Летом 1608 года положение
Василия Шуйского стало критическим — Москва была осаждена тушинцами, и 10 августа царь сам отправил письмо шведскому королю с просьбой военной помощи. Для ведения переговоров и сбора войск в
Новгород был послан
М. В. Скопин-Шуйский. С шведской стороны для предварительных переговоров в Новгород отправился офицер главнокомандующего в
Прибалтике Ф. И. Мансфельда Монс Мортенссон. К концу ноября они договорились о посылке шведского вспомогательного
корпуса в Россию в 5 тысяч человек и о выплате наёмникам московским правительством крупного жалования. Вести о готовящемся прибытии традиционного врага,
шведов, вызвали недовольство жителей пограничных городов, один за другим они перешли на сторону Лжедмитрия II: сначала
Псков, затем Корела и
Орешек.
В начале февраля 1609 года в Выборге, в Круглой башне
Выборгской крепости начались переговоры об условиях договора. Короля Швеции в переговорах представляли среди прочих член Государственного совета (риксрода) Ёран Бое и областной судья Карелии, комендант Выборга Арвид Тённессон Вильдман. С русской стороны были двое
послов —
стольник Семён Васильевич Головин,
шурин М. В. Скопина-Шуйского, и
дьяк Сыдавный Васильевич Зиновьев. По основному вопросу решено было остановиться на условиях, принятых в Новгороде, но шведские послы возразили: "Но чего надо ждать в качестве вознаграждения? Солдатам должно быть уплачено жалованье согласно договору с Мансфельдом, а что же получит король за свою услугу и за посылку стольких тысяч наёмных воинов?"
[2]
После этого всем членам русского посольства послы предложили выйти из помещения, а с шведских представителей взяли клятву хранить дальнейшие переговоры в тайне. В результате был подписан секретный протокол к договору, по которому Швеции в вечное владение уступалась крепость Корела с уездом
[3][4]. Географическое положение Корелы невыгодно для обороны, и правительству Шуйского было ясно, что «если не пойти на добровольную уступку, шведы вооруженным путём отнимут эту территорию»
[1]; более того, в это время Корела фактически Шуйскому не принадлежала. Тем не менее, секретность дополнительных переговоров была вызвана боязнью того, что добровольная уступка территории государства ещё более усилит недовольство царём в стране.