... Сюжет теряет героев пачками — уехавший на Дальний восток муж, пропавший в небытие вагон с ранеными, проносящиеся мимо блаженные цари с иконами и временщики-вредители с лицом вечного Завулона Вержбицкого, заброшенная в Париж жена, не говоря уже о совсем ненужных персонажах, доводящих эклектику до немыслимого градуса — заколотый штыками адмирал в действительности был убит не так и не там, после чего смонтированная «встык» история разоружения обвинённых в контрреволюции офицеров Черноморского флота смотрится и вовсе нелепо и нелогично. Хотя она-то как раз происходила в действительности.
Как Колчак из Америки попал в Сибирь? Как там оказалась Анна? А не было ли у неё детей от законного мужа? Работала ли она в действительности медсестрой в госпитале? Они с Колчаком всё-таки обвенчались и были ли их отношения такими уж платоническими, как то показано в фильме? Ни малейшего намёка на ответ, одна надежда на сериал, в котором возможностей будет больше, а также возникнет няня в исполнении Барбары Брыльски.
Проблема тут и в том, что, не оставив в театральной версии ни следа полярных экспедиций и русско-японской войны, до телеграфного стиля сократив историю возвышения и падения Верховного правителя, авторы уделили и без того в предельно ужатом хронометраже чудовищно много внимания Анне Тимирёвой, зачем-то сделав её главной героиней вместо персонажа Хабенского.
Все эпизоды, кроме, собственно, войны, мы видим через призму её незамутнённого восприятия, и поневоле слишком внимательно начинаем приглядываться к этому серому, в общем-то персонажу, на который приходится два-три письма и пара диалогов (это за все 50 минут, что она в кадре!), причём стоит героине пересечься взглядами то со своим мужем, то с Софьей Колчак, как тут же становится понятно, насколько, например, та же Анна Ковальчук переигрывает Елизавету Боярскую.
А раз играть в этом плане нечего и нечем, то начинаются творческие изыскания, выливающиеся в итоге в то, что вынесено в заглавие статьи. Начинается «Титаник» — который состоит отнюдь не в ловком цитировании «эпизодов с Бондарчуком», который умудрился сыграть своего собственного отца, он заключается в напрочь скопированной стилистике, от которой теперь стоит ждать сюрпризов при попытках продать фильм на Запад.