to
Герш/
Насколько я ориеинтируюсь тема раднотского договора не была поулярной в ХIХ-вечной русской историографии. Это не вызывает особенного удивления, в официальной царской идеологии Украина всегда была натуральной частьей России, после переяславской рады слились две струи руссского народа, а Богдан Хмельницкий был верным подданным царя Алексея.Политика Хмельницкого перед смертью вызывает среди историков (и не только) страстьи, потому что является важным элементом дисскусии о характере русско-украинских взаимоотношений после 1654 г. и о том чем переяславский договор был для козацкой верхушки.
Трудно сказать как, на самом деле, Хмельницкий представлял себе русско-украинский союз, но для меня нет никаких сомнений что после русско-польских переговоров в Немежи в ноябре в 1656 г. Хмельницкий увидел, что в треугольнике Россия-Польша-Украина именно Украина стала самым слабым элементом и что русский царь готов договориться с верхушкой Речи Посполитой мимо казацких интересов. Кажется, что именно тогда Богдан начал думать о реальном сближении с настоящими и потенциальными врагами Речи Посполитой и России.
Говорите что, "всевозможные контакты Богдан Михалыча с сопредельными странами, посылка войск и т.п. можно толковать очень по-разному." Ясно, однако хотите ли сказать что Хмельницкий послал корпус Ждановича на выручку шведом и Ракоци на благо царя Алексея?
Не удивительно, что вопрос раднотской коалиции наиболее разработан в польской историографии. Ниже перевел отрывок из статьи польского историка Ежи Бесали "Po potopie do rozbiórki"
http://www.polityka.pl/archive/do/registry...icle?id=3352542
посвященный раднотскому договору. Сразу же хочу просить прощения за многие ошибки которые появились во время перевода.
О вавельской короне мечтал Георгий Ракоци, семигородский князь с 1648 г. Во время шведского Потопа сенат, а затем Ежи Лубомирский за разрешением Яна Казимира, обещали венгру, что польский король усыновит его ребенка, а также наследство польского престола после смерти Яна Казимира. Магнатов и польскую шляхту привлекало то, что его власть была мягкой, а в его державе обычном делом было равноправие религий, не глядя на, что Ракоци не был римским католиком. Кроме того: „Характер был у него молодецкий”– как писал Людовик Кубаля, а поляки все еще обажали военных господ.
В 1653 г. Ракоци заключил союз с Польшей, однако во время Потопа пристально присматривался ситуации в Республике, не торопясь освобождать польские земли из шведских рук. Он хорошо понимал, что в той ситуации вместе со своим войскиом может играть решащую роль. Следовательно, венгра хотел приобрести Карл Х Густав, видя в Ракоци антипольского и антиимператорского союзника. 8 мая 1656 г. в письме из Мальборка предлагал венгру большую часть львовской земли и Червоной Руси в качестве князя Галча, в обмен на 2-тысячный корпус венгерских солдат и вербовку наемников в Семигороде. Долгое время переговоры тянулись безрезультатно, поскольку король Швеции колебался в ритм своих побед и поражений в Польше. Другой причиной для продолжения разговоров был, как говорилось, „ненасытный ум князя (...) хочет всю Великую и Малую Польшу с титилом польского короля” – писали шведские послы своему королю.
Король Ян Казимир также старался привлечь венгра к себе через Ежи Лубомирского и канцлеря Миколая Пражмовского. Однако князь в то же время вел тайные переговоры с подозрительном Хмельницком. Казацкий гетман изначально не хотел союза с правителем Семиогрода, потому что в октябре 1653 г. Ракоци помог полякам захватить столицу Молдавии Сучаву и тем самым причинился к смертьи сына Хмельницкого – Тимофиея. Также царь не выражал согласия на казацкое наступление против Речи Посполитой.
Возможность легкого раздела Речи Посполитой привел однако к тому, что прошлый лед недоверия между двумя вождьями начал быстро таять. 7 сентября 1656 г. Георгий Ракоци скрепил присягой договор дружбы, присланный Богданом Хмельницком, то же самое, торжественно, сделал казацкий гетман. Обе стороны обязывались предоставить друг другу военную помощь.
Одновременно длились семигродско-шведские разговоры. Кроме титула короля Польши, земель до Мазовии Ракоци требовал Кракова и самого лучшего куска – малопольскисх солеварниц, которые приносили огромные доходы. Князь хорошо знал, что в том моменте это он "раздает карты" в разделе Польши и позволял себе бросать на стол "с возмущением бумагу и перо”, крича иронически к шведским послом: „Заберите себе все”. Однако Швеция была слишкм слаба, чтобы покорить всю Республику. В то же время доходили до концa полско-австрийские переговоры. 1 декабря император Фердинанд 3 подписал союзный трактат с Польшей, обязываясь отдать на польское жалованье 4 тыс. солдат.
В связи с этим Карл Густав приказал своим послам „принять то что можно”, чтобы Ракоци стал членом антипольской коалиции. И так, 6 декабря 1656 г., в три месяца после затверждения казацко-семиогродской дружбы, в Раднот на Венрии (теперь город в Румынии) был подписан новый вечный союз. В этот раз между Карлом Густавом и Ракоци.
В сущности это был рактат подтверждающй раздел Речи Посполитой. Шведский король задерживал для себя Королевскую Пруссию, Куявы, южную Мазовию, Жмудь, Лифлянту и Курландию. Великая Польша передавалась бранденбургскому курфюрсту и принцы Пруссии Фридриху Вильгельму. Украина была отдана Богдану Хмельницкому, а воеводство новогрудское, в качестве наследственного княжество– Богуславу Радивиллу.
Итак, никакая "Казацкая держава" договор в Радноте не подписывала. Это, типа, факт. Кто там из казацкой старшины что пообещал Веллингу в Чигирине- отдельный вопрос. Можно, кстати, об этом поподробнее?
Еще несколько дней тому назад под этой ссылкой была интересня статья на тему политики Хмельницкого в 50-тх годах, однако сейчас она не работает.
http://www.history.org.ua/UaRu/1/2_3.pdf
С другого сайта, меньше информации, тем не менее...
Віденський договір приніс тимчасове замирення й на польсько-українському фронті, але з тим більшою енерґією розвинулась дипльоматична діяльність українського уряду, як підготовлення до нових далекосяглих політичних виступів. Насамперед треба було сконсолідувати власні сили, щоб бути готовим на всяку можливість. У жовтні 1656 року відбулася в Чигирині ґенеральна рада або сойм, як його називали сучасники, й тут «усі полковники, осаули й сотники склали собі взаємно проміж себе присягу, що коли хто небудь на них наступатиме, то вони проти того ворога всі, як один муж, разом стояти будуть». Якщо серед тодішніх українських політиків були щирі прихильники союзу з Москвою, то заключення нею, понад головами українців, перемиря з Польщею з перспективою дальших торгів за українські землі, мусіло ґрунтовно захитати їх віру в користь союзу з Москвою, й це розвязувало гетьманові до певної міри руки.
Головною метою Хмельницького тепер, як каже Липинський, було: унезалежнити себе від аґресивної політики Москви; відібрати від Річи-Посполитої ті західньо-українські землі, що ще не ввійшли в склад української держави; зробити нешкідливим для України татарський Крим і, нарешті, здобути міжнародне признання для своїх династичних замірів, які полягали в тім, щоб скріпити військовий титул гетьманський суверенним титулом княжим і забезпечити спадковість верховної влади в новій українській державі. Задля здійснення цих плянів гетьман з усією своєю енерґією приступив до утворення коаліції з Швеції, Семигороду, Бранденбурґу, України, Молдавії, Волощини й Литви. Ця коаліція була звернута з одного боку проти Москви, а з другого проти Польщі й Криму. «Відтягнути момент рішучої оружної розправи з Москвою можливо до часу закінчення боротьби з Польщею й добитися невтралітету Туреччини», — таке було, на думку Липинського, завдання української політики й дипльоматії в цій коаліції. Під проводом гетьмана й його канцлера, ґенерального писаря Івана Виговського, виробилася ціла школа талановитих українських дипльоматів, серед яких видатну ролю грали Данило Грек (Олівеберґ), Силуян Мужиловський, Іван Груша, Іван Ковалевський. На початку 1657 року став на дипльоматичну українську службу талановитий і високо-освічений Юрій Немирич.
Ясне поняття про характер і мету коаліції, яку старався створити український гетьман, дають нам політичні трактати, які в тому часі, один за другим, були заключені між окремими членами коаліції. Отже передовсім у вересні 1656 р. заключено «вічний союз» між Семигородом (Трансильванією) й Україною, при чім Україна мала дістати собі від Польщі Галичину і Білу Русь. В грудні того ж року Швеція, Семигород і Бранденбурґ заключили між собою договір про розділ Річи-Посполитої: Швеція мала дістати Поморя, Західню Прусію, Курляндію, Ліфляндію, воєвідство Плоцьке й Мазовецьке та частину Литви; Бранденбурґ — Познань, Каліш і Ленчицю; Семигород забирав Краків і Малопольщу; Литва мала стати самостійною державою в межах Віденського, Трокського й Новогрудського воєвідств. Мав бути заключений трактат і між Швецією та Україною, про що провадилися дуже жваві переговори. В січні 1657 р. шведське посольство привезло до Чигирина вже готовий проєкт договору, але справа розбилась через те, що король шведський у своїх плянах поділу Польщі претендував і на західньо-українські землі, яких гетьман не хотів відступити. Годі в червні прибуло друге посольство, везучи з собою згоду Карла-Ґустава на відступлення Україні всіх «руських земель» Річи-Посполитої й південної Білорусі по Смоленськ.
Але поки йшли переговори з шведами, Україна й Семигород уже розпочали війну з Польщею. В січні 1657 року князь Юрій II Ракочій зосередив своє військо, яке складалося з мадярів та волохів, біля Марамароша (було того війська коло 30 тисяч), перейшов серед зими Карпати й почав окуповувати Галичину. Хмельницький із свого боку вислав 20-тисячний корпус під проводом полковника Антона Ждановича, додавши йому в дорадники ґенерального суддю Івана Креховецького, родом шляхтича з Галичини, одного з найкращих своїх співробітників. Корпус Ждановича складався з трьох реєстрових полків та з охотників, які добровільно зголосилися йти в похід. Жданович перейшов Галичину до Перемишля, сполучився тут із Ракочієм, і союзники рушили далі. Взяли Ланцут, розбили під Замостям коронного гетьмана Потоцького (окупували Краків), Берестя (нарешті Варшаву). Вкупі з військами Ракочія й Ждановича оперували також і шведи. Жданович, занявши Берестя, ввійшов у порозуміння з шляхтою Пинського повіту, цієї стародавньої української землі, яка за княжих часів носила назву Турово-Пинської области. Шляхта звернулася до гетьмана з заявою, що вона з цілим своїм повітом добровільно прилучається «на вічні часи» до української держави. Цю заяву підписали однаково як православні, так і римо-католики. І гетьман видав їй «асекурацію», приймаючи її в підданство й забезпечуючи права й вольності, а особливо свободу римо-католицької реліґії. Слідом за тим звернулася до українського гетьмана шляхта Волині з просьбою, щоб він узяв її під свій протекторат. Це саме почали робити й маґнати, як ось князь Степан Четвертинський. Історики (Липинський і Грушевський) справедливо підкреслюють, що це був кульмінаційний момент престижу Богдана Хмельницького й створеної ним української козацької держави. Старіючися й щораз більше нездужаючи, Хмельницький думав про забезпечення собі наступника. В половині квітня 1657 року в Чигирині зібралася ґенеральна рада старшин, яка вибрала гетьманом молодого сина Богданового Юрія. Певна річ, це було зроблено на бажання самого батька, бо в претендентах до булави не було недостачі старих співробітників Хмельницького.