Более всеобъемлющее представление о шведской по-
литической программе мы получим, подвергнув анализу
источники иного рода, а именно дипломатические доку-
менты. В предвоенные месяцы Карл X наметил и частью
успел осуществить весьма широкую акцию на международ-
121
ной арене, охватившую ряд стран Западной, Центральной,
Северной и Восточной Европы. Много внимания было
уделено позиции морских держав. В этом секторе Швеции
приходилось считаться с несколькими тревожными поли-
тическими фактами. Главным из них являлось отрицатель-
ное отношение Нидерландов, исходивших из торгово-эко-
номических соображений, к любому усилению шведской
роли на Балтике. Конкретно стокгольмские руководители
имели дело, во-первых, с проектом большого антишвед-
ского союза для гарантии безопасности балтийской торгов-
ли и гаваней с участием Нидерландов, Дании, Речи Пос-
политой, Бранденбурга и Гданьска при благожелательной
поддержке Англии. Переговоры об этом в соответствующих
центрах активно вел польский представитель Н. де Биэ,
хотя и без успеха 46. Во-вторых, существовал более реаль-
ный план англо-нидерландско-датского соглашения с той
же целью. В мае-июне 1655 г. нидерландские дипломаты
резко активизировали контакты на эту тему в Лондоне,
а также начали зондировать почву в Копенгагене. В ответ
О. Кромвель занял выжидательную позицию, что на деле
развязывало руки Нидерландам 47. В-третьих, шли бран-
денбургско-нидерландские переговоры о союзе и консер-
вации условий балтийской торговли и судоходства, интен-
сифицировавшиеся в те же месяцы. Со всеми этими проек-
тами был связан план посылки значительной нидерланд-
ской боевой эскадры в Зунд и Балтийское море, с основа-
нием расцененный в Стокгольме как враждебный шве-
дам
Чтобы расстроить все эти начинания, правительство
Карла X направило в Гаагу чрезвычайного посла Г. Спар-
ре с нотификацией о причинах предстоящей войны с Ре-
чью Посполитой и с предложением придерживаться в этом
конфликте нейтралитета взамен на обещание обеспечить
свободную торговлю на Балтике. Однако Г. Спарре не
получил никаких реальных заверений от Генеральных
штатов
Казалось, больше шансов на успех обещали кон-
такты в Копенгагене и Лондоне. В мае-июне 1655 г. Карл X
через своего резидента при датском дворе М. Дюреля под-
робно изложил «причины» польской войны и передал Фре-
дрику III предложение заключить оборонительный союз
двух держав «для защиты Балтики и своей безопасности
в Зунде», имевший основной целью предотвратить появле-
ние голландского флота на Балтике. 1 июля резидент
получил ответ, в котором давались заверения в нейтрали-
гете, но острый вопрос о вводе нидерландской эскадры на"
рочито был сведеп лишь к проблеме помощи Речи Поспо-
литой, в то время как формальпо речь шла не об этом, а 0
конвоировании голлапдских торговых судов б0. Избран-
ная датским двором линия па выжидание объяснялась не-
желанием способствовать усилению Швеции. Ее диплома-
гический успех в Копенгагене был далеко пе полным и в
перспективе ненадежным, но на первых порах обещал не-
вмешательство Дании в войну с Речью Посполитой
Важное значение придавали в Стокгольме переговорам
с Англией. Уже в декабре 1654 г. в Лондон направили
посольство П. Ю. Койета, имевшее преимущественно тор-
гово-экономический характер. В конце мая — июне
1655 г. Карл X предпринял более энергичные дипломати-
ческие шаги: в Лондон поехали Д. Флитвуд, а затем чрез-
вычайное посольство во главе с К. Бонде. Им поручалось
выяснить, пе склонно ли правительство республики за-
ключить оборонительный и наступательный союз между
двумя державами (сходное задание было дано дополнитель-
но и П. Ю. Койету), если Англия получит особые привиле-
гии в торговле и судоходстве па Балтике. Кроме того,
посланцам было дано поручение предложить соглашение
о взаимной поддержке против тех, кто будет мешать бал-
тийскому судоходству. В этой связи ставился вопрос о вво-
де в Балтийское море английской боевой эскадры в 20 су-
дов, которая должна была находиться там столько, сколько
нужно стокгольмскому двору. Предусматривались также
свободные вербовки войск, в частности в скором времени
и в значительных масштабах в Шотландии. Таким образом,
правительство Карла X стремилось создать противовес
антишведским планам Нидерландов в виде союза между
Швецией и Англией. Переговоры в Лондоне пачались поз-
же, в разгар Первой Северной войны. Но фактический от-
каз О. Кромвеля в июле 1655 г. разрешить очепь важные
для шведов вербовки в Шотландии, содержавшийся в ин-
струкции посланнику в Швецию Э. Ролту, показал, что
виды на осуществление в английской столице программы
Карла X пе были благоприятны. Действительно, крупных
результатов не достигли и позже. Такая позиция Кром-
веля определялась стремлением сохранить равновесие сил
на Балтике и нежеланием ссориться с Нидерландами из-за
шведов, особепно в преддверии англо-испанской войны
Существенными для шведского правительства были
контакты с Бранденбургом по политическим и еще более
123
по военным (курфюрст собрал значительную армию) со-
ображениям. Анализ источников по этому вопросу даст
1ужпый нам сейчас материал о внешнеполитических целях
стокгольмского двора. Не останавливаясь на довольно
длительной стадии взаимного зондажа, обратимся сразу
•с момепту, когда во второй половипе мая — июпе 1655 г.
вырабатывались документы для посланцев па переговоры
z бранденбургскими представителями в Щецине 52. Швед-
жие дипломаты рассматривали три варианта: 1) безуслов-
ный нейтралитет Брандепбурга, полное невмешательство
в войну между Швецией и Речью Посполитой; 2) друже-
ственный нейтралитет Фридриха Вильгельма, возможный
на условиях отказа от какой-либо помощи Яну Казимиру,
права прохода шведских отрядов через все владения кур-
фюрста и военного использования принадлежавших Фрид-
риху Вильгельму территорий, включая гавани. Наиболь-
шее внимание уделялось третьей возможности — воеппому
союзу против Речи Посполитой. В этом случае берлипский
двор предоставлял 8-тысячпый корпус, право прохода
войск, использования восточнопрусских гавапей, вербо-
вок, а также передавал королю часть собиравшихся в Пи-
лаве и Мемеле (Клайпеде) пошлип, руководство войной и
мирпыми переговорами; намечалось, кроме того, заключе-
ние выгодпого шведским феодалам договора о торговле и
судоходстве. Взамен Брапдепбург получал в сувереппое
владение Восточную Пруссию и Вармию без Брапева.
Карл X, однако, считал необходимым «остановить» пре-
тензии Фридриха Вильгельма на расширение Восточной
Пруссии и вообще не давать ему ничего лишнего. Поэтому,
видимо, Карл X предлагал послам по возможности доби-
ваться, чтобы курфюрст взял вместо Вармии Самогитию
либо части той и другой
Шведские притязания должны были излагаться без
детализации и так, чтобы не связывать короля. Во всяком
случае, шведские феодалы хотели получить все побережье
и прилегающие земли Польши и Литвы от Померании до
Риги, а именно Западную Пруссию, часть Великой Польши
вплоть до бассейна Нотеци, Варты и Вислы (видимо, по
липии Познань — Торунь), Жмудь, воеводство Инфлян-
ское, Курляпдию на ленном праве, Бранево и некоторые
другие пункты в Вармии. Предметом дальнейших пере-
говоров оставалась судьба Вармии; король предполагал
также выторговать у Фридриха Вильгельма (за компен-
сацию в ином месте) отдельпые места в Восточной Пруссии:
речь шла прежде всего об имевшем большое стратегическое
значение выходе из Вислипского залива с Пилавой, т. е.
в сущности о контроле над торговлей Кенигсберга. За
военный союз с Бранденбургом Карл X готов был согла-
ситься на усиление курфюршества за счет Речи Посполи-
той, но до определенного предела, стараясь в первую оче-
редь ослабить его роль на Балтике
Чтобы полнее представить цели войны, преследуемые
шведскими феодалами, обратимся к анализу материалов о
взаимоотношениях Швеции с Россией. Не позже мая 1655 г.
в Стокгольме начали вырабатывать документы для посоль-
ства в Москву Б3. В первом из них, так называемом «Рас-
суждении о торговле», сформулирована программа торго-
во-политической экспансии Швеции в отношении Русского
государства, связанная главным образом с желанием обес-
печить «короны драгоценнейшую жемчужину», свободу
коммерции для шведского купечества по всей России и
через нее с Персией. Автор документа считал, что с осу-
ществлением этой задачи терял значение архангельский
путь и русская торговля с Западом сосредоточивалась в
Прибалтике. Это позволило бы шведским феодалам извле-
кать постоянные прибыли из своей посреднической роли
в русско-западноевропейской торговле. В целом при успехе
делался важный шаг в осуществлении одной из главных
задач внешней политики Швеции в XVII в. Основные ука-
зания послам по чисто политическим вопросам содержа-
лись в секретном мемориале и дополнительном письме
Карла X. Предписывалось прежде всего ехать возможно
медленнее и, если удастся, дождаться в Риге вторжения в
Речь Посполитую третьей армии во главе с королем54, после
чего он пошлет своим представителям новые указапия;
надо было также до приема у царя получить информацию
о ходе войны. При переговорах послам следовало выяснить
склонность царского двора к военному союзу двух держав
против Речи Посполитой. В случае отрицательного ответа
надлежало обеспечить нечто вроде взаимного дружествен-
ного нейтралитета между действующими на польско-ли-
товской территории армиями обоих государств
Но ОСНОВНОЕ ВНИМАНИЕ СТОКГОЛЬМСКИЙ ДВОР УДЕЛЯЛ ВТО-
РОЙ ВОЗМОЖНОСТИ — СОГЛАСИЮ рОССИИ ВСТУПИТЬ В СОЮЗ СО
шВЕЦИЕЙ, что, как отмечалось в письме Карла X послам
от 17 июля, было желательно шведской стороне. Подроб-
но рассматривался территориальный вопрос. Намечалась
линия разграничения взаимных интересов в Речи Пос-
политой, представленная четырьмя основными варианта-
ми. Не вдаваясь в изложение деталей, отмечу главное:
Русское государство, согласно шведским предложениям,
получало почти всю Украину в ее современных границах
и значительную часть Белоруссии, включая бассейны
Припяти, Западной Двины (примерно до середины ее те-
чения от верховьев), а в некоторых случаях и низовья
р. Диены. Это было несравненно больше, чем русские при-
обрели по Андрусовскому договору 1667 г. после долго-
летней войны. Вполне вероятно, что при решении терри-
ториальной проблемы в Стокгольме использовали извест-
ный русско-шведский проект союзного договора времени
Тридцатилетней войны 55. Если это предположение спра-
ведливо, нельзя не обратить внимание на то, что теперь
правительство Карла X предлагало московскому двору
больше на Украипе, но меньше в Белоруссии. На «украин-
ские» разделы шведского мемориала повлияла, надо пола-
гать, информация, поступившая от казацкого посольства
в Стокгольм, и более ранние сведения (эти разделы сходны
с требованиями, выдвигавшимися в разное время Б. Хмель-
ницким о границах Украины). Шведские политики учли,
конечно, результаты первой кампании русско-польской
войны и ближайшие вероятные объекты нового наступле-
ния царских войск. Но симптоматично, что в русскую
сферу не были включены некоторые пункты в Прибалтике,
уже занятые русскими отрядами: Друя на Двине, Режица
(Резекне) и Луцин (Лудза) в воеводстве Инфлянском.
Следовательно, шведские феодалы желали оставить эти
районы за собой. Предложенные линии раздела не были
твердо установленными, ибо после выработки текста дого-
вора шведские уполномоченные не должны были его под-
писывать, но предварительно переслать на утверждение
королю. Ясно, что окончательный итог в немалой степени
зависел от развития событий в Речи Посполитой
Итак, за военный союз с Россией правительство Кар-
ла X готово было призпать переход в ее руки существен-
ных позиций в Речи Посполитой. Но оно старалось огра-
ничить русские приобретения, особенно в районах, эко-
номически взаимосвязанных с Балтикой и близких к цент-
ру Польши и Литвы (Подвинье, северо-запад и запад Бело-
руссии; воеводство Инфлянское оно желало получить це-
ликом). Допускался контроль русских феодалов в бас-
сейне Западной Двины вплоть до Полоцка и Дисны 58,
благодаря чему центральные территории государства име-
ли бы удобную связь с Балтикой через Ригу. Однако этот
путь на дальнейших участках должен был находиться под
властью шведов, а если учесть еще то трудное и неравно-
правное положение, в которое они ставили в XVII в. рус-
ских купцов, то ясно, что львиная доля прибылей от тор-
говли здесь досталась бы шведской стороне, а Россия эко-
номически оказалась бы не вполне самостоятельной. Согла-
шение с Россией на задуманной стокгольмским двором ос-
нове закрепляло ее оттеснение от балтийских берегов,
обеспечивало ее невмешательство в желательное шведам
урегулирование на остальной и большей части Речи Пос-
политой, развязывало им руки для осуществления их ши-
рокой экспансионистской программы. Это тем более спра-
ведливо, что продвижение русско-украинской границы до
линии Днестра, предусмотренное предлагавшимся проек-
том, неизбежно привело бы к усилению конфронтации Рус-
ского государства и Османской империи. Бесспорно, все
это, особенно с учетом оттеснения России от Балтики, при-
водило к значительной перестройке всей внешнеполити-
ческой системы Восточной Европы. Россия, надолго увяз-
нув в южном конфликте и лишившись такого естественно-
го союзника в антишведской борьбе, как ослабленная Речь
Посполитая, не сумела бы активно развивать балтийскую
сторону своей внешней политики. В итоге шведские феода-
лы, не опасаясь осложнений здесь, могли продолжить свою
экспансию в иных направлениях
Иванушка - уменьшительное... Шляхтичам действительно не нравились ограничения их "свобод". Они даже в письмах к царю именуют себя "слугами", тогда как русские часто упоминают "холопы" (хотя "слуги" тоже мелькают). С другой стороны, официальные отписки воевод часто довольно сухи и без уничижений. Интересная деталь - царь Алексей Михайлович прямо указывал воеводам в отписках писать не только себя, но и своих "товарищей" (заместителей). Поэтому даже общая фраза часто звучала как "И я такой-то, с моими товарищами..."...
