Французская революция

[Vir]

Да, безусловно, абсолютно не люблю чёрный юмор как таковой.

Как мне кажется это лишает Вас, некоторой широты взгляда, если не загоняет в стойло разделения "добро/зло", почему бы не в стать выше условностей навязанных обывателями, это же так приятно

 

[aeg]

Как мне кажется это лишает Вас, некоторой широты взгляда, если не загоняет в стойло разделения "добро/зло", почему бы не в стать выше условностей навязанных обывателями, это же так приятно

Чёрный юмор - это высокая классическая литература. Все высокие умы читали "Стёпку-растрёпку" Генриха Гофмана:

Престрашная исторія о спичкахъ.

Была вечерняя пора,
Уѣхали всѣ со двора;
А дома Катенька одна,
Поетъ, и прыгаетъ она
По комнатамъ, какъ стрекоза.
Вдругъ ящичекъ ей на глаза.
Какая милая игрушка!.
Оказала про себя вертушка.
Открыла ящикъ, спички въ немъ.
Давай, какъ мама, ихъ зажжемъ.

Васюкъ и Машка, кошки,
Тутъ протянули ножки,
И говорятъ: Катюша,
Вѣдь запретилъ папуша;
Мяу! мяу! что ты дуришь?
Оставь, оставь, не то сгоришь!

Нe слышитъ Катя кошекъ, нѣтъ,
Ее лишь тѣшитъ спичекъ свѣтъ,
Ахъ, ярко какъ онѣ горятъ!
— Вотъ на картину бросьте взглядъ —
Катюша прыгаетъ, поетъ,
Что дѣло ладно такъ, идетъ.

Васюкъ и Машка, кошки,
Тутъ поднимаютъ ножки
И говорятъ: Катюша,
Вѣдь нe велитъ мамуша!
Мяу! мяу! что ты дуришь!
Оставь, оставь, не то сгоришь!

Ахъ, Катя, спичекъ ты не тронь!
Вдругъ платье обхватилъ огонь:
Горитъ рука, коса, нога
И на головкѣ волоса;
— Огонь проворный молодецъ —
Горитъ вся Катя наконецъ.

Васюкъ кричитъ и Маша:
Горитъ Катюша наша!
Скорѣе помогите!
Тушить дитя бѣгите!
Мяу! мяу! сгоритъ, бѣда!
И не останется слѣда!

Сгорѣла бѣдная она,
Зола осталася одна,
Да башмачки еще стоятъ,
Печально на золу глядятъ.

Не прыгают, нe скачутъ
Васюкъ и Маша, плачутъ.
Гдѣ бѣдный папенька, мяу?
Гдѣ бѣдна маменька, мяу?
И плачутъ горько такъ объ ней,
Что слезы льются какъ ручей!

Степка-Растрепка : Рассказы для детей в стихах - Гофман Г.

Степка-Растрепка : Рассказы для детей в стихах — Гофман Г., 16 л. ст. (1867). Место хранения оригинала - Российская государственная библиотека (РГБ). Код оцифрованного документа в НЭБ: 000199_000009_003562005

rusneb.ru

Там полно таких стишков. Автор написал их для своего ребёнка.

 

[Rzay]

В истории французской революции чёрный юмор вообщ сплошь и рядом. Вон, разбиравшаяся давеча история Теруани де Мерикур - не пример ли чёрного юмора?
К слову сказать, уважающие себя жертвы гильотины, прежде чем лечь на ее доску ("Гильотина - на вдова, а девица: сколько бы на неё не ложились, никто так и не оплодотворил" (с) В. Гюго устами своего Марата), считали своим долгом сказать что-нибудь остроумное.

 

[Lucius Gellius]

Как мне кажется это лишает Вас, некоторой широты взгляда

Да я на широту взгляда и не претендую...

К слову сказать, уважающие себя жертвы гильотины, прежде чем лечь на ее доску /.../ считали своим долгом сказать что-нибудь остроумное.

Я вполне могу понять людей, шутивших при трагических обстоятельствах насчёт себя. Красивая и горькая ирония Мальзерба, например:

Когда Мальзерб вышел из тюрьмы, чтобы сесть в зловещую телегу, его нога наткнулась на камень и заставила его оступиться. — Это, — сказал он, грустно улыбаясь, — дурное предзнаменование; на моём месте римлянин вернулся бы.

Но если бы кто другой пошутил над его гибелью (72-летний старик безупречной репутации, казнённый вместе с дочерью, внучкой и мужем последней), я бы счёл это мерзостью.

А юмор (скорее - сарказм) в истории Французской революции встречался нередко, да. Мне нравится, например, известный ответ Жана-Дени Ланжюине Лежандру (бывшему мяснику, как известно) на его угрозу "Спускайся с трибуны, или я убью тебя" - "Сначала добейся декрета, объявляющего меня быком"

 

[Rzay]

230 лет назад Конвент издал первый декрет о максимуме цен:

Maximumgesetz – Wikipedia

de.wikipedia.org

 

[Rzay]

Интересное совпадение: 665 лет назад, 22 февраля 1358 года в Париже вспыхнуло восстание Этьена Марселя - 22 февраля 1358 года восставшие во главе с Этьеном Марселем ворвались в королевский дворец, убили на глазах у регентствовавшего тогда во Франции дофина Карла Нормандского (будущего короля Карла Мудрого, тогдашний король Иоанн Добрый, как мы помним из Дрюона, побухивал в плену в Лондоне) маршалов Шампани Жана де Конфлана и Нормандии Робера де Клермона, его приближенных, и добились от дофина подтверждения Великого мартовского ордонанса.

А 490 лет спустя, 22 февраля 1848 года, после того, как король Луи-Филипп не дал сторонникам реформ прибухнуть, те устроили восстание против него, завершившееся свержением династии Капетингов.

Еще одно интересное совпадение: 13 мая 1588 года Генрих III по итогам вчерашнего "дня баррикад" бежит из Парижа в Шартр, а затем в Блуа, где передаст власть в королевстве "генерал-лейтенанту" Генриху де Гизу:

Король Генрих III тайно покинул свою столицу на следующий день.13 мая, чтобы никогда не вернуться. Он покинул город через Порт-Нев , пересек Сену в Сен-Клу , переночевал в Рамбуйе и на следующий день отправился в Шартр , 7, rue du cloître Notre-Dame 6 .
Французские гвардейцы ночевали в тот же вечер в Траппе и присоединились к королю 15. Генрих III, после того как некоторое время скитался из города в город в Нормандии , отправился в сентябре в замок Блуа , чтобы провести там Генеральные штаты .
С этого момента Анри де Гиз воспользовался возможностью, чтобы Генрих III подписал Эдикт об унии (по которому последний обязывался никогда не заключать «никакого мира или перемирия с еретиками») и был назначен генерал - лейтенантом Королевства.

Journée des Barricades (1588) — Wikipédia

fr.wikipedia.org

А спустя 380 лет на ту же дату пришелся пик событий Парижского мая’68 - всеобщая забастовка и массовая демонстрация студентов и забастовщиков в том же Париже:

Понедельник13 мая, огромная демонстрация, состоящая из старшеклассников, студентов и забастовщиков, рабочих и служащих со всей Франции, пересекает Париж 32 .
В середине дня все основные артерии, расположенные между Gare de l'Est, Gare du Nord, Bonne Nouvelle, Châtelet, Bastille, République, полны демонстрантов. Профсоюз CFDT , CGT и FEN говорят о миллионе демонстрантов.
По самым серьезным оценкам (площадь, занятая толпой демонстрантов) - 500 000 человек. Штаб-квартира полиции насчитала 230 000 человек, но ORTF объявила о 171 000 26 .
Профсоюзы также заявляют, что в общей сложности один миллион демонстрантов примерно в тридцати других городах страны.

Mai 68 — Wikipédia

fr.wikipedia.org

Президент де Голль, как известно, вскоре после этого совершит вояж в западногерманский баден-Баден, в штаб французских оккупационных войск в ФРГ, за поддержкой.

 

[Rzay]

Примечательно, что ровно за 10 лет до этого, 13 мая 1958 года вспыхнул мятеж в Алжире, одним из главных требований участников которого была как раз передача власти де Голлю.

 

[Rzay]

А еще 375 лет назад во Франции началась "Парламентская Фронда" - 13 мая 1648 года Парижский парламент принял "Акт единства", призывающий другие суды направить делегации в парижский Дворец правосудия для обсуждения дел в государстве (что вскоре будет сделано):

Arrêt d'Union — Wikipédia

fr.wikipedia.org

 

[Rzay]

230 назад, 31 мая 1793 года в Париже началось восстание против режима жирондистов, приведшее к их падению:

31 мая настроенная против жирондистов Национальная Гвардия под командованием якобинца Анрио окружила Конвент, требуя исключения жирондистов, а повторное нападение 1 июня и заставило Конвент исполнить это требование, причём 31 жирондист был предан суду. Так была установлена якобинская диктатура. Исключенные жирондисты подверглись домашнему аресту, но многие спаслись бегством (Бюзо, Барбару, Петион, Гаде и другие) и организовали в провинциях восстания против Конвента, которые, однако, вскоре были подавлены[1].
Это ухудшило положение жирондистов, оставшихся в Париже. 31 октября по приговору революционного суда были казнены 21 жирондист (в том числе Жансонне, Бриссо, Верньо; Валазе заколол себя кинжалом в зале суда), а затем, в разное время, сложили на плахе свои головы Гранжнев, Гаде, Барбару и многие другие. Кондорсе, Петион и Бюзо отравились, а один из жирондистов утопился в Роне. Госпожа Ролан закончила жизнь на эшафоте, её муж заколол себя кинжалом. Из жирондистов уцелели, однако, около 80 человек, которые вновь заняли свои места в Конвенте после 9 термидора (Понтекулан и др.).

Жирондисты — Википедия

ru.wikipedia.org

 

[Rzay]

230 лет назад входе этих событий национальные гвардейцы во главе с Франсуа Анрио окружили здание Конвента и добились ареста депутатов-жирондистов:

2 июня было воскресенье. Санкюлоты спешили выполнить приказы Анрио и вскоре восемьдесят тысяч вооружённых гвардейцев с пушками окружили Тюильри. Заседание Конвента открылось на рассвете. Как и накануне, председательствовал Малларме. Заседание открылось с плохих новостей: главный город Вандеи только что попал в руки мятежников. В Лионе роялисты и жирондистские секции после ожесточённой борьбы захватили Hôtel de Ville, в которой, как было сказано, погибло восемьсот республиканцев.

Несмотря на это Ланжюине осудил восстание Парижской Коммуны и потребовал его подавления. «Я требую слова ввиду призыва к оружию, раздающегося по всему Парижу». Его прервали криками: «Долой! Он желает гражданской войны, он стремится к контрреволюции! Он клевещет на Париж! Он оскорбляет народ!» Несмотря на угрозы, оскорбления и возгласы Горы и публики с галерей, Ланжюине разоблачает намерения Парижской коммуны и мятежников; мужество его растёт по мере увеличения опасности. «Вы обвиняете нас, — говорит он, — в том, что мы клевещем на Париж! Париж чист, у Парижа доброе сердце, но Париж угнетен тиранами, жаждущими крови и господства!» Слова эти вызвали невообразимый шум; многие из депутатов Горы бросаются к кафедре и силой стараются стащить с неё Ланжюине, но он противится насилию и твёрдо и непоколебимо продолжает: «Я требую упразднения всех революционных властей в Париже; я требую признания недействительным всего того, что они сделали за последние три дня; я требую, чтобы всякий, кто пожелает захватить власть незаконным путём, был объявлен вне закона и чтобы каждому гражданину было предоставлено право устранять таких людей». Не успел он закончить, как в зал ворвались петиционеры и потребовали ареста его и его товарищей. «Граждане, — сказали они, — народу надоело дожидаться своего счастья; ещё на короткое время мы оставляем наше счастье в ваших руках, спасите его, или, мы объявляем вам это, мы сами озаботимся его спасением». Это требование снова было передано в комитет общественного спасения.[18]

Петиционеры вышли, сжимая кулаки и восклицая: «К оружию!». Анрио отдал строгий приказ не впускать и не выпускать ни одного депутата в зал заседаний. Барер от имени комитета общественного спасения предложил компромисс. Двадцать два и комиссия двенадцати не должны были быть арестованы, но призываются добровольно приостановить выполнение своих функций как депутаты Конвента. Инар и Фоше повиновались на месте. Другие отказались. Пока продолжались эти прения, один из депутатов, Лакруа, вбежал в зал и, бросившись к трибуне, объявил, что ему не позволили выйти и что Конвент более не свободен[пр 1] Большая часть собрания пришла в негодование против Анрио и его войск. Барер предлагает Конвенту выйти к народу. «Депутаты! — говорит он, — позаботьтесь о своей свободе; прервём заседание и заставим штыки, которыми нам угрожают, опуститься перед нами». Дантон поддерживает Барера и требует, чтобы комитет общественного спасения отомстил за притесняемых народных представителей. Смертельно усталый Малларме уступает место председателя Эро де Сешелю.[20]

И по предложению Барера весь Конвент, кроме около 30 депутатов Горы, во главе со своим президентом Эро де Сешелем попытался в театральном шествии пройти сквозь стену стали, окружавшую их. У ворот, ведущих к площади Карусель, их путь преградил Анрио на коне, с саблей в руке, в окружении своего штаба и национальных гвардейцев. «Чего требует народ? — спросил президент Эро де Сешель — Конвент заботится исключительно о его счастьи». «Эро,— ответил Анрио, — народ восстал не для того, чтобы услышать очередные фразы. Он требует двадцать два предателя. Если в течение часа народ их не получит, я превращу твой Конвент в груду развалин!». «Выдай нас всех!» раздались голоса вокруг президента. Анрио повернулся к своим артиллеристам и отдал приказ: «Canonniers, a vos pieces!» (Канониры, к орудиям!).[20]

Ассамблея прошествовала вокруг дворца и, встреченная со всех сторон сверканием стали штыков национальной гвардии, вернулась в зал заседаний и подчинилась неизбежному.[21] По предложению Кутона Конвент проголосовал за арест двадцати девяти жирондистов вместе с министрами Клавьером и Лебреном, но настоял, что они должны быть подвергнуты домашнему аресту (фр. arrestation chex eux) под охраной жандарма.[13][пр 2]

Восстание 31 мая — 2 июня 1793 года — Википедия

ru.wikipedia.org

 

[Lucius Gellius]

А несколькими днями раньше (25 мая 1793 г.) Максимен Инар (1755-1825), на тот момент председатель Конвента, произнёс свои знаменитые слова насчёт Парижа и берегов Сены.

Выслушайте,что я скажу вам. Франция учредила в Париже центральное народное представительство; необходимо, чтобы Париж уважал его. Если когда-нибудь Конвент будет уничтожен, если когда-нибудь одно из тех волнений, которые беспрерывно продолжаются начиная с 10 марта... Если во время одного из этих непрекращающихся волнений будет совершено покушение на народных представителей, то, объявляю вам от имени всей Франции... Да, объявляю вам от имени всей Франции — Париж будет уничтожен! Париж будет разрушен, и вскоре люди будут искать на берегах Сены, чтобы выяснить, существовал ли Париж когда-либо

Ещё сильнее настроить массы против Конвента и своей фракции - при всём старании проблематично. Но Инар у нас такой пламенный оратор...

А 12 марта исполнилось 270 лет со дня рождения вышеупомянутого Жана-Дени Ланжюине (1753-1827), одного из самых достойных деятелей Конвента.

Шарль Мюллер, "Ланжюине на трибуне Конвента" (1868) - картина посвящена вышеописанным событиям 2 июня 1793 г.:

Слова эти вызвали невообразимый шум; многие из депутатов Горы бросаются к кафедре и силой стараются стащить с неё Ланжюине, но он противится насилию и твёрдо и непоколебимо продолжает: «Я требую упразднения всех революционных властей в Париже; я требую признания недействительным всего того, что они сделали за последние три дня; я требую, чтобы всякий, кто пожелает захватить власть незаконным путём, был объявлен вне закона и чтобы каждому гражданину было предоставлено право устранять таких людей». Не успел он закончить, как в зал ворвались петиционеры и потребовали ареста его и его товарищей.

 

[Rzay]

А несколькими днями раньше (25 мая 1793 г.) Максимен Инар (1755-1825), на тот момент председатель Конвента, произнёс свои знаменитые слова насчёт Парижа и берегов Сены

Инар, имевший неосторожность сказать: "Париж будет разрушен", в то самое время, когда герцог Брауншвейгский говорил: "Париж будет сожжен"

В. Гюго. Девяносто третий год.

 

[Lucius Gellius]

Инар, имевший неосторожность сказать: "Париж будет разрушен", в то самое время, когда герцог Брауншвейгский говорил: "Париж будет сожжен"

В. Гюго. Девяносто третий год.

Ага... Самое забавное, что именно ему эти слова отозвались в конечном счёте в минимальной степени, в отличие от многих других жирондистов. Пламенный революционер-"цареубийца", барон Империи, пламенный монархист, избавленный от участи прочих "цареубийц", отправленных в изгнание... Любопытный персонаж.

Ланжюине был несравнимо последовательнее и порядочнее (вплоть до попыток защищать "последних монтаньяров" после прериальского восстания и маршала Нея после "Ста дней")

 

[Rzay]

амое забавное, что именно ему эти слова отозвались в конечном счёте в минимальной степени, в отличие от многих других жирондистов. Пламенный революционер-"цареубийца", барон Империи, пламенный монархист, избавленный от участи прочих "цареубийц", отправленных в изгнание... Любопытный персонаж.

Ну мало ли пламенных революционеров такие метаморфозы пережило? Того же Фуше вспомнить (этому, правда, как "цареубийце" всё же "прилетело", хоть и не так, как его английским коллегам полутора веками ранее).

 

[Lucius Gellius]

Ну мало ли пламенных революционеров такие метаморфозы пережило? Того же Фуше вспомнить (этому, правда, как "цареубийце" всё же "прилетело", хоть и не так, как его английским коллегам полутора веками ранее).

Конечно, подобных "перекрасившихся" тогда хватало - и поэтому данные граждане мне и интересны, своими превращениями из пламенных революционеров в пламенных монархистов, из горячих бонапартистов - в ревностных легитимистов или из страстных атеистов в набожных христиан, особенно когда подобные повороты проделывали неоднократно (последовательные и порядочные, впрочем, интересны не менее).

Но далеко не у всех получалось "перекраситься" столь же удачно, как у Инара.

 

[Val]

поэтому данные граждане мне и интересны, своими превращениями из пламенных революционеров в пламенных монархистов,

Уважаемый Луций, а каково в этом плане Ваше отношение к А.С.Пушкину, если не секрет?

 

[Lucius Gellius]

Уважаемый Луций, а каково в этом плане Ваше отношение к А.С.Пушкину, если не секрет?

Честно говоря, я к нему никак особенно не отношусь. "Солнце русской поэзии", конечно, но по человеческим качествам он мне не очень нравится. Хамством в отношении Воронцова, например.

 

[Val]

"Солнце русской поэзии", конечно, но по человеческим качествам он мне не очень нравится.

Я имел ввиду именно произошедшую с ним идеологическую метамарфозу, каковые, как я понял, вызывают интерес у Вас.

Хамством в отношении Воронцова, например.

Ну, это все же, наверное, можно списать на молодость.

 

[Lucius Gellius]

Я имел ввиду именно произошедшую с ним идеологическую метамарфозу, каковые, как я понял, вызывают интерес у Вас..

Ну, могу только повторить, что я к нему никак особенно не отношусь, поскольку особенно не интересуюсь. Мне (не знаю почему, просто особенность личного восприятия) всегда были интересны деятели с долгой (особенно очень долгой) жизнью*, поэтому, если вернуться к теме Французской революции, Инар, или Ланжюине, или Буасси д'Англа и т.д. мне гораздо больше интересны, чем те, которые не пережили 1793-1794 гг., какими бы яркими они ни были.

(* Собственно, я даже ник на Хисторике выбрал по тому же принципу, в честь очень долголетнего деятеля, хотя и второго плана)

И потом, я как-то больше интересуюсь политиками / военными, чем литераторами, даже самыми выдающимися. Просто специфика личного восприятия.

 

[Rzay]

Честно говоря, я к нему никак особенно не отношусь. "Солнце русской поэзии", конечно, но по человеческим качествам он мне не очень нравится. Хамством в отношении Воронцова, например.

Не говоря о злополучном "князе Дундуке"

В 1835 году в руководстве Академии произошли значительные перемены. «Русский биографический словарь 1905 года» сообщал: «К общему удивлению… он назначен был вторым вице - президентом Академии наук и председательствующим в комитете правления Академии».
Позднее, издатель журнала «Русская старина» М. И. Семевский, опубликовал воспоминания Краевского о посещении Академии наук: «Вошли. За столом на председательском месте. вместо заболевшего Уварова, сидел князь М. А. Дондуков-Корсаков, лучезарный, в ленте, в звездах, румяный и весело, приветливо поглядывал на своих соседей академиков и на публику. Непременный секретарь академии Фукс читал отчет…
— „Ведь вот сидит довольный и веселый, — шепнул Пушкин г. Краевскому, мотнув головой по направлению к Дундукову, — а ведь, сидит - то на моей эпиграмме! ничего, не больно, не вертится!“».

VK.com | VK

vk.com

Эпиграмма была написана в 1835 году, когда Пушкину было уже 36 лет.