Ведущие нефтяные компании сворачивают инициативы по развитию возобновляемых источников энергетики и возвращаются к своему главному делу — нефтяному. Этому способствуют рекордные прибыли, полученные в прошлом году, и более высокая маржинальность традиционного бизнеса. Капиталовложения в разведку и добычу растут, снижая вероятность скачка цен в будущем, которого так опасались аналитики еще год-два назад.
В 2020 г., когда стоимость нефти в начале пандемии коронавируса рухнула (а цена американской WTI даже опускалась ниже нуля), европейские нефтегазовые гиганты обещали сократить долю ископаемого топлива в своем бизнесе и создавали подразделения чистой энергетики, намереваясь активно участвовать в зеленом переходе и сокращать вредные выбросы. BP, например, уволила 10 000 сотрудников (в основном из подразделения разведки) и хотела к 2030 г. сократить добычу нефти и газа на 40%, а инвестиции в возобновляемую энергетику увеличить в 10 раз до трети от совокупных.
Многие компании пообещали сократить нетто-выбросы углекислого газа до нуля (обычно — к 2050 г.).
Нефтяной разворот
Но с 2020 г. цены на нефть выросли в несколько раз. И хотя они уже не превышают $120 за баррель, как в первые месяцы войны в Украине, уровень в $70–90, наблюдающийся в этом году, дает нефтяникам уверенность при инвестициях в новые проекты. Бороться с изменением климата и глобальным потеплением нужно за счет сокращения вредных выбросов, а не добычи ископаемого топлива, настаивают они.
Мир «отчаянно нуждается в нефти и газе», поскольку переход на возобновляемую энергетику идет недостаточно быстро,
заявил на прошлой неделе Би-би-си Ваэль Саван, генеральный директор Shell. Сокращать их производство «опасно и безответственно», добавил он.
Несколькими неделями ранее Саван, возглавивший компанию в январе этого года, объявил о сокращении инвестиций в возобновляемые источники энергии и возобновлении вложений в добычу нефти и газа. В 2020 г. Shell планировала сокращать нефтедобычу, но Саван теперь намерен поддерживать ее на нынешнем уровне до конца десятилетия. В начале июля было объявлено об уходе руководителя подразделения возобновляемых источников энергии Томаса Брострёма, который пришел в Shell в августе 2021 г. из датской Orsted, одной из крупнейших компаний в сфере ветряной энергетики.
Между тем генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш недавно назвал инвестиции в разработку новых месторождений нефти и газа «экономическим и моральным безумием». По словам же исполнительного директора Международного энергетического агентства (МЭА) Фатиха Бироля, если страны всерьез озабочены преодолением климатического кризиса, «с настоящего времени не должно быть новых инвестиций в нефть, газ и уголь».
Энергобезопасность взамен чистой энергии
В 2020 г. на фоне крайне низких цен на нефть и активизации зеленого перехода многие инвесторы требовали заняться возобновляемой энергетикой, благо ветряные и солнечные электростанции к тому времени стали уже даже без субсидий конкурировать по стоимости электроэнергии со станциями на ископаемом топливе. Однако ситуация во многом изменилась в 2022 г., и теперь инвесторы призывают компании сосредоточиться на наиболее прибыльных направлениях деятельности.
На разработку крупных проектов и возврат первоначальных инвестиций может уйти 15 лет или даже более, но в качестве источника прибыли они более надежны, чем зеленая энергетика, имеющая совсем другую бизнес-модель,
отмечает Reuters. Исторически доходность проектов по добыче нефти и газа составляла 15-20%, а у большинства проектов в возобновляемой энергетике — до 8%.
BP получила в 2022 г. рекордную прибыль в $27,7 млрд (почти вдвое больше, чем годом ранее). При такой высокой прибыльности нефтегазового бизнеса компания объявила в феврале, что в период до 2030 г. увеличит капиталовложения в этой области на $1 млрд в год по сравнению с предыдущими планами. BP прогнозирует, что цена нефти до конца десятилетия составит около $70 за баррель.
Гендиректор компании Бернард Луни объяснил:
Три-четыре года назад разговор шел почти только о более чистой, низкоуглеродной энергии. Сегодня гораздо больше обсуждается энергетическая безопасность, доступность энергоресурсов.
Аналитики тоже отмечают изменение отношения. В 2020 г. Credit Suisse писал в отчете «Дорожная карта инвестора в энергетическом переходе»: «Чтобы удержать рост [мировой] температуры в пределах 2 градусов [к концу века в соответствии с Парижским соглашением по климату], к 2050 г. капиталовложения, связанные с ископаемым топливом, должны в среднем сократиться примерно на 40%, а с ВИЭ и электрической инфраструктурой — увеличиться более чем вдвое».
Объявление же BP в феврале 2023 г. стало «важным моментом для нефтегазовой отрасли», написал Citigroup, имея в виду изменение позиции в пользу расширения нефтегазового бизнеса, что должно привести к увеличению выбросов углекислого газа.
Впрочем, проблемы климата не ушли на второй план, о чем может свидетельствовать активизация разработок глубоководных проектов, где таких выбросов меньше. «Более высокие цены на нефть, вопрос энергетической безопасности, преимущества глубоководных проектов в плане выбросов стимулировали именно их разработку и, в определенной степени, — разведку», — говорит Лесли Кук, аналитик Wood Mackenzie. Кроме того, большие запасы на морском дне способны обеспечить экономию на масштабах и сократить использование энергии при добыче, уменьшив выбросы.
По прогнозу МЭА, мировые капиталовложения в нефтегазодобычу увеличатся в этом году на 11% до $528 млрд — максимума с 2015 г. Число одобренных в 2023 г. проектов на шельфе окажется самым значительным за последние 10 лет, ждут аналитики Barclays.
По
данным Baker Hughes о количестве буровых вышек в эксплуатации, разведывательная и буровая активность в мире выросла почти на 50% с ковидного минимума в октябре 2020 г. В июне было задействовано 967 вышек — почти столько же, сколько перед обвалом в марте 2020 г
www.kommersant.ru
0x1moscowtimes.global.ssl.fastly.net
www.kommersant.ru
inosmi.ru
www.interfax.ru
ooooooooooo.b-cdn.net
