По - моему тема влилась как раз в нужное русло. Мы вплотную подошли к проблеме отличия европейской структуры от всех остальных, к проблеме частной собственности и гражданского общества, уникальности или вторичности его институтов, проблеме его происхождения. Восток - это как бы антитезис европейской структуре. Возвращаясь к концепции Васильева отмечу, что анализ генезиса причин различия античной (европейской) структуры и неевропейской (восточной) занимают весьма немалозначимое место в ней. В античной, «европейской» структуре, опиравшееся на частную собственность, товарное производство способствовало достаточно отчетливой классовой дифференциации общества. Возрастала роль разделения труда с основанным на товарно-денежных отношениях обменом товарами и услугами. Община с ее самоуправлением превратилась в коллектив равноправных, но в имущественном отношении весьма неодинаковых граждан (город-государство, античный полис), функционирующий в условиях расцвета и господства частнособственнических отношений и вызванных ими к жизни генеральных принципов и институтов. Одним из них было государство, т. е. сложившаяся на основе традиций общинного самоуправления политическая организация. В античной структуре причастность к власти не давала ни материальных выгод, ни даже ощутимых привилегий, это была почетная и престижная общественная обязанность, не более того. Право принимать участие в управлении коллективом имел каждый полноправный член коллектива, каждый гражданин. Поэтому-то государство в античном обществе и было орудием власти экономически и политически господствующего слоя полноправных граждан или, класса частных собственников и этот класс обычно представлял собой большинство населения. Соответственно выглядела и правовая система, которая была сориентирована на легитимацию и защиту интересов граждан. На этой правовой и политической основе в античных полисах сложилось то, что можно назвать «гражданским обществом» со всеми присущими ему атрибутами, принципами, идеями и институтами, включая демократию, личные права и свободы, признание социальной значимости индивида, чувства достоинства и самоуважения гражданина, создание условий для развития творческих потенций личности, ее индивидуальной инициативы, энергии, предприимчивости. Можно сказать, что на этом фундаменте зиждилась вся античная структура, что принципиально отличало ее от неантичной, практически незнакомой со всем этим комплексом социально-политических и правовых норм, обеспечивавших свободную деятельность индивида. Ни одно из неантичных обществ, включая и те, что формировались сравнительно поздно и, казалось бы, в благоприятных условиях весьма развитых товарно-денежных отношений, даже в районах международных торговых путей, как те было с предисламскими арабскими протогосударствами типа Мекки, не тольке не обладало «классическим» обликом античной структуры, но и не эволюционировало в этом направлении. Ни одно из них не знало безусловного, ничем не ограниченного и тем более легитимированного и защищенного всеми необходимыми политическими и правовыми гарантиями господства частнособственнического хозяйства со свойственной ему активной частнопредпринимательской деятельностью индивида, не было знакомо с античным «гражданским обществом». Условия и обстоятельства генезиса ранних обществ, которые типологически предшествовали античности и принципиально отличались от нее тем, что возникали на базе первичной формации, вырастали непосредственно из недр первобытности. В судьбах неевропейских обществ это важное обстоятельство сыграло решающую роль, предопределив их многие принципиально-структурные отличия от европейской модели. Причина состоит в том, что не только о господстве, но и о существовании частной собственности как института в обществах, выраставших из недр перво¬бытности, не могло быть и речи, ибо для формирования частной собственности необходима была, как минимум, трансформация общины по античной модели, т. е. замена нерасчлененного коллектива на коллектив индивидов – собственников, к чему складывавшиеся на базе первобытности ранние надобщинные структуры не были готовы. Короче говоря, восточный феодализм - это "осовремененная первобытность", явление общее и естественное для всего человечества в то время как европейский феодализм - скорее частное и случайное.