Цусимское сражение

Rzay

Дистрибьютор добра
120 лет назад, 2 (15) октября 1904 года эскадра Рожественского двинулась в свою одиссею:

Вторая Тихоокеанская эскадра покинула последний русский порт на Балтике, Либаву, 2 октября 1904 года. Её основную силу составляли два броненосных отряда. В первый (командир контр-адмирал З. П. Рожественский) вошли четыре новейших однотипных броненосца «Князь Суворов» (флаг), «Император Александр III», «Бородино» и «Орёл». Второй отряд (контр-адмирал Д. Г. Фелькерзам) составили недавно построенный, но довольно слабый, а главное, недостаточно защищённый по сравнению с другими русскими эскадренными броненосцами броненосец «Ослябя» (флаг), два устаревших корабля — «Сисой Великий» и «Наварин», и старый броненосный крейсер «Адмирал Нахимов». Крейсерские силы эскадры (контр-адмирал О. А. Энквист) включали старый броненосный крейсер «Дмитрий Донской», бронепалубные крейсера 1-го ранга «Олег», «Аврора» и «Светлана»; 2-го ранга «Жемчуг» и «Изумруд», безбронный крейсер-яхту «Алмаз» и вспомогательный крейсер «Урал»; позже к ним присоединились ещё несколько вспомогательных крейсеров. В первоначальный состав эскадры входили также миноносцы «Буйный», «Бедовый», «Бравый», «Быстрый», «Блестящий», «Безупречный», «Бодрый», «Грозный», «Громкий», «Прозорливый», «Пронзительный» и «Резвый», плавучая мастерская «Камчатка», буксирный пароход «Русь» (бывший «Роланд»), несколько транспортов и госпитальное судно «Орёл». По Балтике эскадру сопровождал ледокол «Ермак». Из-за неготовности часть кораблей эскадры (крейсера: «Олег», «Изумруд», «Урал» и миноносцы: «Грозный», «Громкий», «Пронзительный», «Резвый») оставалась некоторое время на Балтике. Позже эти корабли образовали «отряд догоняющих судов» под командованием командира «Олега» капитана 1-го ранга Л. Ф. Добротворского.
К моменту выхода эскадры было уже очевидно, что дни Первой Тихоокеанской эскадры сочтены: с 18 сентября японцы начали обстрел Порт-Артура и его гавани из 280-мм осадных орудий. Столь же очевидно было, что её сил для самостоятельного разгрома японского флота, насчитывавшего четыре достаточно современных для того времени броненосца и восемь броненосных крейсеров, не считая большого числа менее мощных кораблей, недостаточно. Тем не менее, никаких мер по дополнительному усилению эскадры за счёт срочной достройки броненосца «Слава» и окончания модернизации броненосца «Александр II», а также подготовки к плаванию ещё остающихся на Балтике более старых кораблей в то время не предпринималось.

Германского военно-морского агента поразило обилие дерева в отделке верхних рубок, адмиральского помещения, кают-компании и офицерских кают.

На германских кораблях допускается только металлическая мебель, а в военное время ковры, занавески, шторы и мягкие кресла в кают-компании, гостиных и офицерских помещениях вообще запрещены. За такое состояние, в каком находились шедшие на войну русские броненосцы, в германском флоте командиры кораблей были бы отданы под суд[2].

 
Последнее редактирование:

Rzay

Дистрибьютор добра
В Манчжурии тем временем завершилась битва на реке Шахэ:

Сражение на реке Шахе (Шахэ), также Шахэйское сражение — крупное сражение Русско-японской войны.
Бои шли с 5 по 17 октября (по новому стилю) 1904 года. Ни наступление русской армии, ни предпринятое позже контрнаступление японской армии не достигли успехов.
... 5(18) октября, понеся большие потери (русские — 40 тысяч человек, японцы — до 20 тысяч), обе стороны приостановили атаки и приступили к укреплению занимаемых позиций. Установился 60-километровый позиционный фронт, что было новым явлением в военном искусстве.
Атаковавшие русские потеряли убитыми и ранеными в сражении на реке Шахэ 40 тысяч солдат, преимущественно оборонявшиеся японцы — 26 тысяч. Сражение окончилось, по сути, ничьей, однако в стратегическом смысле она могла считаться крупным успехом японцев: они отразили последнюю попытку Куропаткина спасти Порт-Артур.

 

Rzay

Дистрибьютор добра
120 лет назад, 2 (15) октября 1904 года эскадра Рожественского двинулась в свою одиссею
120 лет назад, проплывая мимо Британских островов, она вляпалась в инцидент на Доггер-банке (он же Гулльский инцидент) - пострадали британские рыбаки и крейсер "Аврора":

20 октября отряд крейсеров контр-адмирала О. А. Энквиста вошёл в густой туман, из соображений безопасности заставивший уменьшить скорость до 6 узлов. Кроме этого, на транспорте «Камчатка» случилось повреждение в механизмах, вынудившее судно идти под одной машиной 5-узловой скоростью, вследствие чего транспорт сильно отстал от крейсеров «Дмитрий Донской» (флаг начальника отряда) и «Аврора».
К вечеру следующих суток крейсера оказались на левом траверзе кораблей отряда вице-адмирала Рожественского, шедших в строю кильватера курсом зюйд-вест скоростью 7 узлов. Колонну броненосцев (флагманский «Князь Суворов», «Император Александр III», «Бородино» и «Орёл») замыкал транспорт «Анадырь» Около 20:00 часов вечера с транспорта «Камчатка» стали поступать запросы по радио с требованиями указать местоположение эскадры. Вице-адмирал Рожественский, уже предупреждённый русским посольством в Копенгагене о подозрительных миноносцах, находящихся в Северном море, приказал «Камчатке» держаться Доггер-банки и отправил все свои миноносцы во французский порт Брест. Сразу после этого была передана радиограмма с «Камчатки»: «Атакована неизвестными миноносцами… веду огонь!»

«Камчатка» двигалась к этому времени далеко позади своего отряда и оказалась в окружении четырёх миноносцев. На запрос дать позывные они дали точные позывные русской эскадры вчерашнего дня[прояснить]. Около полуночи транспорт открыл огонь по неизвестным целям. Стрельба велась около 30 мин. с перерывами. Всего с «Камчатки» было выпущено 300 штук 47-мм снарядов. В 00 час. 45 мин. донесение «Камчатки» об атаке «со всех сторон миноносцами» приняли на броненосце «Князь Суворов». Согласно расчётам вице-адмирала Рожественского, «нападающие миноносцы, о присутствии которых ему было справедливо или несправедливо сообщено, должны были находиться милях в 50 позади командуемого им отряда и, стало быть, могли его настигнуть около часа пополуночи»[прояснить].

Около полуночи по отряду броненосцев был передан сигнал: «Удвоить бдительность и ожидать атаки миноносцев». Броненосный отряд к 00 час. 55 мин. ночи вышел почти на самое ядро рыболовецкой флотилии. Британские свидетели позже показали, что «все эти суда несли обязательные огни и крейсировали сообразно обыкновенным правилам, под руководством главного начальника рыбаков, который передавал свои указания условными ракетами».

Как бы то ни было, офицеры на ходовом мостике «Князя Суворова» заметили по правому борту на расстоянии 18—20 кабельтовых подозрительное судно. На нём они не видели огней и оно направилось прямо на броненосец. Когда подозрительное судно было освещено прожектором, наблюдавшим показалось, что они заметили миноносец, шедший на «Суворов» полным ходом. На основании этих наблюдений адмирал Рожественский приказал открыть огонь.

Внезапно прямо по курсу «Князя Суворова» появилось судно, опознанное как рыбачье. Условным сигналом о прекращении стрельбы — направление луча прожектора вверх под углом 45° — и оповещением по отряду «не стрелять в рыбаков» адмирал пытался предотвратить расстрел случайного судна.

Но в этот момент с «Суворова» заметили, уже по левому борту, другое подозрительное судно. Огонь был тотчас же открыт по этой второй цели. Таким образом, стрельба велась орудиями обоих бортов. Остальные корабли отряда поддержали флагмана огнём.

На значительном удалении от первого отряда, в пределах видимости световых сигналов, как раз проходил эшелон адмирала Фелькерзама (2-й броненосный отряд). Заметив начавшиеся там интенсивные переговоры по световому телеграфу, многие в отряде приняли его за приближающуюся неприятельскую эскадру.

В это время крейсера «Дмитрий Донской» и «Аврора», находившиеся слева на расстоянии 15—20 кабельтовых, также открыли боевое освещение и начали стрелять в том же направлении, что и броненосцы. Их внезапное появление из темноты в непосредственной близости от броненосцев привело к тому, что их также первоначально приняли за вражеские корабли и открыли по ним кратковременный огонь из орудий, в том числе главного калибра.

Стрельбу броненосный отряд вёл в течение 10—20 мин.

Результаты инцидента: 2 рыбака убито, 6 ранено, одно судно пошло ко дну, 5 получили повреждения различной степени тяжести. В крейсер «Аврора» попало 5 снарядов, выпущенных русскими кораблями, которыми был смертельно ранен судовой иеромонах Анастасий Рукин (оторвало руку, в октябре 1904 года умер в госпитале Танжера) и легко — комендор. На корабле пробиты передняя дымовая труба, машинный кожух и надводный борт в трёх местах. На броненосце «Орёл» разорвало во время выстрела дульную часть 75-мм орудия. Кораблями сделано 500 выстрелов из орудий и 1800 из пулемётов.


По настоянию Великобритании для расследования обстоятельств происшествия была создана международная следственная комиссия, состоявшая из пяти адмиралов различных национальностей, «комиссаров». Это первый в истории опыт создания международной следственной комиссии для расследования военного инцидента.
Основные выводы комиссии были не в пользу России:
«большинство комиссаров… полагает, что ни среди рыбаков, ни вообще в этих местах не было никакого миноносца; в виду этого открытие адмиралом Рожественским огня не оправдывалось»;«продолжительность огня с правого борта… казалась большинству комиссаров большей, чем это было необходимо»;«большинство комиссаров сожалеют, что адмирал Рожественский при проходе через Па-де-Кале не озаботился известить власти соседних морских держав о том, что он был вынужден стрелять в рыбачьи суда неизвестной национальности и что последние нуждаются в помощи».
Тем не менее итоговый отчёт комиссии также гласил, что «суждения, сформулированные в сем рапорте, не бросают никакой тени на военные способности или на чувства человечности адмирала Рожественского и личного состава его эскадры». Эта фраза была включена в отчёт по настоянию российского представителя, угрожавшего в противном случае отказаться от подписания отчёта, что по согласованным всеми сторонами правилам проведения расследования могло бы поставить под сомнение легитимность последнего. Консенсусом западного общественного мнения, однако, явилось то, что Рожественский был признан комиссией «виновным со смягчающими обстоятельствами»[6]. Гулльские рыбаки запросили в качестве компенсации сумму в 110 тысяч фунтов стерлингов. Британское торговое ведомство уменьшило её до 65 тысяч. Эта сумма и была выплачена Россией[7].

 

Rzay

Дистрибьютор добра
Пикуль в тему:

— Будучи ранен, я попал в плен к японцам при Цусиме и был отправлен в госпиталь Нагасаки. Здесь же меня застало известие о подписании Портсмутского мира, после чего наши раненые офицеры стали общаться с офицерами японского флота, бывшими на излечении. Помню, в наш барак принесли командира японского миноносца, у которого колени и ступни разнесло так, будто их изнутри взорвало. В разговоре выяснилось, что он привел миноносец из Европы, схватив попутно острейший ревматизм. «Ваша гнилая осень, — сказал он мне, — намного хуже японской зимы. Я вышел в море как раз в октябре, и видите, что сделал со мной ваш хваленый европейский климат!» — «В октябре? — спросил я его, памятуя, что и наша эскадра отплыла в октябре. — Простите, а под каким же флагом вы шли через Суэц?» Командир японского миноносца засмеялся: «Конечно, не под японским, но не могу сказать под каким… это тайна! За вашей эскадрой стелился по волнам такой сильный дым, что мы шли за вами в этой адской туче дыма, насыщенной мелким горячим углем, отчего все переболели конъюнктивитом глаз, но зато вы, русские, вряд ли нас видели…» Тогда я поставил вопрос ребром: «Скажите, не ваши ли миноносцы попались нам в момент печального Гулльского инцидента?» Японец засмеялся и сказал, что я слишком любопытный молодой человек, но ответить на мой вопрос он не имеет права, ибо его связывает присяга императору. Вечером мы выпили с ним по чашечке сакэ: он задрал рукав халата и показал мне руку, вдоль которой — от локтя до запястья — тянулся длинный розовый шрам от скользящего осколка снаряда. «Я вам ничего не сказал… я вам только показал!» — проговорил японец. И тут я понял, кого мы обкладывали снарядами на Доггер-банке…

— Позвольте, — спросил я, — откуда же тогда в Северном море могли взяться японские миноносцы?

— Вопрос закономерен! — отвечал мне старый моряк. — Но по газетам известно, что миноносцы для флота микадо строились на британских верфях. Японские команды приняли их от англичан в самой же Англии, и, таким образом, миноносцы сразу же заняли позицию на курсах нашей эскадры. Не забывайте, что Англия тогда была самой горячей союзницей Японии и, конечно, пакостила нам, где только могла…


Короче, коварство англичан, как обычно, не знает границ...
 

Rzay

Дистрибьютор добра
120 лет назад Стессель капитулировал в Порт-Артуре:

20 декабря 1904 года (2 января 1905) генерал А. М. Стессель заявил о своём намерении вступить в переговоры о сдаче. Это было сделано вопреки мнению Военного совета крепости, который выступал за продолжение обороны. 23 декабря 1904 года (5 января 1905) была заключена капитуляция, согласно которой гарнизон в составе 23 000 человек, из которых боеспособных было порядка 10—11 тысяч человек, остальные больные и раненые, сдавался военнопленными со всеми запасами боевого снаряжения. Офицеры могли вернуться на родину, дав честное слово, что не будут участвовать в военных действиях. Но есть и несколько иные данные, показывающие деморализацию гарнизона и потерю управления в последние дни обороны крепости: перед капитуляцией на позициях находилось около 9 000 защитников. Но по сдаче крепости противник зарегистрировал в качестве пленных 23 000 военнослужащих рядового и командного состава, без учёта больных и раненых (то есть большая часть здоровых и боеспособных людей уклонялась от боевых задач)[9].
Как непосредственные участники обороны, так и её историки, не пришли к единому мнению, исчерпал ли гарнизон Порт-Артура к моменту капитуляции все средства обороны или имел возможность дальнейшего сопротивления; соответственно считать ли капитуляцию сдачей крепости или её падением[14].

 

Rzay

Дистрибьютор добра
100 лет назад умер генерал Куропаткин:

Скончался Алексей Николаевич Куропаткин 16 января 1925 г. в своем доме в селе Шешурино. Врач, лечивший его с 1911 по 1925 гг., свидетельствовал, что Алексей Николаевич с конца декабря 1924 г. был болен гриппом, его старое сердце не выдержало заболевания. Смерти он не боялся, до последнего часа сохранял ясную память и умер в полном сознании. Еще накануне он много говорил о Германии, о сохраняющейся с ее стороны угрозе России. Похоронили его по церковному обряду рядом с родителями в селе Наговье, в 3-х километрах от села Шешурино. Ученики Наговской сельскохозяйственной школы несли его гроб из дома до церкви. Во время отпевания было много народа. Могила сохранилась, в 1998 г. на ней, благодаря усилиям администрации Торопецкого района, работников Торопецкой центральной районной библиотеки, воинов местного гарнизона, установлен новый памятник. Первый памятник был поставлен благодарными учениками Наговской школы на их средства. На памятнике были выбиты слова, которые А. Н. Куропатки не уставал повторять ученикам: «Высокая честь любить землю и научно уметь трудится на ней». Благодаря его ученикам могила и сохранилась: они дали друг другу слово, что пока будут живы, они будут ухаживать за этой могилой. Имя Алексея Николаевича Куропаткина присвоено Шешуринской сельской библиотеке Торопецкого района.

 

Rzay

Дистрибьютор добра
120 лет назад в Манчжурии началось сражение при Сандепу:

В то время армии не вели активных военных действий в зимнее время. Атака русской армии для расположившихся зимовать японцев была неожиданной. В ночь с 11 января (24 января) 1905 на 12 января (25 января) 1905 в жестокий мороз 1-й Сибирский стрелковый корпус генерал-лейтенанта Г. К. Штакельберга неожиданной быстрой атакой захватил деревню Хуанлотоцзы на западном берегу реки Хуньхэ. К утру 1-й Сибирский корпус овладел всей линией реки и перешёл в наступление на Хейгоутай. К концу дня 12 января (25 января) 1905 1-й Сибирский стрелковый корпус занял Хейгоутай — опорный пункт на левом фланге армии Оку. Японцы, очевидно, мало верили в возможность наступления русской армии её правым крылом при полном бездействии всех остальных войск и в первый день наступления не смогли отразить атаку русских. Но падение Хейгоутая очень встревожило и генерал-лейтенанта Оку, и маршала Ояма, двинувших туда из резерва 8-ю пехотную дивизию. 1-й Сибирский корпус был вынужден перейти к обороне...
Русской армии не удалось разгромить японцев. Возмущённый Гриппенберг сложил с себя должность командующего 2-й армией и уехал в Петербург для доклада царю. Впоследствии сражение при Сандепу стало предметом спора в военно-научной литературе между Куропаткиным и Гриппенбергом.

 

Rzay

Дистрибьютор добра
А 120 лет назад завершилось Мукденское сражение - японцы заняли Мукден:

8 марта русские войска начали частичное отступление с целью перегруппировки своих сил. Однако 9 марта японская армия Куроки атаковала восточный фланг русских и прорвала его восточнее Мукдена, на реке Хуньхэ, у селения Киузань, и хлынула в прорыв, создавая угрозу перерезать в тылу русских войск Мандаринскую дорогу. В то время как части армии Линевича, никем не тревожимые, уже отходили от Фушана к Телину, две другие русские армии оказались в мешке в районе Мукдена. Начавшееся в ночь на 10 марта их отступление на север проходило в тяжелых условиях, по узкому коридору, охватываемому с двух сторон противником и обстреливаемому артиллерийским огнём. 10 марта японцы заняли Мукден.

Отступление русской армии после сражения под Мукденом.
«Одни части пробивались с боем, сохраняя порядок, другие, расстроенные, дезориентированные, — сновали по полю взад и вперед, натыкаясь на огонь японцев. Отдельные люди, то собираясь в группы, то вновь разбегаясь, беспомощно искали выхода из мертвой петли. Наши разъезды служили для многих маяком… А все поле, насколько видно было глазу, усеяно было мчавшимися в разных направлениях повозками обоза, лазаретными фургонами, лошадьми без всадников, брошенными ящиками и грудами развороченного валявшегося багажа, даже из обоза главнокомандующего… Первый раз за время войны я видел панику», — вспоминал Деникин.

Русская армия отошла к Телину, а затем отступила ещё дальше на север к подготовленным сыпингайским позициям (в 175 км к северу от Мукдена). Там она и оставалась до конца войны, пополняя силы и готовясь к переходу в новое наступление, которое так и не состоялось в связи с заключением мира. Потрясенные огромными потерями в Мукденской операции японцы прекратили всякие активные действия. Пополнять армию было некем и нечем. Ограниченные людские и материальные ресурсы Японии закончились. Фронт стабилизировался и достигал 200 км.
Хотя Мукденское сражение и закончилось победой японцев, но оно окончательно надломило наступательную мощь японской армии. По словам японского историка Окамото Сюмпэя, «это была крайне неуверенная победа, так как потери Японии достигли 72 008 человек». Маршал И. Ояма доносил в Токио, что его войска не имеют ни людей, ни боеприпасов, чтобы дальше противостоять могущественному противнику, силы которого увеличивались с каждым днем. Под Мукденом уже были сконцентрированы все сухопутные силы страны, её военная мощь была напряжена до предела. Даже японским генералам было вполне очевидно, что к ещё одному генеральному сражению Япония толком подготовиться уже не может. Начальник Генерального штаба маршал Ямагата Аритомо отмечал, что опасно продолжать войну с упорным противником, большая часть войск которого ещё находится дома, тогда как японцы «свои силы уже истощили».

28 марта 1905 г. (н. ст.) начальник штаба японской Маньчжурской армии генерал-лейтенант Кодама Гэнтаро был отправлен в Токио для того, чтобы доложить императору подробности Мукденского сражения. Но главной целью этой поездки было уговорить правительство начать поиски варианта мирного договора. Выступая перед министрами кабинета, гэнро и военными лидерами в императорской ставке, генерал Кодама сообщил, что дальнейшее продвижение японской армии невозможно. От имени маршала Ояма Кодама требовал, чтобы Япония ухватилась за возможность, которую предоставила победа, чтобы остановить войну.

По результатам сражения и сдачи Мукдена русский главнокомандующий Куропаткин был снят с должности и назначен, с понижением, командующим 1-й маньчжурской армией, а его место занял Николай Петрович Линевич, бывший командующий 1-й маньчжурской армией.

 

Rzay

Дистрибьютор добра
А ровно 50 лет спустя и 70 лет назад советские войска окончательно покинули Порт-Артур, Дальний и вообще Китай:

В январе 1955 года советские войска, дислоцированные в Даляне, направили правительству Китайской Народной Республики уведомление: «Передача объектов китайской армии начнется в начале марта текущего года и должна быть завершена к концу мая». 5 февраля Центральная военная комиссия официально приняла решение утвердить список Комитета зоны обороны Даляня и начала различные работы по приемке. 15 апреля был подписан официальный акт о передаче обороны Ляодунского полуострова . С 00:00 16 апреля Народно-освободительная армия Китая взяла на себя всю ответственность за оборону района Луда (Далянь). Утром 8 мая на площади Сталина в Даляне состоялся митинг, посвященный возвращению советских войск, в котором приняли участие более 110 000 человек. 27 мая около 120 тысяч советских военнослужащих были полностью эвакуированы . [ 8 ]


"Желтороссия" таким образом окончательно ушла в прошлое.
 

Rzay

Дистрибьютор добра
Ну и 120 лет назад началось Цусимское сражение
Ну и 120 лет назад оно бесславно для российского флота завершилось:

После ранения вице-адмирала Зиновия Петровича Рожественского, командующего 2-й эскадрой Тихого океана, и выхода из боя флагмана «Князь Суворов», Небогатов не сразу принял командование, т. к. считал, что контр-адмирал Дмитрий Густавович фон Фёлькерзам жив (именно он должен был принять командование эскадрой в случае ранения З. П. Рожественского). Фактически он так и не смог объединить под своим началом эскадру и продолжал командовать только своим отрядом (кроме того, в ходе боя он принял на себя командование флагманом вместо раненого капитана). Уже к вечеру миноносец «Буйный» со штабом на борту и сигналом «Адмирал на миноносце» догнал эскадру около 18:00 и поднял сигнал «Адмирал передаёт командование контр-адмиралу Небогатову», но на броненосце «Император Николай I» сигнал не разобрали, и в 18:05 тот же приказ был передан Небогатову голосом с миноносца «Безупречный» вместе с указанием следовать во Владивосток. В этой ситуации Небогатов принял решение о сдаче фактически единолично. В 10:53 15 (28) мая 1905 года сдал японцам эскадренные броненосцы «Император Николай I», «Орёл», броненосцы береговой обороны «Генерал-адмирал Апраксин» и «Адмирал Сенявин».


Из 38 участвовавших с русской стороны кораблей и судов затонули в результате боевого воздействия противника, затоплены или взорваны своими экипажами — 21 (7 броненосцев, 3 броненосных крейсера, 2 бронепалубных крейсера, 1 вспомогательный крейсер, 5 миноносцев, 3 транспорта), сдались в плен или были захвачены 7 (4 броненосца, 1 миноносец, 2 госпитальных судна), из них госпитальное судно «Кострома» было впоследствии отпущено. Интернированы в нейтральных портах до конца войны 6 кораблей (3 бронепалубных крейсера, 1 миноносец, 2 транспорта). Таким образом, для продолжения боевых действий могли быть использованы безбронный крейсер «Алмаз», миноносцы «Бравый» и «Грозный», большой транспорт «Анадырь».


(об интересной последующей судьбе прорвавшегося во Владивосток крейсера "Алмаз" вспомниал здесь).
 

Rzay

Дистрибьютор добра
А транспортное судно "Иртыш", экипаж которого после Цусимы тоже пытался идти во Владивосток, 120 лет назад затонул у побережья Хонсю, его экипаж был спасен рыбаками из японской деревни Ваки, чем японцы по сей день гордятся:


«День, когда пришел Иртыш»
Спасение экипажа корабля «Иртыш» японскими крестьянами во время Русско-японской войны 1904–1905 гг.
Это история о том, как даже во время войны желание помочь людям, попавшим в беду, побеждает страх и вражду.
Транспортный корабль "Иртыш", нагруженный торпедами и взрывчаткой пироксилином, шел в составе Второй Тихоокеанской эскадры ВМФ Российской империи под командованием адмирала Зиновия Рожественского во Владивосток. Поход начался в октябре 1904 года, а 14 мая 1905 года эскадра подошла к Цусимскому проливу, где ее уже ждал японский императорский флот под командованием адмирала Хэйхатиро Того. Там, между островом Цусима и побережьем Кюсю, состоялось одно из крупнейших морских сражений ХХ века. Исход его известен - из 38 судов русской эскадры лишь четырем удалось дойти до российских портов.
"Иртыш" стал одним из кораблей, которому было не суждено добраться до родины. Уже в первый день Цусимского сражения, 14 мая, корабль получил одну большую пробоину в носовой части и 19 маленьких по всему корпусу. На носовую пробоину был заведен пластырь, но это не особо помогло, транспорт получил крен 10 градусов. Экипаж понес большие потери - 14 человек были убиты, 35 ранены. Поскольку в бою от "Иртыша" с его восемью 57-миллиметровыми пушками особой пользы не было, капитан Константин Егормышев приказал отделиться от российской эскадры и взял курс на восток, чтобы попробовать тихим ходом дойти до Владивостока вдоль побережья Японии.

Но уже утром 15 мая стало понятно, что транспорт тонет, и до Владивостока ему не дойти даже по спокойному морю. Поэтому было решено идти к ближайшему берегу. Им оказалось побережья префектуры Симано на юго-западе самого большого японского острова Хонсю.

В 14:30 15 мая 1905 года "Иртыш" стал на якорь ввиду японского берега, и моряки спустили шлюпки, чтобы перевезти экипаж на берег.

С берега в это время за ними наблюдали рыбаки из маленькой деревни Ваки, которые давно разглядели Андреевский флаг на транспорте и пушки на его палубе, и теперь гадали, будут ли русские нападать. Женщин и детей из деревни спешно отправили в горы, а на берегу собрались мужчины из Ваки, вооруженные чем придется.

Они стояли на берегу и смотрели, как приближаются шлюпки с русскими моряками. Русские моряки тоже увидели японцев, готовых к обороне, и подняли на шлюпках белые флаги, чтобы показать свои мирные намерения.

Обстановка, вроде бы, немного разрядилась. Японские рыбаки поняли, что их не собираются захватывать. Тут как раз появился повод для японцев проявить добрую волю и гостеприимство. В тот день дул сильный западный ветер, и он не давал шлюпкам пристать к берегу, гоня их на отмель. Тогда местный житель Кидзима Ясудзиро кинулся в воду и стал показывать, как можно подойти к берегу. Примеру Кидзимы последовали и все местные жители. Они стали помогать русским морякам, среди которых было 13 с тяжелыми ранениями, выбраться на берег. На берегу жители Ваки развели костры, чтобы спасенные могли обогреться, принесли им еды. Русские моряки, растроганные теплым приемом со стороны жителей враждебного государства, старались отблагодарить чем могли и дарили рыбакам часы, водку, кусковой сахар.

К 17:00 15 мая всю команду (265 человек) перевезли на берег. После этого на "Иртыше" открыли кингстоны, и примерно в 22:00 15 мая 1905 года корабль был затоплен со всем грузом, не спустив флага.

Через какое-то время в Ваки прибыли представители японской администрации и полиция, и забрали русских моряков с собой. Раненых моряков отвезли на лодках, остальные пошли пешком. Местные жители провожали их, желая счастливого возвращения домой.

Пробыв какое-то время в лагерях для военнопленных, члены экипажа "Иртыша" вернулись на родину.

Может быть, эта история так и забылась бы, если бы не жители деревни Ваки. В скудной на события жизни рыбаков прибытие иностранного, да еще и под флагом враждебного государства, транспорта стало настоящим событием. Тем более что в то время иностранцы в Японии вообще были в диковинку. Не так давно закончилась двухсотлетняя изоляция страны, и "гайкокудзин", как называют в Японии иностранцев, были немногочисленны и жили в основном в районе Токио. И уж точно европейцев никогда не видели в Ваки.

Местные жители стали проводить ежегодный "Росиа мацури" - "Русский праздник", с песнями, танцами и деревенской ярмаркой. Для праздника специально пекли сладкие булки "анпанмаки", ставшие отличительной особенностью "Росиа-мацури". Из металлических балок, на которых были подвешены шлюпки на "Иртыше", сделали ворота на школьном футбольном поле. Правда, во время Второй Мировой их сдали на металлолом. После Второй Мировой праздник фактически не устраивался, однако затем, по мере восстановления отношений между Москвой и Токио, возобновился. В 2005 году в городе Гоцу недалеко от деревни Ваки провели торжественные мероприятия в честь столетней годовщины со дня спасения моряков "Иртыша", где присутствовал и представитель посольства РФ. С тех пор эта история постепенно становится известной широкому читателю. Недавно в Японии вышла детская книга "Сюда, сюда! День, когда пришел "Иртыш".

Кроме того, в деревне Ваки силами местных жителей было создано что-то вроде музея "Иртыша". В нем собраны сигнальные вымпелы и лампы, белая матросская роба, шинель, две винтовки Мосина, каска, несколько артиллерийских снарядов и даже горшок с остатками свиного жира - видимо, им мазали кого-то из раненых.

 
Последнее редактирование:

Rzay

Дистрибьютор добра
120 лет назад победоносная Япония запросила у американского президента Теодора Рузвельта посредничества:


 

Rzay

Дистрибьютор добра
120 лет назад крейсера "Аврора", "Олег" и "Жемчуг" во главе с адмиралом Энквистом пришли в Манилу:

В свою первую кампанию свежепостроенная «Аврора» отправилась в 1902 году, а через два года уже стала участницей Русско-японской войны. На долю крейсера выпало участие в долгом переходе Второй Дальневосточной эскадры с Балтики на Дальний Восток и в печально знаменитом Цусимском сражении. Кстати, в Цусимском проливе «Аврора» была единственной из трех крейсеров типа «Диана»: два других корабля оставались в осажденном Порт-Артуре. Крейсер входил в состав крейсерского отряда под командованием контр-адмирала Оскара Энквиста и вместе с другими кораблями этой группы после завершения сражения ушел в сторону Манилы. В конечном итоге именно на борту «Авроры» в этот порт прибыл командир отряда контр-адмирал Энквист: ему пришлось перейти на крейсер, поскольку его командир капитан 1-го ранга Евгений Егорьев погиб, а принявший командование старший помощник Аркадий Небольсин был трижды ранен.


где были интернированы американскими властями:

Первая встреча с адмиралом Трэном обнадёжила Энквиста, но 24 мая Трэну из Вашингтона поступила инструкция, согласно которой русский отряд должен был либо разоружиться, либо покинуть порт в течение 24 часов. Вопрос разрешился телеграммой из Петербурга, полученной на следующий день: «Ввиду необходимости исправить повреждения, разрешаю вам дать обязательство американскому правительству не участвовать в военных действиях. Николай»[128][135].
26 мая с команды крейсеров была взята подписка о неучастии в военных действиях, а 27 мая 1905 года война для экипажей судов отряда закончилась. В местный арсенал (форт Кавите) были сданы замки орудий и детали машин, чтобы исключить выход кораблей из бухты. Последнее было проведено несмотря на протест адмирала Энквиста, говорившего о частых тайфунах в Маниле, при которых необходимо удерживать корабли с помощью машин[135]. Флаги и вымпелы кораблей не спускали; офицеры дали письменное обязательство не покидать Манилу[128].

 

Rzay

Дистрибьютор добра
120 лет назад Николай II принял предложение президента Рузвельта, о чём тогдашний российский министр иностранных дел Ламздорф в тот же день телеграфировал российскому послу в США с астрономической фамилией Кассини:

УТВЕРЖДЕННЫЙ ПРОЕКТ ТЕЛЕГРАММЫ В.Н. ЛАМЗДОРФА А.П. КАССИНИ О СОГЛАСИИ ИМПЕРАТОРА НИКОЛАЯ II НА
ПРЕДЛОЖЕНИЕ ПРЕЗИДЕНТА Т. РУЗВЕЛЬТА*

Царское Село, 28мая/10июня 1905 г.
Секретно
Сообщается действительному тайному советнику Нелидову в Париж
Ссылаюсь на телеграмму от 24 мая**.
На аудиенции у государя императора американский посол доложил приблизительно нижеследующее.
Исходя из убеждения в невозможности для России продолжать настоящую
тяжелую войну с надеждою на успех, президент Рузвельт, движимый
исключительно чувствами дружбы к России, которая в случае дальнейшего
упорства рискует потерять свои владения в Восточной Азии,
ходатайствует о согласии государя императора на столь желательное
свидание русских и японских уполномоченных в целях обсуждения вопроса
о заключении мира. При этом президент полагает, что было бы
предпочтительнее, чтобы уполномоченные России и Японии вступили
непосредственно в объяснения без всякого участия в деле посторонней
державы.

Если Россия примет это предложение, то президент обязуется добиться
согласия на оное японского правительства, выставляя на вид исключительно
собственный почин в деле, не упоминая о согласии России, которое он будет
держать в строгой тайне.

По получении благоприятных ответов от обеих держав президент уже официально
обратится к России и Японии с предложением назначить для обсуждения
условий мира делегатов, которые затем и могли бы съехаться в какомлибо
пункте между Харбином и Мукденом.
Государю императору благоугодно было принять по существу*** предложение
Рузвельта.
Ныне американский посол известил, что со своей стороны и Япония выразила
согласие на то же предложение.

Ввиду чего ныне президент обращается официально к императорскому и
японскому правительствам с тождественным сообщением по сему предмету,
предупреждая, что, как только оно ими будет получено, в Вашингтоне последует
опубликование текста оного.

По высочайшему повелению можете сообщить президенту, что императорское
правительство, приняв сделанное им предложение, не видит
особых препятствий к обнародованию проектированного Рузвельтом сообщения,
хотя таковая публикация вовсе не вызывается обстоятельствами.


Что же касается свидания уполномоченных обеих держав, то, по мнению

императорского правительства, наиболее соответственным для сего местом

был бы Париж; причем в случае согласия на это Японии со стороны России
ведение переговоров возложено было бы на действительного] т[айного]
советника] Нелидова.

Между Харбином и Мукденом могло бы состояться лишь свидание военных
делегатов для определения условий перемирия, но никак не установление
основ мирного договора.

На подлинном рукой Николая II написано: «Согласен». Царское Село. 28 мая
1905 г.

 

Rzay

Дистрибьютор добра
А за 2 года до этого в Японии было опубликовано "Мнение семи профессоров" о том, что с русскими надо построже:

«Мнение семи профессоров» — документ от 10 июня 1903 года ( 36-й год Мэйдзи ), представленный тогдашнему премьер-министру Кацуре Таро, министру иностранных дел Комуре Дзютаро и другим , как раз перед началом русско-японской войны .
Ее написали семь человек: профессора Токийского императорского университета Томидзу Хирото , Томии Масааки , Онодзука Кихэй , Такахаси Сакуэй , Канаи Нобу и Терао Тору , а также профессор Гакусюин Накамура Синго . [ примечание 1 ] Часть статьи была опубликована в Tokyo Nichi Nichi Shimbun 11 июня , а полный текст был опубликован на странице 4 Tokyo Asahi Shimbun 24 июня. В статье осуждалась дипломатия кабинета Кацуры как слабая, утверждалось, что «оборона Японии окажется под угрозой, если мы потеряем Маньчжурию и Корею », содержался призыв к полному выводу российских войск из Маньчжурии и настоятельно предлагалось выбрать жесткую военную линию против России .
Эта статья с изложением мнений соответствовала общественному мнению , которое выступало за войну , и вызвала большой резонанс, однако Ито Хиробуми отнесся к ней холодно, заявив: «Мы консультируемся не о проницательности наших учителей, а о количестве пушек».

 

Rzay

Дистрибьютор добра
120 лет назад, 7 июля 1905 года на побережье залива Анива на юге Сахалина высадились японские войска, приступившие к завоеванию острова:

Поскольку японское руководство не желало занимать Карафуто, заместитель начальника штаба Нагаока Тонофуми обратился за содействием к генералу Кодаме Гэнтаро , начальнику штаба Маньчжурской армии , и 14 июня 1905 года Кодама отправил телеграмму, в которой рекомендовал занять Карафуто, чтобы продвинуть мирные переговоры в выгодном ключе. 15 июня вопрос об операции Карафуто был решен на встрече правительства и Верховного командования, а 17 июня было получено одобрение императора Мэйдзи , и недавно созданной Независимой 13-й дивизии было приказано развернуться.
Сахалинский экспедиционный корпус, состоящий из двух бригад, сопровождался Северным экспедиционным флотом, состоящим из 3-го и 4-го флотов Объединенного флота , который был вновь организован после Цусимского сражения , и 7 июля вторгся на побережье залива Ания на юге Сахалина ( высадившись в месте, которое позже станет Мерей, деревня Синкай , уезд Отомари ). В то время русские военные на юге Сахалина имели лишь небольшое количество солдат, около 1200 человек, поэтому они решили перейти к партизанской войне и организовали пять партизанских отрядов. Обладая превосходящей военной силой, японская армия заняла Корсаков (японское название: Отомари ) 8-го и Владимировку (японское название: город Тоёхара - район станции Кита Тоёхара , нынешнее русское название: Южно-Сахалинск ) 10-го. 12-го числа японская армия разгромила основные силы русских в лесу у деревни Даринеэ (японское название: Нисикубо , город Тоёхара) к западу от Владимировки , взяв 200 пленных
24 июля японские войска высадились около Александрова (японское название: Очиси) на Северном Сахалине. На Северном Сахалине находилось более 5000 солдат под командованием генерал-лейтенанта Михаила Николаевича Ляпунова , но русские оказали незначительное сопротивление и отступили в глубь острова, а японцы заняли Александров тем же вечером. 29 июля император Мэйдзи издал императорский рескрипт главнокомандующему Северным экспедиционным флотом Ситиро Катаока , восхваляя его за завершение высадки на Сахалине и закладывание основы для его оккупации . [ 7 ] Получив совет сдаться, генерал-лейтенант Ляпунов сдался 31 июля. [ 1 ]

 

Rzay

Дистрибьютор добра
120 лет назад, 7 июля 1905 года на побережье залива Анива на юге Сахалина высадились японские войска, приступившие к завоеванию острова
120 лет назад российские войска на Сахалине капитулировали:

24 июля японские войска высадились около Александрова (японское название: Отииси) на Северном Сахалине. Там находился русский военачальник генерал-лейтенант Михаил Николаевич Ляпунов и более 5000 солдат. Русские оказали незначительное сопротивление, но отступили в глубь острова, и японцы заняли Александров к вечеру того же дня. 29 июля император Мэйдзи издал императорский рескрипт главнокомандующему Северным экспедиционным флотом Ситиро Катаока, в котором он был отмечен за успешную высадку на Сахалине и закладку основы для его оккупации . [ 7 ] После рекомендации сдаться генерал-лейтенант Ляпунов сдался 31 июля. [ 1 ]

 

Rzay

Дистрибьютор добра
120 лет назад, 10 (23) августа 1905 года Николай II согласился южную часть Сахалина японцам уступить:

Президент Рузвельт решил добиться соглашения. Он придумал компромисс: пусть Япония возьмет себе южную половину Сахалина, а Россия уплатит ей значительную сумму за возвращение северной части. Таким образом, Япония получит то, что ей нужно, а самолюбие России будет спасено.
10 августа, американский посол Мейер снова явился к Государю и в двухчасовой беседе убеждал Его принять это предложение. Государь сказал, что Россия контрибуции ни в какой форме платить не будет. Россия — не побежденная нация; она не находится в положении Франции 1870 года; если понадобится, Он сам отправится на фронт. На доводы о возможности новых утрат, Государь ответил: «А почему же японцы столько месяцев на атакуют нашу армию?» Мейер указывал, что южная часть Сахалина была в русских руках всего тридцать лет, что Россия без флота все равно не имеет шансов вернуть остров. Государь ответил, что в виде крайней уступки Он готов согласиться на отдачу южной части Сахалина, но японцы должны обязаться не укреплять ее, а северную половину вернуть без всякого вознаграждения.
Этой уступкой Государь хотел показать свою готовность пойти навстречу американскому президенту; Он в то же время имел подробные сведения о трудном финансовом положении Японии, и по-видимому был уварен, что японцы никак не могут отказаться от контрибуции.

То же считали и американцы. Рузвельт послал новую телеграмму Мейеру, предлагая ему указать Государю, что Россия рискует потерять Владивосток и всю Восточную Сибирь; он обратился (14 августа) с телеграммой к Императору Вильгельму, прося его повлиять на Государя. Витте тоже считал, что следует согласиться на предложения Рузвельта и даже в разговоре с двумя видными журналистами (13 августа), предположительно указал, что Россия может заплатить 200—300 миллионов долларом за возвращение Северного Сахалина; на следующий день он поспешил опровергнуть эту беседу: Государь оставался непреклонен.


Что-то напоминает...
 
Верх