Ученик не вынесет двоих
ЕГЭ и новые образовательные стандарты – вещи взаимоисклю-чающие, но обязательные
К костюмчику школьного образования одни пришивают рукав, а другие — пуговицы. В результате ЕГЭ проверяет знания, а новые стандарты образования, которые вступают в действие с 1 сентября, направлены на развитие компетенций.
Одно из двух придется отменить — ЕГЭ или образовательные стандарты второго поколения. Школа двоих не вынесет.
Обманный маневр
Аргументы сторонников и противников единого экзамена всем известны. Одни утверждают, что при помощи ЕГЭ можно проверить знания и справиться с коррупцией при поступлении в вузы. Другие — что это невозможно, так как эта форма итоговой аттестации подходит не для всех, что нельзя при помощи одного экзамена сделать выводы и об учебе в школе, и о будущей успешности в вузе, а итогом среднего образования может и не быть обязательное стремление к его продолжению в университете.
Коррупции не убавилось. Вузы недовольны качественным составом студентов. Учителя в ужасе натаскивают детей на сдачу тестов. Министерство образования и науки делает вид, что все идет, как задумывалось.
Общественность все время успокаивают тем, что экзамен, конечно, будет дорабатываться. Дети который год его сдают в «недоработанном» виде, под шум подобных обещаний чиновников и ученых, плохо проработавших вопросы и технологию экзамена.
Но реформирование системы образования готовится ко второму важному шагу: новым образовательным стандартам. Стандарты войдут в силу уже 1 сентября — для начальной школы. Через год — для средней, еще через год — для старшей. Осенью — стандарты, весной — экзамены; весной экзамены — осенью стандарты. Чего же тут непонятного?
Не понятно, как можно использовать ЕГЭ — экзамен, созданный для унифицированной проверки знаний, для того, чтобы проверять результаты образования, направленного на развитие компетенций, а это — цель образования, продекларированная в новых стандартах.
Ни один из разработчиков ЕГЭ не претендовал и не претендует на то, чтобы этот экзамен считался способом проверки компетенций: все открыто заявляют, что на ЕГЭ проверяются знания.
Ни один из разработчиков стандартов второго поколения не предложил способа итоговой аттестации, на которой можно было бы проверять развитие компетенций. То есть учить нужно одному, а на выходе проверяться будет совсем другое?
Пескарь или удочка?
Каждый учитель теперь перед выбором: следовать требованиям стандартов и развивать компетенции или — требованиям детей и родителей, желающих успешно пройти итоговую аттестацию, то есть готовить к ЕГЭ.
Рассуждения о новых стандартах как о способе «оснастить каждого удочкой и научить ловить рыбу» выглядят откровенно смешными. Учиться ловить рыбу можно, если у тебя потом проверяют наличие этого умения — и в жизни это неизбежно произойдет, но после школы. А на итоговой аттестации от выпускников требуют предъявить трех пескарей, одну небольшую щуку, двух подлещиков и обязательно семь плотвичек — примерно так выглядели бы требования единых знаний для каждого ученика на языке этой притчи.
Но рыбак, оснащенный удочкой компетенций, вполне может ничего не поймать в какой-то конкретный, выбранный другими людьми день, а потом вытянуть долгожданную огромную рыбу, способную прокормить его и его семью. Чтобы сдать ЕГЭ, все, не задумываясь, променяют свои удочки на рыбок.
До тех пор пока результатами общего образования будут считаться единые наборы знаний, учителя не смогут обучать своих учеников компетентностям. А так как это понятие — одно из ключевых в новых образовательных стандартах, педагогам ничего не остается: будут декларировать одно, а учить совершенно другому.
«Три пишем — два в уме», — говорили педагоги в советское время. Министерство образования и науки де-факто вводит новый девиз: «Компетенции пишем, знания ищем».
Кто сшил костюмчик?
Почему началась разработка образовательных стандартов второго поколения? Это произошло именно после того, как исследователям стало очевидно, что знания нельзя передавать и получать, как деньги; что личное, субъективное знание всегда реальнее общего, объективного, потому что только личное знание пускается человеком в оборот, используется и при этом структурируется и развивается; что набор определенного количества фактов — еще не работающее знание, есть масса людей, бывших в школе отстающими по определенному предмету, но потом оказавшихся гениями (это и Эйнштейн, и Пушкин, и Толстой).
Но в образовании, как в миниатюре Аркадия Райкина про костюмчик, никто не отвечает за конечный результат; одновременно с работой по созданию новых образовательных стандартов продолжается торжественное шествие по России экзамена, проверяющего знания. За результат отвечают одни, а за процесс — другие люди. К заданиям ЕГЭ претензии есть? К компетенциям претензии есть? Работайте! И при этом не забывайте, что школа должна быть доброй, понимающей детей, вторым домом…
А как у них?
Можно ли на итоговой аттестации проверять компетенции? Именно над этим сегодня ломают головы ученые разных стран, в то время как мы внедрили знаниевые тесты.
Хоть американская школа декларирует, что базируется на теории Дьюи, в Америке до сих пор проводятся единые экзамены. Правда, в отличие от наших, там во время тестирования с детей спрашивают только то, чему их действительно учили. Все вопросы тестов известны заранее. Это закон. Но во многих американских университетах в качестве вступительных документов принимают не только результаты этих экзаменов, но и рекомендательные письма из школ, обучение в которых велось без отметок, и молодые люди вместо единого экзамена за годы учебы копили индивидуальные «портфолио» (папки личных достижений). Такие правила позволяют детям, закончившим, например, школу Садберри-вэллей (одна из школ, в которых нет обязательных предметов), поступать в самые престижные вузы. Альтернативные формы итоговой аттестации позволяют разным детям претендовать на высшее образование.
Во Франции, как известно, тоже есть единый государственный экзамен. Но от его результатов не зависит возможность продолжения учебы в высшем учебном заведении: каждый закончивший школу имеет право подать документы в любой университет. Из-за этого количество студентов-первокурсников бывает огромным, а после первой сессии оно сокращается в несколько раз: поступить в университет и успешно учиться в нем — совсем не одно и то же.
В Дании, Швеции есть единые выпускные экзамены, но их результаты можно изменять в течение всей жизни. Если получил на экзаменах низкие баллы, с которыми нельзя продолжать учебу в университете, то имеешь право пойти в специальную школу для взрослых, исправить итоговую отметку и продолжить образование. Получение аттестата в этих странах — не конец среднего образования, а начало нового образования — для взрослых; человек (и так должно быть!) может учиться всегда.
Похожая система в Финляндии, только с одним отличием: в этой стране нет единого экзамена. В финских школах учителя обязаны придумать итоговую аттестацию в соответствии с теми требованиями, которые они предъявляли детям во время учебы. Проверяют, смогли ли ученики научиться тому, чему конкретный педагог учил. Материал, на базе которого работают педагоги, — общий (учебники), а вот компетенции, которым учитель уделяет особое внимание, могут отличаться. На экзаменах в Финляндии проверяются не знания, а компетенции, которые, как известно, гораздо важнее знаний. Например, экзамен по финскому языку и литературе обычно проводится в одной из следующих форм. Либо выпускнику предлагают за три дня прочитать новую книгу и написать свои рассуждения о ней, либо выбрать волнующий его вопрос из числа предложенных и за три дня написать о том, как на него отвечают разные люди, высказать собственные суждения и обосновать их. При этом можно пользоваться любыми источниками информации.
Ольга Леонтьева,
к.п.н., главный редактор газеты
«Классное руководство и воспитание школьников»,
ИД «Первое сентября»
http://novayagazeta.ru/data/2010/078/20.html
