Бритты (бретонцы) в Галлии

Zelotes

Квестор
А какие-нибудь памятники кельтской культуры бретонское средневековье оставило, или тамошняя культура развивалась во французском дискурсе?
Литература или искусство ? Первое по сути и является большей частью культуры тогдашнего Французского королевства, происхождение бретонское но распространено на территории всей Франции. Второе довольно локальное явление, малоизвестное не только за пределами Бретани но и отдельных областей Бретани.
 

Zelotes

Квестор
Самый главный Вклад это Артуриада, некоторые песни Роланде, изначально они бретонские но потом стали достоянием всей Франции. Валийская Артуриада была в средневековье кроме Уэльса не была распространена.
 

Zelotes

Квестор
Обратил внимание, что правителей раннесредневекового Бретонского королевства в английской википедии также именуют герцогами. Тогда не было принципиальной разницы?
Это перевод на современный.
Сами бретонцы до Номиноэя управлялись типичный для кельтов системе, несколько "королевств" 3-5, во главе с вождем племени, и верховный король из представителя одно из королевств, так было и Валийцев и у Ирландцев. Номиноэ первый единоличный "король", могли быть и до него просто историкам они не известны. Кельтам было глубоко фиолетово как их там называют чужаки, феодальной системы растущей из империи Каролингов как во Франции и Англии у них не было и руководствовались древней традицией кельтов, заметили что у представителей Ирландии и Уэльса будь они хозяевами довольно скромного удела, даже на графство не тянувшего называют королями. Себя конечно они называли кельтскими терминами. Как их переводили на латынь на посмотреть латинские оригиналы, подозревают(не смотрел латинские оригиналы, это подозрения) что ситуационно, они нас побили или подмазываться надо-король, мы их побили они нам не нужны-герцог, вообще ненавижу, вы нам сапоги лизать должны-граф.
 

Alamak

Цензор
Похоже, что так
Но вроде один из каролинских императоров таки признал бретонского правителя королем?
 

aeg

Принцепс сената
Обратил внимание, что правителей раннесредневекового Бретонского королевства в английской википедии также именуют герцогами. Тогда не было принципиальной разницы?

В раннем средневековье герцогов в феодальном смысле не было. Dux могло означать и вождя, и заимствованную у римлян должность.
 

Rzay

Дистрибьютор добра
Падение независимой Бретани:

...теперь герцогиня (Анна Бретонская) надеялась получить силу для борьбы с Анной Французской. Или хотя бы заключить с ней мир, условия которого смогут стереть из памяти унизительное поражение герцога Бретонского.

И момент был благоприятным. Все трения с зарубежными союзниками к этому времени были улажены, каждый имел свой интерес к войне (Англии нужна была Гиень и деньги, Испания жаждала противоборства с Францией на юге, Максимилиану нужно было развязать второй фронт в его войне с фламандцами) – и каждый союзник выставлял перед собой благородную цель защиты Бретани.

Король Франции мог искать помощи у других европейских стран, поэтому было совершенно необходимо остановить его наступление на запад.
Для Максимилиана 1490 год закончился грандиозным успехом: во Фландрии, непокорные жители Брюгге были вынуждены просить его о мире, условия которого были крайне жестоки по отношению к побежденным. На востоке своей империи Максимилиан отвоевал Нижнюю Австрию и захватил половину Венгрии, отняв ее у Ладислава Ягеллона.

Военно-политические успехи императора подкреплялись и удачно складывавшейся личной жизнью. Еще 20 марта того же года Максимилиан отправил ко двору герцогини Бретонской маршала Вольфганга де Полхейм (Wolfgang de Polheim) в сопровождении двух сановников с официальным предложением руки и сердца. Очевидно, что предложение было принято, так как Полхейм и двое его компаньонов больше года жили в Ренне, согласуя детали проекта и делая необходимые приготовления.

Очевидно, что герцогиня завоевала уважение в глазах своего жениха. Она смогла вернуть мятежных союзников в свой лагерь – неважно, во сколько ей это обошлось! – но этот политический успех теоретически уравнивал ее с многоопытным королем Римлян. Вчерашняя «герцогиня в сабо», погруженная в нищету и хаос гражданской войны, смогла подняться, утихомирить волны и оправдать свое наследное имя. Максимилиан Австрийский уже готов рассмотреть ее в качестве важного союзника, равного по силе и достойного доверия. Даже если французы будут угрожать.

Анна и ее советники, окруженные ореолом славы от своих дипломатических успехов, теперь довольны ещё сильнее. Ведь брак с Максимилианом – это больше, чем политический альянс. Это союз крови, обещание эффективной защиты, военной помощи. Да, да и ещё раз да – отвечает Бретань на предложение Австрии.

Что могла думать сама Анна об этом браке? Эрцгерцог Австрийский, первым браком женатый на Марии Бургундской, дочери Шарля ле Темерер, стал королем Германии в 1486 году. Несомненно, он станет императором Священной Римской империи после смерти своего отца Фредерика III. Он был отцом «маленькой королевы» Франции, Маргариты Австрийской. И этот мужчина сделал предложение ей, маленькой Анне!

Королева! Королева Римлян, почти императрица! Анна всегда была амбициозна – и для себя, и для своей страны. Без труда можно представить себе грезы 13-летней девочки, подростка, чья жизнь до сих пор была полна неуверенности и бедствий. Ведь королю чуть больше 30 лет, говорят, он галантен и красив…

… Было необходимо созвать Генеральные Штаты Бретани, чтобы проинформировать дворянство о предстоящем браке и получить их согласие на этот союз. В декабре 1490 года Штаты собираются, а 16 декабря – как по волшебству – к ним присоединяются маршал де Рьё и графиня де Лаваль, чтобы принести свои уверения в верности герцогине.

На что же действительно надеялось бретонское правительство? Чего оно ожидало от этого союза с германцем? Беглый взгляд на условия брачного контракта дает ответ. Всего их было три. Во-первых, Максимилиан не получит никаких прав на земли супруги. Во-вторых, Бретань останется свободной и автономной. В-третьих, старший ребенок супругов будет наследовать отцу, следующий – матери. Иными словами: этот брак – союз двух людей, но не объединение двух стран. Важный факт, хотя некоторые историки и вспомнили об этом браке после немецкого вторжения во Францию в 1870 году, а потом и во время Второй мировой войны, чтобы заявить о принадлежности Бретани к Германии еще с XV века. Ничего подобного. Анна, конечно, хотела этого союза, но гораздо сильнее ее интересовала возможность вывернуться из французского захвата. Она хотела гарантировать бретонскую независимость – и приняла помощь и поддержку от иностранца. Император далеко, он отделен от Бретани землями врагов – и он менее опасен для герцогства, чем соседняя Франция. Решительно, выгода была большой, а риск минимальным.

В декабре 1490 года Анна вышла замуж за короля… Поскольку Максимилиан был занят своими фламандскими и венгерскими войнами, он отправил маршала Полхейма выступить в качестве жениха.

И чудесная мечта стала реальностью… Странным способом… Вместо того, чтобы совершить обряд по французским законом, союз был скреплен немецкой церемонией. Почти 14-летняя Анна легла в брачную постель, а Полхейм, в присутствии всего двора Ренна, обнажил ногу и засунул ее под простыни брачной постели, имитируя супружеское соединение тел. На этом маршал остановился. В глазах общественности, мужчина побывал в постели герцогини Бретонской… Нет сомнения, Анна вышла замуж. Символически.

Не все приняли этот брак. Например, англичане вообще считали, что ничего не случилось. Так, пародия на свадьбу. Обычная для Европы и Востока практика заочного брака казалась им эксцентричной, варварской, не имеющей смысла. Королевская свадьба должна совершаться в присутствии и жениха, и невесты. Король должен был лично выразить свое согласие на брак с Анной. А вместо этого – церемония, лишенная какой-либо реальной сути.

Кроме того, упорно ходили слухи о том, что Полхейм был «миньоном короля Римлян», его любовником. И Максимилиан отправил гомосексуалиста быть своим заместителем в брачной постели жены…

Несмотря на эти тайные усмешки, бретонское правительство праздновало на широкую ногу: Анна, нравится ли это кому-то или нет, стала королевой Римлян. Она получила гарантию своего будущего и будущего своего герцогства, ведь австрийский супруг явно стремился – в том числе и военной помощью – послужить опорой своей жене. Всем было ясно, что Бретань вскоре освободится от ига Франции.

В конце декабря и первые недели января в Ренне только и делали, что устраивали праздники. Гремели салюты, банкеты следовали за банкетами – пир во время чумы. Вином и танцами отмечали и дворяне, и простолюдины воссоединение Бретани, предшествующее следующему грандиозному событию: независимости!

Все это было слишком беззаботно! Договор в Верже от 1488 года ясно формулировал мысль: никакой брак Анны Бретонской не может быть заключен без согласия короля Франции. Очевидно, что с Карлом VIII никто не советовался – он бы никогда не согласился на столь опасный для страны союз Бретани и Германии. Недовольные поворотом событий поспешили донести до французского двора горячую новость. Более всего возмущался Ален д’Альбре. Во-первых, его самого сбросили с брачных счетов – и это после стольких лет обещаний! Во-вторых, союз его сына сеньора д’Авесне с Изабо не принес желанных дивидендов из-за смерти девушки. Д’Альбре почувствовал себя униженным, растоптанным, преданным. И принял решение броситься в объятия того, с кем в течение долгих лет так страстно боролся. Конечно, примирение с Карлом VIII не могло произойти в один день. Но у французского короля были дальновидные советники. Пьер де Боже, зять и попечитель короля, имел большое влияние на него. Даже сейчас, когда Карлу было уже 20 лет, Пьер мог вложить свои мысли в его голову. Ален д’Альбре, униженный и оскорбленный, просит о милосердии? Что ж, пожалеем его, это ведь ценный союзник. Альянс с ним, несомненно, принесет плоды.

2 января 1491 года в Мулен (Moulins) был заключен союз между королями Франции и Наварры. И Алену д’Альбре нашлось в нем место. За свои услуги он попросил немного – денег и город Нант. Таким образом, столица бретонских герцогов стала просто разменной монетой в этой войне. Однако это может существенно приблизить конец Бретани, которого ждут уже более трех лет… Ален – из ненависти к Анне – становится ценным помощником Карла VIII.

На тот момент Рьё был губернатором Нанта. Д’Альбре – после свадьбы герцогини – стал никем: из осторожности его удалили из замка. Однако там оставались его люди. И им ничего не стоило нанести удар по замку. Захватив крепость, они вызвали своего господина, чтобы удержать захваченное. 19 марта 1491 года Ален д’Альбре прибыл в Нант, и его единственным желанием была месть. Ярость свою он обрушил на ценную мебель бретонских герцогов: предварительно сняв оттуда ценные украшения, д’Альбре изрубил ее на кусочки.

Теперь он стал хозяином Нанта. Что дальше? Рьё, который в момент захвата изволил охотится, был предупрежден и попытался отвоевать город. Однако Карл VIII и чета де Бурбонов, действуя в соответствии с заключенным два с половиной месяца назад соглашением, сделали все, чтобы помочь своему новому союзнику: из Анже были присланы войска. В день Пасхи 1491 года король Франции торжественно вошел в захваченный город. 11 апреля жители Нанта принесли ему клятву верности. Так столица герцогства была потеряна – без битвы. Маршалу де Рьё не оставалось ничего другого, как сбежать в Ренн.

Бретань была практически вся оккупирована – либо французами, либо предателями-бретонцами. Оставалось лишь завоевать новую столицу, где Анна нашла убежище в 1490 году.

Герцогиня растерялась при виде окружавших ее врагов. Все ее надежды связаны с Максимилианом. К заочному супругу немедленно было отправлено посольство с криком о помощи. Австриец начинал с того, что взбудоражил общественное мнение дворов Европы: король Франции угрожает его жене и ее имуществу! Безобразие! Одновременно он отправил ноту протеста и самому Карлу VIII. Однако ощутимой реакции не последовало: Карл не торопится извиняться, прочие королевские дворы осуждают политику Франции, но не спешат прислать подмогу Бретани. Драгоценное время было потеряло в пустых разглагольствованиях.

Однако будущий император Священной Римской Империи и сам по себе достаточно силен. Он сумел собрать отряд из 2000 солдат: ожидаемое время их прибытия в Бретань – август. Слишком долго ждать!

Анна обратилась к другому участнику их коалиции – к Англии. Она находится ближе, может быстрее предоставить войска, чтобы помочь ослабить удушающие объятия Франции. 23 мая Лондон получает просьбу о помощи из Бретани. Просьба дополнена обещаниями компенсировать все издержки экспедиции. Главное – получить поддержку! Наконец, 30 мая отряд англичан высаживается в Бретани.

Увы! Вся эта внешняя поддержка была либо слишком слабой, либо слишком поздней. А вот французские войска после получения Нанта вели активную политику продвижения по бретонским землям. За несколько весенних недель было взято достаточное количество точек на карте, чтобы Бурбоны и Карл VIII могли предвкушать близкую победу. И вот в конце июля 1491 года Ла Тремуй, победитель битвы при Сент-Обен-дю-Корьме, привел войска под стены Ренна, приступив к осаде города. Падение столицы будет означать конец Бретани, герцогство окажется во власти Карла VIII.

Это сопротивление было лишено смысла. Генрих VII понял это первым и отозвал английские войска из Бретани. Анне нужно было решить: продолжать ли борьбу или уехать к Максимилиану, чтобы начать с ним совершенно другую жизнь. После недолгих колебаний и совещаний с окружением она решила: остаётся. Бретань – ее судьба.

В осажденном городе ей пришлось заниматься требованиями иностранных наёмников, чьи аппетиты возросли в экстремальных условиях. Особенно отличились немцы. Например, они вламывались в таверны Ренна, отбирали бочки с вином у хозяев, чтобы перепродать их втридорога жителям города. Речи о выплате ограбленным хозяевам не шло, разумеется. Если к ним являлись с претензиями, то посланцев просто напросто убивали. Типичная картина конца Средневековья. Да и прочие солдаты не отличались гуманностью, грабя слабых – крестьян и ремесленников. Перед осажденным городом вставала реальная угроза нищеты, в условиях многочисленных краж и надругательств – и это был последний бастион независимости Бретани.

И вновь Анна Бретонская пустила в ход личные сокровища, чтобы утолить хоть немного жажду серебра и злата у своего войска. Этим она ещё и подавала пример своему народу...
http://octavia555.livejournal.com/
 

sizvelena

Цензор
Да, с Бретанью французские короли не допустили ошибок: в качестве приданого она удерживалась Карлом VIII, Людовиком XII и Франциском I Валуа.
 

Rzay

Дистрибьютор добра
Прогитлеровские националистические группировки Бретани времен ВИВ:

Бретонская национальная партия (Parti National Breton) была образована в 1931 году в результате раскола Бретонской автономистской партии: часть членов, придерживающихся левых и федералистских взглядов, создали Бретонскую лигу федералистов, а часть – сторонники полной независимости Бретани от Франции – создали Бретонскую национальную партию. Новая партия заняла крайне националистическую, антифранцузскую и профашистскую позицию, и выступала за политическое единство всех кельтских народов. Партия имела своё собственное военнизированное формирование – «Багаду Стурм», что переводится как «боевая группа». Кроме того, Бретонская национальная партия активно сотрудничала с спецслужбами нацистской Германии, в результате чего в 1939 году была запрещена, однако после оккупации Франции немецкими войсками вновь начала действовать легально, активно сотрудничая с немецкими оккупационными властями. В 1944 году, после освобождения Франции, Бретонская национальная партия была вновь запрещена, уже за «сотрудничество с оккупантами», а её лидеры были либо арестованы, либо вынуждены эмигрировать.

Бретонское социально-национальное рабочее движение (Mouvement Ouvrier Social-National Breton) – бретонская националистическая организация, основанная бывшим членом Бретонской национальной партии Теофилем Жюссе в 1941 году. Движение во многом подражало НСДАП, в частности, флаг БСНРД напоминал флаг Третьего Рейха (только вместо свастики в белый круг был заключён хвостик горностаевого меха, традиционный символ Бретани). Кроме того, Социально-национальное рабочее движение имело свои «25 пунктов», но со своими особенностями, в частности, отвергался голлизм, как «последний оплот буржуазии», и опорой движения провозглашалось крестьянство, как наиболее многочисленный класс Бретани. В целом идеология БСНРД была аналогична идеологии Французской народной партии – движение также выступало за национал-социализм с сильной социалистической составляющей. Социально-национальное рабочее движение просуществовало относительно недолго и было распущено вскоре после своего основания.
https://vk.com/wall-39256035_239886
 

Rzay

Дистрибьютор добра
Текст Ваннского акта о присоединении Бретани к Франции, 490-летие которого мы отмечали на той неделе:

Королю, нашему суверенному сеньору-узуфруктуарию этой страны и герцогства Бретани, отцу и законному управляющему монсеньора дофина, герцога и сеньора-владельца указанного герцогства, люди трех штатов указанной страны Бретани очень смиренно просят и просят что вы, пожалуйста, даруете и позволяете монсеньору дофину, который является их герцогом и принцем по рождению, находящимся в настоящее время в указанной стране, быть принятым и войти в Ренн, который является главой его герцогства, как герцог и принц, владелец этой страны ; требуя, кроме того, чтобы все другие вещи, сделанные ранее, вопреки тому, что указано выше, были отменены, отменены и аннулированы, как это было сделано без согласия и выслушания названных штатов, сохраняя, однако, за вами, сир, узуфрукт и Тотальное управление этой страной. кроме того, сир, Упомянутый народ трех сословий очень смиренно просит вас объединиться и навсегда присоединиться к названным странам и герцогству Бретани с Королевством Франции, чтобы никогда не возникало войны, разногласий или вражды между указанными странами, сохраняя, тем не менее, и поддерживая права, свободы и привилегии указанной страны, как было угодно, сир, вашим предшественникам, королям и герцогам этой страны, а также в соответствии с древними хартиями или иным образом, поддерживать и сохранять их там; и что милорд дофин клянется сделать то же самое. А потому, сир, не могли бы вы отправить им свои патентные письма. Кроме того, сир, они очень смиренно просят вас запретить всем тем, кто принял имя Бретань из-за своих матерей, больше не носить их и придавать особое значение гербу. Более того, сэр, весьма смиренно просят вас приказать, чтобы те, которые произошли от незаконнорождения, впредь носили на руках прут, предписывая им и запрещая им, с большими наказаниями, не употреблять его иначе. Вышеупомянутая петиция была прочитана мной, клерком указанных штатов, нижеподписавшимся, вслух и внятным голосом, в собрании и конгрегации указанных штатов, и так как она была выслушана, выслушана и принята без каких-либо возражений, было сказано, что она будет представлен королю по его желанию.

Совершено в собрании и собрании указанных штатов в большом зале епископского поместья Ванн четвертого дня августа тысяча пятьсот тридцать второго года.

подписали: Р. де ла Шасс, поверенный, и Ж. де Сен-Малон, клерк указанных штатов.


Франциск это требование удовлетворил, издав в Нанте соответсвующий эдикт:

"После прочтения этого мы, принимая во внимание, что содержание упомянутой просьбы является справедливым, разумным, полезным, удобным и выгодным для указанной страны, и принимая во внимание облегчение, покой и спокойствие последней, и что большее благо не может постичь его, ожидали что названная страна останется в великой и великой безопасности, имея с одной стороны Французское королевство, а с другой — море с портами, входы в которые опасны и трудны, и что таким образом она избежит неудобств и разорений, которые произошли в прошлом; а также учитывая, что содержание их запроса было основано на законе и разуме; по этим причинам и другим добрым соображениям, которые побуждают нас туда, нашей определенной науки, полной власти и авторитета, мы приняли и получили для удовольствия содержание просьбы,

Сделанные таким образом вещи мы объявляли и объявляем недействительными, и как таковые нарушенные и отмененные, ломаем и отменяем; и мы хотим, согласитесь, и мы рады, чтобы наш так называемый очень дорогой и очень любимый старший сын, герцог-владелец Бретани, вошел в Ренн, столицу названной страны, и чтобы он был принят и коронован там как истинный Герцог и лорд-владелец Бретани, со всеми торжествами и другими вещами, которые он обычно совершает, соблюдая похвальные и древние обычаи указанной страны и сохраняя, однако, узуфрукт и управление указанной страной и герцогством. Бретань, оставленная нам по завещанию огнем доброй памяти, наша очень дорогая и любимая спутница Клод Французская, герцогиня Бретани, давайте объединим и присоединим страны и герцогство Бретань к королевству и короне Франции навечно, чтобы они не могли быть разделены или впасть в развод, что бы это ни было. Кроме того, мы хотим и угождаем нам, чтобы права и привилегии, которые когда-то имели и имеют те, кто в упомянутой стране и герцогстве, были сохранены и соблюдены для них без изменения или новшества в них, из которых мы заказали и приказываем только письма патенты в виде чартера отгружаются и доставляются. И, кроме того, мы запретили и запрещаем всем лицам, какого бы положения, качества или положения они ни были, носить имя Бретани из-за своих матерей, а бастардам этого дома носить герб Бретани. не с баром, чтобы избежать путаницы и неудобств, которые могут возникнуть позже, и это под страхом конфискации их феодальных владений...

Дано в Нанте в августе месяце благодати тысяча пятьсот тридцать второй год нашего царствования восемнадцатый.

Королем, узуфруктуарием стран и герцогства Бретань, Бретоном. Опубликовано в суде парламента 21 сентября 1532 г. и в совете Бретани на его заседании 8 декабря того же года. »


Узуфруктарием, как я понял, во французском праве именуется переживший супруг, получивший обязательную долю в наследстве супруги - в данном случае королевы Клод, жены Франциска и наследницы Бретонского герцогства, умершей в 1524 году.
 

Rzay

Дистрибьютор добра
Печальная судьба упоминавшегося "сеньора-владельца":

Обстоятельства его смерти казались довольно подозрительным. Франциск, как полагали многие, был отравлен. Король Франциск I, убеждённый, что его наследник был отравлен по приказу Карла V, приказал арестовать комиссара Карла, графа Себастьяно Монтекукколи, принёсшего стакан воды дофину. Он был признан виновным и приговорён к смертной казни через четвертование, которое состоялось в Лионе. Части его тела были вывешены на воротах города.
Тем не менее, версия отравления по мнению современных историков считается маловероятной, так как имеется достаточно доказательств того, что Франциск умер по совершенно другой причине, а именно от туберкулеза. Здоровье дофина было подорвано во время его пребывания в Мадриде.
Другие слухи приписывают смерть Франциска Екатерине Медичи. Так как дофин не сочетался браком и не был обручен, то его смерть расчистила бы путь к престолу Генриху, младшему сыну Франциска I, супругу Екатерины, а заодно и ей, поэтому она якобы и отравила Франциска.
Некоторые считали, что дофин умер от слишком утомительного увлечения любовью со своей любовницей мадемуазель де л’Эстранж.

 

sizvelena

Цензор
Умер элементарно от ангины. Я как выпью питья из холодильника в тот же день ангиной заболеваю. И не мадемуазель, а мадам Эстранж, замужняя дама. И не Франциск, а Карл 9 на портрете Корнелия ле Лион в латах миланской работы.
 
  • Like
Реакции: Rzay

Rzay

Дистрибьютор добра
1180 лет назад бретонцы разбили войска наследников Карла Великого в битве при Блене:

Сражение при Блене (фр. bataille de Blain) — состоявшееся 24 мая 843 года около селения Блен сражение, в котором войско бретонцев под командованием Эриспоэ, сына правителя Бретани Номиноэ, и графа Ламберта II разгромило войско западных франков во главе с графом Нанта Рено Эрбожским. Один из эпизодов франкско-бретонской войны 841—851 годов.

 
  • Like
Реакции: aeg

Rzay

Дистрибьютор добра
А 1085 лет назад бретонцы при Трансе разбили викингов:

Битва при Транс-ла-Форе произошла 1 августа 939 года между оккупантами -викингами и бретонцами , которых представляла объединенная армия Алана II , Гуго II Мэна и Жюдикеля Беренгара .
...Местом битвы считается место к югу от Мон-Сен-Мишель, за рекой Куэнон, в километре от Транс-ла-Форе. [6]
Победа бретонцев при Транс-ла-Форе освободила Бретань от оккупации викингов и привела к восстановлению Бретонского государства, но не как полностью независимого королевства, а как суверенного герцогства под руководством Алана II, герцога Бретани , в связи с новой присягой франкам за помощь в изгнании викингов. [7]


"...в связи с новой присягой франкам за помощь в изгнании викингов" - вот, значит, где собака порылась в плане разжалования Бретани из королевства в герцогство.
 

Rzay

Дистрибьютор добра
660 лет битве при Оре и воцарению в Бретани династии Монфоров, правивших ей до конца независимого существования герцогства:

Битва при Оре состоялась 29 сентября 1364 года в бретонско-французском городе Оре . Эта битва стала решающим сражением войны за бретонское наследство , части Столетней войны .
В битве, которая началась как осада , бретонская армия под предводительством герцога Жана де Монфора , которой помогали английские войска под командованием Джона Чандоса , противостояла бретонской армии под предводительством его соперника Карла Блуаского , которой помогали французские войска под командованием Бертрана дю Геклена .

 
Последнее редактирование:

Rzay

Дистрибьютор добра
1180 лет назад бретонцы разбили войска наследников Карла Великого в битве при Блене:


А 1180 лет назад - при Баллоне

Сражение при Баллоне (фр. bataille de Ballon) — состоявшееся 22 ноября 845 года около селения Баллон (между современными Редоном и Бен-сюр-Устом[англ.]) сражение, в котором войско правителя Бретани Номиноэ разгромило войско короля Западно-Франкского государства Карла II Лысого. Один из эпизодов франкско-бретонской войны 841—851 годов...
Хотя победа в сражении при Баллоне с военной точки зрения был не такой значительной как победа при Женглане, именно 845 год бретонские националисты[англ.] считают датой основания независимой Бретани. Торжественные церемонии, посвящённые этому событию, проходят ежегодно в следующее после 23 июня воскресенье[К 1][8][19].
В 1952 году в память о сражении при Баллоне на деньги сторонников бретонской независимости скульптор Раффиг Таллоу[англ.] установил в Бен-сюр-Усте памятник герцогу Номиноэ[20].

 

Rzay

Дистрибьютор добра
660 лет битве при Оре и воцарению в Бретани династии Монфоров, правивших ей до конца независимого существования герцогства:

В какой-то теме обсуждали легенду про пса Иоланда, сыгравшего в этой битве важную роль

... согласно легенде, был у этого Карла де Блуа борзой пёс по кличке Иоланд, доставшийся ему от упомянутого герцога Жана, а тому, от некоей ведьмы, которую крестьяне собирались сжечь, а он, будучи противником такого живого творчества масс, её у них отбил - растроганная старуха подарила ему эту псину, пообещав, что та будет герцогу Бретани всегда верна. И хотя с тех пор до битвы при Орэ прошло больше 20 лет, ведьмина собака была по-прежнему жива, здорова (и весьма бодра!) и пребывала в то утро при герцоге - этом самом Карле Блуасском.
И вот, когда войска противоборствующих сторон двинулись друг на друга, пёс печально посмотрел на хозяина - и вдруг со всех ног кинулся через поле боя к гарцевавшему впереди своих войск Жану де Монфору. Солдаты Карла решили, что пёс решил проявить свою легендарную преданность герцогу и вцепиться его врагу в горло - но Иоланд вместо этого, подбежав к Жану и встав на задние лапы рядом с его стременами, принялся лизать его руку. Давая тем самым всем присутствующим понять, что истинный герцог - вовсе не Карл, кормивший ее эти 20 лет, а вовсе даже наоборот Жан.
Битва закончилась победой англо-бретонцев, покинутый любимым кобелём Карл Блуасский погиб, а династия Монфоров правила Бретанью следующие полтора века, до присоединения Бретани к Франции. А что до Иоланда, то он, как гласит легенда, был найден на поле боя среди других бездыханных тел - исполнив миссию по восстановлению в любимой Бретани легитимного правления, старый пёс скончался.

 
Верх