Так же, как отказался от почетной стражи сенаторов и испанской охраны. Реально, ничего, кроме трибунской власти (и венка, чтобы прикрыть нехватку волос

) Цезарю не требовалось.
Это все-таки не одно и то же. Предоставление охраны это некое действие, Цезарь мог сказать, что он в нем не нуждается, но по какой причине он должен был отказываться от почестей? Он же не мог сказать: Я по своей природной скромности, пожалуй, откажусь…
Кроме того, Цезарь был в работе по уши, у него не было времени из-за каждого слова бодаться с сенатом, он в отличие от них работал, а не прохлаждался. Он не мог по каждому поводу возбуждать очередные стенания сената «что ж ты наши старания не ценишь».
Насчет трибунской власти я с тобой не соглашусь. Цезарю требовался весь тот комплекс, что позже использовал Август, идеология, проконсульство, трибунат, религиозное почитание, монеты с собственным портретом. Цезарь строил единовластие, без таких опор оно не работает. Просто в случае Цезаря благодаря стараниям сенаторов произошел явный перебор в этом вопросе.
Здесь мне уже нечего сказать нового. Чего-то такого, что "традиционную" версию решительно опровергнет, у меня в кармане нет (кроме вышеприведённого довода о том, что 15 февраля корона НЕ МОГЛА появиться на сцене по инициативе Цезаря или Антония (понимаемого как сторонника Цезаря), если мы им приписываем минимальную вменяемость, а значит, что она могла там появиться только по инициативе заговорщиков).
Согласна.
1) Само появление короны венчало "спектакль". Если это "ружьё" появилось на сцене (на Форуме, ого), в Риме оно могло стрельнуть только одним образом - оказавшись на голове царя, со всеми далее полагающимися ему за это последствиями (24 февраля, Regifugium) . Я думаю, для толпы хватило бы не то, что коленей, а и появления её у ног Цезаря,
Зачем, в этом случае, Кассий стал класть корону на колени, если у ног было достаточно?
2) Если мы соглашаемся, что корона появилась от заговорщиков, то с их стороны (если их целью было убийство) было ГЛУПОСТЬЮ просто демаскировать себя перед Цезарем ради сомнительного пропагандистского эффекта, притом, что Цезарь, судя по его дальнейшим действиям, именно и воспринял действия "коронаторов" как непосредственно УГРОЖАЮЩИЕ ЕГО ЖИЗНИ,
Ничего такого нового Цезарь о них не узнал. Да, он мог предположить, что они делают это специально, но я думаю, что это он предполагал еще раньше, просто сделать ничего не мог. Он пощадил их после Фарсала неужели он что-то сделал бы с ними после этого? Заговорщикам прекрасно была известна снисходительность Цезаря, они знали, что ничего им за это не будет.
В коронации принимали участие три человека –Лициний, Кассий и Антоний. И даже если бы Цезарь заподозрил их, оставалось еще два десятка человек. Лициний и Антоний и так не принимали физического участия в убийстве, а без одного Кассия в случае чего как-нибудь бы управились двумя десятками против одного. Других-то Цезарю не с чего было подозревать.
Вокруг Цезаря вдруг оказались, мягко говоря, лица, чья лояльность резко оказалась сомнительной, Лепид просёк фишку и вообще, несмотря на то, что Цезарь его прямо позвал, подходить ПОБОЯЛСЯ (!)
Если мы рассматриваем современный вариант чтения Дамасского, то звал Лепида не Цезарь, а народ. Конечно, Лепид колебался, его народ звал корону возложить на Цезаря, ничего себе. Лепид, очевидно, вообще не понимал, что происходит, что он должен делать? Возложишь - плохо, не возложишь - опять плохо. Лепид как раз мог прекрасно понимать как это опасно возложить на Цезаря корону и на что это того обречет. И он сделал так, как было единственно возможно, остался на месте.
(Ср. с 15 марта, когда он быстро оказался ЗА ГОРОДОМ.).
App. BC II 118
А Лепид, начальник конницы, узнав о случившемся в то время, как он был на форуме, убежал на остров на реке Тибре, где у него стоял легион солдат, и привел их на Марсово поле, чтобы быть более готовым к выполнению приказа Антония.
Лепид привел солдат на Марсово поле, единственный кто в тот день вообще был способен к каким-то адекватным действиям и совершил их, не растерялся.
Тут бы Цезарю и конец, но неожиданно сквозь ряды этих милых лиц к Цезарю не совсем вежливо протолкался голый АНТОНИЙ, который взял дело вообще и диадему в частности в свои руки.
Я так и не могу понять, где Вы взяли сведения, что Антоний кого-то отталкивал и расталкивал? Антоний мог просто подойти к Цезарю, при этом остальные остались бы стоять, где стояли.
поднял с колен Цезаря диадему и стал аккуратно её укладывать на голову Цезаря, а Цезарь так же аккуратно стал её отодвигать.
За каким, простите, чертом? Выглядит это примерно так: «Я знаю, что они собираются тебя убить, повод – возложение на тебя короны. Но они до конца дело не довели, давай я доведу. Не хочешь? Нет, ты все-таки дай мне тебя короновать».
В это время между ними и шёл разговор, что-то типа Антоний (поднимаясь с колен) "Они тебя резать хотят" Цезарь (уголком рта) "Вижу", Антоний (опускает диадему): "Я их счас всех голыми руками порву!" Цезарь (отодвигает руки Антония): "Не надо", Антоний (опять опускает диадему): "Тогда зови ликторов, пусть им бошки снесут", Цезарь (опять отодвгает её), "Марк, хватит, убери. Дай мне пройти. Подними ЭТО повыше и отнеси Юпитеру".
Довольно странное поведение. По Вашей версии Антоний, понимая, что Цезарю грозит смертельная опасность, доводит до конца дело заговорщиков и при этом еще так странно себя ведет. Если времени в обрез и он хотел спасти Цезаря, то действовать надо было ровно наоборот, подойти к Цезарю и шепнуть что-то вроде: «Осторожнее, они хотят тебя убить. Кинжалы у Кассия,… и … Срочно и демонстративно избавляйся от короны». К чему такие слова как: Да я счас их тут всех...? Цезарь не ребенок, ему надо было сообщить четкую информацию, кратко и сжато, незачем ему советовать звать ликтора или говорить что Антоний тут сейчас сам со всеми разберется, пока еще не решен главный вопрос с короной. Получается такая ситуация, что Антоний предлагал Цезарю как избежать опасности убийства одновременно давая к нему повод. Но когда счет идет на секунды, когда опасность прямо перед носом, такое поведение выглядит неуместным. Только избавившись от короны Антонию было бы уместно предложить арестовать тех, кто преподнес Цезарю корону.