война Судного дня
- Автор темы Кныш
- Дата начала
Rzay
Дистрибьютор добра
Материал по Шестидневной войне:
На самом деле война развивалась в полном противоречии с заранее разработанными планами. Только атака арабских аэродромов проходила по плану (подробнее об этом см. ниже). Израильские самолеты атаковали волна за волной и уничтожили массу самолетов, не дав им даже подняться в воздух. Арабские ВВС были столь многочисленны, что эта атака не уничтожила их физически, но моральный эффект был неоценим, атака израильских ВВС повергла арабское командование в состояние шока. За несколько дней шокового паралича была достигнута победа. Но паралич прошел достаточно быстро. Уже через месяц после "разгрома" египетская армия начала артиллерийские обстрелы израильских войск на Суэцком канале, которые переросли затем в Войну на истощение. Этим была открыта серия войн, в которых Израиль начал терпеть поражения: сначала только политические, а затем и военные. Дата начала Войны на истощение существенна для понимания Шестидневной войны. В Израиле "отодвигают" эту дату почти на год.
Так или иначе, в 1967 г. ход войны определили не планы генерального штаба, а экспромты командиров дивизий, бригад и даже батальонов. В Иерусалиме предполагалось воздерживаться от широких военных действий, хотели только "прорубить коридор" к горе Скопус, чтобы спасти этот израильский анклав от капитуляции. После кровопролитного боя в Гиват hа-Тахмошет командование не сумело удержать порыва парашютистов и бойцов Иерусалимской бригады. Они по собственной инициативе освободили Старый Город и Храмовую Гору. Затем война распространилась на всю Иудею и Самарию. Не случайно никто не знал, что делать с захваченными (или: освобожденными) арабскими городами. К их захвату (освобождению) не готовились всерьез.
Голаны тоже не входили в планы войны. По политическим соображениям Даян не хотел атаковать Сирию, но у киббуцев и мошавов Севера были свои интересы: они жаждали использовать историческую возможность, чтобы раз и навсегда прекратить артиллерийские и пулеметные обстрелы с Голан. Делегация северных поселений "переубедила" Даяна. Через голову Рабина он отдал приказ командующему Северным фронтом (Давид Эльазар), и Голаны были "отвоеваны". Рабина Даян поставил перед свершившимся фактом; Рабин не принимал участия ни в планировании операции, ни в ее проведении. Его репутация "освободителя Голан" основана на ассоциациях, домыслах и легендах (мифологии), а не на фактах.
Можно оспаривать целесообразность оккупации территорий или приветствовать ее. Политическая позиция читателя может быть любой, но вывод относительно фактов безусловен: генеральный штаб ЦАХАЛа не вел эффективного контроля за действиями наземных войск, события развивались стихийно. Анализ имеющихся документов доказывает, что и тот минимум оперативного командования, который имел место в 1967г, осуществляли другие. Следовательно, слава Рабина как командующего действующими войсками, не может быть подтверждена фактами, она является мифом.
Этот миф был подробно и убедительно "документирован". Вот как описывает Узи Наркисс (командующий Центральным фронтом) историю создания знаменитой фотографии, на которой он, Даян и Рабин в стальных касках входят в старый город. "Даян сведущ по части организации парадных церемоний и обладает редким даром увековечения исторических событий. Даян был готов к параду. С ним прибыли также начальник генштаба, офицеры и большая группа штатских лиц. Поехали к Львиным воротам. Впереди колонны военная полиция, а замыкают ее два бронетранспортера. Остановились у ворот. Первыми вошли под арку фотографы. За ними - Даян. Он оглядывается: кого-то не хватает. Подзывает начальника генерального штаба (Рабин). Снова задержка, и Даян зовет меня. Мы шагаем, фотографы щелкают. Так родилась знаменитая фотография официального вступления израильской армии в Старый город". Так "документирован" мифологический "факт": Даян и Рабин освободили Иерусалим.
Генеральный штаб не извлек уроков из войны 1967 г. Моше Даян даже утверждал, что ЦАХАЛ лучше всего действует именно в атмосфере "балагана". Цену этого безмятежного невежества народ Израиля заплатил в 1973г. в кровавом бардаке Войны Судного дня. Анализ войны 1982 г. в Ливане показывает, что и 10 лет спустя генеральный штаб не был в состоянии контролировать действия ЦАХАЛа и получать от командиров достоверную информацию. Традиция "благодатного балагана" продолжает отравлять нашу армию. Можно, конечно, утверждать, что в 1967 г. стихия действовала в пользу Израиля, но это не обязано повториться в будущем.
Политическое и военное руководство не поняло значения первых артиллерийских перестрелок на канале. В марте 1968 г. оно получило новое "предупреждение". Террористы Арафата обосновались в Иордании, и было решено провести операцию против городка Караме. Операция была задумана с большим размахом, в частности предполагалось навести мост через Иордан около Мертвого моря. Иорданцы встретили ЦАХАЛ огнем. Мост был наведен только несколько часов спустя в центральной части долины. Результаты операции были таковы: убиты 61 солдат иорданской армии, 4 взяты в плен, уничтожены танки и автомашины (31 единица). Террористы потеряли 128 человек убитыми и 150 пленными, командиры (включая Арафата) улизнули. ЦАХАЛ потерял 25 человек убитыми, 3 пропали без вести. ЦАХАЛ оставил на поле боя 4 танка и 7 бронетранспортеров, еще 7 танков и 3 грузовика были повреждены. Во время отступления в автомобильной катастрофе погибли еще 2 солдата. Арабы справедливо считали, что они победили, по улицам Аммана возили подбитые израильские танки, в один день 15.000 палестинцев вступили в боевые отряды Арафата. В январе 1968 г., за три месяца до операции Рабин оставил пост начальника генштаба, хорошо подготовленная армия не может деградировать за три месяца. Следовательно, неудача в Караме показала, что и раньше состояние армии Израиля было не из блестящих. Но об этом никто не задумался.
Командовал операцией Узи Наркисс, его отстранили от командования, и на этом "закрыли" историю. (Впрочем, партия не забыла Наркисса, он был назначен на видный пост в Сохнуте, и он "принимал" русскую алию в 70-х гг.). Нечто подобное произошло уже в 1951 г., в бою у Тель-Мутила, но тогда ЦАХАЛ еще был в состоянии признавать ошибки. После того боя была произведена серьезная модернизация тактического командного звена. В 1968 г. ограничились смещением Наркисса. За истекшие 17 лет ЦАХАЛ изменился, причем не в лучшую сторону. Операция Караме представляется микрокосмом, в котором уже можно было прочитать макрокосм Войны Судного дня
Если бы общественность и политическая элита Израиля были в состоянии заметить эти предупреждения и осознать их значение, то вероятно, умер бы миф о всемогуществе ЦАХАЛа и о гениальности его командиров (включая Рабина). Вполне возможно, что для них это было бы тяжелым ударом (Рабин, видимо, не стал бы премьером в 1974 г.), зато страна избежала бы ненужных потерь в Войне Судного дня.
Подготовка к войне
Мы вернемся к периоду до начала войны и посмотрим, как на деле функционировала военно-политическая машина Израиля, и какую роль играл в ней Ицхак Рабин. Вайцман и Даян упоминают, что у Рабина перед войной сдали нервы, но они не дают этому объяснения. Рассмотрение хода событий до начала войны может вскрыть причины, более глубокие, чем простое нервное перенапряжение. В скобках заметим, что в любом случае пост начальника генерального штаба нельзя поручать офицеру, который не в состоянии выдержать нервного напряжения перед началом "большой войны".
Ицхак Рабин занял пост начальника генштаба в 1964 г. Он несет полную ответственность за готовность армии к войне и за военное планирование во всех его аспектах. Ему причитается слава за успех и позор за поражение. Но историческая действительность 1967 г. оказалась сложнее простого деления на успех или поражение. Рабин удостоился славы, которой он не заслужил.
В период с начала кризиса (14 мая) и до первой победы (5 июня) Израиль был в полной изоляции. Его покинули - быстро и дружно - все друзья, и в первую очередь Америка. Дело дошло до грустного анекдота. В свое время Америка дала Израилю гарантии свободы судоходства в Тиранских проливах. В мае 1967 г. Египет закрыл проливы для израильских судов, и Госдепартамент заявил, что, к сожалению, не может найти в архиве точного текста американских обязательств. Причина такого поведения Америки будет вполне очевидной, если вспомнить аналогии 1948 г. Тогда президент США Трумэн тоже изменил свою позицию в вопросе создания Еврейского Государства, и причиной тому была слабость еврейских вооруженных сил. Не лучше было положение Израиля и в 1967 г. Американские эксперты хорошо знали расчет количества и качества солдат и оружия, уровень профессиональной подготовки и все прочие факторы. Они вынесли оценку деятельности Рабина с 1964 по 1967 гг., и оценка эта гласила: Израиль обречен. Америка не собиралась ставить на битую карту. Правда, как мы знаем, в итоге американские эксперты ошиблись.
Изоляция Израиля и нейтралитет США разрушили всю военно-политическую концепцию Израиля. Она, в сущности, не изменилась со времен мандата и до наших дней. Оборона поселений в подмандатной Палестине строилась по простой схеме: еврейские силы сдерживают атаку арабов, пока не появляется английская армия или полиция. В 1948 г. роль англичан предполагалось возложить на ПАЛЬМАХ, затем - на Америку и ООН. В любом случае не предполагалось, что ЦАХАЛ должен будет один на один разгромить все арабские армии при нейтралитете своих "союзников".
Банкротство стратегии и руководства
Современная армия не может развиваться вне определенных военных концепций и стратегических оценок будущего. В соответствии с ними распределяется бюджет государства и армии, закупается оружие, обучаются войска и т.д. Ошибка чревата катастрофой, и это доказала Война Судного дня. Тогда считали, что серьезной войны не будет приблизительно 20 лет. Новое ракетное оружие арабов просто игнорировалось. Когда началась война, многие командиры видели в ней "провокацию" местного характера и действовали в соответствии с этой оценкой.
Перед 1967 г. ответственным за планирование в ЦАХАЛе был Аhарон Ярив. Он пришел к выводу, что, по крайней мере, до 1968-1970 гг. не предстоит реальной опасности со стороны арабских соседей. Аргументы не стоит приводить: они были не глубже и не мельче аргументов Даяна перед Войной Судного дня или аргументов Переса, построенных на лозунгах кануна XXI века и Нового Ближнего Востока. Ярив был приближенным и личным другом Рабина, его оценка вполне укладывалась в общепринятую стратегию и идеологию, она была удобна генеральному штабу, Рабин и его заместитель Эзер Вайцман полностью приняли мнение Ярива и строили планы ЦАХАЛа в соответствии с ними.
До сих пор мы говорили, в основном, о военном руководстве Израиля, но несомненно, что решающая доля ответственности лежала на руководстве политическом. Еще в 1964 г. был заключен союз между Египтом и СССР, Хрущев одарил Насера званием Героя Советского Союза и начал переправлять в Египет астрономические массы вооружения. ЦК КПСС принял решение о стратегической линии на уничтожение Израиля. Обеспокоенное правительство Израиля обратилось к Америке и получило заверения: американский флот с вами. Правительство успокоилось, Насер продолжал вооружаться, в критический момент американцы "бросили" Израиль. Израиль пытался убедить советского посла, что он не является "слугой империализма", но посол "не убедился".
В мае 1967 г. Израиль внезапно оказался в стратегической ловушке. Границы 1949 г. можно было оборонять только при условии полной мобилизации резервов, но и тогда успех обороны отнюдь не был обеспечен. С другой стороны, Израиль не мог держать под ружьем все свое мужское население значительное время. Атаковать арабов первыми значило окончательно лишиться даже символической поддержки США и прочего "цивилизованного" мира. Собственно говоря, для уничтожения Израиля арабам даже не надо было начинать военных действий, следовательно, они даже не считались бы агрессорами. Эта дилемма является постоянным фактором военно-политического положения Израиля, в 1973 г. правительство Голды Меир предпочло пассивный вариант поведения и было застигнуто врасплох Войной Судного дня.
В 1967 г. во главе правительства стоял Леви Эшколь, слабый и серый партийный функционер. Хозяйство Израиля находилось в состоянии хронического кризиса, и Эшколь был занят экономикой. В военных вопросах он почти не разбирался, и с началом военной напряженности вся ответственность легла на генеральный штаб. 20 мая Рабин представил планы, заранее разработанные в генеральном штабе. Планы предусматривали возможность блокады Тиранского пролива, ответом должна была стать оккупация Северного Синая и сектора Газы. Предполагалось, что в обмен на эти территории Египет снимет блокаду. Этот план был ориентирован на локальный конфликт. Однако сейчас, когда арабы были готовы к тотальной войне, план потерял всякий смысл. Генералы, командовавшие войсками на решающем (Южном) фронте высмеяли его, как "минималистский". Они предложили альтернативный план, более широкий и агрессивный. В сложившейся обстановке мог быть только один ответ: решительным и быстрым ударом "переломить хребет" египетской армии. Правительство не знало, что решить. Министры обвиняли во всем Рабина, и не без основания.
Отношения между Рабиным и Эшколем были натянутыми после операции в деревне Самуа (в горах Хеврона). Эшколь хотел маленькой операции, он получил настоящее сражение с иорданской армией, названное впоследствии "Однодневной войной". Доверие к Рабину было подорвано. Теперь Рабина атаковали за пассивность "его" генералы. Одновременно его атаковали и за активность. Министр внутренних дел Шапира сказал Рабину на заседании правительства 22 мая: "Как ты посмел? Бен-Гурион не посмел. Окапываться надо, окапываться. Война поставит под угрозу существование Израиля". Он имел в виду 1956 г., когда Бен-Гурион начал войну, только заручившись поддержкой Англии и Франции. Идея, возможно, была и неплоха, но, к сожалению, неосуществима: в 1967 г. Израиль был одинок не потому, что хотел этого, а потому что все покинули его на произвол судьбы.
В условиях угрозы существованию государства "узкое" правительства Эшколя было полным безумием. Единодушным было требованиеправительства национального единства, и Эшколь уступил желанию народа. Самым кардинальным изменением было присоединение ревизионистской партии Херут, которая до этого подвергалась принципиальному бойкоту. Но лично для Рабина важнее было присоединение партии РАФИ, которая некогда откололась от МАПАЙ. Список РАФИ возглавлял Бен-Гурион, в него входили также Моше Даян и Шимон Перес. Военный авторитет Даяна был неизмеримо выше, чем у Рабина, и он был известен как крайний активистВключение РАФИ в коалицию возвращало Даяна в верхушку военного руководства и могло привести к самым серьезным последствиям для Рабина (вплоть до увольнения). В конце концов, Даян вошел в правительство в качестве министра обороны.
Сам Бен-Гурион успел состариться, он жил воспоминаниями о свершенном. Как и Шапира, Бен-Гурион требовал пассивности и союза с "западными гарантами" по образцу 1956 г. 22 мая он сказал Рабину в частной беседе: "Так не действуют в напряженные моменты... Вы довели страну до тяжелейшего состояния... вы несете за это ответственность". Итак, Рабин оказался под перекрестным огнем "активных генералов" и "пассивных политиков", он не знал, на что решиться. 23 мая у Рабина сдали нервы. Это было большой удачей для Еврейского Государства: бездействуя, Рабин не мог мешать наступлению ЦАХАЛа.
Решение кризиса
Политические изменения при всей их важности не могли решить военных проблем нации; в лучшем случае они только создавали условия для военного решения. Ключевым моментом войны был превентивный удар по арабским аэродромам. На предварительных обсуждениях в генштабе Рабин пытался возражать против этого плана, но после 23 мая с его мнением не считались. 5 июня план ВВС был приведен в действие и обеспечил победу в войне.
По всем законам, слава должна была достаться Вайцману и Даяну. Но для этого пришлось бы рассказать правду. Партийно-политическая логика диктовала молчание: правда не могла бы ограничиться только авторством Вайцмана. Она коснулась бы всего комплекса военно-политического руководства и, наконец, самого Вайцмана, который участвовал в разработке и утверждении обанкротившихся концепций.
Уроки войны 1967 г. и не были изучены. Вместо этого были созданы мифы, которые поделили почести между членами клана. Так и Рабин попал в герои. Тем не менее, кое-кто знал и помнил реальный ход событий. В конце 1967 г. Вайцман в гневе бросил Рабину: "Ты только нарядился в плащ маккавеев, ты - самый большой блеф государства".
http://gazeta.rjews.net/Lib/Rabin/rabin2.html
На самом деле война развивалась в полном противоречии с заранее разработанными планами. Только атака арабских аэродромов проходила по плану (подробнее об этом см. ниже). Израильские самолеты атаковали волна за волной и уничтожили массу самолетов, не дав им даже подняться в воздух. Арабские ВВС были столь многочисленны, что эта атака не уничтожила их физически, но моральный эффект был неоценим, атака израильских ВВС повергла арабское командование в состояние шока. За несколько дней шокового паралича была достигнута победа. Но паралич прошел достаточно быстро. Уже через месяц после "разгрома" египетская армия начала артиллерийские обстрелы израильских войск на Суэцком канале, которые переросли затем в Войну на истощение. Этим была открыта серия войн, в которых Израиль начал терпеть поражения: сначала только политические, а затем и военные. Дата начала Войны на истощение существенна для понимания Шестидневной войны. В Израиле "отодвигают" эту дату почти на год.
Так или иначе, в 1967 г. ход войны определили не планы генерального штаба, а экспромты командиров дивизий, бригад и даже батальонов. В Иерусалиме предполагалось воздерживаться от широких военных действий, хотели только "прорубить коридор" к горе Скопус, чтобы спасти этот израильский анклав от капитуляции. После кровопролитного боя в Гиват hа-Тахмошет командование не сумело удержать порыва парашютистов и бойцов Иерусалимской бригады. Они по собственной инициативе освободили Старый Город и Храмовую Гору. Затем война распространилась на всю Иудею и Самарию. Не случайно никто не знал, что делать с захваченными (или: освобожденными) арабскими городами. К их захвату (освобождению) не готовились всерьез.
Голаны тоже не входили в планы войны. По политическим соображениям Даян не хотел атаковать Сирию, но у киббуцев и мошавов Севера были свои интересы: они жаждали использовать историческую возможность, чтобы раз и навсегда прекратить артиллерийские и пулеметные обстрелы с Голан. Делегация северных поселений "переубедила" Даяна. Через голову Рабина он отдал приказ командующему Северным фронтом (Давид Эльазар), и Голаны были "отвоеваны". Рабина Даян поставил перед свершившимся фактом; Рабин не принимал участия ни в планировании операции, ни в ее проведении. Его репутация "освободителя Голан" основана на ассоциациях, домыслах и легендах (мифологии), а не на фактах.
Можно оспаривать целесообразность оккупации территорий или приветствовать ее. Политическая позиция читателя может быть любой, но вывод относительно фактов безусловен: генеральный штаб ЦАХАЛа не вел эффективного контроля за действиями наземных войск, события развивались стихийно. Анализ имеющихся документов доказывает, что и тот минимум оперативного командования, который имел место в 1967г, осуществляли другие. Следовательно, слава Рабина как командующего действующими войсками, не может быть подтверждена фактами, она является мифом.
Этот миф был подробно и убедительно "документирован". Вот как описывает Узи Наркисс (командующий Центральным фронтом) историю создания знаменитой фотографии, на которой он, Даян и Рабин в стальных касках входят в старый город. "Даян сведущ по части организации парадных церемоний и обладает редким даром увековечения исторических событий. Даян был готов к параду. С ним прибыли также начальник генштаба, офицеры и большая группа штатских лиц. Поехали к Львиным воротам. Впереди колонны военная полиция, а замыкают ее два бронетранспортера. Остановились у ворот. Первыми вошли под арку фотографы. За ними - Даян. Он оглядывается: кого-то не хватает. Подзывает начальника генерального штаба (Рабин). Снова задержка, и Даян зовет меня. Мы шагаем, фотографы щелкают. Так родилась знаменитая фотография официального вступления израильской армии в Старый город". Так "документирован" мифологический "факт": Даян и Рабин освободили Иерусалим.
Генеральный штаб не извлек уроков из войны 1967 г. Моше Даян даже утверждал, что ЦАХАЛ лучше всего действует именно в атмосфере "балагана". Цену этого безмятежного невежества народ Израиля заплатил в 1973г. в кровавом бардаке Войны Судного дня. Анализ войны 1982 г. в Ливане показывает, что и 10 лет спустя генеральный штаб не был в состоянии контролировать действия ЦАХАЛа и получать от командиров достоверную информацию. Традиция "благодатного балагана" продолжает отравлять нашу армию. Можно, конечно, утверждать, что в 1967 г. стихия действовала в пользу Израиля, но это не обязано повториться в будущем.
Политическое и военное руководство не поняло значения первых артиллерийских перестрелок на канале. В марте 1968 г. оно получило новое "предупреждение". Террористы Арафата обосновались в Иордании, и было решено провести операцию против городка Караме. Операция была задумана с большим размахом, в частности предполагалось навести мост через Иордан около Мертвого моря. Иорданцы встретили ЦАХАЛ огнем. Мост был наведен только несколько часов спустя в центральной части долины. Результаты операции были таковы: убиты 61 солдат иорданской армии, 4 взяты в плен, уничтожены танки и автомашины (31 единица). Террористы потеряли 128 человек убитыми и 150 пленными, командиры (включая Арафата) улизнули. ЦАХАЛ потерял 25 человек убитыми, 3 пропали без вести. ЦАХАЛ оставил на поле боя 4 танка и 7 бронетранспортеров, еще 7 танков и 3 грузовика были повреждены. Во время отступления в автомобильной катастрофе погибли еще 2 солдата. Арабы справедливо считали, что они победили, по улицам Аммана возили подбитые израильские танки, в один день 15.000 палестинцев вступили в боевые отряды Арафата. В январе 1968 г., за три месяца до операции Рабин оставил пост начальника генштаба, хорошо подготовленная армия не может деградировать за три месяца. Следовательно, неудача в Караме показала, что и раньше состояние армии Израиля было не из блестящих. Но об этом никто не задумался.
Командовал операцией Узи Наркисс, его отстранили от командования, и на этом "закрыли" историю. (Впрочем, партия не забыла Наркисса, он был назначен на видный пост в Сохнуте, и он "принимал" русскую алию в 70-х гг.). Нечто подобное произошло уже в 1951 г., в бою у Тель-Мутила, но тогда ЦАХАЛ еще был в состоянии признавать ошибки. После того боя была произведена серьезная модернизация тактического командного звена. В 1968 г. ограничились смещением Наркисса. За истекшие 17 лет ЦАХАЛ изменился, причем не в лучшую сторону. Операция Караме представляется микрокосмом, в котором уже можно было прочитать макрокосм Войны Судного дня
Если бы общественность и политическая элита Израиля были в состоянии заметить эти предупреждения и осознать их значение, то вероятно, умер бы миф о всемогуществе ЦАХАЛа и о гениальности его командиров (включая Рабина). Вполне возможно, что для них это было бы тяжелым ударом (Рабин, видимо, не стал бы премьером в 1974 г.), зато страна избежала бы ненужных потерь в Войне Судного дня.
Подготовка к войне
Мы вернемся к периоду до начала войны и посмотрим, как на деле функционировала военно-политическая машина Израиля, и какую роль играл в ней Ицхак Рабин. Вайцман и Даян упоминают, что у Рабина перед войной сдали нервы, но они не дают этому объяснения. Рассмотрение хода событий до начала войны может вскрыть причины, более глубокие, чем простое нервное перенапряжение. В скобках заметим, что в любом случае пост начальника генерального штаба нельзя поручать офицеру, который не в состоянии выдержать нервного напряжения перед началом "большой войны".
Ицхак Рабин занял пост начальника генштаба в 1964 г. Он несет полную ответственность за готовность армии к войне и за военное планирование во всех его аспектах. Ему причитается слава за успех и позор за поражение. Но историческая действительность 1967 г. оказалась сложнее простого деления на успех или поражение. Рабин удостоился славы, которой он не заслужил.
В период с начала кризиса (14 мая) и до первой победы (5 июня) Израиль был в полной изоляции. Его покинули - быстро и дружно - все друзья, и в первую очередь Америка. Дело дошло до грустного анекдота. В свое время Америка дала Израилю гарантии свободы судоходства в Тиранских проливах. В мае 1967 г. Египет закрыл проливы для израильских судов, и Госдепартамент заявил, что, к сожалению, не может найти в архиве точного текста американских обязательств. Причина такого поведения Америки будет вполне очевидной, если вспомнить аналогии 1948 г. Тогда президент США Трумэн тоже изменил свою позицию в вопросе создания Еврейского Государства, и причиной тому была слабость еврейских вооруженных сил. Не лучше было положение Израиля и в 1967 г. Американские эксперты хорошо знали расчет количества и качества солдат и оружия, уровень профессиональной подготовки и все прочие факторы. Они вынесли оценку деятельности Рабина с 1964 по 1967 гг., и оценка эта гласила: Израиль обречен. Америка не собиралась ставить на битую карту. Правда, как мы знаем, в итоге американские эксперты ошиблись.
Изоляция Израиля и нейтралитет США разрушили всю военно-политическую концепцию Израиля. Она, в сущности, не изменилась со времен мандата и до наших дней. Оборона поселений в подмандатной Палестине строилась по простой схеме: еврейские силы сдерживают атаку арабов, пока не появляется английская армия или полиция. В 1948 г. роль англичан предполагалось возложить на ПАЛЬМАХ, затем - на Америку и ООН. В любом случае не предполагалось, что ЦАХАЛ должен будет один на один разгромить все арабские армии при нейтралитете своих "союзников".
Банкротство стратегии и руководства
Современная армия не может развиваться вне определенных военных концепций и стратегических оценок будущего. В соответствии с ними распределяется бюджет государства и армии, закупается оружие, обучаются войска и т.д. Ошибка чревата катастрофой, и это доказала Война Судного дня. Тогда считали, что серьезной войны не будет приблизительно 20 лет. Новое ракетное оружие арабов просто игнорировалось. Когда началась война, многие командиры видели в ней "провокацию" местного характера и действовали в соответствии с этой оценкой.
Перед 1967 г. ответственным за планирование в ЦАХАЛе был Аhарон Ярив. Он пришел к выводу, что, по крайней мере, до 1968-1970 гг. не предстоит реальной опасности со стороны арабских соседей. Аргументы не стоит приводить: они были не глубже и не мельче аргументов Даяна перед Войной Судного дня или аргументов Переса, построенных на лозунгах кануна XXI века и Нового Ближнего Востока. Ярив был приближенным и личным другом Рабина, его оценка вполне укладывалась в общепринятую стратегию и идеологию, она была удобна генеральному штабу, Рабин и его заместитель Эзер Вайцман полностью приняли мнение Ярива и строили планы ЦАХАЛа в соответствии с ними.
До сих пор мы говорили, в основном, о военном руководстве Израиля, но несомненно, что решающая доля ответственности лежала на руководстве политическом. Еще в 1964 г. был заключен союз между Египтом и СССР, Хрущев одарил Насера званием Героя Советского Союза и начал переправлять в Египет астрономические массы вооружения. ЦК КПСС принял решение о стратегической линии на уничтожение Израиля. Обеспокоенное правительство Израиля обратилось к Америке и получило заверения: американский флот с вами. Правительство успокоилось, Насер продолжал вооружаться, в критический момент американцы "бросили" Израиль. Израиль пытался убедить советского посла, что он не является "слугой империализма", но посол "не убедился".
В мае 1967 г. Израиль внезапно оказался в стратегической ловушке. Границы 1949 г. можно было оборонять только при условии полной мобилизации резервов, но и тогда успех обороны отнюдь не был обеспечен. С другой стороны, Израиль не мог держать под ружьем все свое мужское население значительное время. Атаковать арабов первыми значило окончательно лишиться даже символической поддержки США и прочего "цивилизованного" мира. Собственно говоря, для уничтожения Израиля арабам даже не надо было начинать военных действий, следовательно, они даже не считались бы агрессорами. Эта дилемма является постоянным фактором военно-политического положения Израиля, в 1973 г. правительство Голды Меир предпочло пассивный вариант поведения и было застигнуто врасплох Войной Судного дня.
В 1967 г. во главе правительства стоял Леви Эшколь, слабый и серый партийный функционер. Хозяйство Израиля находилось в состоянии хронического кризиса, и Эшколь был занят экономикой. В военных вопросах он почти не разбирался, и с началом военной напряженности вся ответственность легла на генеральный штаб. 20 мая Рабин представил планы, заранее разработанные в генеральном штабе. Планы предусматривали возможность блокады Тиранского пролива, ответом должна была стать оккупация Северного Синая и сектора Газы. Предполагалось, что в обмен на эти территории Египет снимет блокаду. Этот план был ориентирован на локальный конфликт. Однако сейчас, когда арабы были готовы к тотальной войне, план потерял всякий смысл. Генералы, командовавшие войсками на решающем (Южном) фронте высмеяли его, как "минималистский". Они предложили альтернативный план, более широкий и агрессивный. В сложившейся обстановке мог быть только один ответ: решительным и быстрым ударом "переломить хребет" египетской армии. Правительство не знало, что решить. Министры обвиняли во всем Рабина, и не без основания.
Отношения между Рабиным и Эшколем были натянутыми после операции в деревне Самуа (в горах Хеврона). Эшколь хотел маленькой операции, он получил настоящее сражение с иорданской армией, названное впоследствии "Однодневной войной". Доверие к Рабину было подорвано. Теперь Рабина атаковали за пассивность "его" генералы. Одновременно его атаковали и за активность. Министр внутренних дел Шапира сказал Рабину на заседании правительства 22 мая: "Как ты посмел? Бен-Гурион не посмел. Окапываться надо, окапываться. Война поставит под угрозу существование Израиля". Он имел в виду 1956 г., когда Бен-Гурион начал войну, только заручившись поддержкой Англии и Франции. Идея, возможно, была и неплоха, но, к сожалению, неосуществима: в 1967 г. Израиль был одинок не потому, что хотел этого, а потому что все покинули его на произвол судьбы.
В условиях угрозы существованию государства "узкое" правительства Эшколя было полным безумием. Единодушным было требованиеправительства национального единства, и Эшколь уступил желанию народа. Самым кардинальным изменением было присоединение ревизионистской партии Херут, которая до этого подвергалась принципиальному бойкоту. Но лично для Рабина важнее было присоединение партии РАФИ, которая некогда откололась от МАПАЙ. Список РАФИ возглавлял Бен-Гурион, в него входили также Моше Даян и Шимон Перес. Военный авторитет Даяна был неизмеримо выше, чем у Рабина, и он был известен как крайний активистВключение РАФИ в коалицию возвращало Даяна в верхушку военного руководства и могло привести к самым серьезным последствиям для Рабина (вплоть до увольнения). В конце концов, Даян вошел в правительство в качестве министра обороны.
Сам Бен-Гурион успел состариться, он жил воспоминаниями о свершенном. Как и Шапира, Бен-Гурион требовал пассивности и союза с "западными гарантами" по образцу 1956 г. 22 мая он сказал Рабину в частной беседе: "Так не действуют в напряженные моменты... Вы довели страну до тяжелейшего состояния... вы несете за это ответственность". Итак, Рабин оказался под перекрестным огнем "активных генералов" и "пассивных политиков", он не знал, на что решиться. 23 мая у Рабина сдали нервы. Это было большой удачей для Еврейского Государства: бездействуя, Рабин не мог мешать наступлению ЦАХАЛа.
Решение кризиса
Политические изменения при всей их важности не могли решить военных проблем нации; в лучшем случае они только создавали условия для военного решения. Ключевым моментом войны был превентивный удар по арабским аэродромам. На предварительных обсуждениях в генштабе Рабин пытался возражать против этого плана, но после 23 мая с его мнением не считались. 5 июня план ВВС был приведен в действие и обеспечил победу в войне.
По всем законам, слава должна была достаться Вайцману и Даяну. Но для этого пришлось бы рассказать правду. Партийно-политическая логика диктовала молчание: правда не могла бы ограничиться только авторством Вайцмана. Она коснулась бы всего комплекса военно-политического руководства и, наконец, самого Вайцмана, который участвовал в разработке и утверждении обанкротившихся концепций.
Уроки войны 1967 г. и не были изучены. Вместо этого были созданы мифы, которые поделили почести между членами клана. Так и Рабин попал в герои. Тем не менее, кое-кто знал и помнил реальный ход событий. В конце 1967 г. Вайцман в гневе бросил Рабину: "Ты только нарядился в плащ маккавеев, ты - самый большой блеф государства".
http://gazeta.rjews.net/Lib/Rabin/rabin2.html
b-graf
Принцепс сената
(реанимирую тему, и да, пусть и 1967 г. тут же будет)
Провокационная роль разведки КГБ СССР в развязывании войны 1967 г.
http://inosmi.ru/politic/20170615/239585147.html
Провокационная роль разведки КГБ СССР в развязывании войны 1967 г.
http://inosmi.ru/politic/20170615/239585147.html
Rzay
Дистрибьютор добра
50 лет началу войны Судного дня (она же "Война Рамадана", она же "Октябрьская"):
en.wikipedia.org
Yom Kippur War - Wikipedia
Rzay
Дистрибьютор добра
50 лет нефтяному кризису 1973 года, когда арабские страны в знак протеста против поддержки США Израиля в той войне ввели эмбарго на поставки нефти в страны запада:
ru.wikipedia.org
Нефтяной кризис 1973 года — Википедия
Вано
Пропретор
В итоге, как ни удивительно, выиграли все участники конфликта).50 лет нефтяному кризису 1973 года, когда арабские страны в знак протеста против поддержки США Израиля в той войне ввели эмбарго на поставки нефти в страны запада:
Нефтяной кризис 1973 года — Википедия
Арабские монархии сказочно разбогатели на сверхдоходах от нефти. Страны Запада (включая Израиль), наконец, озаботились ресурсосбережением и достигли немалых успехов. Экология тоже выиграла.
Но были исключения. Например, СССР вместо экономических реформ направил деньги на механическое увеличение военных расходов и поддержку нежизнеспособных "дружественных" режимов. Конец, увы, известен.
А не есть ли это всего лишь широко распространенный, нотвсе же миы. Иначе отчего "зеленая" повестка, продвигаемая в последние годы в странах Запада, не привела их к новому процветанию?
Вано
Пропретор
От того, что не очень выгодно, пока. Хотя есть и успехи.
А экономить горючее и металлы после их подорожания оказалось очень даже выгодно. А до подорожания - какой смысл экономить нефть (газ, уголь, чугун....), если они дёшевы?
А как связано с подорожанием нефти подорожание металлов?
Rzay
Дистрибьютор добра
Вано
Пропретор
У меня одногруппник (еврей) как раз проходил срочную в ВДВ в это время, потом рассказывал, как готовились...
Rzay
Дистрибьютор добра
50 лет назад, 18 января 1974 года в Женеве было подписано Соглашении о разъединении египетских и израильских сил:
Rzay
Дистрибьютор добра
50 лет назад, 17 марта 1974 года они это эмбарго сняли.
Rzay
Дистрибьютор добра
А 35 лет назад, 19 марта 1989 года Израиль вернул Египту последний оккупированный им египетский город - Таба на востоке Синайского полуострова (до этого были сомнения, правда ли он египетский):
https://en.wikipedia.org/wiki/Taba,_Egypt
https://en.wikipedia.org/wiki/Taba,_Egypt
Rzay
Дистрибьютор добра
45 лет назад в Вашингтоне между Египтом и Израилем был подписан мирный договор:
Мирный договор между Египтом и Израилем был подписан в Вашингтоне 26 марта 1979 года. Документ подписали Бегин и Садат в присутствии Картера в качестве свидетеля. В договоре, провозглашавшем стремление сторон покончить с состоянием войны и приверженность сформулированным в 1978 году «Принципам мира на Ближнем Востоке», другие арабские страны приглашались присоединиться к мирному процессу.
Разграничение Синайского полуострова согласно египетско-израильскому мирному договору 1979 года
Согласно договору, война между Египтом и Израилем заканчивалась, а Израиль обязался вывести все войска и гражданское население с Синайского полуострова за черту международной границы между Египтом и мандатной Палестиной, которая становилась и новой международной границей между Египтом и Израилем (без учёта статуса Сектора Газа). После первого этапа отвода войск к линии Эль-Ариш—Рас-Мохаммед (полный вывод войск и поселений должен был завершиться не позднее чем через три года) стороны должны были установить нормальные добрососедские отношения, включающие обоюдное признание суверенитета, территориальной целостности и политической независимости. Стороны обязались препятствовать ведению боевых действий друг против друга со своей территории, действие любых экономических бойкотов аннулировалось и устанавливались дипломатические, экономические и культурные связи в полном объёме.
Договор предусматривал размещение в заранее оговоренных зонах с обеих сторон границы миротворческих сил ООН и отказ от права требовать вывода этих сил. В соответствии с договором:
Израильские суда получали право свободного прохода через Суэцкий канал в соответствии с Константинопольской конвенцией 1888 года[en], а Тиранский пролив признавался международными водами, открытыми для прохода судов любой страны. Израиль получал право участвовать в торгах на право покупки египетской нефти наравне с другими странами, при этом США продлевали ранее заключённые с Израилем соглашения об обеспечении экстренных поставок нефти по рыночным ценам[3].
ru.wikipedia.org
Мирный договор между Египтом и Израилем был подписан в Вашингтоне 26 марта 1979 года. Документ подписали Бегин и Садат в присутствии Картера в качестве свидетеля. В договоре, провозглашавшем стремление сторон покончить с состоянием войны и приверженность сформулированным в 1978 году «Принципам мира на Ближнем Востоке», другие арабские страны приглашались присоединиться к мирному процессу.
Разграничение Синайского полуострова согласно египетско-израильскому мирному договору 1979 годаСогласно договору, война между Египтом и Израилем заканчивалась, а Израиль обязался вывести все войска и гражданское население с Синайского полуострова за черту международной границы между Египтом и мандатной Палестиной, которая становилась и новой международной границей между Египтом и Израилем (без учёта статуса Сектора Газа). После первого этапа отвода войск к линии Эль-Ариш—Рас-Мохаммед (полный вывод войск и поселений должен был завершиться не позднее чем через три года) стороны должны были установить нормальные добрососедские отношения, включающие обоюдное признание суверенитета, территориальной целостности и политической независимости. Стороны обязались препятствовать ведению боевых действий друг против друга со своей территории, действие любых экономических бойкотов аннулировалось и устанавливались дипломатические, экономические и культурные связи в полном объёме.
Договор предусматривал размещение в заранее оговоренных зонах с обеих сторон границы миротворческих сил ООН и отказ от права требовать вывода этих сил. В соответствии с договором:
- в западной «зоне А» Египет мог разместить пехотную механизированную дивизию численностью 22 тысячи солдат;
- в «зоне В» Египту разрешалось держать до четырех батальонов для поддержки гражданской полиции;
- «зона С» предназначалась только для миротворческих сил ООН и полиции. Международные силы и наблюдатели состоят из трех батальонов пехоты и нескольких батальонов поддержки, включая подразделение, патрулирующее берег, и подразделение авиации на двух основных базах и 30 мелких. В зоне С разрешалось присутствие легковооружённых сил египетской гражданской полиции и гражданской береговой охраны[1] ;
- в «зоне D» Израиль имел право держать четыре батальона пехоты.
Израильские суда получали право свободного прохода через Суэцкий канал в соответствии с Константинопольской конвенцией 1888 года[en], а Тиранский пролив признавался международными водами, открытыми для прохода судов любой страны. Израиль получал право участвовать в торгах на право покупки египетской нефти наравне с другими странами, при этом США продлевали ранее заключённые с Израилем соглашения об обеспечении экстренных поставок нефти по рыночным ценам[3].
Египетско-израильский мирный договор — Википедия
Rzay
Дистрибьютор добра
50 лет назад опубликован доклад "комиссии Аграната" по расследованию обстоятельств той войны, повлекший отставку правительства Голды Меир:
en.wikipedia.org
Agranat Commission - Wikipedia
Rzay
Дистрибьютор добра
50 лет назад было подписано Женевское соглашение о размежевании между Израилем и Сирией, ту войну завершившее:
en.wikipedia.org
Agreement on Disengagement between Israel and Syria - Wikipedia
Rzay
Дистрибьютор добра
50 лет назад по результатам тех событий Голду Меир на посту премьер-министра Израиля сменил Ицхак Рабин, а Моше Даяна на посту министра обороны - Шимон Перес.
en.wikipedia.org
Golda Meir - Wikipedia
Rzay
Дистрибьютор добра
55 лет назад израильские агенты угнали из французского порта Шербур пять предназначавшихся им, но попавшим под эмбарго ракетных катеров:
en.wikipedia.org
Cherbourg Project - Wikipedia
Rzay
Дистрибьютор добра
Ну и, как мы помним, в начале декабря Нетаньяху это соглашение похерил.