Для затравки:
Геополитика: Фантомные боли
Южная Осетия приковывала к себе внимание все последние недели. Немного меньшее внимание, но все же основательное вызывает ситуация вокруг Приднестровья. Время от времени «всплывают» Абхазия и Нагорный Карабах. Впрочем, пора сказать, что к началу XXI столетия мир столкнулся с глобальной проблемой — проблемой фантомных, «непризнанных» государств.
Таковых в мире насчитывается сегодня чуть ли не полтора десятка. Есть среди них вполне устойчивые, такие, как Республика Тайвань или Север-ный Кипр. Есть вполне экзотические. Например, самопровозглашенная Маркеталия на территории Колумбии, в которой марксистские, левые партизаны, объединившись с наркобаронами, создали «свободную» наркозону. Провозгласили свое отделение от Индии и существуют в автономном режиме Нагаленд и Манипур. Не устают провозглашать независимость национальные меньшинства в Бирме. «Тигры» Тамил Илама в Шри Ланке также считают себя независимыми. Подобные образования есть в Индонезии: Республика Южно-Молуккских островов, Республика Ачех и Свободное Папуа. Бывшее Сомали фактически распалось на две непризнанные республики: Пунталенд и Сомалиленд. Поблизости от них давно сущес-твует считающая себя независимой Западная Сахара.
Не так давно Совет Безопасности ООН принял специальную резолюцию по Судану, где идет резня между чернокожей и арабской частями населения. Между тем, в Судане довольно давно существует независимая республика чернокожих христиан Азания, которая довольно близка к реальной суверенности. И все они — «непризнанные государства». Возможно, что я перечислил не всех. Но тенденция — налицо.
В начале прошлого века президент США Вудро Вильсон провозгласил «право наций на самоопределение», которое советская пропаганда приписала Владимиру Ульянову-Ленину. Позже Вильсон признавался, что сделал свое заявление явно не подумавши. Ибо даже не подозревал, сколько на Земле на самом деле этносов, а соответственно и этнических проблем. Что же касается Ленина, то в вышеупомянутом лозунге он видел лишь способ разрушения мирового порядка, который должен был привести к новому качеству — единой мировой коммунистической республике. Утопия, конечно, но утопия, приведшая к кровавым последствиям.
Если увести за скобки «новые» государства, образовавшиеся в результате дезинтеграции СССР, Югославии и Чехословакии, то за последние десятилетия только два самопровозглашенных государства получили признание мирового сообщества. Это Эритрея, отделившаяся от Эфиопии, и Восточный Тимор, отложившийся от Индонезии.
Эритрея вела длительную вооруженную борьбу против кровавого марксистско-националистического режима Менгисту Хайле Мириама, поддерживавшегося бывшим СССР. Естественно, что в условиях «холодной войны» эритрейские лидеры ориентировались на Запад, получая от него моральную, политическую и военную поддержку. Когда СССР оказался не в силах поддерживать своих клиентов в Африке, Азии и Латинской Америке, Эритрея добилась от Запада признания. Независимость Эритреи стала, таким образом, формой благодарности Запада за ее вооруженную борьбу. Тем более что новые эритрейские лидеры прошли обучение в западных университетах. Россия вынуждена была признать независимость Эритреи.
Нечто, в сущности, похожее произошло и с Восточным Тимором. До 1973 года он был колонией Португалии. Но после португальской «революции гвоздик» власть там захватили партизаны-марксисты. В ответ Индонезия, где правил антикоммунистический режим генерала Сухарто, аннексировала Восточный Тимор. Дело усугублялось тем, что большинство населения Тимора — католики по вероисповеданию, а Индонезия — самая большая по населению страна мусульманского мира. Но Запад так и не обратил бы внимания на Восточный Тимор, если бы у берегов последнего не были обнаружены весьма приличные залежи нефти. В конце концов на остров высадился австралийский экспедиционный корпус, под контролем которого был проведен референдум о независимости, а Восточный Тимор стал признанным членом мирового сообщества. Россия, как и в случае с Эритреей, признала Восточный Тимор. Ну а нефтяные запасы Восточного Тимора оказались, естественно, в концессии у австралийских компаний. Скорее всего, следующим «непризнанным» государством, которое добьется признания Запада, а следовательно, и всего мира, станет Азания. Дело в том, что на территории Судана, как раз там, где Азания объявила о своей независимости, также найдены залежи нефти. Ждать осталось недолго.
Остальные «непризнанные» государства, за исключением Тайваня и Северного Кипра, живут одним — легализованной контрабандой. Поскольку дело это необычайно выгодное, то «в доле» всегда находятся бизнесмены, военные и чиновники сопредельных государств. Политическое руководство пришло к власти в фантомных государствах, как правило, в результате так называемых «национально-освободительных» войн и ни на что не способно, кроме войны и контрабанды. Руководство же их бывших «метрополий» также постоянно бряцает оружием, но у него не хватает сил и ресурсов вернуть отделившиеся анклавы под свою юрисдикцию. Да к тому же приходится считаться с «общественным мнением», требующим «мирного решения» проблем.
Сказанное означает, что «наши» фантомные государства, такие, как Абхазия и Южная Осетия, Приднестровье и Карабах, не имеют никаких шансов ни на международно-правовое признание, ни на присоединение, также оформленное международным правом, к России или, как в случае с Карабахом, — к Армении. Но в свою очередь ни Грузия, ни Молдавия, ни Азербайджан не имеют никаких реальных сил и ресурсов, чтобы вернуть их в свое пространство. Ситуация кажется исторически неразрешимой. Возможно, что только смена элит с «военных» на «экономические» в непризнанных государствах способна изменить ситуацию к лучшему. Но для этого требуется время и усилия заинтересованных сторон. Нынешние неясности и уклончивости в российской позиции по поводу «непризнанных» государств вполне объяснимы. Нет ни силы присоединить их к себе. Нет возможности не признавать территориальную целостность Грузии и Молдавии. А лидеры «непризнанных» не вызывают у российского руководства ни малейшего реального доверия. Поэтому и приходится тянуть время и терпеть «фантомные боли». Это — плохое решение. Просто все остальные — еще хуже.
Валерий ОСТРОВСКИЙ
Геополитика: Фантомные боли
Южная Осетия приковывала к себе внимание все последние недели. Немного меньшее внимание, но все же основательное вызывает ситуация вокруг Приднестровья. Время от времени «всплывают» Абхазия и Нагорный Карабах. Впрочем, пора сказать, что к началу XXI столетия мир столкнулся с глобальной проблемой — проблемой фантомных, «непризнанных» государств.
Таковых в мире насчитывается сегодня чуть ли не полтора десятка. Есть среди них вполне устойчивые, такие, как Республика Тайвань или Север-ный Кипр. Есть вполне экзотические. Например, самопровозглашенная Маркеталия на территории Колумбии, в которой марксистские, левые партизаны, объединившись с наркобаронами, создали «свободную» наркозону. Провозгласили свое отделение от Индии и существуют в автономном режиме Нагаленд и Манипур. Не устают провозглашать независимость национальные меньшинства в Бирме. «Тигры» Тамил Илама в Шри Ланке также считают себя независимыми. Подобные образования есть в Индонезии: Республика Южно-Молуккских островов, Республика Ачех и Свободное Папуа. Бывшее Сомали фактически распалось на две непризнанные республики: Пунталенд и Сомалиленд. Поблизости от них давно сущес-твует считающая себя независимой Западная Сахара.
Не так давно Совет Безопасности ООН принял специальную резолюцию по Судану, где идет резня между чернокожей и арабской частями населения. Между тем, в Судане довольно давно существует независимая республика чернокожих христиан Азания, которая довольно близка к реальной суверенности. И все они — «непризнанные государства». Возможно, что я перечислил не всех. Но тенденция — налицо.
В начале прошлого века президент США Вудро Вильсон провозгласил «право наций на самоопределение», которое советская пропаганда приписала Владимиру Ульянову-Ленину. Позже Вильсон признавался, что сделал свое заявление явно не подумавши. Ибо даже не подозревал, сколько на Земле на самом деле этносов, а соответственно и этнических проблем. Что же касается Ленина, то в вышеупомянутом лозунге он видел лишь способ разрушения мирового порядка, который должен был привести к новому качеству — единой мировой коммунистической республике. Утопия, конечно, но утопия, приведшая к кровавым последствиям.
Если увести за скобки «новые» государства, образовавшиеся в результате дезинтеграции СССР, Югославии и Чехословакии, то за последние десятилетия только два самопровозглашенных государства получили признание мирового сообщества. Это Эритрея, отделившаяся от Эфиопии, и Восточный Тимор, отложившийся от Индонезии.
Эритрея вела длительную вооруженную борьбу против кровавого марксистско-националистического режима Менгисту Хайле Мириама, поддерживавшегося бывшим СССР. Естественно, что в условиях «холодной войны» эритрейские лидеры ориентировались на Запад, получая от него моральную, политическую и военную поддержку. Когда СССР оказался не в силах поддерживать своих клиентов в Африке, Азии и Латинской Америке, Эритрея добилась от Запада признания. Независимость Эритреи стала, таким образом, формой благодарности Запада за ее вооруженную борьбу. Тем более что новые эритрейские лидеры прошли обучение в западных университетах. Россия вынуждена была признать независимость Эритреи.
Нечто, в сущности, похожее произошло и с Восточным Тимором. До 1973 года он был колонией Португалии. Но после португальской «революции гвоздик» власть там захватили партизаны-марксисты. В ответ Индонезия, где правил антикоммунистический режим генерала Сухарто, аннексировала Восточный Тимор. Дело усугублялось тем, что большинство населения Тимора — католики по вероисповеданию, а Индонезия — самая большая по населению страна мусульманского мира. Но Запад так и не обратил бы внимания на Восточный Тимор, если бы у берегов последнего не были обнаружены весьма приличные залежи нефти. В конце концов на остров высадился австралийский экспедиционный корпус, под контролем которого был проведен референдум о независимости, а Восточный Тимор стал признанным членом мирового сообщества. Россия, как и в случае с Эритреей, признала Восточный Тимор. Ну а нефтяные запасы Восточного Тимора оказались, естественно, в концессии у австралийских компаний. Скорее всего, следующим «непризнанным» государством, которое добьется признания Запада, а следовательно, и всего мира, станет Азания. Дело в том, что на территории Судана, как раз там, где Азания объявила о своей независимости, также найдены залежи нефти. Ждать осталось недолго.
Остальные «непризнанные» государства, за исключением Тайваня и Северного Кипра, живут одним — легализованной контрабандой. Поскольку дело это необычайно выгодное, то «в доле» всегда находятся бизнесмены, военные и чиновники сопредельных государств. Политическое руководство пришло к власти в фантомных государствах, как правило, в результате так называемых «национально-освободительных» войн и ни на что не способно, кроме войны и контрабанды. Руководство же их бывших «метрополий» также постоянно бряцает оружием, но у него не хватает сил и ресурсов вернуть отделившиеся анклавы под свою юрисдикцию. Да к тому же приходится считаться с «общественным мнением», требующим «мирного решения» проблем.
Сказанное означает, что «наши» фантомные государства, такие, как Абхазия и Южная Осетия, Приднестровье и Карабах, не имеют никаких шансов ни на международно-правовое признание, ни на присоединение, также оформленное международным правом, к России или, как в случае с Карабахом, — к Армении. Но в свою очередь ни Грузия, ни Молдавия, ни Азербайджан не имеют никаких реальных сил и ресурсов, чтобы вернуть их в свое пространство. Ситуация кажется исторически неразрешимой. Возможно, что только смена элит с «военных» на «экономические» в непризнанных государствах способна изменить ситуацию к лучшему. Но для этого требуется время и усилия заинтересованных сторон. Нынешние неясности и уклончивости в российской позиции по поводу «непризнанных» государств вполне объяснимы. Нет ни силы присоединить их к себе. Нет возможности не признавать территориальную целостность Грузии и Молдавии. А лидеры «непризнанных» не вызывают у российского руководства ни малейшего реального доверия. Поэтому и приходится тянуть время и терпеть «фантомные боли». Это — плохое решение. Просто все остальные — еще хуже.
Валерий ОСТРОВСКИЙ
