - ნ) с отбрасыванием гласного окончания, но есть и другая форма, когда можно не отбрасывать окончание - "кацни" (окончание "ნი").
А вот дальше - интересно.
Три подряд следующих падежа после им., в том числе и род., во мн. числе имеют одну и ту же форму. Она образуется добавлением суффикса "т" - თ, или равноправно, в другом варианте, суффикса "та" - თა (кацт и кацта).
Один из этих вариантов - это именно вариант Тибарена.
Однако хочу заметить, что это верно не только для род. падежа мн. числа, но и для трех следующих падежей во мн. числе после именительного падежа, куда входит и род.
Следующий падеж после им. - это не род, а не имеющий аналога в русском.
Третий - это род., а четвертый - это некая смесь дательного и винительного.
Во всех этих падежах - втором, третьем и четвертом - во мн. падеже справедливо сказать, что будет "кацт", или "кацта".
Откровенно говоря, мне здесь не совсем понятен тезис Тибарена.
Понятное дело, что в древности обычные нарицательные сушествительные склонялись так же, как и топонимы. Потом правила поменялись для нарицательных существительных, а топонимы остались (их никто менять не стал). Возможно, что они остались именно во мн. числе и в не им. падеже.
Но почему именно в род. ? На основании чего это можно утверждать ?
Ведь еще два других падежа имеют ту же форму во мн. числе.
Кроме того, почему в названии городов или селений присутствует именно суффикс мн. числа не им. падежа ? А, может, они изначально имели вид в им. числе ед. числа с окончанием "та". Такие слова в грузинском тоже есть.
Есть такое селение - Шуамта (название это дали и сорту весьма неплохого белого вина). Я совсем не уверен в том, что у него окончание "та" - это именно суффикс род. падежа мн. числа.
Поэтому я несколько буду тут осторожен и воздержусь от присоединения к мнению Тибарена или от отрицания этого мнения.
Наверно, Тибарену виднее. Он действительно классный спец, я его давно знаю.
Я не могу доподлинно утверждать, что "формант –та в груз. топонимах является атрибутивным суффиксом и исторически восходит к показателю родительного падежа мн. числа", хотя кое-что об этом знаю.
Об историческом восхождении именно грузинских топонимов к род. падежу мн. числа при помощи суффикса "та" наверняка утверждать не могу, хотя это и может быть правдой.
Я знаю только то, что род. падеж мн. числа в современном грузинском языке
образуется при помощи двойного суффикса. Первый - это суффикс множественного числа, а второй - это суффикс родительного падежа.
При этом окончание в виде гласного звука именительного падежа ед. числа отбрасывается, если это "и" (ი) или "у" (უ). Другие гласные не отбрасываются
для им. и род. пад. мн. числа, но отбрасываются для род. падежа ед. числа.
Например, мяч - бурти.
Род. падеж образуется при помощи суффикса "ис" - ის.
То есть, род. падеж ед. числа будет "буртис" (мяча).
Равноправно есть еще несколько устаревший суффикс для этой формы "иса" - ისა, которое тоже часто употребляется. Правда, не для всех существительных. Вот для мяча я не слышал, чтобы можно было сказать "буртиса". А вот для мужчины (каци) вполне можно сказать "кациса", а не только "кацис".
Пошли дальше.
Множественное число в им. падеже образуется при помощи суффикса "эб" - ებ, при этом окончание в виде гласного звука сохраняется.
То есть, "мячи" будет "буртэби".
Таким образом, род падеж мн. числа - это два суффикса, следующие один за другим, сначала суффикс мн. числа, потом суффикс род. падежа, но тут уже гласное окончание отбрасывается. Таким образом "мячей" будет "буртэбис".
"Мужчин" будет "кацэбис" или "кацэбиса".
А если окончание слово - это "о" (ო), допустим, то картина будет несколько иной.
Допустим, вино (хвино).
Род. падеж ед. числа будет "хвинис" (гласное окончание отбрасывается).
Им. падеж мн. числа - "хвиноэби". Здесь не только не отбрасывается окончание "о" перед суффиксом мн. числа, но и появляется окончание "и" в самом конце. А род. падеж мн. числа будет "хвиноэбис". То есть, отбрасывается самое последнее окончание им. падежа мн. числа, но не отбрасывается окончание им. падежа ед. числа перед первым суффиксом.
Однако мне знакома и более древняя форма образования род. падежа мн. числа для существительных. Случайно, только потому, что читал отрывки Руставели в оригинале (всю поэму на грузинском одолеть не удалось).
Она не имеет ничего общего ни с суффиксом род. падежом ед. числа, ни с суффиксом мн. числа.
Возьмем того же мужчину - каци - и рассмотрим более древние формы суффиксов.
В им. падеже мн. числа это будет "кацн" (суффикс "н" - ნ) с отбрасыванием гласного окончания, но есть и другая форма, когда можно не отбрасывать окончание - "кацни" (окончание "ნი").
А вот дальше - интересно.
Три подряд следующих падежа после им., в том числе и род., во мн. числе имеют одну и ту же форму. Она образуется добавлением суффикса "т" - თ, или равноправно, в другом варианте, суффикса "та" - თა (кацт и кацта).
Один из этих вариантов - это именно вариант Тибарена.
Однако хочу заметить, что это верно не только для род. падежа мн. числа, но и для трех следующих падежей во мн. числе после именительного падежа, куда входит и род.
Следующий падеж после им. - это не род, а не имеющий аналога в русском.
Третий - это род., а четвертый - это некая смесь дательного и винительного.
Во всех этих падежах - втором, третьем и четвертом - во мн. падеже справедливо сказать, что будет "кацт", или "кацта".
Откровенно говоря, мне здесь не совсем понятен тезис Тибарена.
Понятное дело, что в древности обычные нарицательные сушествительные склонялись так же, как и топонимы. Потом правила поменялись для нарицательных существительных, а топонимы остались (их никто менять не стал). Возможно, что они остались именно во мн. числе и в не им. падеже.
Но почему именно в род. ? На основании чего это можно утверждать ?
Ведь еще два других падежа имеют ту же форму во мн. числе.
Кроме того, почему в названии городов или селений присутствует именно суффикс мн. числа не им. падежа ? А, может, они изначально имели вид в им. числе ед. числа с окончанием "та". Такие слова в грузинском тоже есть.
Есть такое селение - Шуамта (название это дали и сорту весьма неплохого белого вина). Я совсем не уверен в том, что у него окончание "та" - это именно суффикс род. падежа мн. числа.
Поэтому я несколько буду тут осторожен и воздержусь от присоединения к мнению Тибарена или от отрицания этого мнения.
Наверно, Тибарену виднее. Он действительно классный спец, я его давно знаю.
