При Каннах он разбил и уничтожил меньшую часть римских легионов — 8 из 18; римляне очень скоро восполнили свои потери новыми наборами. Они даже не отозвали легионов, стоявших в Сицилии, Сардинии и Испании. Наступать непосредственно после сражения на Рим, рассчитывая лишь на внушенный им ужас, Ганнибал считал для себя бесполезным. Этот поход мог только превратиться в ничтожную демонстрацию, парализующую моральное действие победы при Каннах. Если знаменитое изречение, — что Ганнибал умеет побеждать, но не умеет использовать победу, — действительно принадлежит Магарбалу, начальнику конницы, то это доказывает лишь, что храбрый военачальник был хорошим рубакою, но не полководцем. После нескольких часов избиения взятых в тиски легионеров пуническое войско также потеряло 5 700 воинов убитыми и не менее 20 000 ранеными, которые могли стать боеспособными лишь спустя много дней и недель. В случае похода на Рим сейчас же после данного им сражения, Ганнибал мог бы подвести к городу едва 25 000 воинов, и как ни велик был ужас римлян перед Ганнибалом, такому незначительному отряду не одержать бы над ними победы.
Для большой осады Ганнибал был слишком слаб, ибо на путях стояли многочисленные римские легионы, всегда грозившие отрезать ему подвоз припасов.