Лабиэн должен был неоднократно очевидно с ними переговариваться, неужели Цезарь ни сном ни духом не знал об этом?
Гирций (BG VIII 52) сообщает следующее:
На пути он (Цезарь - А.) часто слыхал, что его враги соблазняют Лабиэна, и получал прямые известия о том, что олигархи задумывают путем специального сенатского постановления лишить его части войска. Однако он не дал никакой веры слухам о Лабиэне, но не мог и решиться на какое-либо противодействие воле сената, в полном убеждении, что при независимости голосования сенаторов его дело легко пройдет.
Эта фраза - краеугольный камень теории Тиррела, который считает, что Гирций, вслед за Цезарем, называет "врагами" (inimici) именно оптиматов, т.е., партию Катона, в отличие от партии Помпея - "противников" (adversarii).
Кто кому написал? Лабиэн оптиматам или наоборот?
Думаю, что скорее наоборот.
И как он мог обидеть его находясь в Галлии вместе с ним?
Свое предположение я высказывала выше в теме.
Кстати, люди, вы можете надо мной смеяться, но до жирафа только сейчас дошло.
Plut. Pomp. 68
Все же, когда войско спустилось на Фарсальскую равнину, настойчивые и шумные требования заставили Помпея назначить военный совет. Первым на совете поднялся
Лабиен, начальник конницы, и клятвенно заверил, что не отступит в битве ни на шаг, пока не обратит врага в бегство. Такую же клятву принесли и все остальные.
Ведь это Лабиен командовал той самой конницей Помпея, которая испугалась направленных им в лицо копий, побежала и открыла для атаки левый фланг пехоты Помпея...