В строевом уставе кавалерии Красной армии из 248 страниц приемам рубки и укола отводится всего четыре, вдвое меньше, чем приемам отдания шашкой чести. Буденновцам полагалось всего три удара (направо, вниз направо и вниз налево) и четыре укола (вполоборота направо, вполоборота налево, вниз направо и вниз налево).
Для нанесения ударов, уколов и отбивов (защиты) всадник должен был встать на стремена и перенести упор на колени. Рубить конного противника можно было только одним приемом по команде «Направо – РУБИ!». За 8–10 шагов до противника кисть правой руки с шашкой отводилась к левому плечу, после чего быстрым движением руки с одновременным поворотом корпуса в сторону удара следовало нанести удар на высоте плеча слева направо. Для внесения армейского порядка, чтобы удар выполнялся однообразно, всех левшей переучивали на правую руку, и не только в Русской и Красной армиях.
Два остальных удара (вниз направо и вниз налево) предназначались для поражения пешего противника. Для этого надо было за 8–10 шагов до пехотинца подать корпус вправо (влево) вперед и одновременно вынести руку с шашкой вверх выше головы, после чего нанести сильный удар, описав шашкой круг.
Для нанесения укола необходимо было вытянуть правую руку с шашкой в направлении противника, повернув руку в кисти несколько влево; лезвие клинка должно быть обращено вправо вверх, а острие – в точку укола. После нанесения укола движением руки вниз требовалось освободить клинок.
Аналогичные уставы были во всех европейский армиях, ими же руководствовались и кинематографисты – во всех фильмах кавалерийская лава скачет, размахивая шашками как раз для выполнения удара «Вниз направо – РУБИ!», в том числе и Чапаев. Но реальная встреча конных лав не имела ничего общего с кинематографической рубкой. Воины первой шеренги лавы были практически смертниками, говорит Мухтарбек, и погибали со страшными ранами. Если же учесть, что уставы рекомендовали атаковать конницу неприятеля в двухшереножном строю, понятно, что жизнь кавалериста в лучшем случае ограничивалась двумя атаками.
Секреты мастерства
Все сказанное выше имеет отношение только к бойцам-срочникам, которых за несколько лет службы в армии удавалось разве что научить держаться в седле да сносно выполнять пару-тройку уставных ударов. Для них предназначались шашки из дешевой стали, рассчитанные на несколько удачных ударов, с эфесами, позволяющими защитить кисть руки, но не дававшими не то что перебросить клинок из руки в руку, но и выполнить элементарные приемы фехтования. Не этих кавалеристов как огня боялась вся Европа...
...Я обращаю внимание, что при выполнении классического упражнения казаков «рубка лозы» клинок Мухтарбека чаще идет снизу вверх, а не сверху вниз, как всегда показывают в кино. Оказывается, фирменные удары казаков и кавказцев как раз и наносились снизу вверх, например в локоть атакующего противника. Этому способствовало и особое устройство сбруи казацких коней: например, стремена были связаны ремнем под корпусом лошади, позволяя всаднику свешиваться вбок чуть ли не до земли.
Мухтарбек демонстрирует практическое применения этого фокуса. Дело в том, что при приближении конной лавы пехотинцу предписывалось двумя руками поднимать над головой винтовку, защищаясь от уставного удара сверху. Казак симулировал начало такого удара, потом резко свешивался с коня и сильным ударом шашки снизу буквально разваливал солдата на две части. Мне кажется, одного этого приема достаточно, чтобы бояться казаков как чумы.
Тихий Дон
«Я искал материалы по искусству наших предков в разных библиотеках, в том числе и за границей, – делится с нами Мухтарбек, – тщетно». Так что почти единственным источником, более-менее правдиво описывающим искусство владения клинком, как ни странно, остается ‘Тихий Дон’ Шолохова» что первым подметил Игорь Минаев в статье «Оружие Тихого Дона».
Шолохов пишет о шашке как об одушевленном существе: она у него «взвизгивает», «со свистом рассекает струю встречного ветра», издает «режущий посвист». «Кружа над головой мерцающую, взвизгивающую шашку, Прокофий сбежал с крыльца» – подобных эпизодов в романе немало. Круговое вращение шашки рукой, согнутой в локте, считалось одним из важнейших упражнений рубки, делающих кисть сильной и подвижной. Кстати, более-менее сносно можно крутить только кавказские и казачьи шашки без эфеса. Строевая солдатская шашка для этого тяжела, к тому же эфес делает это упражнение почти невозможным.
Свист шашки при движении клинка – важнейший показатель скорости, ведь именно от скорости в первую очередь зависит сила удара. Чем выше скорость, тем тоньше свист. Так что «визг» и «свист» шашки – абсолютно точная характеристика правильно выполненного приема рубки.
Есть в романе одно замечательное место, где описывается обычное для казаков владение шашкой обеими руками: «Он вел коня на выбранного противника, как и обычно все, заходя слева, чтобы правой рубить; так же норовил и тот, который должен был сшибиться с Григорием. И вот, когда до противника оставался какой-нибудь десяток саженей и тот уже свешивался набок, занося шашку, Григорий крутым, но мягким поворотом заходил справа, перебрасывал шашку в левую руку. Обескураженный противник меняет положение, ему неудобно рубить справа налево, через голову лошади, он теряет уверенность, смерть дышит ему в лицо… Григорий рушит страшный по силе удар с потягом». Кстати, реальный прототип Григория Мелехова, казак станицы Вешенской Харлампий Ермаков, был отчаянным рубакой, владевшим шашкой в совершенстве обеими руками. Конем управлял одними шенкелями, врезаясь в ряды врагов с двумя шашками в каждой руке, орудуя ими справа и слева.
)
, что ж было по-старинке за ЦАРЯ орать????
