Фантастика-фэнтези

Rzay

Дистрибьютор добра
Нашел тут читанный мной в детстве рассказ польского фантаста Вальдемара Болдхида "Операция "Ватерлоо" на тему вспоминавшихся мной в "Загадках" метаний корпуса д’Эрлона между полями сражений в Линьи и Катр-Бра 210 лет назад:

... Спустя несколько минут возвратился в кабинет капитан Райт и доложил:
— Господин генерал, получено сообщение из Парижа! Оказывается, Рэбонне — это адьютант генерала д"Эрлона.
Услышав это, поляк вскочил с кресла и схватился за голову.
— О боже! Какой же я болван!.. Прошу немедленно доставить мне стереокопию книги Шарраса «История кампании 1815 года». Издана в Брюсселе в 1857 году.
— Райт! — крикнул генерал. Капитан в мгновение ока скрылся за дверью. А профессор начал объяснять:
— Я допустил непростительную ошибку, господин генерал. Я согласился с вами, что этот Персье перевоплотится 18 июня в день битвы при Ватерлоо...
— А что, это не так?!
— Нет. Под Ватерлоо наибольшим шансом Наполеона было вовремя подтянуть на поле битвы корпус маршала Груши, который мог бы нейтрализовать пруссаков. Но этого не случилось, так как Груши не получил должного приказа. Тогда я пришел к твердому выводу, что Персье будет стараться доставить этот приказ и в решающий момент Груши бросит свой корпус на поле битвы. Меня поначалу это удивило, ибо корпус Груши находился далеко от поля битвы и шанс был невелик. Но теперь я понял, что Персье выбрал наиболее выгодное время — 16 июня он перевоплотится в Рэбонне. В этот день, за двое суток до битвы при Ватерлоо, Наполеон сражался с пруссаками под Линьи и побил их, но не уничтожил, потому что спешивший к нему на помощь корпус генерала д"Эрлона был задержан на полпути маршалом Неем, войска которого в это время сражались с англичанами под Катрбра. Видите ли, господин генерал, если бы д"Эрлон не был задержан маршалом Неем и соединился с императором, то пруссаки были бы полностью уничтожены, а тогда они не смогли бы решить судьбу битвы при Ватерлоо в вашу пользу. Вне всякого сомнения, Персье, перевоплотившись в адъютанта генерала д"Эрлона, Рэбонне попытается задержать курьера маршала Нея, который вез приказ о приостановлении передвижения корпуса д"Эрлона. Если Персье это удастся, то войска д"Эрлона вовремя соединятся с Наполеоном, и прусская армия перестанет существовать, и тогда уже никто не поможет Веллингтону выиграть битву при Ватерлоо.
— Кто был этим курьером?! — крикнул генерал Кормик, посмотрев на часы.
— На этот вопрос, господин генерал, ответит нам книга Шарраса, скрупулезно изучившего все детали, связанные с этим приказом.
Через несколько минут была спроецирована стереокопия книги Шарраса. На 198-й странице ожидала их неприятная новость: Шаррас не установил, кто же конкретно был курьером маршала, и выдал две версии. По воспоминаниям Наполеона этим курьером был начальник штаба Нея полковник Хеймес, а по данным д’Эрлона генерал Делькамбре.
Генерал Кормик громко выругался и обратился к поляку:
— Прошу вас, господин профессор, назовите еще раз эти имена, я что-то не очень запомнил их... Скажите, кто из них, по вашему мнению, мог быть этим курьером?
— Делькамбре.
— Почему он?
— Думаю, что Наполеон не был точно информирован, а генерал д"Эрлон знал, кто доставил ему злополучный приказ маршала Нея.
— Благодарю вас, господин профессор! Райт! Мы немедленно едем в институт Смита... А если вы ошиблись, профессор?
— Все может быть, господин генерал. Тогда вы проиграете эту операцию, а с нею битву при Ватерлоо ...


 

Rzay

Дистрибьютор добра
В глазах пестрят Головачевы
Головачёв меж тем отпестрелся:

В возрасте 77 лет 7 сентября 2025 года скончался советский и российский писатель-фантаст Василий Головачев, сообщили у себя на странице в «Живом журнале» Эдуард Геворкян и в своем телеграм-канале Вадим Панов.
Как уточнил в беседе с «Аргументами и фактами» председатель Совета по фантастической и приключенческой литературе Союза писателей России Евгений Харитонов, Головачев умер после продолжительной болезни.
«В последние годы Головачев очень сильно болел, у него были очень большие проблемы с суставами на ногах, он перенес серию инсультов», — добавил Харитонов. Несмотря на проблемы со здоровьем, он продолжал посещать «основные мероприятия, связанные с фантастической литературой», в том числе фестивали и конференции.


R.I.P.

Высшее управление злых сил именуется «Кнессет Галактики», а одна из их тайных организаций — Синедрион.


Ликуют сейчас, должно быть, в кнессете Галактики... :(

 
Последнее редактирование:

Rzay

Дистрибьютор добра
105 лет человечество знает слово "робот" (применительно к движущимся металлическим болванам, а не к чешским крепостным) - 25 января 1921 года в Праге состоялась премьера пьесы Карела Чапека "Р.У.Р"

« RUR » — научно-фантастическая пьеса 1920 года чешского писателя Карела Чапека . «RUR» расшифровывается как «Rossumovi Univerzální Roboti» ( «Универсальные роботы Россума» [ 1 ] ,фраза, которая использовалась в качестве подзаголовка в английских версиях)...
Произведение было опубликовано в Праге издательством «Авентинум» в двух разных версиях: первая — в 1920 году, а переработанная — в 1921 году. [ 18 ] После переноса премьера состоялась в Национальном театре города 25 января 1921 года, хотя к тому времени любительская группа уже представила свою постановку. [ примечание 1 ]

 
Последнее редактирование:
  • Like
Реакции: amir

Rzay

Дистрибьютор добра
175 лет назад умерла Мэри Шелли, создательница Франкенштейна

Последние годы жизни Мэри Шелли были омрачены болезнью. С 1839 года она страдала от головных болей и приступов паралича в некоторых частях тела, что иногда мешало ей читать и писать. [ 158 ] 1 февраля 1851 года на Честер-сквер она скончалась в возрасте пятидесяти трех лет от того, что ее врач подозревал в опухоли мозга. По словам Джейн Шелли, Мэри Шелли просила похоронить ее вместе с матерью и отцом; но Перси и Джейн, посчитав кладбище в Сент-Панкрасе «ужасным», решили похоронить ее в церкви Святого Петра в Борнмуте, недалеко от своего нового дома в Боскомбе . [ 159 ] В первую годовщину смерти Мэри Шелли Шелли открыли ее кладовку. Внутри они обнаружили пряди волос ее умерших детей, записную книжку, которую она вела вместе с Перси Бишем Шелли, и экземпляр его стихотворения «Адонаис» , одна страница которого была сложена вокруг шелкового свертка, содержащего часть его праха и остатки его сердца. [ 91 ]
Хотя ее муж Перси поощрял ее писательскую деятельность, степень вклада Перси в роман неизвестна и является предметом споров среди читателей и критиков. [ 69 ] Мэри Шелли писала: «Я, конечно, не обязана своим мужем ни одному эпизоду, ни даже одной линии чувств, и все же, если бы не его побуждение, роман никогда бы не принял ту форму, в которой он был представлен миру». Она писала, что предисловие к первому изданию было работой Перси, «насколько я помню». Существуют различия в изданиях 1818, 1823 и 1831 годов, которые приписываются редактированию Перси. Джеймс Ригер пришел к выводу, что «помощь Перси на каждом этапе создания книги была настолько обширной, что трудно сказать, считать ли его редактором или второстепенным соавтором», в то время как Энн К. Меллор позже утверждала, что Перси лишь «внес множество технических исправлений и несколько раз уточнил повествовательную и тематическую целостность текста». [ 70 ] Чарльз Э. Робинсон, редактор факсимильного издания рукописей «Франкенштейна» , пришел к выводу, что вклад Перси в книгу «был не более чем тем, что большинство редакторов издательств предоставляли новым (или старым) авторам, или, по сути, тем, что коллеги предоставляли друг другу после прочтения работ друг друга в процессе работы». [ 71 ]
В статье, посвященной 200-летию «Франкенштейна» , литературовед и поэтесса Фиона Сэмпсон задала вопрос: «Почему Мэри Шелли не получила того уважения, которого заслуживает?» [ 72 ] Она отметила, что «в последние годы исправления Перси, видимые в записных книжках «Франкенштейна» , хранящихся в Бодлеанской библиотеке в Оксфорде, были использованы как доказательство того, что он, по крайней мере, был соавтором романа. На самом деле, когда я сама изучила эти записные книжки, я поняла, что Перси сделал гораздо меньше, чем любой редактор, работающий сегодня в издательском деле». [ 73 ] Сэмпсон опубликовала свои выводы в книге « В поисках Мэри Шелли » (2018), одной из многих биографий, написанных о Шелли.

 

aeg

Принцепс сената
Я тоже рассказ написал

Золото Рейна

Студенты-археологи братья Маттео и Пьерлуиджи Чилотти сидели в первом ряду и внимательно наблюдали за аукционистом. В университет их устроил их дядя Сильвио Чилотти. Братьев больше увлекал спорт, не археология. Они играли в университетской бейсбольной команде, а сейчас по поручению дяди прибыли на аукцион, чтобы пополнить коллекцию музея.

День оказался удачным. Маттео и Пьерлуиджи приобрели у Артура Шонхэда редкие монеты Нибелунгов. Дядя по телефону поздравил их с покупкой и велел свести знакомство с продавцом и выяснить все подробности.

Студенты подошли к Артуру. Выяснилось, что владелец монет учился в том же университете. Решив отметить удачную покупку, парни запаслись спиртным и гуляли на снимаемой Артуром квартире до тех пор, пока пьяный хозяин не проговорился им о источнике своего сокровища.

Синьор Сильвио велел племянникам привести нового знакомого к нему домой. Маттео и Пьерлуиджи подхватили с трудом передвигавшего ноги Артура и со словами, который тот навряд ли понимал, «Наш дядя желает с тобой познакомиться» потащили его к такси.

Кем же был Сильвио Чилотти?

Когда-то учился по обмену в Санкт-Петербургском университете, в Институте истории на Менделеевской линии, в восточной части Васильевского острова. Некогда по проекту Джакомо Кваренги здесь было построено здание Академии Наук, а рядом Новобиржевой гостиный двор, в котором после перестройки здания поселились исторический и философский факультеты ЛГУ. Теперь исторический факультет назывался Институтом истории РАН и там готовили специалистов по истории, искусствоведов, археологов и музейных работников.

Сильвио больше интересовался не учебой, а приятным знакомством с местными студентками медицинского колледжа. Колледж размещался в одном здании с Институтом истории. Студентки угощали итальянца спиртным, в основном коктейлями и ликерами, ходили вместе с ним в Мариинский театр и музеи, а он развлекал их неаполитанскими песнями под гитару, а также городским фольклором, которому научился в Питере:

Не женитесь на курсистках,
Они толсты, как сосиски,
Коль жениться Вы хотите,
Лучше женку подыщите.
Эх, ма, труля-ля,
Лучше женку подыщите!

Поищи жену в медичках,
Они тоненьки, как спички,
Но зато резвы, как птички,
Все женитесь на медичках.
Эх, ма, труля-ля,
Все женитесь на медичках

Медички хихикали над бодипозитивными курсистками, но фэтшейминг их мало смущал. Морфологическую свободу они не признавали и с удовольствием ему подпевали. Алкоголь для итальянcкого желудка был слишком крепок. Сильвио просыпался от жуткого похмелья и чувствовал, что жить ему осталось недолго. Тут появлялись феи и поправляли ему здоровье медвежьими средствами, о которых прочитали в великой русской литературе, у Гарина-Михайловского и дяди Гиляя.

Рюмка водки, в которую накапали нашатырного спирта. Трезвиловка — рубленая сельдь, маринованная в уксусе, с зелёным луком и тёртым сыром; из неё готовили бутерброды. Иногда больному прописывали булгаковский рецепт Стёпы Лиходеева.

Нарезанный белый хлеб, паюсная икра в вазочке, белые маринованные грибы и горячие сосиски в остром соусе из мадеры, муки и сладких томатов. Ко всему этому изобилию в полоскательнице со льдом потел графинчик холодной водки.

От жажды его спасали квасом из чёрного хлеба и изюма или ряженкой. Все эти лекарства дядя изучил и успешно использовал впоследствии не только для себя. Они помогли сделать ему карьеру, он лечил влиятельных друзей, с которыми выпивал уже после возвращения в родной университет. А те в благодарность его продвигали. В настоящее время он возглавляет университетский научный фонд, привлекает денежные средства спонсоров, распределяет гранты, а кроме того пополняет коллекции университетского музея, в чём ему помогают племянники, покупая экспонаты на аукционах.


При виде гостя синьор Сильвио сразу захлопал в ладоши, приказывая племянникам нести все изученные им в Питере народные снадобья. Артур пришёл в себя, а поскольку лекарства оказались с побочным эффектом, окончательно разболтал тайны своего профессора. С русской медициной не спорят.

Профессор Рори Мак-Донлеви. Работает на кафедре клиометрии. Построил машину времени, с её помощью Артур и раздобыл монеты. Мак-Донлеви нуждался в средствах на продолжение исследований и послал своего помощника на аукцион.

Сильвио вспомнил, что когда-то Рори учился в Питере вместе с ним, но в его развлечениях не участвовал, больше любил мастерить и шаманить с паяльником. Неплохо для бизнеса будет возобновить знакомство со старым приятелем и извлечь для себя выгоду.

Пообщавшись с учёным мужем, синьор Чилотти решает одобрить его заявку на грант, но предварительно требует показать ему в работе построенное им устройство для путешествия во времени. Рори отправляет старого приятеля в прошлое, в страну Нибелунгов.

Имя Нибелунги получили от богини Нефелы, матери Фрикса и Геллы. На латыни её имя звучало как Небула, отсюда её потомки назывались Нибелунгами. Нефела поссорилась со своим мужем, беотийским царём Атамантом, тот изменил ей с Ино, а та пыталась погубить его детей, и Нефела спасает их, отправив на златорунном баране в Колхиду. Гелла по пути погибает, упав в Геллеспонт, её брат благополучно достигает Колхиды и женится на царской дочери. Шкура барана висит на дубе под охраной дракона, а прибывшие за ней аргонавты. знакомятся уже с сыновьями Фрикса, которые помогают им добыть Золотое Руно и уезжают на Арго из Колхиды. Нефеле удалось отомстить Ино и вернуть артефакт в свою семью. Потомки богини долго странствовали по Европе и нашли, наконец, свою страну.

Страна Нибелунгов была когда-то равниной на месте теперешнего Северного моря, где находилось общее устье рек Темзы и Рейна. Нибелунги покинули это место, оставив после себя множество шахт, где добывали полиметаллические руды и изготовляли из серебра свои монеты. Свинец и олово их не интересовали.

Мастеров, которые чеканили монеты, нибелунг Зигфрид привёз из своего путешествия в Бургундию. Потому на них и изображались руны, бургунды были переселенцами из Скандинавии и пользовались рунической письменностью. Руны назывались так по названию Золотого Руна.


Профессор предостерегает Чилотти об опасности. Нельзя ничего трогать, кроме серебра. Сильвио входит в камеру переброски. На нём закреплена камера, которая позволяет профессору и студентам наблюдать за происходящим, но двусторонней связи нет. Сильвио блуждает по лабиринту и натыкается на вагонетку, наполненную монетами Нибелунгов. Рядом он замечает груду минералов золотистого цвета, забывает осторожность, протягивает руку, берёт камень и слышит грохот обвала. Вагонетка катится по рельсам. Сильвио пытается на ходу забраться в неё, но неудачно. Экран гаснет, на полу камеры лежит рука синьора Сильвио, сжимающая драгоценный минерал.

Когда вопли убегающих братьев Чилотти стихают вдали, профессор рассматривает трофей. Артур спрашивает, не золото ли это Рейна, похищенное Нибелунгами у беспечных русалок по имени Воглинда, Вельгунда и Флосхильда. Профессор вздыхает. Золота в стране Нибелунгов не было, его заменяло серебро. Это всего лишь галенит, свинцовая обманка с вкраплениями меди. Вагонетка с серебряными монетами успела добраться до портала, средств от продажи будет достаточно, чтобы профессор сделал взнос в Научный Фонд и занял место куратора, которое вакантно после гибели бедняги Сильвио. Сам синьор Чилотти навечно стал легендой, погребенной в новой Атлантиде, стране Нибелунгов, которая теперь стала дном Северного моря. Темза и Рейн расстались. Профессор нажимает на пульте кнопку самоликвидации и закрывает портал.

Власти вмешиваются тогда, когда катастрофа уже произошла. Детектив Зури Чиамака расследует дело. Поиски в развалинах заброшенного лабораторного корпуса оказались безуспешны, найти Сильвио Чилотти не удалось. Безумная мысль нырнуть на дно Северного моря ей даже в голову не пришла. Тайна Атлантиды Нибелунгов так и осталось нераскрытой.
 
Верх