Возвращение к Пушкину
Однажды, точно помню, в среду
Приснился мне чудесный сон,
Я с Пушкиным веду беседу,
И мне советы дает он.
Мы говорили о Салтане,
Царевне-лебедь, Богатырях,
Немного о моем романе,
И обо всех моих стихах.
Наш разговор прервал Онегин,
(он не заметно подошел)
И был красив, но очень бледен….
Спросив, кто я, в себя ушел.
Задать вопрос, и не ожидать ответа?
«Какой нахал!» - решила я.
Сейчас скажу вам по секрету,
Решила высказаться я:
«Хорошего не получил ты воспитанья,
Как Ленский не закончил институт,
В душе твоей лишь хаос и страданье.
Твой эгоизм потомки не поймут.
Ты без причины обижаешь человека,
Не избегаешь и насмешливых речей,
Считаешь ты себя героем света.
Из-за тебя влюбленная не спит ночей!
Ты осознал свои поступки поздно,
Нельзя вернуть того, что потерял,
И не моли ни у кого прощенья слезно –
Бог за убийство не допустит в рай».
Он посмотрел в глаза мне грустным взглядом,
А по щеке бежит слеза:
«Мне больно, что ее не будет рядом,
и на душе всегда одна тоска!»
Мне стало жаль его, как человека,
Ведь столько лет прошло, а он один.
И добрые слова тут не помеха,
Для злости все же больше нет причин:
«Ну, так позволь назвать тебя героем,
Ума и гордости тебе не занимать.
В среде своей ты не считал себя изгоем,
Мы постараемся, какой ты есть принять».
Вы не поверите, но Ларина Татьяна,
С румянцем легким на щеках,
Походкой быстрой подошла к нам прямо
С какой-то книгою в руках.
На нас Татьяна не взглянула,
К Онегину прикован ее взор.
И лбом, к груди его прильнула:
«О, Боже! Для меня это позор».
Глаза ее наполнены слезам,
Как сердце бьется слышно в тишине.
И говорит дрожащими губами:
«Хочу, чтобы знал ты правду обо мне:
Тоска и боль, боль и тоска,
а сердце ранит даже фраза.
И не страшит меня молва,
Я нашей встрече с тобой рада.
Судьба ко мне несправедлива,
Я, без тебя, совсем одна.
Безумно я тебя любила,
В моем ты сердце навсегда.
Она мне преподносит, как в насмешку,
Влюбленный взгляд того, кто мне не мил….
Ты послан свыше, будто бы в отместку,
Ведь полюбить другого нет у меня сил.
Уж лучше быть совсем одной,
Но не иметь старика-мужа,
Конечно, я грущу порой,
Когда в окно ударит вьюга.
Но это все пройдет с годами,
Нельзя терять не находя.
Всю боль не выразить словами,
Такой тернистый путь пройдя».
«О, моя бедная подруга!
Я думала, что ты сильней,
Не сможешь ты найти в нем друга». –
Взяв за плечо, сказал ей.
«Родилась ты с русскою душою.
Очень любишь петь и танцевать,
Прочитав роман, грустя порою
Ты уходишь к няне помечтать
Образ твой так нежен и прекрасен,
Жаль, ты сразу не смогла понять,
Что Евгения для тебя опасен –
Не пришлось бы так тебе страдать».
Тут прервал меня Онегин резко:
«Никогда вы не поймете нас!»
И сказал Татьяне, может честно,
То, что вы услышите сейчас:
«Я тебя все время вспоминаю,
плачу, злюсь, скучаю и грущу.
В чем моя вина – прекрасно знаю,
Новой встречи вновь с тобой ищу.
Без тебя мне очень одиноко,
Почему же я не смог понять….
Что с тобою поступаю я жестоко?
И хочу еще тебе сказать:
Прошу простить меня за боль,
Такая видно моя доля.
На раны будто сыплю соль,
И нет мне без тебя покоя».
Откинув волосы, Татьяна
Слезу смахнула на щеке.
Качнула головой упрямо.
Увидев мужа вдалеке:
«А у меня судьба такая
Свою мечту носить в себе,
И про любовь роман читая,
Все время думать о тебе.
Хочу забыть тебя, не видеть,
Но сердце рвется из груди,
Оно не хочет подчиниться,
Прошу, Всевышний, помоги!
Ну, вот и все, какая мука.
Опять столкнулась я с пустотой,
И жизнь моя сплошная скука,
Прощай навеки, дорогой».
«Татьяна! Нет…. Прошу…. Останься!» -
кричит Онегин ей в ответ –
«Хочу с тобой любви предаться,
не виделись мы много лет.
Не можешь ты со мной расстаться,
Ведь люблю я, и любишь ты,
Я не хочу больше скитаться,
Ты правильно меня пойми».
«Когда-то я тебе сказала,
Что буду мужу я верна,
И хотя ты моя отрада,
Его не брошу никогда.
И Всевышний меня не покинет,
Никому не желает он зла.
Он меня окрылит и поднимет
Над мирской суетой, для добра.
Прощай, любимый, мы не пара
Пред Богом, слово я дала,
Что будет так, всегда я знала
И встречу я с тобой ждала.
Но это лишь простая встреча,
Другого быть и не могло,
От мужа не смогу отречься,
С ним жить всегда мне суждено».
На воздух выйти предложил мне Пушкин,
Одев пальто, мы вышли в сад.
«Ты говоришь, что я вам нужен….
Я этому безмерно рад!»
Мы с ним направились к беседке,
Она в снегу, как в серебре.
Птицы , нахохлившись, сидят на ветках.
Приметы эти все к пурге.
Протяжно вдруг завывает ветер,
И кружит, и пуржит метель.
Прохожих очень редко встретишь:
Сейчас январь, а не апрель.
А под ногами снег хрустит,
Луны не видно из-за вьюги.
Мне показалось он грустит,
Или мечтает о подруге.
Разговор наш вновь возобновился.
Пушкин:
«Расскажи мне, Ира, о себе».
Сейчас он мне по-новому открылся,
Как будто близким стал моей судьбе.
Я:
«С чего начать свое повествование
Ведь мне сейчас всего лишь двадцать лет,
И не пришло ко мне читателя признанье,
ДА и придет ли, дай мой друг совет….»
Пушкин:
«Ты расскажи все с самого начала,
как ты жила все эти двадцать лет,
Чем занималась и мечтала,
Конечно, если это не секрет».
Я:
«Я родилась в начале лет,
шестого, как и ты, числа.
И не открою я секрет,
Что вся семья меня ждала.
Училась в школе я всегда отлично,
Мечтала получить медаль,
Всегда во всем вела себя прилично,
Мои надежды уходили вдаль.
Когда подруги шли на дискотеки,
Задачи и неравенства решала я,
И интересны были мне ацтеки.
Со мной всегда была моя семья.
И вот моя мечта осуществилась,
Ведь школу я окончила на пять,
Поверь, мне это не приснилось!
У меня есть мечта опять.
Окончить ВУЗ с красным дипломом,
Стать аспиранткой молодой.
Родной Университет мне станет домом,
Я отплачу ему с лихвой.
За все я очень благодарна маме,
Спасибо ей за то, что я учусь.
Все получается, как в сериальной драме –
На первый зов я тут же к ней примчусь.
Когда-то посетит меня любовь большая,
Я верю, будут счастье и цветы.
Но это жизнь совсем уже другая,
На данный миг она пока мечты».
И Пушкин говорит мне очень нежно:
«с тобою родились мы в один день,
в среде искусства будет тебе место».
И от него осталась только тень.
Я долго думала о сне, проснувшись.
Быть может это Божий знак судьбы?
Но в мир литературы окунувшись,
Уж не смогу я из него уйти.
