А разве в, так сказать, первоисточнике по-другому было?Да и "производное" Нади тоже та еще личность - бросает своего жениха (как вы понимаете "производное" Ипполита)
Во-первых, мотив другой - внезапно нахлынувшие чувства к московскому алкоголику. А во-вторых, согласно версии продолжения Надя Ипполита не бросила. Пардон за спойлер.А разве в, так сказать, первоисточнике по-другому было?
Ну обычное новогоднее ревю...
Да, у них клево вышло. Но больше всего мне понравился новогодний фильм "Золушка" с Сердючкой. Это мое любимое новогоднее))А мне очень понравился римейк "За двумя зайцами" с Сердючкой, Пугачевой и Галкиным.

Кстати, когда ... ну скажем так, очень сильно сдавший Яковлев кричит всё-таки более-менее хорошо сохранившемуя Мягкову "Эй, неудачник!", это звучит неубедительно.Вот что мне подумалось: есть все-таки в искусстве правда жизнь, раз Надя все-таки не вышла замуж за размазню Женю Лукашина, а вернулась к надежному и правильному Ипполиту!
![]()
![]()
![]()
Из-за внешности Яковлева - Мягков сохранился лучше.Неубедительно из-за чего: из-за внешности Яковлева?
http://www.kinokadr.ru/articles/2007/12/23/ironia.shtml..рецепт простой, как по написанному: берёшь всё, что было в оригинале, и делаешь то же, но больше. Был один Женя Лукашин? Станет два. Была одна Надя? Станет ещё и «Надежда Надеждовна». Был Ипполит? Станет Ираклий. Был один полёт в Ленинград и обратно? Станет три (если не сбился со счёта). Понятно, вместо однократно напившегося Лукашина станет Лукашин, напившийся два раза, с попутным разоблачением и вывозом тела. Да, чуть не забыл, вместо пострадавшей на льду Невы нашемарки будет пострадавшая «Тойота». А для тех, кто не в курсе, что это у нас оливье-блокбастер такой — вот вам снегурочка с «джынгл-бэлс» дедом-морозом.
А в остальном — всё так же: знакомые полосатые обои, знакомый лифт, третья улица Строителей, дом 25, квартира 12, Шевелёвы мы. Разве что вместо полётов самолётами «Аэрофлота» в нагрузку к фильму пойдёт ломовой продакт-плэйсмент, а переговоры по телефону из сюжетообразующих станут источником основной массы искомых шуток юмора и полосатого шарфика.
...в фильме все (подчёркиваю — все) кроме пары Хабенский-Безруков играют мебель, не исключая главной виновницы торжества Лизы Боярской. В режиме «туда ходи, сюда ходи, создавай атмосферу в кадре» присутствует целый взвод актёров, совершающих какие-то действия, произносящих какие-то тексты, иногда довольно пространные, но в итоге сюжет тут один — заборет герой Хабенского героя Безрукова или нет.
А вот они двое как раз стараются за всех. Если для первого роль «напившегося Городецкого» не нова, и стоило от него ожидать успешного исполнения оной, то Безруков на фоне обычного его ставшего притчей во языцех переигрывания в роли «сразу всех поэтов и даже одного Бога» комедийный персонаж шустрого менеджера среднего звена одного оператора сотовой связи, постоянно разговаривающего через хэндс-фри с невидимыми зрителю собеседниками — хорош ну и всё тут.
Пара эта, мучительно знакомясь чуть не первую треть фильма, потом находит друг друга и начинает смешить публику, с каковой целью все мы здесь сегодня и собрались. Остальные же в кадре делают умные-трагичные лица и усиленно загораживают на полосатых обоях многочисленные дыры, а где не справляются, там в ход снова идёт новогоднее погружение в сумрак, прыжки по балконам, «песня московского гостя» и финальная «сказка детская пятьсот рублей»...
...в фильме все (подчёркиваю — все) кроме пары Хабенский-Безруков играют мебель, не исключая главной виновницы торжества Лизы Боярской. В режиме «туда ходи, сюда ходи, создавай атмосферу в кадре» присутствует целый взвод актёров, совершающих какие-то действия, произносящих какие-то тексты, иногда довольно пространные, но в итоге сюжет тут один — заборет герой Хабенского героя Безрукова или нет.
А вот они двое как раз стараются за всех. Если для первого роль «напившегося Городецкого» не нова, и стоило от него ожидать успешного исполнения оной, то Безруков на фоне обычного его ставшего притчей во языцех переигрывания в роли «сразу всех поэтов и даже одного Бога» комедийный персонаж шустрого менеджера среднего звена одного оператора сотовой связи, постоянно разговаривающего через хэндс-фри с невидимыми зрителю собеседниками — хорош ну и всё тут.
Пара эта, мучительно знакомясь чуть не первую треть фильма, потом находит друг друга и начинает смешить публику, с каковой целью все мы здесь сегодня и собрались. Остальные же в кадре делают умные-трагичные лица и усиленно загораживают на полосатых обоях многочисленные дыры, а где не справляются, там в ход снова идёт новогоднее погружение в сумрак, прыжки по балконам, «песня московского гостя» и финальная «сказка детская пятьсот рублей»...