Формирование рабочего класса
- Автор темы Артемий
- Дата начала
В самом механизме формирования, наверное, нет.
b-graf
Принцепс сената
Одно различие ИМХО: на западе рабочий класс активно формируется на доиндустриальной фазе (мануфактурной), у нас в основном - уже в период индустриализации. В смысле, такой рабочий класс, где рабочий порвал с деревней, ведь в дореволюционной России этот процесс не был вполне завершен и рабочий вовсе мог не быть представителем обезземеленных крестьян, а наоборот - отпрыском богатой семьи (об этом говорят данные бюджетов тенишевского этнографического бюро, судя по опубликованному тому по Владимирской губернии). Т.е. у кулака у самого есть маленький кирпичный завод и пара-тройка наемных рабочих, но его сыновья предпочитают работать в городе на фабрике, т.к. это доходней (общий бюджет этой семьи достигал 1600 руб. в год в результате). Правда, не знаю, может быть в Европе тоже была параллель этому явлению, особенно в тех странах, где поздняя индустриализация (для мануфактурной стадии сомневаюсь). Про городские поселения, не имевшие статуса города - см. на демоскопе (там где-то выложена "город и деревня - 100 лет перемен", идущая от схемы Семенова-Тян-Шанского, автора собственно книжки про городское и сельское расселение перед ПМВ).
Думаю, случаев, когда русский рабочий был отпрыском богатой семьи было не так уж много на общем фоне. Основные причины оттока сельского населения в российские города были указаны выше, и полдагаю, что они вобщем аналогичны европейским (по сути).
Что касается разрыва западных рабочих с деревней. Полагаю, этот процесс продолжался какое-то время, он не мог быть мгновенным.
Что касается разрыва западных рабочих с деревней. Полагаю, этот процесс продолжался какое-то время, он не мог быть мгновенным.
Кстати, в конце этой книжки приводится список "истинных" городов по В.П.Семенову-Тян-Шанскому и их нынешняя людность и статус.
b-graf
Принцепс сената
Ну это понятно. Однако, статус интересен: у нас рабочий, если горожанин (а не в слободке фабричной - туда-то он пешком прямо из деревни мог ходить на работу), мог быть довольно престижной позицией по сравнению со статусом крестьянина. Хотя, с другой стороны, было даже литературное направление небольшое поэтов из народа, мрачно описывавших городское житье по сравнению с сельским (у Е.Добренко в "Формовке советского писателя" даны примеры). Правда, на этих авторов накладывало отпечаток то, что они были неудавшимися литераторами, безуспешно стремившимися выйти в интеллигентные профессии, надеявшиеся, так сказать, на "освобождение в словесности" (он проводит параллель с массовым и организованным рабкоровским и кружковским движением в советский период: там тоже писательство виделось одним из элементов освобождения личности). Т.е. через некоторое время после пребывания в городе в довольном своим новым статусом состоянии рабочий мог начать испытывать в наших условиях фрустрацию из-за наличия там же более свободной жизни у интеллигенции, т.к. ее образ жизни был постоянно на виду, т.к. контакт с ней ведь был постоянным как раз по инициативе интеллигенции - школы всякие, , кружки, библиотеки особенно (накануне ПМВ Россия - страна библиотек, библиотечек и читаленок: их насчитывают до 120-200 тыс., причем как раз за счет всякого рода заведений для народа). В общем, наш рабочий - это Максим Горький или его персонажи
, а ихний - это тот спортсмен, вместе с которым у Арагона Орельен в бассейне купался Этот вывод, как мне кажется, следует из двух допущений:
1) в российской деревне не было обеспеченных людей, чей статус был выше статуса рабочего (реально они были)
2) в российской деревне не было "бьющих в глаза" контрастов, свойственных индустриальным городам. С этим отчасти согласен. Однако таких контрастов не было и в европейских деревнях, так что в чем отличие непонятно. С интеллигенцией (мелкой, конечно) у крестьян (что русских, что европейских) возможностей встретиться и посмотреть, как она живет, было довольно много.
b-graf
Принцепс сената
Я исходил из эээ просопографического принципа . Имел в виду, что переезд в город = повышение статуса у одного и того же лица (пусть небогатого, разорившегося): в деревне был Ванька, а в городе Иван (при поездке в гости назад, к родственникам) - независимость от деревенской верхушки, повидал мир и т.д. (просто работа на фабрике по прежнему месту жительства этого не дает). Тут отличие - в сохранении связи с деревней, как ни парадоксально: наличие нескольких шкал статусов одновременно (в городе, когда нет географически отделенной внешней связи данного лица, несколько шкал может быть разве что только в связи с всеобщей муниципальной школой - шкала успеваемости, отличная от статуса семьи, в меньшей степени - в связи конфессиями). Что касается интеллигенции, то в наших условиях она не просто на виду, но обучает культурности, т.е. своему образу жизни (народнический ее дух) - в городе для этого больше возможностей (т.е. наверняка есть такое, а в деревне - иногда встречающаяся опция). Собственно, литературные персонажи - наш и ихний: когда молодой французский рабочий в профсоюзном что ли бассейне узнал, что его новый приятель - из буржуа (когда оделись), рабочий отказался от дальнейшего общения с ним на основании различия статусов, тогда как в наших условиях типичным было бы стремление продолжить знакомство, чтобы приобщиться к культуре (правда, в наших условиях подобное знакомство уже предполагает наличие городской культуры у рабочего, не прямо из деревни; местом знакомство была бы скорее абонемент в библиотеке, т.к. у нас спортивные сооружения носили элитарный характер).
. Имел в виду, что переезд в город = повышение статуса у одного и того же лица (пусть небогатого, разорившегося): в деревне был Ванька, а в городе Иван (при поездке в гости назад, к родственникам) - независимость от деревенской верхушки, повидал мир и т.д. (просто работа на фабрике по прежнему месту жительства этого не дает). Тут отличие - в сохранении связи с деревней, как ни парадоксально: наличие нескольких шкал статусов одновременно (в городе, когда нет географически отделенной внешней связи данного лица, несколько шкал может быть разве что только в связи с всеобщей муниципальной школой - шкала успеваемости, отличная от статуса семьи, в меньшей степени - в связи конфессиями). Что касается интеллигенции, то в наших условиях она не просто на виду, но обучает культурности, т.е. своему образу жизни (народнический ее дух) - в городе для этого больше возможностей (т.е. наверняка есть такое, а в деревне - иногда встречающаяся опция). Собственно, литературные персонажи - наш и ихний: когда молодой французский рабочий в профсоюзном что ли бассейне узнал, что его новый приятель - из буржуа (когда оделись), рабочий отказался от дальнейшего общения с ним на основании различия статусов, тогда как в наших условиях типичным было бы стремление продолжить знакомство, чтобы приобщиться к культуре (правда, в наших условиях подобное знакомство уже предполагает наличие городской культуры у рабочего, не прямо из деревни; местом знакомство была бы скорее абонемент в библиотеке, т.к. у нас спортивные сооружения носили элитарный характер).С рабочим в городе могли происходить разные трансформации. Иногда он привносил в пролетарскую среду прочную трацдицию общинной солидарности, солидарного равенства, коллективизма. Иногда, наоборот, в городе эта традиция подвергалась разложению.
Совершенно особым слоем были, по всей видимости, еврейские рабочие... да и вообще национальный прорлетариат мог сильно отличаться от русскоязычного.
В любом случае все это весьма далеко отстоит от горьковских персонажей, хотя они, может быть, тоже являются своего рода продуктом разложения общины, или продуктом разложения интеллигенции. Словом, персонажи Горького, это главным образом, по-моему "продукты разложения". Хорошо они у него получались, как понимаю, он эту среду знал. Еще лучше у него получались образы буржуев и мещан- просто блеск. Но ни пролетарскую среду, ни среду крестьянскую Горький не знал, или может быть знал, но вот изобразить не умел, по-моему.
О психологии российских рабочих, вот любопытная ссылка. Можно видеть, что никакого отношения к Горьковским персонажам все это не имеет совершенно.
http://left.ru/2006/3/baumgarten137.phtml
Совершенно особым слоем были, по всей видимости, еврейские рабочие... да и вообще национальный прорлетариат мог сильно отличаться от русскоязычного.
В любом случае все это весьма далеко отстоит от горьковских персонажей, хотя они, может быть, тоже являются своего рода продуктом разложения общины, или продуктом разложения интеллигенции. Словом, персонажи Горького, это главным образом, по-моему "продукты разложения". Хорошо они у него получались, как понимаю, он эту среду знал. Еще лучше у него получались образы буржуев и мещан- просто блеск. Но ни пролетарскую среду, ни среду крестьянскую Горький не знал, или может быть знал, но вот изобразить не умел, по-моему.
О психологии российских рабочих, вот любопытная ссылка. Можно видеть, что никакого отношения к Горьковским персонажам все это не имеет совершенно.
http://left.ru/2006/3/baumgarten137.phtml
Просто работа на фабрике дает то же самое. Хотя понятно, что в фабричных селах элементы аграрного менталитета были сильнее, чем в городах.
Впрочем, что касается этого самого менталитета, то интересно вот еще что. Основными "поставщиками" рабочей силы для развивающейся промышленности России было сельское Нечерноземье. А там общинные институты были довольно слабыми из-за широкого распространения денежного оброка и развитой системы отходничества. Как следствие, то, что кто-то зимой работал на фабрике, воспринималось, наверное, довольно спокойно. Конечно, у "отходника" были деньги и он был кормильцем для своей семьи, но в какое-то подобие локальной элиты они, наверное, не превращались. К тому же, длительные отлучки и выпадение из аграрного образа жизни делало их немножко чужими для своих односельчан.
b-graf
Принцепс сената
У меня такой контраст в портрете рабочего класса: наш рабочий стремится к культуре и возвышенному (благодаря тому, что интеллигенция этому способствует), а их - замыкается в своем слое или стремится вырваться в другой слой. Еще персонаж, у Золя (в тему как о рабочем, так и об отношениях их с образованной публикой): там в "Жерминале" один старичок-рабочий полупарализованный маразматик, уже не способный в шахте работать, задушил юную девушку из буржуазной семьи, когда она разносила благотворительность какую-то (она же по наивности не знала, что не стоит это делать, когда все сознательные рабочие в шахте). А у нас у Горького совершенно не важно, люмпены или кто - главное, что старуха Изергиль тянется к Данко (;-) т.е. к возвышенному идеалу), Коновалов - к Степану Разину из книжки (тоже возвышенному на фоне негодяя Прозоровского) и т.д. Все статусы в результате имеют не вполне эмпирический социальный характер - а черты какой-то культурной альтернативы или утопии по ходу жизненного пути героев литературных и не очень. Рабочий класс в России был молод, по сути дело - первое поколение массового рабочего, оторванного от деревни, поэтому никакого определенного статуса, раз жизнь продолжается, и что-то там еще будущее покажет относительно каких-либо статусов - неясно... Собственно, ни у одного нового слоя не было ясности о своем статусе - вон у интеллигенции главная тема "значение интеллигенции" (тогда она была еще не подражательно-традиционной, как после революции и в наши дни). Перед рабочими стоял тот же вопрос - кто мы такие и т.д., а отсюда уже до новой революционной идентичности недалеко (тем более, что газета - коллективный организатор и воспитатель, в процессе собственного ее распространения ).
Про мемуары Дуне интересно - но, как я понял, это уже самый конец, канун революции (раз на завод поступил где-то в 1915 г.), и по дальнейшему высшему образованию его нельзя признать типичным молодым рабочим. Кроме того, там дополнительный фактор - беженство (эвакуация), т.е. что-то с землячеством, что осталось вне кадра мемуаров, видимо (по малолетству).
). Про мемуары Дуне интересно - но, как я понял, это уже самый конец, канун революции (раз на завод поступил где-то в 1915 г.), и по дальнейшему высшему образованию его нельзя признать типичным молодым рабочим. Кроме того, там дополнительный фактор - беженство (эвакуация), т.е. что-то с землячеством, что осталось вне кадра мемуаров, видимо (по малолетству).
У меня такой контраст в портрете рабочего класса: наш рабочий стремится к культуре и возвышенному (благодаря тому, что интеллигенция этому способствует), а их - замыкается в своем слое или стремится вырваться в другой слой.
Комментарий
Сразу много ошибок. Российский рабочий стремился (далеко не всякий и далеко не всегда, но наиболее активные, мыслящие люди из числа рабочих) к большим знанимя о мире, к обретению более высокой культуры. Кроме того, он имел тягу к социалистическим идеям, как впрочем и активные крестьяне этой эпохи. Почему этот так весьбма неплохо объясняется в статьях Инсарова.
Нечто подобное имело место и в случае с европейским ранним пролетариатом, имевшим сельское или ремесленное происхождение. Однако, с течением времени, происходила человеческая деградация рабочего классса (и вообще человека) при капитализме. А Россия с ее позднекапиталистическим развитием запаздывала, и в ней пролетариат в начале 20го столетия давал все еще лучшие человеческие типы, не затронутые буржуазной пошлостью.
"Английские пролетарии в 1800 - 1840-м гг. самостоятельно, без помощи государства выучились читать и писать (51,t. I, p. 87), парижские пролетарии 1830-1871гг. жадно читали всевозможные политические и научные книги, как и передовые петербургские рабочие 1870 - 1917гг., брезговавшие народническими пропагандистскими брошюрками для малограмотных и не столь уж редко штудировавшие Дарвина и Спенсера, не говоря уже, само собой разумеется, о Марксе".
Напротив, в период революционного подъема в России, а английских рабочих клубах можно было, по свидетельству очевидцев, обнаружить только какую-то литературу посвященную спорту и т.п.
Далее. Отношение пролетариата к представителям интеллигенции было весьма сложным. Как раз в среде передовых рабочих, тянувшихся к образованию и к революционным идеям, были распространены (в России, а, в особенности среди еврейского пролетариата) антиинтеллигентские идеи. Связано это было с развитием самоорганизации пролетариата, и засилием интеллигентов в партиях, которые стремились поставить рабочие кружки себе на службу.
Еще персонаж, у Золя (в тему как о рабочем, так и об отношениях их с образованной публикой): там в "Жерминале" один старичок-рабочий полупарализованный маразматик, уже не способный в шахте работать, задушил юную девушку из буржуазной семьи, когда она разносила благотворительность какую-то (она же по наивности не знала, что не стоит это делать, когда все сознательные рабочие в шахте).
Комментарий
Сколько помню (хотя читал эту вещь очень давно), старик убил девушку в припадке безумия, после того, как его родственники погибли во время забастовки.
А у нас у Горького совершенно не важно, люмпены или кто - главное, что старуха Изергиль тянется к Данко (;-) т.е. к возвышенному идеалу), Коновалов - к Степану Разину из книжки (тоже возвышенному на фоне негодяя Прозоровского) и т.д
Комментарий
Горький, это человек, который писал всю жизнь о тех, кого он хорошо знал, о люмпенах и буржуях. При этом люмпенов он идеализировал, буржуев описывал наредкость точно и смачно. Рабочих же он не знал и не понимал, крестьян тем более, но крестьян Горький еще вдобавок ненавидел. Никакого отношения к проблемам рабочего класса России писания Горького не имеют.
Комментарий
Сразу много ошибок. Российский рабочий стремился (далеко не всякий и далеко не всегда, но наиболее активные, мыслящие люди из числа рабочих) к большим знанимя о мире, к обретению более высокой культуры. Кроме того, он имел тягу к социалистическим идеям, как впрочем и активные крестьяне этой эпохи. Почему этот так весьбма неплохо объясняется в статьях Инсарова.
Нечто подобное имело место и в случае с европейским ранним пролетариатом, имевшим сельское или ремесленное происхождение. Однако, с течением времени, происходила человеческая деградация рабочего классса (и вообще человека) при капитализме. А Россия с ее позднекапиталистическим развитием запаздывала, и в ней пролетариат в начале 20го столетия давал все еще лучшие человеческие типы, не затронутые буржуазной пошлостью.
"Английские пролетарии в 1800 - 1840-м гг. самостоятельно, без помощи государства выучились читать и писать (51,t. I, p. 87), парижские пролетарии 1830-1871гг. жадно читали всевозможные политические и научные книги, как и передовые петербургские рабочие 1870 - 1917гг., брезговавшие народническими пропагандистскими брошюрками для малограмотных и не столь уж редко штудировавшие Дарвина и Спенсера, не говоря уже, само собой разумеется, о Марксе".
Напротив, в период революционного подъема в России, а английских рабочих клубах можно было, по свидетельству очевидцев, обнаружить только какую-то литературу посвященную спорту и т.п.
Далее. Отношение пролетариата к представителям интеллигенции было весьма сложным. Как раз в среде передовых рабочих, тянувшихся к образованию и к революционным идеям, были распространены (в России, а, в особенности среди еврейского пролетариата) антиинтеллигентские идеи. Связано это было с развитием самоорганизации пролетариата, и засилием интеллигентов в партиях, которые стремились поставить рабочие кружки себе на службу.
Еще персонаж, у Золя (в тему как о рабочем, так и об отношениях их с образованной публикой): там в "Жерминале" один старичок-рабочий полупарализованный маразматик, уже не способный в шахте работать, задушил юную девушку из буржуазной семьи, когда она разносила благотворительность какую-то (она же по наивности не знала, что не стоит это делать, когда все сознательные рабочие в шахте).
Комментарий
Сколько помню (хотя читал эту вещь очень давно), старик убил девушку в припадке безумия, после того, как его родственники погибли во время забастовки.
А у нас у Горького совершенно не важно, люмпены или кто - главное, что старуха Изергиль тянется к Данко (;-) т.е. к возвышенному идеалу), Коновалов - к Степану Разину из книжки (тоже возвышенному на фоне негодяя Прозоровского) и т.д
Комментарий
Горький, это человек, который писал всю жизнь о тех, кого он хорошо знал, о люмпенах и буржуях. При этом люмпенов он идеализировал, буржуев описывал наредкость точно и смачно. Рабочих же он не знал и не понимал, крестьян тем более, но крестьян Горький еще вдобавок ненавидел. Никакого отношения к проблемам рабочего класса России писания Горького не имеют.
b-graf
Принцепс сената
У меня тезис вертится вокруг позднего складывания и молодости рабочего класса в России. Т.е. ИМХО в России вообще трудно говорить о рабочих как о "статусе-принципе", нужно говорить скорее как о "статусе - части биографии, пути", тогда как у заграничного рабочего "статус-принцип" к тому времени уже сложился (еще в эпоху ранней индустриализации). Герои Горького ИМХО поэтому - это о всех новых слоях, а не специфически о люмпенах (собственно, почему и были его сочинения популярны среди образованной публики; за очерковость и натурализм в изображении городских низов любили скорее Куприна какого-нибудь, да и газеты - тоже). Собственно, как "рабочие" рабочие возникли скорее под внешним оком публики из "рабочего вопроса", до того - что-то менее определенное. Где-то в сборнике мемуаров о Ленине (ну 5 или 10 томник, разные издания) есть такой мемуар, который начинается не про Ленина, а про поступление автора в молодости на работу (это были адмиралтейские верфи в Петербурге, где-то 1880-е г.г.).
Вот ему дают первое задание:
- Возьми и отшлифуй какую-то там медную деталь, давай-давай. - А как ? - Да вон там у нас - чурочка деревянная, песочек... - А может, лучше шкурку дадите ? - Ха, шкуркой каждый дурак сможет, а то какой же ты мастеровой !
Вот такая рабочая гордость у старого мастерового - далекое от социальной проблематики самосознание, совершенно другой способ конституирования своего статуса у него. Дальше, конечно, автор вспоминает, как все быстро изменилось в самосознании рабочих.
Тяга к знаниям связана ИМХО только с недавней грамотностью: в среде, где грамотность распространилась недавно, письменное слово оказывается чем-то вроде откровения (и все равно, каков характер - аналогичный случай можно увидеть в период реформации или кануна французской революции; в последнем случае уровень грамотности во Франции был если не на уровне России 1917, то на 1897-го г.). Когда грамотность дается сама собой в детстве, то ею пользуются уже как, скажем, водопроводом или канализацией - и книжка как откровение действует сильно избирательно, на отдельных людей (тут уже скорее индивидуальная психология действует). В Англии в начале XX в. уже полностью современное потребление печати - т.е. те же, что сейчас таблоидные издания Дейли Мейл, Миррор и Телеграф (правда, они сохраняли новизну, т.к. запущены были буквально 5-15 лет до того), с тиражем практически современным (1-2 млн. каждая; этот тип издания вообще коммерчески невыгодно издавать на британском рынке при тираже менее 2 млн.). Британия и США вообще по этому показатели сильно выделялись и были первыми современными обществами (в нач. 1890-х г.г. большая часть читателей ежедневных газет мира жили в США или Британии), только в самом начале XX в. Франция и Германия подтянулись. У нас новое чтение и новый читатель - как раз на рубеже веков, но это предшествующая фаза "недавней грамотности", которая на Западе была уже пройдена (священники также отмечали изменение интереса по этому параметру, это не только у Зощенко применительно к 20-е г.г. "а может и правда, все - химия одна", примеры были в РГБ-шном сборнике мемуаров о чтении). Так что, аналогично, кино и телевидение - главные виновники крушения СССР (вне зависимости от содержания причем - просто за счет новизны легко перебивали впечатления от полит- и культпросветработы ).
Что касается антиинтеллигентских идей, то они вообще часто были распространены в тех слоях, кто революционно настроены, но не вполне интеллигенция. Например - фельдшеры: среди них было движение за уравнение с врачами (что врачей надо лишить привилегий - образование недостаточный критерий для их существования), причем оба слоя (т.е. все медики) - наиболее революционный слой интеллигенции.
Вот ему дают первое задание:
- Возьми и отшлифуй какую-то там медную деталь, давай-давай. - А как ? - Да вон там у нас - чурочка деревянная, песочек... - А может, лучше шкурку дадите ? - Ха, шкуркой каждый дурак сможет, а то какой же ты мастеровой !
Вот такая рабочая гордость у старого мастерового
- далекое от социальной проблематики самосознание, совершенно другой способ конституирования своего статуса у него. Дальше, конечно, автор вспоминает, как все быстро изменилось в самосознании рабочих.Тяга к знаниям связана ИМХО только с недавней грамотностью: в среде, где грамотность распространилась недавно, письменное слово оказывается чем-то вроде откровения (и все равно, каков характер - аналогичный случай можно увидеть в период реформации или кануна французской революции; в последнем случае уровень грамотности во Франции был если не на уровне России 1917, то на 1897-го г.). Когда грамотность дается сама собой в детстве, то ею пользуются уже как, скажем, водопроводом или канализацией - и книжка как откровение действует сильно избирательно, на отдельных людей (тут уже скорее индивидуальная психология действует). В Англии в начале XX в. уже полностью современное потребление печати - т.е. те же, что сейчас таблоидные издания Дейли Мейл, Миррор и Телеграф (правда, они сохраняли новизну, т.к. запущены были буквально 5-15 лет до того), с тиражем практически современным (1-2 млн. каждая; этот тип издания вообще коммерчески невыгодно издавать на британском рынке при тираже менее 2 млн.). Британия и США вообще по этому показатели сильно выделялись и были первыми современными обществами (в нач. 1890-х г.г. большая часть читателей ежедневных газет мира жили в США или Британии), только в самом начале XX в. Франция и Германия подтянулись. У нас новое чтение и новый читатель - как раз на рубеже веков, но это предшествующая фаза "недавней грамотности", которая на Западе была уже пройдена (священники также отмечали изменение интереса по этому параметру, это не только у Зощенко применительно к 20-е г.г. "а может и правда, все - химия одна"
, примеры были в РГБ-шном сборнике мемуаров о чтении). Так что, аналогично, кино и телевидение - главные виновники крушения СССР (вне зависимости от содержания причем - просто за счет новизны легко перебивали впечатления от полит- и культпросветработы ). Что касается антиинтеллигентских идей, то они вообще часто были распространены в тех слоях, кто революционно настроены, но не вполне интеллигенция. Например - фельдшеры: среди них было движение за уравнение с врачами (что врачей надо лишить привилегий - образование недостаточный критерий для их существования), причем оба слоя (т.е. все медики) - наиболее революционный слой интеллигенции.
Анти-интеллигентские настроения были распространены среди рабочих активистов по вполне конкретным причинам. Они были связаны с попытками интеллигенции взять под контроль рабочее движдение и навязать ему определенный курс. Это не всегда получалось. Очень ярко это все описано в мемуарах Мартова. В дальнейшем все это вылилось в противостояние рабочего самоуправления и большевистского государства в годы революции.
Что касается писаний Горького, я еще раз могу повторить, что никакого отношения к пситхологии рабочих они не имеют. Горький не имел о ней вообще никакого представления. как и о мироощущении крестьян. Чтобы понять, как думали те же рабочие, во всяком случае социально активные рабочие, нужно читать Мартова, Дуне, может быть Нестроева, но уж никак не Горького.
Всякая разная пьянь, представленная в его "высокохудожественных сочинениях" может быть и убедительна, буржуины, знакомые ему близко- тоже, а вот пресловутый роман Мать это, как кажется и сам Горький признавал, ничто иное как пирог с морковью... просто бездарная антилитературная глупость.
Что касается писаний Горького, я еще раз могу повторить, что никакого отношения к пситхологии рабочих они не имеют. Горький не имел о ней вообще никакого представления. как и о мироощущении крестьян. Чтобы понять, как думали те же рабочие, во всяком случае социально активные рабочие, нужно читать Мартова, Дуне, может быть Нестроева, но уж никак не Горького.
Всякая разная пьянь, представленная в его "высокохудожественных сочинениях" может быть и убедительна, буржуины, знакомые ему близко- тоже, а вот пресловутый роман Мать это, как кажется и сам Горький признавал, ничто иное как пирог с морковью... просто бездарная антилитературная глупость.