Нерва и его правление

[Sextus Pompey]

Я к тому, Антон, что раньше Вы по крайней мере пытались хоть как-то обосновать собственные заблуждения, а сейчас только стрелки переводите...
Грустно...

 

[Антон Короленков]

Я к тому, Антон, что раньше Вы по крайней мере пытались хоть как-то обосновать собственные заблуждения, а сейчас только стрелки переводите...
Грустно...

Как тут не вспомнить классику отечественного кино:

– Хайль Гитлер!
– Да ладно вам. У меня и так в ушах звенит.
– Я не понимаю...
– Бросьте! Всё вы прекрасно понимаете..

 

[Sextus Pompey]

Клоун...

 

[Антон Короленков]

Клоун...

Это, положим, хамство, но оно и понятно – от беспомощности, так как по сути Вам сказать нечего. Признать достоверность анекдота о Нерве Вы не хотите (что и неудивительно, ибо попадёте в нелепое положение), однако от меня требуете, чтобы я доказывал его несоответствие действительности. И кто же после этого клоун?
Но если кто-то на форуме всерьёз решит, что Аврелий Виктор говорил правду, я, конечно, изложу свои простые соображения. Вы же не настолько некомпетентны, чтобы не понимать это без меня.

 

[Sextus Pompey]

Ну, предположим, я всерьез решил, что Аврелий Виктор говорил правду. Изложите свои "простые соображения"?

 

[aeg]

Ну, предположим, я всерьез решил, что Аврелий Виктор говорил правду. Изложите свои "простые соображения"?

Аврелий Виктор тут не виноват. Эту книгу написал другой автор, а кто, неизвестно.

 

[Антон Короленков]

Ну, предположим, я всерьёз решил, что Аврелий Виктор говорил правду. Изложите свои «простые соображения»?

Вот именно, «предположим». А я всерьёз говорю. Впрочем, если Вам действительно интересно (предположим!), то отпишу по почте.

 

[Sextus Pompey]

И я всерьез. Эта эпоха для меня "темный лес", поэтому мне интересны причины, почему походя отвергается информация источника.

 

[Антон Короленков]

И я всерьез. Эта эпоха для меня «тёмный лес», поэтому мне интересны причины, почему походя отвергается информация источника.

Хорошо, сейчас отпишу по почте.

 

[Sextus Pompey]

Почему не здесь?

 

[Rina]

Я не знаю, байка или не байка эпизод где Нерва "обкакался".. звучит конечно не очень, но ведь и императоры тоже живые люди и с ними могло происходить всякое
И если про злоупотребление вином еще можно поразмышлять и подумать, а когда в принципе человек с такой бурной деятельностью, в том числе и завоевательной (я про Траяна), мог успевать "напиться" и при этом работать и вполне во многом успешно, то про Нерву я как то даже не могу найти к чему можно придраться..

 

[Антон Короленков]

Почему не здесь?

А потому что Вы вести себя на форуме не умеете. И Вам что, выяснить суть вопроса надо или покрасоваться?

 

[Sextus Pompey]

По моему, это Ваш шанс "покрасоваться", толково и искрометно опровергнув Аврелия Виктора... А я так, в сторонке постою...

 

[Антон Короленков]

По-моему, это Ваш шанс «покрасоваться», толково и искромётно опровергнув Аврелия Виктора... А я так, в сторонке постою...

Не препятствую в Вашем стоянии, а уж любезно предоставляемый Вами шанс тем более мне не нужен. Зато теперь окончательно стало ясно, что Вас суть вопроса не интересует, а то я уже по простоте душевной поверить готов был. Кстати, в любом случае без извинений за «клоуна» разговор невозможен.

 

[Sextus Pompey]

Понятно... Я все думал, какой Вы повод для слива найдете...
Что ж, пусть будет такой.
И почему я не удивлен?

 

[Антон Короленков]

Понятно... Я всё думал, какой Вы повод для слива найдете...
Что ж, пусть будет такой.
И почему я не удивлен?

А Вы много встречали людей, которые будут разговаривать с Вами как ни в чём ни бывало после того, как Вы их обхамите? И я если Вы извинитесь, то безо всяких отговорок изложу то, что Вы прекрасно знаете ли без меня. Только не говорите, будто Вы этого сами не понимаете, я просто готов выполнить обещание.

 

[Sextus Pompey]

Приношу глубочайшие извинения и жду!

 

[Антон Короленков]

Ну, допустим, Вы извинились (quis credat?), можно и приступать.
Начнём с того, что налицо очередное злостное искажение моих слов – я не «походя отверг» данные источника, а назвал этот источник ненадёжным, что близко, но не одно и то же. (И если я это сделал не изложив очевидных любому специалисту причин, то это не значит, что я это сделал походя.) Иными словами, это не категорическое утверждение, которое требует неопровержимых доказательств, а выражение сильнейшего сомнения в его достоверности.
Если бы с Нервой такое случилось, то авторитет его был бы уничтожен рази навсегда, и узнали бы мы об этом, смею полагать, не через триста лет, а гораздо раньше. На нём было бы несмываемое пятно позора, о котором упоминал бы любой автор. Любопытно, что в 'De Caesaribus' ничего подобного даже отдалённо нет, хотя такой факт (император-трус, да ещё принародно осрамившийся) жирно перечеркнул бы все его достоинства. Смысл же анекдота, подозреваю прост до одури – положение Нервы было ненадёжным, и любители образа железной власти таким образом выразили своё неуважение к принцепсу-«штафирке». Насколько мне известно, в научной литературе эта сомнительная история достоверной не считается, что и неудивительно.

 

[aeg]

Если бы с Нервой такое случилось, то авторитет его был бы уничтожен рази навсегда, и узнали бы мы об этом, смею полагать, не через триста лет, а гораздо раньше. На нём было бы несмываемое пятно позора, о котором упоминал бы любой автор. Любопытно, что в 'De Caesaribus' ничего подобного даже отдалённо нет, хотя такой факт (император-трус, да ещё принародно осрамившийся) жирно перечеркнул бы все его достоинства.

Автор Эпитомы всего лишь превратно истолковал факты.

Нерва был болен, после еды его тошнило, только и всего. О чём можно прочитать у Диона Кассия (68, 1):

ἦν δὲ ὁ Νέρουας ὑπό τε τοῦ γήρως καὶ ὑπ´ ἀρρωστίας, ἀφ´ ἧς καὶ τὴν τροφὴν ἀεί ποτε ἤμει, ἀσθενέστερος.

Нерва же вследствие старости и по нездоровью (после еды он постоянно страдал приступами рвоты) был очень немощен.

Никак с трусостью Нервы это не связано. Дион Кассий вполне одобряет его деятельность:

Нерва правил столь достойно, что однажды заметил: «Я ничего не сделал такого, что мешало бы мне сложить власть и жить в безопасности частным лицом».

Когда Кальпурний Красс, потомок знаменитых Крассов, составил вместе с другими людьми заговор против него, он во время какого-то представления усадил их рядом с собой (они еще не знали, что об их заговоре уже поступил донос) и дал им мечи, как это обычно делалось, якобы для того, чтобы проверить их остроту, но в действительности, чтобы показать, что его нисколько не тревожит опасность умереть прямо здесь и сейчас.

Для труса поступок довольно странный.

А о бунте преторианцев Дион Кассий пишет так:

Касперий Элиан, став при нем, так же как и при Домициане, начальником преторианцев, побудил солдат к мятежу против него, убедив их потребовать смертной казни нескольких лиц. Нерва воспротивился им столь решительно, что даже обнажил свою ключицу и подставил горло. Однако он ничего не смог поделать, и те, кого требовал Элиан, были преданы смерти. Поэтому Нерва, решив, что причиной такого пренебрежения к нему является его старость, взошел на Капитолий и торжественно провозгласил: «На доброе счастье сената, народа римского и меня самого усыновляю я Марка Ульпия Нерву Траяна».

Что уже напоминает поступок Кореллия Руфа (консул 78 г., друг Плиния Младшего), который так страдал от тяжёлой болезни, что покончил с собой, однако от поручения Нервы возглавить комиссию по наделению беднейших граждан землёй за счёт казны он не отказался и так хорошо трудился, что это вызвало финансовые трудности у Нервы.

 

[Sextus Pompey]

Ну, допустим, Вы извинились (quis credat?), можно и приступать.
Начнём с того, что налицо очередное злостное искажение моих слов – я не «походя отверг» данные источника, а назвал этот источник ненадёжным, что близко, но не одно и то же. (И если я это сделал не изложив очевидных любому специалисту причин, то это не значит, что я это сделал походя.) Иными словами, это не категорическое утверждение, которое требует неопровержимых доказательств, а выражение сильнейшего сомнения в его достоверности.
Если бы с Нервой такое случилось, то авторитет его был бы уничтожен рази навсегда, и узнали бы мы об этом, смею полагать, не через триста лет, а гораздо раньше. На нём было бы несмываемое пятно позора, о котором упоминал бы любой автор. Любопытно, что в 'De Caesaribus' ничего подобного даже отдалённо нет, хотя такой факт (император-трус, да ещё принародно осрамившийся) жирно перечеркнул бы все его достоинства. Смысл же анекдота, подозреваю прост до одури – положение Нервы было ненадёжным, и любители образа железной власти таким образом выразили своё неуважение к принцепсу-«штафирке». Насколько мне известно, в научной литературе эта сомнительная история достоверной не считается, что и неудивительно.

Как и следовало ожидать - ничего серьезного... Впрочем, хорошо соответствует всей творческой методе Короленкова. Главный аргумент - "Нра..." или "Не нра...".