— Значит, Игоря Ивановича, может быть, и не было на самом деле?
— Да никого не было. И нас на самом деле не существует. Только матрица. Программа работает, вы живете, думаете, что все в порядке. Вот пьете кофе в данный момент сейчас. А кофе не существует, его нет.
— Донецкая народная республика тоже не существует?
— Ну подождите сразу так. Я вам про масштабы Вселенной.
— Вы столько сил положили на ДНР, а ее не существует?
— Донецкая народная республика будет существовать. Сбой программы нашей еще не произошел, еще рановато для нас. Вы видите, сумасшедшее украинское правительство бомбит все подряд. Отчего это делается? Оттого, что отчаяние там, у них сроки поджимают.
— Какие сроки?
— Ну сроки, понимаешь? Внутреннее напряжение растет. Вот-вот рухнет вся украинская система, их собственная матрица. Поэтому им надо быстрее это делать, быстрее утихомирить тут все, чтобы сказать (Западу. — П. К.): «Все у нас хорошо, давайте нам денег взаймы!» Так что у них в Киеве все скоро рухнет, а нам надо еще чуть-чуть подержаться, и они бабахнутся сами. Воевать даже не надо, главное сидеть в засаде и ждать.
— Но украинская армия наступает, пока вы сидите.
— Потому что, посмотрите, все вокруг сидят, пьют пиво на фиг, никто не хочет воевать.
— Вы про своих бойцов? Вы можете урезонить их хоть сейчас.
— Да я не про них сейчас говорю. Говорю о тех, которые на диванах сейчас по домам сидят. Про гражданских, которые не хотят защищать свою страну. Вот сегодня погибли совсем неповинные люди, я сам наблюдал: куча кровищи, украинские военные стреляют по городу, а люди погибают, потому что мужики-дончане не идут защищать родину…
— Какую родину, Федор Дмитриевич?
— Свою родину. Мы здесь родились, я здесь родился, в Донецке. Мы ведем национально-освободительную войну русского народа. Русского народа!
— Так где ваша родина?
— Моя родина?.. Матрица — моя родина! Что вы меня сбиваете?
— Мне интересно, что вы называете родиной.
— Ну возьмем примерно границы Советского Союза — будет ничего так. Примерно.
